Читать онлайн порно рассказ Не моё! Мужчина за кадром
он ведь успел запомнить, что они такие же смуглые, как и все тело — ягодицы и осторожно ввёл палец в задний проход. Модель сделала движение, словно хотела его всосать.
— Анжева, не пгыгай, спокойно! — крикнул режиссёр.
— Анжела! — орал фотограф. — У тебя изумительное лицо! Еще! Еще, еще...
Фотомодель что-то ответила, а Кузмин почувствовал, что ему на руку и на живот тычет горячая влага. Этого он не ожидал, но это было так.
Анжела обжала его еще раз, потом объявила срывающимся голосом:
— Все. Я кончила. Надо передохнуть.
— Какое передохнуть? — вскричал фотограф. — Солнце падает, а мы еще ни пары трусов не сняли.
— Сейчас... передохну немного. Трусы все равно промокнут...
И слезла с Кузмина равнодушно, как с деревянного сучка.
Кто-то стащил с него душное полотенце.
Анжела прошлёпала к креслу и села, подставив ветру промежность. Все тело ее выражало крайнюю степень удовлетворения.
— Все, — сказала Элита. — Трусы она сама наденет. Пойдёмте переодеваться.
3
— А куда мне... презерватив бросить? — спросил он в «соболе».
Посмотрев вокруг и не увидев мусорного бачка.
— Давайте! — сказала ассистентка.
И, сдёрнув склизкую резинку, сунула в ящик под скамейку.
Кузмин потянулся за джинсами.
— Вы ведь оргазма не испытали? — вдруг уточнила Элита.
— Нет, — вдохнул Кузмин. — Я пытался создать ощущения... У Памелы.
— Анжелы. Хотя какая фиг разница. Но это плохо.
— Что — «плохо»? — не понял он.
Не отвечая, женщина ухватила его половой орган и пробежала от корня до конца.
— Все это плохо. Вы возбуждались, но не эякулировали. Приток крови есть, оттока нет. И вы с трудом дотерпите до вечернего секса с женой...
— ... Если он будет, — проклиная себя, вставил Кузмин.
— Это плохо и вредно, — сказала Элита. — Вам надо облегчиться.
— Как? — по-идиотски спросил он.
— Я помогу.
— Как? — повторил он уже как полный кретин.
Ассистентка расстегнула джинсы и спустила вместе с черными трусиками, встала коленками на скамейку. Перед Кузминым сверкнула широкая, серьёзная задница.
— Но...
— Давайте сюда член.
— А презерватив? — он не воспринимал реальность. — Сперма и все такое?
— Я давно ничего не боюсь, — ответила ассистентка. — Тем более спермы.
— Но я...
— Подождите, я сама... У меня положение вагины нестандартное, и...
Не договорив, Элита потащила его в себя. Кузмин ощутил колкое прикосновение волос, потом орган провалился в горячую влажную пропасть.
— Ничего себе... — пробормотал он.
— А вы как думали? Смотреть и не возбудиться? — по-своему поняла она.
Влагалище Элиты в самом деле открывалось под странным углом — войдя, он испытал иллюзию, будто его половой орган раза в два длиннее реального.
— Давайте, у вас получится. И станет легко. И хорошо...
Кузмин взял женщину за белые бедра. Он уже ничему не удивлялся, ему просто хотелось поскорее кончить. Возбуждение трепетало на конце.
Где-то за спиной с грохотом отодвинулась дверь «соболя», раздался голос: — Элита! Я хочу...
— Виталий, я занята! — крикнула ассистентка. — Подожди пять минут.
Говоря, она повернулась в профиль. Лицо ее было невероятно красивым — в отличие от невероятно совершенного лица Анжелы Сендич.
Половой член казался чёрным на фоне снежно-белых ягодиц.с неба безнаказанно. — Я бы сказала, что скорее приятности, — Элита опять улыбнулась. — Давайте где-нибудь в кафе посидим. Когда у вас будет время.
— Элита, — честно сказал Кузмин. — У меня свободное время, например, сегодня. — Но я в кафе не хожу. Стыдно признаваться, денег нет. Я ведь охранником работаю. И ни одного кафе не знаю.
— Извините, просто привычка... Чашку кофе охранник может позволить?
— Может, — согласился Кузмин. — Но повторяю, я мест не знаю.
— Ну тогда... Сможете подъехать через полчаса... через час к «Семье»?
— Смогу. Хотя ненавижу этот торговый центр. Как и все прочие.
— Да мы туда не пойдём, — засмеялась женщина. — Вы меня подхватите у входа, и мы с вами куда-нибудь проедем поговорить. Идёт?
— Идёт, — согласился Кузмин. — У «Семьи» через час.
2
— Скажите, Александр, вы не слишком были шокированы... тем днём? — без улыбки спросила Элита.
— Я... Нет, не слишком.
Кузмин покраснел. Он глядел на женщину в джинсах и курточке и жгуче представлял себе ее с белой голой задницей. Он отвёл глаза, но похоже, женщина поняла правильно.
Кафе было обычным. Не слишком современным, без дикой музыки и с ценами, позволившими угостить Элиту чашечкой кофе.
Женщина выдержала его блуждающий взгляд и паузу. И он завершил:
— Если бы слишком — я бы сюда просто не пришёл.
— Разумный ответ, — кивнула Элита. — Я на такой и рассчитывала.
— На самом деле, — Кузмин взглянул в ее зеленоватые глаза. — Вы меня здорово выручили. Я на... на свой гонорар машину сумел отремонтировать.
— А уж как вы нас выручили — слов не найти, — ответила женщина без тени усмешки. — Вы не представляете, Саша... Можно просто «Саша»?
— Можно, — кивнул он.
— ... Не представляете, Саша, как у нас сроки горели. Контракт завис на волоске. Теперь все нормально. Вот, уже вышло.
Она выложила на столик журнал. Кузмин взглянул на обложку и едва не задохнулся от нахлынувшей реальности. На него — точнее сквозь него — смотрела Анжела Сендич. В красном купальнике с мелкими цветочками по краю. Бумага была готова задымиться от страсти. Потому что внизу за обрезом снимка остался он, и на его члене сидела гениальная фотомодель.
— Просто супер, — Элита улыбнулась. — Продюсер сказал, что такого лица даже у Аньки... То есть у Анжелы еще никогда не было.
Кузмин усмехнулся и ответил просто, с непонятной для себя грустью:
— Я старался.
— Так вот, для чего я вас пригласила, — женщина убрала журнал. — Виталик вас нашёл случайно, но то был гениальный случай. У него так бывает, хоть с виду и придурок. Продюсер в восторге от снимков, Анжелка без ума от вас.
— От меня?! — искренне изумился Кузмин.
— Ну да. После той сессии ни о ком другом слышать не хочет.
— Чушь какая-то... Не может быть. Как говорил Станиславский — не верю.
— ... Блеск! — перебила она. — Современный человек знает Станиславского?!
— Я как раз несовременный, потому и знаю. А вообще я бывший литературовед. Но не в этом дело. Не верю. Я Анжеле в отцы гожусь. И я не половой гигант, у меня вообще в последнее время с этим делом проблемы.
— ... Чего лично я совершенно не заметила, — с улыбкой вставила Элита.
— ... У неё что — молодых любовников не хватает?
— Саша, вы так и не поняли суть Анжелки. Любовников у неё до хрена и больше. Она держит нескольких — чтобы не привязаться к кому-то сильнее допустимого, пока жизнь состоит в работе. Мужчина для постели и мужчина для работы — разные понятия. Она потому со всеми и ссорилась, что на съёмках эти мужики вели себя как любовники.
— А я как трахательный аппарат, — невесело пошутил Кузмин.
— Трахательный аппарат — это одна сторона. Не будем романтиками, назовём вещи своими именами, — серьёзно сказала Элита. — Но оказалось, что это не самое главное. До сих пор Анжелке надо было, чтобы ее кто-то трахал, хотя при этом трахался с нею и сам... Улавливаете разницу?
— Ну... примерно. Хотя я не понимаю вообще — Анжела она или Анька. Почему у неё такой цвет кожи? И почему она такая... гребучая... Не слишком много вопросов?
— Совсем нет, — улыбнулась Элита. — Зовут ее Анна. Анжела — псевдоним. Фамилия Сендич настоящая. У неё сербские корни. Отсюда, как вы сказали, гребучесть. И цвет кожи. Она, кстати, из-за него страшно закомплексована. Сейчас в высокой моде загар не в моде...
Женщина сказала рифму и засмеялась.
— В том смысле, что загорелые только безмозглые качки из фитнес-клубов. А обычная женщина должна иметь кожу нормального цвета. Анька поэтому старается на солнце вообще не ходить. Я доходчиво объяснила?
— Вполне, — усмехнулся Кузмин. — Теперь все понятно.
— Ну, так вот, про любовников. Вы правильно сказали, Саша, хоть и недооценили себя. Она это сто раз повторяла — вы её трахали... Нет, не трахали, она сказала слово «любили» в смысле занимались любовью, стараясь доставить удовольствие ей — а не себе. И довели её до оргазма, чего с нею никогда на площадке не случалось. Обычно мужики кончали, потом меняли презерватив, съёмку возобновляли, и так далее. А тут вы её вели от начала и до конца, и довели до точки.
— По большому счету, в моем возрасте приятнее давать, чем брать.
— Неважно. Анжелка теперь требует только вас.
— В... каком смысле? — не удержался Кузмин.
— В профессиональном. Она нашла идеального напарника для съёмок.
— Ну уж и напарника... А если это получилось только в первый раз?
— В таких делах Анжелка не ошибается, — возразила Элита. — У неё знаете сколько мужиков было? Больше, чем вы сигарет выкурили!
— Я не курю, но верю, — усмехнулся Кузмин. — И что?
— А то, что она боится, что вы исчезнете. И желает заключить контракт.
— Контракт?! — изумился Кузмин. — Со мной?!
— Ну да. С вами.
— Анжела Сендич... Контракт о том, что я буду её... трахать?
— Не Анжела Сендич, а продюсерская группа, — улыбнулась ассистентка. — И что-нибудь про специальную поддержку. Для начала на год.
— На год?!
— Ну да. Пока на год. Там видно будет. Надеюсь, Анжела продержится на верху ещё лет пять, и у вас тоже есть шанс.
— Если я заключу контракт, то должен буду постоянно сниматься с ней?
— Ну да, разумеется, — кивнула Элита.
— Но...
— Вы насчёт эрекции? Если будут проблемы, я назначу препарат.
— Нет, не в этом дело. Я же работаю, и...
— Саш! — женщина положила маленькую ладонь на его руку. — Вы ведь выбитый из жизни литературовед, охраняющий какую-то шарашку. Так?
— Именно так, — криво усмехнулся Кузмин.
— Какая у вас зарплата? Тысяч десять?
— Пять, — он ещё раз усмехнулся.
— Пять в месяц, шестьдесят в год.
— Ну ещё всякие приработки, таксую иногда, но всё мизер. Потому и на этой машине езжу. И за дочь надо платить каждые полгода в академии.
— Ну если по максимуму взять — сто тысяч в год?
— Ста не выйдет, — он покачал головой.
— Вот. А в контракте будет указана сумма примерно такая...
Элита написала