# Дрилл

Eromo.Org

Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Дрилл

Всем, кому понравилось «Нефритовое колечко», адресуется…

Привет, я гоблин. Зовут меня Дрилл. Мистер Дриллиус, если кому-то угодно. Живу в пещере, стерегу золото. Золото не моё, это что-то вроде службы такой. Знаю, знаю… сейчас кто-то скажет, что гоблины этим не занимаются, что это удел гномов или, в крайнем случае, троллей…

Но я отвечу, что это всё чушь и предрассудки. Так же, как любой человек может стать кузнецом, хлеборобом или поваром, представители наших народов вольны выбирать себе профессию. Мои отец и дед, кстати, тоже охраняли пещерное золото. И неплохо себя при этом чувствовали!

Ну, если честно, работёнка, конечно, временами бывает скучновата. Ведь не каждый же день, а порой даже не каждый год в пещеру наведываются посетители. Поэтому иногда приходится импровизировать.

Как у многих из вас, у меня есть хобби – я кое-что коллекционирую. Только не подумайте, что моя пещера уставлена какими-то трофеями или экспонатами. Нет, вся моя коллекция находится здесь – стучу пальцем себя по башке.

Как вы, наверное, уже догадались, я иногда разноображу свой досуг, заманивая к себе гостей вашего рода-племени. И, разумеется, в массе своей это молоденькие девушки. Хотел бы я сейчас сказать: «Только не подумайте ничего такого!.. Я веду себя с ними как джентльмен, и мы просто мило беседуем…»

Увы, это не так. Но сделаем скидку на то, что я всё-таки гоблин. Да и куда мне до джентльмена – ведь ростом я примерно по пояс взрослому человеку. Но, как говорится, любой недостаток можно обернуть себе во благо. Например… Впрочем, об этом чуть позже.

Я давно привык к своей пещере и знаю тут каждый сталактит и сталагмит. Всякий закоулок этого подземелья имеет для меня своё значение. Есть у меня и любимые места. Вот, скажем, этот ручей. Возле него я частенько сижу, смотрю на воду и размышляю. Мне нравится слушать её мерное журчание и думать о чём-то прекрасном. Ну, а если не о прекрасном, то хотя бы волнующе-приятном.

А знаете, порой даже просто поговорить с умной, умеющей гибко мыслить, девушкой – это уже немалое эстетическое удовольствие. Но буду честен, одной лишь беседой дело почти никогда не ограничивается. Ладно, ладно… Вообще никогда не ограничивается. А что вы хотели? Да, я сексуально озабоченный самец. К тому же гоблин. А уж либидо нас матушка-природа не обделила, поверьте.

Когда всю жизнь проводишь в этом холодном и промозглом каменном мешке, так хочется хоть иногда прикоснуться к чему-то тёплому, живому и нежному. Всё верно – я склоняю к соитию заблудившихся в моей пещере молоденьких девушек.

Откровенно говоря, к тому, чтобы они тут заблудились, я и сам частенько прилагаю немного усилий. Ох, знали бы вы, на что бывают готовы особы прекрасного пола, причём даже весьма благородных кровей, чтобы вновь обрести свободу!..

Но у меня есть два правила: никакого минета; и ничего такого, от чего впоследствии могут быть неприятности. Первое я просто на дух не переношу. А ко второму отношу такие последствия, как, например, лишённая невинности наследница престола или же прачкина дочка, понесшая от меня и родившая потом не пойми кого. За последнее, кстати, у вас ведь и на костре могут сжечь!

А я, хотя и гоблин, всё же не настолько подл и бездушен. Поэтому, во-первых, никогда и никого не беру силой; а во-вторых, предпочитаю, так сказать, альтернативный способ сношения, и лакомлюсь в основном их молоденькими попками. Собственно они – девичьи попки – и есть предмет моего обожания и коллекционирования. Хотя… не всегда одни только попки. М-м-да…

Поначалу я удивлялся тому, что некоторые из моих посетительниц спустя какое-то время снова приходили ко мне сюда, уже совершенно добровольно задирали юбки и становились рачком. Но скоро понял – вот так сюрприз – несмотря на все ужимки и отговорки, им самим это нравится не меньше, чем мне!

Скажу без ложной скромности, тут, наверное, сказывается мой приобретённый за несколько веков немалый опыт. Но важно также и то, что даже в самый первый раз, пусть и не сразу, а после долгих сомнений, они отдаются мне добровольно. Хотя и происходит это в каком-то смысле по принуждению – в обмен на возможность выбраться из пещеры и вновь обрести свободу. И в этом, видимо, тоже есть какое-то своё таинство.

Поначалу все, как одна, полны гонора, надменного гнева и неприступности. Не воспринимают меня всерьёз, пытаются как-то откупиться или даже угрожают лютой расправой. Но после короткой светской беседы осознают, что я вовсе не какой-то там нищий беззащитный карлик, возомнивший себя повелителем подземелья, а владеющий боевой магией гоблин, шутки с которым могут плохо закончиться.

Так что от понимания безрадостных перспектив навеки сгинуть в этой пещере, очень скоро сами бегут ко мне со снятыми панталонами. И знаете что?.. Ничуть потом не жалеют о своём выборе!

Интересная штука – страх. Говорят, он существует, чтобы ограждать от опасности, не позволяя лишний раз совать свой нос куда не следует. Но, по иронии судьбы, многие именно с целью снова испытать это первобытное чувство, намеренно идут на риск и нарочно лезут туда, где пострашнее.

Да-да! Именно так это и работает. Сначала я будто ненароком показываю заблудившимся незнакомкам вход в мою пещеру. Ни про какое золото они и понятия не имеют. А вот темнота и холод подземелья удивительным образом пугает и влечёт одновременно. Сомнения терзают их, стремление убежать борется с соблазном заглянуть внутрь… И вот ведь странная вещь – почти всегда желание пощекотать себе нервы и познать неизведанное берёт верх над здравым смыслом и инстинктом самосохранения.

Ещё чаще это срабатывает, когда на простое любопытство накладываются какие-нибудь низменные позывы, вызывающие желание уединиться. Они будто на время притупляют этот самый инстинкт и заставляют шагнуть в холодную темноту.

Ну, а как только моя очередная гостья оказывается внутри, западня захлопывается – и найти выход бедолага уже не может. То есть… разве только немного позже… и не без моей помощи… и за разумное вознаграждение, разумеется.

Вот совсем недавно, например, побывала у меня, если так можно выразиться, в гостях сама королевская дочка. Отлучилась во время пикника, чтобы прогуляться до ближайших кустиков. Ну, вы понимаете… А по пути увидела такую уютную и укромную расщелину в скале. Вот и решила справить малую нужду прямо там. В смысле – вот тут, прямо в это самый ручей.

Гм… А вы, кстати, когда-нибудь видели, как писают хорошенькие принцессы? И не как-то там издалека, сбоку или сзади, а спереди и в близи – во всех подробностях, так сказать? Осмелюсь доложить, это просто завораживающее зрелище! М-м-да…

Она сидела на корточках, ко мне лицом. Задрала до подмышек своё платье и… Она понятия не имела, что из темноты я за ней пристально наблюдаю. Прелестная юная розочка у неё между ног распустилась, и из неё прыснула тоненькая серебристая струйка. Ммм… как же это было красиво!

А потом она пошла искать выход. Долго искала… Не нашла, конечно. Зато повстречала вашего покорного слугу. Мы познакомились. Она сказала, её зовут Лулу. Гм, ну да… принцесса Лулу… Узнав цену своей свободы, сначала громко возмущалась и наотрез отказывалась её платить. Отцовскими деньгами да золотом всё откупиться хотела.

Но только всё напрасно. Всё равно ведь пришлось оголить и подставить мне свою красивую беленькую попочку. Ох и похотливой же она оказалась штучкой, доложу я вам! Ох, и стонов же было от неё по всей пещере, пока я знакомил свой бывалый хер с тёпленьким нутром её девственной попки!.. В такой азарт потом вошла, так задиком своим молоденьким вертела да мне подмахивала!

Понравилась она мне. Серьёзно, очень даже понравилась! Да и сама она позже, когда я её уже отпускал, смотрела на меняя как-то… Не знаю, в общем… Но на прощанье я подарил ей колечко. А я далеко не всем их дарю! Только тем, кого сам хочу снова здесь увидеть.

И когда обладательница моего колечка тоже захочет повторить нашу встречу, ей нужно всего лишь надеть кольцо на пальчик – и я вновь рад приветствовать дорожайшую гостью в моём подземелье! И мне почему-то кажется, очень скоро Лулу опять окажется тут. Что ж я буду терпеливо ждать её возвращения.

А ещё такое же кольцо я однажды подарил пухляшке Венди. Она была студенткой-археологом, их экспедиция тут неподалёку занималась раскопками. Ох, не люблю я этого! Мне вечно кажется, что все эти археологи да спелеологи вот-вот на золото пещерное глаз положат. Старею, наверное.

Так вот… Хотите верьте, хотите – нет, но эта смазливая толстушка-блондиночка тоже однажды вечерком забрела ко мне в пещеру, чтобы побулькать фонтанчиком из своей хорошенькой письки прямо в мой любимый ручеёк! И чем он их всех так привлекает?..

Свободу Венди с лихвой оплатила мне тогда своей восхитительно нежной, мягкой и очень чувственной попкой. О, как же она у неё бесподобна! До сих пор перед глазами стоят эти две округлые белоснежные половинки…

Шпилил я её в ту ночь почти до самого утра, не переставая. И всё никак не мог остановиться. Уж она и раком мне подставлялась, и на спину, задрав ножки, ложилась, и сверху на мне скакала…

А как кончать соберётся, сразу щель свою обеими ладошками накрывает, потому как знает, что сейчас произойдёт. Да сколько ни зажимай пальчиками такую сочную пухлую устрицу, горячие брызги из неё всё равно летят во все стороны. А сама в голос при этом стонет, телесами гладкими сотрясает, головой туда-сюда вертит, да на члене моём трепыхается.

Ну, я просто не мог отпустить её без колечка. Не прошло и трёх дней, как она опять ко мне заявилась. И с тех пор стала регулярно заглядывать. Одета почти всегда бывает в ночную пижаму, которая тут же летит на землю.

Я сижу на камне, жду и любуюсь тем, как она оголяется. Она сама всякий раз подходит ко мне передом, ляжки раздвигает и на колени садится. Вся такая белокожая, а от нагого юного тела так и веет похотливым жаром.

Кладу ладони на её пышные булочки и будто подбрасываю их кверху. А потом отпускаю, чтобы пухлая молоденькая попка под собственным весом поглубже нанизалась на член. Внизу приоткрытая голощелка красотки Венди хлюпает соками, трётся о мой пупок, да слюнки свои по животу мне размазывает. М-м-да…

Всякий раз после этого утром она просыпается дома, в постели. Пижама тоже, конечно, при ней. Вот только местами сильно промокшая. А страстная развратница потом весь день вспоминает тот дивный сон, тайком улыбается, да прячет подальше от чужих глаз волшебное колечко, чтобы когда-нибудь снова с его помощью всё повторить.

А месяца два назад забрела тут ко мне одна престранная парочка. Сначала они были похожи на испуганных детей, которые не то прятались, не то убегали от кого-то. Притаились тихонечко возле самого входа в пещеру как два испуганных голубка. Я и не собирался сначала даже к ним подходить! И уж тем более вход захлопывать. Пусть, думаю себе, отсидятся, опасность переждут и идут дальше своей дорогой. Жалко мне, что ли?

Но что вы скажете – часа чрез два прохожу я снова тихонечко мимо и вдруг вижу, как она ему отсасывает! Да я глазам своим не поверил! Он, значит, лежит на спине со спущенными штанами, а она стоит над ним на четвереньках, от удовольствия зажмурилась и сосёт! Да смачно так причмокивает – явно не впервой подобное исполняет! Ничего себе, думаю, «детки» – видать, подвело меня зрение. Точно старею…

Ох, как же мне тогда захотелось просто сзади тишком подойти, платьице приподнять, на голову ей сверху накинуть и прямо сходу присунуть в эту мягкую попочку! Ведь, учитывая мой рост, её аппетитная розовая дырочка находилась аккурат на уровне моего члена. Но не стал я пугать их таким вот своим появлением. Что хотите обо мне думайте, но я не такой. Хотя и гоблин… Я решил просто ещё какое-то время за ними понаблюдать.

— Ну же… В чём дело, Бэки? – спросил он недовольно, когда девчонка вдруг прекратила сосать и резко обернулась назад.

— Тише, Том!.. Ты что, не слышал? По-моему, там в темноте кто-то есть!

— Перестань, крошка, мы здесь только вдвоём. Давай же, поработай ещё своим ласковым язычком и сладкими губками.

— Просто мне только что показалось… – всё хлопала она своими наивными глазёнками, вглядываясь в темноту.

— Да брось, никого здесь нет. Ты ведёшь себя как маленькая трусливая девчонка. – упрекал её парень.

— Прекрати, Том! Не называй меня так! Ты же знаешь, что мне уже восемнадцать, и вовсе я не трусиха!

— Ладно-ладно, не злись. А хочешь, садись надо мной на корточки, теперь я полижу тебе там?

— Мммм… – возразила она кокетливо, – Хочу, конечно, но сначала ты должен кончить мне в ротик.

И снова насадилась горлышком на его окаянный отросток. Вот не люблю я эти ваши минеты. Но эта похотливая соска так сладостно мурлыкала и причмокивала, так умело работала своими алыми губками и маленьким язычком!.. А попка её всё это время выписывала круги в какой-то полудюжине футов от меня. От такого зрелища у меня, конечно, всё встало – аж штаны вздыбились!

Но я затаился и решил подождать, пока эта малышка заполучит в глотку заслуженную порцию смени от своего любовника. И вот он взвыл как зверь, схватил её за волосы, чтобы не соскользнула с залупы раньше времени, и впрыснул ей в гортань всё, что было в его молодых яйцах. Я даже услышал, как шумно она всё это проглотила.

И вот только тогда я тихонечко… делика-а-атненько так… взял и покашлял. А вход в пещеру, из которого сюда всё это время сочился слабый свет, моментально взял и захлопнулся. Ох, что тут началось!..

Заметались голубки мои, словно в силке запутались. На ноги оба вскочили, кричат, суетятся, мечутся… Стены в темноте руками ощупывают – выход, стало быть, ищут.

А я тем временем неспеша достал из кармана свечу, да пару раз чиркнул огнивом. Когда слабое зарево осветило каменные стены, она стояла, забившись в угол. А он загораживал её собой и очень злобно смотрел в мою сторону.

— Ну, здравствуйте, гости дорогие… – со свечой в руках я медленно подошёл поближе, чтобы получше рассмотреть своих незваных визитёров.

— Кто вы такой?! Что вам от нас нужно?! – кричал парень, часто дыша и пряча за спиной испуганную девушку.

— Ну, я, допустим, смотритель этого подземелья. А вот кто вы такие и что здесь делаете, позвольте полюбопытствовать?

— Мы?.. Эээ… – пацан не находил подходящих слов для ответа.

— Мы просто гуляли и случайно тут заблудились. –пришла ему на выручку девчонка.

Выглядывая из-за широкого мужского плеча, она с опаской и любопытством рассматривала меня. Её особое внимание ожидаемо привлёк внушительный бугор спереди на моих штанах, так до сих пор и не опавший после дивного представления.

— Эх-эх… Гуляли и заблудились, значит… – я отступил на шаг, присел на камень и поставил свечу рядом.

— Да-да. И нам, пожалуй, уже пора. Пойдём отсюда, Том! – не видя агрессии с моей стороны, она выбралась из-за спины своего парня.

А тот так и стоял, то с недоверием поглядывая на мою страшноватую физиономию, то озираясь в поисках выхода.

— И куда же вы так скоро собрались? Когда я подошёл, мне совсем не показалось, что вы куда-то торопитесь. – не без ехидства подметил я, исподлобья косясь на испуганную парочку.

— Том! Чего ты замер? Пойдём отсюда скорее! Ты же помнишь, где выход?

— Конечно, помню… сейчас… Мы пришли вот оттуда, кажется… Ну да, точно, оттуда. – держа руками всё ещё расстёгнутые штаны, парень засуетился и указывал рукой в сторону зияющей черноты.

— Оттуда-то оттуда, да вот беда – там сейчас никак не пройти.

— Это почему? Да какого чёрта вы говорите?! – он метался из стороны в сторону, злился, но был явно растерян.

— Да ты, Том, не кипятись. Лучше штаны для начала застегнул бы… – я старался говорить очень спокойно, – А не пройти там, потому что от белого света нас с вами сейчас отделяют несколько ярдов каменных пород.

— Но ведь мы же как-то сюда вошли, а значит, можем и выйти! – вступила в наш диалог Беки.

— Хорошее предположение, но не совсем верное. – парировал я, – Во-первых, не всегда в этой жизни одной дорогой можно пройти в обе стороны; а во-вторых, не факт, что это всегда так уж целесообразно.

— Прекратите молоть чепуху и отпустите нас сейчас же! – суровый тон этого требования так забавно исказил её милое личико, что я невольно улыбнулся.

— А разве похоже, что я вас держу? Разве я вас связал? Заковал в кандалы или посадил в клетку?

— Нет. Но вы воспользовались какой-то магией, чтобы замуровать выход и сделать нас пленниками этой пещеры. Не так ли? – девчонка явно решила перейти в наступление.

— Ого! Надо же, какая сообразительная! Обожаю умненьких! Том, и где ты её такую выискал? – добродушно восторгался я в ответ.

— Послушайте, как вас там… – парень, наконец, застегнул штаны и присоединился к беседе. – Думаю, нам с вами следует договориться.

— Вот как? Что ж, деловых и решительных я тоже завсегда уважаю. Кстати, позвольте представиться: мистер Дрилл, к вашим услугам. И что же ты имеешь предложить мне, Том?

— В смысле? – голос новоявленного переговорщика звучал уже не так уверенно.

— Том, неужели ты не понимаешь? Он взял нас в заложники и теперь хочет получить какой-то выкуп.

— У-у-х!.. Обожаю умненьких! – повторил я, с улыбкой глядя на Беки, и демонстративно дважды потёр ладонью сквозь штаны своё всё ещё немного набухшее достоинство.

Заметив это, пацан нахохлился, сделал широкий шаг в мою сторону и замер буквально в полуярде от меня. Однако я продолжал спокойно сидеть на своём камне и смотреть на него снизу-вверх. Он же просто навис надо мной, не находя подходящих слов или действий.

— Послушайте, вы!.. – это всё, на что хватило у него в тот момент фантазии.

— Послушаю, послушаю… А ты для начала присядь-ка. – я указал ему своим когтистым пальцем на камень напротив.

Он постоял молча ещё пару секунд, а затем выполнил моё предписание.

— Ты тоже присядь, Беки. – обратился я к стоявшей чуть поодаль девушке. – В ногах правды нет.

— Присесть тут больше некуда. Так что спасибо, я постою! – прозвучало в ответ недовольным тоном.

Подходящих камней, в самом деле, поблизости не оказалось. Поэтому она скрестила на груди руки и обиженно отвернула голову в сторону и немного вверх.

— Нет-нет, так не годится: мы сидим, а дама стоит. Присядь хотя бы к кому-то из нас на колени. Ну, а ко мне или к Тому – решать тебе.

Какое-то время она молчала и не двигалась с места, притопывая носком туфельки по полу, как делают, чтобы скоротать ожидание. Но вскоре передумала.

— Впрочем, будь по-вашему! – Беки стремительно сорвалась с места и уселась на колени своему любовнику. – Я где-то читала, что террористам лучше лишний раз не перечить и, по возможности, стараться выполнять все их требования.

А чтобы хоть как-то меня уязвить, она нежно обняла парня рукой за шею, чмокнула в щёку и буквально растеклась по его торсу в довольно вальяжной позе.

— Что ж, вот и славно. Выкладывай своё деловое предложение, Том. – резюмировал я, любуясь тем, как девчонка сидит у него на коленях и покачивает ножками в лакированных туфельках.

— Ну… Я хочу сказать, что моя семья довольно состоятельна, и будет готова предложить любую сумму наличными или же золотом.

— Позволь, я кое-что тебе объясню. Понимаешь ли, я, как ты, наверное, уже успел заметить, самый настоящий гоблин. А видел ли то когда-нибудь, чтобы гоблины ходили по магазинам и расплачивались наличными?

— Нет, не видел… – пробубнил он невнятно.

— Конечно, не видел. А знаешь ли ты, чем занимаются гоблины вроде меня, живущие в подобных пещерах?

— Понятия не имею…

— Что ж, наверное, это и к лучшему. Но поверь на слово, прельстить меня золотыми монетами или слитками у тебя вряд ли получится.

— Но что же вам тогда нужно? Говорите прямо, чего вы от нас хотите?

— Вот! Мне нравится твой деловой настрой! Но я всё же хочу, чтобы ты сам догадался. Дам подсказку: я кое-что коллекционирую, и это что-то так просто в пещерах не сыскать.

— Не золото и не деньги… Коллекционирует то, чего нет в пещерах… – размышлял он вслух. – А ты понимаешь, о чём он говорит, Беки? Может, это какие-то диковинные жуки или растения? Или…

Разум парня явно был в тупике. А вот в её сообразительной головёнке бурно закружился целый рой мыслей и предположений. Однако при всех раскладах он неизменно приводил к не слишком утешительным выводам, поэтому делиться своими соображениями Беки не торопилась.

— Ну, так что скажешь, Беки? Есть идеи? – повторил я вопрос Тома.

— Интуиция мне подсказывает, что гоблин-отшельник, живущий в пещере, едва ли станет коллекционировать значки, пивные пробки или почтовые марки. – умозаключила красотка, нарочно не глядя в мою сторону.

— Замечательно, продолжай… – я же напротив, настойчиво сверлил её симпатичный профиль проницательным взглядом.

— Золотые монеты Вас тоже вряд ли заинтересуют…

— Ну, почему же? Золото и монеты – это превосходно, однако к ним у меня интерес сугубо профессиональный, а мы ведь сейчас говорим о хобби…

— Именно. То есть, это нечто такое, чего просто так в этой пещере не сыщешь. Разве что только по какому-то особому случаю… – с этими словами сидящая на коленях своего парня девчонка обернулась, и её красивые умные глазки встретились с моим испытующим взором.

В ту же секунду по её взгляду я понял, что она давно обо всём догадалась. А весь этот спектакль был нужен лишь для того, чтобы подготовить должным образом Тома. Я по достоинству оценил такой её ход и даже решил немного подыграть. Впрочем, это отнюдь не означало, что я понижу ставки в своей игре.

— О да!.. Столь обворожительные юные гостьи в моей пещере – это, в самом деле, случай особый. А когда молодость и красота сочетаются ещё и с блестящим, склонным к дедукции, умом – это не просто возбуждает, а начисто лишает рассудка!

С этими словами я поднялся с камня и неспешно приблизился к сидящей неподалёку влюблённой парочке. Глядя девчонке прямо в глаза, я коснулся своим когтистым морщинистым пальцем её колена и медленно провёл вверх по бедру, увлекая за собой кружевной подол платья. И только когда красивая девичья ножка оказалась оголена почти до самой промежности, Том не выдержал. Он резко вскочил на ноги, оттолкнув от себя в приступе слепой ревности Беки.

— Да что тут, чёрт побери, происходит?! Почему мне сейчас кажется, что я что-то пропустил?! – вопил он на всё подземелье.

— Видимо, потому что ты, и впрямь, кое-что пропустил, Том. Если ты до сих пор не понял, я хочу поиметь твою невесту. А предмет моего коллекционирования – это попки молоденьких девчонок. И, в связи с этим, кстати, я предпочитаю позицию сзади.

— Что?! – возмущённо воскликнула Беки.

— Чего-чего?! – пацан и вовсе походил сейчас на разъярённого буйвола.

— Не горячись так, Том. Я прекрасно понимаю твои чувства. Но это вполне стандартная цена свободы в подобных ситуациях. И ты, Беки, далеко не первая, кто мне эту цену заплатит.

— Чего?.. – повторил он свой глупый вопрос, скривив лицо и глядя теперь уже на подругу.

— А моего согласия, похоже, вообще никто тут не спрашивает? – снова попыталась она возмутиться.

— Нет, Беки, не спрашивает. Потому что мы все трое прекрасно знаем, что в конце концов ты согласишься.

— А не шли бы вы куда подальше с такими требованиями, мистер Дрилл?! – продолжал петушиться Том.

— Ох-ох-ох, напугал… Ладно, голубки, думаю, вам надо тут кое-что перетереть между собой. Так что не стану вам мешать. Вы пока поворкуйте, подумайте, да потолкуйте… А я пойду немного отдохну. А когда вернусь, можем обсудить детали и нюансы сего волнующего действа. Ведь, скажу честно, подобные тройнички у меня случаются нечасто.

Я подмигнул Беки, панибратски хлопнул пацана ладонью по локтю и направился прочь в темноту, оставив их наедине выяснять отношения в слабом зареве от маленькой свечки.

— О чём он говорит, Беки? Какие ещё «тройнички»? И ты на это согласилась? Когда? Я что-то не слышал! – раздавались где-то позади гневные возгласы.

— Успокойся ты, Том! Неужели не понимаешь, это наш единственный путь на свободу.

— Да не успокоюсь я! И потом, с какой стати именно в попу? Вот когда я тебя о этом просил, ты наотрез мне отказала. А с ним почему-то сейчас даже спорить не стала!

— А ты что, хочешь, чтобы он кончил мне… туда?! – девушка ткнула пальцем себя в лобок.

— Ещё чего! Этого даже я себе пока не позволяю!

— Вот видишь. А он ведь обязательно в меня кончит. Поверь, мне и самой это всё ужасно не нравится. Но это меньшее из зол, которое он мог бы с нами сотворить. Ведь это же гоблин!..

— Да мне насрать, что он гоблин! Пусть хоть сам дьявол! Пусть только сунется сюда снова – я… я убью его! Я размозжу его тупую башку вот этим камнем! Чёрта лысого он получит, а не твою попку!

Да-да, стадия отрицания должна была смениться гневом, на смену которому так или иначе придёт торг, потом депрессия, а за ней и принятие неизбежного. Это только вопрос времени. Которое я, кстати, не собираюсь тратить понапрасну. Я лучше немного вздремну. После короткого дневного сна у меня, знаете ли, лучше эрекция.

Устраиваясь поудобнее на своём уединённом лежбище, я краем уха слышал неутихающий спор сладкой парочки. Он по-прежнему возмущался, а она его успокаивала.

Гм… а вот всё же интересно, почему умничка Беки умудрилась пройти все эти пять пресловутых стадий всего за пару минут, молча сидя на коленях своего любовника и украдкой косясь на недвусмысленный бугор на моих портках? Эх, может, хоть когда-нибудь я научусь понимать, что в голове у этих загадочных и непредсказуемых женщин…

Через пару часов, возвращаясь к Тому и Беки, я был готов к любому сюрпризу. Поэтому полетевшие в мою сторону несколько крупных булыжников меня нисколько не удивили. Что ж, по крайней мере, этот малый – человек слова, он хотя бы попытался разделаться со мной, как и обещал.

В ответ на его выпад, правда, тут же сверкнула яркая молния, и грянул оглушительный разряд. В паре футов от места, где стоял дерзкий мальчишка, образовалась внушительная воронка размером с блюдце, внутри которой вскипела расплавленная каменная порода. Девчонка ожидаемо взвизгнула и отскочила в сторону, а вот пацан остался стоять на месте. Я его за это, честно говоря, даже зауважал.

— Не надо так, Том. В следующий раз я ведь не промахнусь. Давай лучше всё обсудим как деловые люди. Ну… в смысле… как деловой человек и деловой гоблин.

— Да, Том, прошу тебя, прекрати! – почти взмолилась напуганная Беки.

— Ладно уж. Ваша взяла. – несколько озлобленно процедил он сквозь зубы, но оставшиеся у него булыжники выбросил.

— Вот и славно. Правда, ты же понимаешь, что за твою выходку я теперь потребую с тебя дополнительную компенсацию?

— Пожалуйста, только не это! Не трогайте его, возьмите только меня! – вступилась за любовника девушка.

— О нет-нет, Беки, ты не так меня поняла! – поспешил я внести ясность. – То есть, накажу я, конечно, его, но не так, как ты подумала.

— И как же это? – парень смотрел на меня волком.

— Ну… За то, что ты вынудил меня пренебречь мерами пожарной безопасности во вверенном мне подземелье, теперь я хочу посмотреть, как твоя подружка пописает прямо вот в эту воронку и тем самым снова превратит расплавленную породу в камень. – жестом я указал в сторону всё ещё багрово-красной углубления, что образовалось в полу.

— Что?! – искренне опешила девчонка. – Ха… Это просто неслыханно!

— Да, дорогуша. Я знаю, что я самодур и тот ещё извращенец. Но, видишь ли, спорить с гоблином, причём в его же пещере – так себе затея.

— Но ведь это же небезопасно, она может обжечься!

— Во-о-от! Именно, Том! А чтобы твоя Беки не обожгла попку, а то и ещё чего понежнее у себя между ножек, тебе придётся ей немного помочь. Мы же не позволим даме приседать на корточки прямо над огненной лавой, тебе придётся подержать её на весу, пока она писает.

— Как это? – не поняла Беки.

— Очень просто. Ты же видела, как малых деток над кустиками держат? Том, у тебя ведь хватит для этого сил, ты справишься?

— Справлюсь. – снова процедил он, стиснув зубы.

— Тогда чего же мы ждём? Приступайте! – скомандовал я и уселся зрителем на камень возле пока ещё раскалённой воронки.

Гости мои хоть и были готовы ко всякому, но от такого моего требования, конечно, опешили. Однако не по годам мудрая Беки выбрала верную тактику – не спорить с террористом, со мной то есть. Поэтому решила взять инициативу в свои руки. Ммм… И это, доложу я вам, было крайне возбуждающе!

Она встала напротив меня перед самой пышущей жаром воронкой. Подхватила руками подол, уверенным движением задрала его как можно выше и оглянулась через плечо, ожидая, когда партнёр подойдёт сзади.

А тот так и стоял столбом у неё за спиной, не в силах оторвать взгляд от её внезапно оголившихся ягодиц. Его сознание, по-видимому, стало рисовать образы относительно того, что будет происходить, когда очень скоро эти белые булочки окажутся в моей власти.

— Ну?.. И долго мне так стоять? Подойди уже и приподними меня как он сказал. – строгий голосок Беки прозвучал довольно требовательно.

Том встрепенулся и последовал указаниям. Он наклонился и попытался приподнять девушку, обхватив за талию. Но кружевная ткань предательски заскользила, и через секунду девчонка снова коснулась ногами земли, а платье теперь оказалось задрано до подмышек.

Панталон на ней не было, так что зрелище получилось невероятным: ножки в туфельках, белые чулочки чуть выше колен, потом совсем ничего… а сверху сноп из ткани и кружев, скрывающий грудь и голову до самой макушки. И посреди этого великолепия тёмное пятнышко из жиденьких кудряшек на лобке… Ммм!.. Я невольно улыбнулся, а член мой в штанах опять заметно пришёл в тонус.

— Да не так! Вот неуклюжий… – огрызнулась красотка на парня, высвобождая руки и голову из кружевного плена.

— А как надо-то?

— Очень просто. Я немного присяду, а ты бери меня снизу и поднимай.

Расставив ноги на ширину плеч, она наклонилась и немного свесила оголённую попу назад. Пацан ухватил её снизу почти у коленей – и вот бесстыдница воспарила в ярде над землёй с широко разведёнными бёдрами.

— Ага, молодчина, Том! Так держать. Теперь полшага вперёд и чу-у-уть-чуть левее… – я решил тоже принять участие в руководстве процессом.

— Влево от меня или от вас? – он сделал полшага, но ничего не видел перед собой из-за кружевной пелены на лице.

— От тебя, конечно. Ага, вот так…

Я слез с камня и подошёл ближе. Мне ужасно захотелось рассмотреть молоденькую киску Беки, пока она пребывает в столь откровенной позе. Воспользовавшись тем, что пацан ничего сейчас не видит, я протянул руку и коснулся двумя пальцами покрытого лёгким пушком нежного бутончика между ног у девчонки.

Волосики приятно щекотали мои заскорузлые пальцы, а пара мощных и уже туповатых когтей медленно, но властно раздвинула валики половых губок. Розоватая мякинка меж них послушно расступилась, открыв моему взору тёмно-розовый коридорчик, ведущий внутрь блестящего от смазки юного девичьего естества.

— Поверить не могу, что он будет смотреть, как ты сделаешь! И ты давай, кстати, побыстрее, мне же, вообще-то, тяжело… – причитал «ромео», держа навису свою невесту с раздвинутыми ногами над пышущей жаром воронкой.

— Я пытаюсь, Том! Но это не так просто, как ты думаешь…

Беки тужилась, пыталась сосредоточиться, даже прикрыла глаза и закусила нижнюю губу… Но начать писать мне напоказ всё никак не могла.

Я, хоть и конченный извращенец, но далеко не садист. И глумиться понапрасну – не в моих правилах. К тому же я прекрасно понимал, что эта молоденькая писька предназначена вовсе не мне, а Тому. Просто поддался гоблинской беспринципности и не устоял перед соблазном хоть на мгновение прикоснуться к вожделенной девчачьей прелести.

И теперь я, будто бы невзначай, надавил кончиком тупого когтя в одному мне ведомую точку чуть пониже клитора, а потом резко отпустил. В следующий миг из узенького отверстия, скрываемого пологом из нежных розовых лепестков, прыснула тонкая тёплая струйка. Сначала она оросила мои пальцы, а потом зашипела, ударив точно в центр всё еще багровеющей жаром ямки.

— О… О-о-ой!.. – только и вырвалось из уст писающей Беки. – О боже! Как он это сделал? О-о-ой-ой-ой! Держи меня крепче Том! Держи!.. Только не урони! А-а-а-ха-а…

Девчонка с полминуты тряслась от оргазменных судорог, которые прекратились только когда её красивая чувственная пися перестала источать из себя золотистую струйку. Том поставил девушку на пол, но та ещё долго вздрагивала и продолжала держаться за его руку, приходя в себя от неожиданного пережитого яркого наслаждения.

— Браво, Том! Брависсимо, Беки! Это было восхитительно!

Я стоял и громко аплодировал сладкой парочке. А что? Я в самом деле получил от этого зрелища истинное эстетическое наслаждение. Чего вы хотите – ведь я всё-таки гоблин!

А когда спустя минуту они снова обратили на меня внимание, во рту у меня уже дымилась трубка. Избавившись от портков, я плавно разминал в руке свой внушительный орган.

— Чего уставились? Давайте уже продолжим!

— О боже… – как-то нарочито обречённо произнесла девчонка. – И что я теперь должна делать?

Интересно, только я тогда уловил фальшь в её интонациях? Эта её «обречённость» показалась мне весьма наигранной.

— Почему же только ты? Вы оба! Ты, Том, ложись вон туда, где лежал, когда я вас тут застукал и приспусти штаны. А ты, Беки, становись над ним всё так же раком и снова поработай… Как ты тогда сказал?.. «Ласковым язычком и сладкими губками». Только на этот раз не забудь повыше задрать своё красивое платьице, чтобы предоставить мне доступ к твоей очаровательной попке.

Как ни странно, спорить они не стали. Очень скоро оба приняли свои позы. Головка девчонки задвигалась вверх-вниз, ублажая ротиком достоинство парня. А её оголённая белая попочка крайне обольстительно раскачивалась влево-вправо, всё больше сводя меня с ума.

Несколько минут я молча стоял и смотрел, да попыхивал свою любимую трубку. Клубы дыма от необычного табака я старался нарочно пускать в сторону похотливых любовников. И его воздействие не заставило себя ждать.

Очень скоро довольное и благодарное мужское рычание стало раздаваться всё громче. А тёмно-розовое колечко девичьего ануса, которым я любовался уже почти в упор, всё явственнее заиграло похотью.

А потом я положил обе руки на её нежные белые булочки, сначала немного их сжал, потом раздвинул широко в стороны. Трепетная звёздочка при этом расслабилась, на миг приоткрыв вход в столь манящий меня тёпленький и тугой девичий анус.

И я, разумеется, не преминул воспользоваться этим приглашением. Моя горячая, упругая и блестящая от смазки залупа тотчас прильнула к очку молоденькой девчонки. А спустя всего пару мгновений почти без усилия плавно вползла целиком в её тугую заднюю норку.

Эхо неспешно разнесло по пещере приглушённый гортанный девичий стон. Ох, сколько же раз подобные звуки здесь уже раздавались! Но этот стон от самого первого анального проникновения – он почему-то всегда для меня самый сладостный.

Обожаю так вот, как сейчас, держать обеими руками нежные тёплые девичьи ягодицы, чувствуя, как мои тупые, но твёрдые когти впиваются и фиксируют для проникновений эту юную плоть. А ствол всё глубже и глубже скользит внутрь молоденькой попочки, растягивая её внутренние гладкие стенки и беспрекословно подчиняя очередную норовистую бесстыдницу моей воле.

Эх, сколько же в них бывает гонору-то поначалу… Пока так вот не поставишь перед собой раком, подол повыше не задерёшь и не засадишь в задницу по самые яйца! А как начнёшь шпилить, весь гонор тут же улетучивается, уступая место неукротимой страсти и неудержимой похоти.

Вопреки стереотипам, первый анал – это не всегда должно быть больно. Если сделать всё умело и с душой, боли вообще никакой может и не быть. Ну, разве что самую малость в первые секунду-другую. Зато потом!..

Сама атмосфера мрачного подземелья, в купе с привкусом неизбежности этой априори постыдной формы соития, неведомым образом заставляет женскую натуру подчиняться и отдаваться особенно всецело и без остатка.

Беки, конечно же, не стала исключением. Не прошло и пары минут с момента первого знакомства её попки с моей елдой, как она уже вовсю подмахивала задиком навстречу моим толчкам. Ротик её был занят залупой любимого Тома, поэтому в голос стонать не поучалось.

Но эти её ритмичные гортанные стоны под аккомпанемент звонких шлепков моего выпуклого пузца по гладким ягодицам в сопровождении гулкого плюханья пары увесистых яиц по раздраконенной мокренькой щелке звучали крайне возбуждающе.

С тех пор, как я вплотную занялся обработкой попочки Беки, Том всё время молчал. Но, вероятно, магия этого неповторимого процесса в мареве волшебного дыма от моей трубки в конце концов окончательно взяла верх. Он сперва засопел, потом зарычал, а затем напрягся и разразился громким басистым воплем, изливаясь спермой прямо в горлышко любимой девчонке.

А девчоночка-то молодец – так и не выпустила из ротика стоячий член своего возлюбленного, вовсю извергающий фонтаны горячего липкого семени. Проглотила всё до последней капельки!

Потом, зажмурившись, продолжила дальше жадно обсасывать только что отстрелявшийся ствол. Она так глубоко насаживалась на него горлом, что из гортани доносились характерные звуки, похожие на голубиное воркование.

Что касается меня, то я в этом деле вообще не сторонник спешки. По молодости частенько порой хотелось поскорее да поглубже засадить в попку какой-нибудь незадачливой сыкухе. Яростно отодрать и кончить прямо в её узенькую дырочку. Что я, собственно, обычно и делал.

Однако с годами осознал, что чем дольше и нежнее голубишь такую вот неискушённую девчонку, чем искуснее исполняешь в её тугой попочке членом этот любовный вальс, тем ярче и неповторимее получается потом наслаждение. И тем мокрее и яростнее, кстати, кончает она сама, содрогаясь всем телом до потери самообладания и неистово при этом вопя.

А вы что, до сих пор думали, что от долбёжки в попу девушка не может кончить? Ну, то есть, от долбёжки – пожалуй, да – вряд ли. А вот от филигранно выводимых в попке любовных узоров с правильно подобранным ритмом, темпом и мотивом – очень даже запросто!

Я же почему перед этим делом всех их пописать заставлю? Ну, то, что мне нравится на это смотреть – оно понятно. Но дело не только в этом. А ещё и в том, что лишняя влага в организме в самый неподходящий момент может привести к никому не нужной преждевременной разрядке. А после мимолётного, почти незаметного и короткого удовольствия она потом потеряет к процессу всякий интерес.

Однако Беки это точно сейчас не грозило! Заполучив от Тома залп спермы прямо в горло, теперь она целиком и полностью отдалась ритму, который я настойчиво задавал своим членом в её уютной молоденькой попе.

Я смаковал каждый миллиметр скольжения моей набухшей елды в её тёплой и чувственной задней норке. Закрыв глаза и вскинув голову кверху, я пыхал свою волшебную трубку и крепко держал за бока в полный голос стонущую девчонку.

То медленно, но неотвратимо снова и снова вплывал своим фрегатом в её заднюю гавань, то глубоко и размашисто засаживал ей в сладкую попочку свой стоящий колом елдак. В этом, к слову, и есть прелесть моего малого роста – я могу стоять на своих двоих и сколь угодно долго без лишнего напряжения сношать сзади под нужным углом стоящую передо мной раком красотку.

Моя набухшая залупа нескончаемо сновала взад-вперёд в её тёпленьком тесном фарватере, доставляя нам обоим неслыханное наслаждение, от которого хотелось буквально выть и кричать.

Я-то сдерживался, а вот малышка Беки в пылу страсти частенько вздрагивала, громко охала, страстно ахала и то и дело надрывно выкрикивала имя «Том». А тот в ответ молчал и ласково поглаживал её вспотевшую взъерошенную головушку.

Скоро я понял, что сил на стоны и крики у неё совсем не осталось, и эта юная задница сполна заслужила горячий и обильный залп мужского семени в самую глубь. Тогда, как водится, я ухватил когтистыми пальцами похотливую голозадую сыкушку за бока ещё крепче и ещё пару дюжин раз присунул ей в попу с особыми размахом, силой и пристрастием.

А под самый конец, уже ничуть не подавляя себя, засадил на всю длину. Плотно прижавшись животом к горячим и потным девчачьим булочкам, я начал выстреливать из раздутой от напряжения залупы толстые струи своей густой белой спермы.

Она тут же стала заполнять тесные недра девичей попы, распирая её изнутри и опустошая мои набухшие яйца. Меня очень порадовало, как девчонка на это отреагировала! Она не просто стала кончать, судорожно сдавливая мой член сокращающемся в порывах страсти очком.

С невероятно громким и протяжным воплем она завибрировала мелкой дрожью. А из её красивой молоденькой письки хлынул настоящий фонтан горячей страсти, который ударил мне прямо в колени…

— О боже… О боже… О боже, Том!.. Что это, Том?! О боже!.. Это восхитительно! Спасибо тебе, Том!.. Спасибо, любимый! О боже…

Она всё тараторила и тараторила, благодаря своего парня за это удовольствие и признаваясь ему в любви. Как будто бы меня рядом вообще не было, вы представляете?!

Но я, конечно, ничуть не обиделся и не разозлился. Просто в очередной раз убедился, что ни хрена я не смыслю, что в голове у этих женщин. И вряд ли когда-то пойму. Да и надо ли? Я же ведь не головы их коллекционирую, в конце концов. Ха-ха…

Пока моя сладкая парочка приходила в себя, я нацепил портки, мановением пальца открыл выход из пещеры и встал у самого краешка, как бы на порожке. Стою себе, значит, остатки табака из потухшей трубки вытряхиваю, дышу свежим воздухом, да от света яркого щурюсь.

Буквально минуты через две Том и Беки стремглав выбежали наружу и, взявшись за руки, пустились бегом прочь, подальше от этого места. А я всё стоял, смотрел им вслед и улыбался. Всё думал про себя: оглянется или нет?.. И знаете что? Она оглянулась!

Прислано: niki720