Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Новогодний челлендж

Этот Новый год мы с женой планировали встречать вдвоём. В тесном семейном, так сказать. Поехать никуда в этот раз не получилось, в гости никто не позвал, а устраивать посиделки у себя как-то не было настроения. Вот мы со Светой и решили просто остаться дома.

Но внезапно за два дня до праздника мне позвонила Ира – её сестра. Я, если честно, даже и не помню, когда и по какому случаю вообще обменялся с ней телефонами, поэтому удивился её звонку. Бодрым голосом она поздравила меня с наступающими и предложила нам со Светой встречать Новый год в гостях у них с мужем.

Вечером я поделился с женой этой новостью. Она, конечно, уже была в курсе, но ни на чём не настаивала. Лишь, изобразив пассивное согласие, предоставила мне право принять окончательное решение. А поскольку так вот ни с того, ни с сего записываться в старики-домоседы мне пока совершенно не хочется, я сказал, что предложение Иры и Игоря нам следует принять с благодарностью.

Ближе к вечеру в канун торжества мы стали собираться. Я принял душ, надушился, надел строго выглаженные новые брюки и красивую рубашку, в которой недавно ходил на корпоратив. К моему удивлению, Света вырядилась в потёртые джинсы и свой любимый свитер. Я несколько удивился её выбору, но ничего на это не сказал.

Как бы то ни было, часов в пять вечера всё было готово. Мы сложили в сумки все причитающиеся с нас ингредиенты для «Оливье» и «Селёдки под шубой» – неотъемлемых атрибутов праздничного застолья, – и поехали в гости. Я, кстати, до того дня дома у этих ребят никогда не был.

У меня 31 декабря был выходным днём, а вот у Игоря – рабочим. Поэтому, когда мы заявились, нас встретила одна Ира. Она сказала, что муж её ещё в пути, но вот-вот будет дома. Девчонки тут же облачились в фартуки и стали хлопотать на кухне, кроша и смешивая компоненты салатов, раскладывая по тарелкам закуски, гремя посудой и то и дело о чём-то задорно хохоча.

Я предложил им свою помощь, но для меня работы не нашлось. Мне было велено отправляться в гостиную, где и будет проходить торжество, и ждать там Игоря. Посреди комнаты стоял большой, но приземистый круглый стол со столешницей из толстого прозрачного стекла. Я отметил про себя оригинальность такого решения, потому что стекло – прочный и неприхотливый материал, который можно использовать без всяких скатертей. При этом, глядя на него, можно видеть не только поданные блюда, но и паркет, и даже ноги всех, кто сидит рядом.

Вокруг стола на равных расстояниях одно от другого стояли четыре довольно необычных кресла-пуфа. Они были очень мягкими, низкими и на вид весьма уютными. Я плюхнулся в одно из них и сразу же провалился чуть не на уровень пола. Но, учитывая высоту стола, это было удобно. А если ещё и откинуться на спинку, то положение получалось вообще полу-лежачим, мои колени оказались приподняты. Я тогда ещё подумал, это хорошо, что Света моя в джинсах, а то в юбке ей сидеть в такой позе было бы неловко.

Вся эта немного странно-футуристическая мебель, впрочем, вполне располагала для долгих задушевных домашних посиделок. Рассматривая интерьер и щёлкая пультом по каналам на телеке, я скоротал чуть более получаса. Потом решил выйти через лифтовый холл на лестницу покурить. Пока курил, мне позвонил Игорь. Он говорил сбивчиво, в голосе явно слышалась одышка.

— Вань, привет!.. А вы уже… у нас?..

— Привет! Ну, да! Тебя ждём. Ты скоро?

— Да, я тут уже, во дворе… Блин… Еле место нашёл, чтоб припарковаться! Найти-то – нашёл! Да тут сугроб… Передними колёсами перемахнул, а задние увязли… Ни туда, ни сюда… Лопатой машу вот… Не подсобишь?

— О чём речь! Ужу спускаюсь!..

Я затушил и выбросил недокуренную сигарету и вернулся на секунду в квартиру, чтобы накинуть куртку с шарфом и заодно предупредить девчонок, что пошёл тоже лопатой махать да машину выталкивать.

— Светик, Ириш!.. Я спущусь Игоряну на помощь! Он там в сугробе увяз… Одни уши торчат…

Мне никто не ответил.

— Эй!!! Красотки! Вы где там?!! – Почти прокричал я.

— А… Ага… Давай-давай!.. Мы тут переодеваемся… – Раздалось сквозь закрытую дверь самой дальней комнаты.

Поначалу я не придал никакого значения этой реплике. Действительно, а что тут такого? Ну, а чем ещё могут быть заняты женщины, когда их не видно? Ясное дело – красятся или переодеваются…

Раскидав в стороны снег из-под колёс, мы водрузили авто Игоря на заветное парковочное место во дворе. Усталые, но довольные, не спеша выкурили по одной у подъезда и минут через тридцать вернулись в дом, где играла громкая музыка и уже пахло едой и праздником.

На пороге нас встретили наши жёны. Увидев их, мы с приятелем встали, как вкопанные, потому что их наряд просто заставил остолбенеть! На них обеих были одинаковые и, надо сказать, весьма соблазнительные костюмы Снегурочек. Приталенный светло-голубой, вышитый серебром, кафтан заканчивался на середине оголённых бёдер кружевной каймой со снежным узором. Его тонкая эластичная ткань подчёркивала все достоинства стройных и очень женственных фигур. А голову украшал сверкающий стразами небольшой красивый кокошник.

— Оба-на!.. – Изрёк опешивший от такого зрелища Игорь.

— Нравится?.. – Света сделала па, покружилась вокруг себя и лукаво состроила невинные глазки нам обоим. Свободный подол кафтана при этом приподнялся куполом, обнажив бёдра практически полностью.

— Обалдеть!!! – Ответили мы хором, так и не начав избавляться от верхней одежды.

— Ну? И чего замерли-то? Снегурок, что ль, новогодних не видали? Руки мойте – и за стол! Пора старый год провожать!.. – Встряхнула нас Ира.

Они со Светой погодки. Я вечно путаю, кто из них старшая, но это и не важно. Они одновременно и похожи между собой, и непохожи. У Светы волосы светло-русые, до плеч, а Ира – жгучая брюнетка с волосами почти по пояс. Света у меня более тихая и домашняя девочка, а Ирка, по рассказам тёщи, всегда слыла бойкой проказницей и заводилой. Но в целом, глядя на них, сразу было понятно – перед тобой родные сёстры.

Минут через десять стали усаживаться за стол. Я по привычке уселся в то же кресло, которое облюбовал прежде. Игорь сел справа от меня. Так нам обоим было хорошо видно экран телевизора. Девчонки спорить, как ни странно, не стали и расположились напротив: Света передо мной, а Ира – перед Игорем.

Первое время, пока раскладывали салатики по тарелкам, бегали на кухню за чем-то забытым, поднимали в промежутках какие-то сумбурные тосты за уходящий год, всё шло как обычно. Я, по крайней мере, ничего такого не замечал. Но как только суета улеглась, и посиделки стали входить в более спокойное русло, взгляд мой невольно стал останавливаться на коленках сидящих напротив нас Снегурочек.

Колени Светы мне очень нравятся, но их я вижу каждый день. А вот колени Иры, да ещё и в таком эротичном кафтане не давали мне покоя. Я и так, и эдак старался не смотреть в её сторону, но получалось у меня это слабо. Ничего не попишешь – такова уж мужская натура!

Естественно, я обратил внимание, что и Игорь нет-нет, да и скользнёт сквозь прозрачную столешницу по голеньким коленочкам моей Светланки. Девчонки, естественно, делали вид, что ничего не замечают. Они звонко смеялись над нашими шутками, кокетничали, веселились, покачивали плечами и пританцовывали, сидя в своих креслах, когда по телевизору звучала хорошая песня.

Спустя примерно час, и я, и Игорь немного успокоились, и вид полуголых девичьих ног под столом нас уже почти не беспокоил. Возможно, из-за того, что и сами Снегурочки вели себя очень скромно: ни одна из них так ни разу и не раздвинула «невзначай» под столом свои бёдра.

На часах было всего лишь одиннадцать с минутами, а Игорь, утомлённый рабочим днём и последовавшей за ним вынужденной снегоборьбой, а теперь ещё и нагруженный алкоголем, стал вялым. Да и я, признаться, уже пару раз с трудом скрывал накатившую вдруг зевоту. Чтобы как-то его растормошить, а заодно и самому разгуляться, я предложил ему:

— Слушай… А пойдём покурим?..

— А пойдем-ка!.. Покурим-ка!.. – Нарочито бодрясь, подхватил идею Ирин муж.

Пока стояли на лестнице с сигаретой, ни он, ни я не решились затрагивать тему неожиданного переодевания наших девчонок, вместо этого болтали о всякой ерунде… Но было очевидно, что вопрос «А что будет дальше?» висел в воздухе и не давал обоим покоя.

Вернувшись, мы сели за стол на свои места. Пока нас не было, на столе появились новые блюда и закуски. Верхний свет в комнате погасили, горел только торшер в дальнем углу и переливалась всеми цветами радуги ёлка. Звук телевизора стал заметно тише, чтобы ничто не отвлекало от общения.

У всех в тарелках оказался смачный кусок запечённого мяса и отварная картошечка с укропом. Я с неожиданно разыгравшимся аппетитом навалился на ужин. Игорь тоже сосредоточенно скрежетал ножом и вилкой по посуде. Девчонки вели себя как-то необычно тихо, сидели с фужерами мартини в руках, молча переглядывались между собой и внимательно наблюдали за нами.

Отрезая очередной кусок сочной свинины и уже предвкушая наслаждение, с которым сейчас отправлю его себе в рот, я краем глаза увидел, что моя Света сменила позу: она вальяжно откинулась на спинку кресла и при этом позволила коленям довольно смело раздвинуться. Не переставая жевать, я невольно скользнул взглядом меж них.

Но это было только начало. Колени моей благоверной медленно, но верно расплывались по сторонам всё шире. Она сидела от меня по левую руку, немного боком ко мне, и для меня обзор был ограничен, а вот Игорь, подними он сейчас глаза, наверняка мог бы без труда рассматривать все детали кружевного узора на её трусиках.

Я отвёл глаза и, выждав короткое время, снова посмотрел на жену. Теперь она сидела уже просто в откровенно блядской позе, выставив Игорю напоказ всё, что есть у неё там под юбочкой. Голову она отвернула в сторону телевизора, наверное, специально, чтобы не встретиться со мной взглядом. Тогда я в нерешительности посмотрел на Иру, намереваясь намекнуть ей, чтобы та одёрнула свою явно забывшуюся сестру.

И каково же было моё удивление, когда, поймав мой взгляд, она стала плавно, но уверенно принимать точно такую же позу! Её задранные высоко вверх белые коленки разошлись в стороны только наполовину, а мне уже открылся шикарный вид на её… Нет, не трусики! Вот их-то как раз на ней и не оказалось!

Взор моих округлившихся глаз прильнул к двум аппетитным гладко выбритым пухленьким складочкам. Они были почти сомкнуты и практически полностью скрывали и внутренние губки, и клитор. Сквозь узенькую щель проглядывала только тонкая полоска розовой девичьей плоти. Сверху на лобке это великолепие венчал узор из волос в виде небольшой бабочки. Взглянув на Игоря, я застал его яростно жующим кусок мяса и демонстративно пялящимся строго вниз, в свою тарелку.

Стало понятно, что и на Свете трусиков тоже сейчас нет. И Игорь несколько мгновений назад это выяснил, узрев у неё между ножек сладенькую и совершенно лысенькую, как у школьницы, девчачью писю. Это был явно какой-то заговор с их стороны! Но к чему всё это? Что именно задумали наши Снегурочки?!

Затянувшуюся неловкую паузу прервал голос президента по телеку. Я отложил нож и вилку, взял пульт, который почему-то так и лежал на полу рядом с моим креслом, и сделал звук громче.

— О, пора! Надо пока всем налить!.. – Оживился мой сосед справа. – Светик, тебе какого шампанского?

— Мне полусладкого…

— А мне сухого… Ванюша, поухаживаешь за мной? – Отозвалась Иринка.

Я решил не тянуться через весь стол, как это делал сейчас Игорь, а подойти и наполнить даме бокал. Пока прохладное шампанское слабым потоком, чтоб не вспенилось, стекало по стенкам бокала, я стоял рядом и чувствовал, как её бедро прижалось к моему колену и совершает едва заметные движения вверх-вниз.

Было давно понятно, что девчонки что-то затевают. Но совершенно не ясно, что именно. Как далеко они собирались зайти? Судя по реакции Игоря, его тоже никто ни о чём не предупредил. Он был растерян явно не меньше моего, потому что не уследил за потоком шампанского, и оно ринулось пенной шапкой поверх стенок бокала Светы, которой он сейчас оказывал знаки внимания.

Президент закончил свою поздравительную речь восклицанием «С Новым 2019 годом!!!». Раздался бой курантов. Потом последовали довольные визги Снегурочек, выкрики «Ура!» и звон бокалов, которые были подняты стоя и тут же выпиты до дна. Когда все опустились на свои кресла, девчонки снова приняли свои пуританские позы, будто это вовсе не они только что красовались тут перед нами своими голенькими «шкатулочками».

Выждав мгновение, когда обе Снегурочки отвернули головы к телевизору, я слегка толкнул локтем Игоря и изобразил выпученными глазами свой немой вопрос.

— Сам в шоке!.. – Беззвучно пошевелил губами он мне в ответ.

А Снегурки, убедившись, что мы оба теперь с одной стороны, как говорится, «в теме», а с другой – не собираемся устраивать тут сцен и скандалов, планомерно продолжили воплощать в жизнь свой коварный замысел.

— А давайте поиграем во что-нибудь? – Предложила хозяйка дома. – А то заскучали все, я смотрю…

— Давайте! А во что бы нам такое поиграть?! – Резво откликнулся я, немного опешив от собственной смелости.

— Ну, например, в фанты. У меня и заготовки есть! Нести? – Взбодрилась Ира.

— Ой, неси скорее, неси!.. – Подыграла ей Светка, и они вместе выбежали из комнаты.

— А фанты – это что? На желания, что ли? – С опаской в голосе шёпотом спросил меня Игорь.

— Думаю, без этого не обойдётся! – Посетовал я ему на ухо.

— Блин… Ты того… Не злись только, но у меня уже конкретно встал! – Признался он.

— Та же фигня!.. Но… сам понимаешь – надо держаться!

— Ага, как говорится, «денег нет, но вы тут дер…» – Игорь осёкся на полуслове, потому что вернулись наши жёны.

Как ни странно, но в заранее заготовленных Ирой фантах не было ну… практически ничего неприличного. Если не считать шлепка по заднице, который я получил по её желанию от Светы при всех, через брюки, конечно. Да ещё пары весьма двусмысленных предметов, изображённых на рисунке, о назначении которых фанту нужно было догадаться.

В процессе игры они то и дело «забывались» и то по очереди, то одновременно демонстрировали нам с Игорем свои наверняка уже мокрые «копилочки». Тем самым подогревая в нас интерес и намекая на какое-то всё время нарочно оттягиваемое продолжение.

Играли мы с перерывами часов до двух ночи, чередуя игру с поднятием и опустошением бокалов. Алкоголь делал своё дело, и вся чопорность нашей компании окончательно куда-то улетучилась. И периодическая демонстрация разинутых «кошелёчков» между ног у Снегурочек стала неотъемлемой частью нашего веселья. Всем хотелось того самого долгожданного продолжения, но никто не знал, как к нему перейти. Никто, кроме Иры…

— Ой… Что-то мне уже скучно в это играть… Вы не устали, мальчики? – Заныла Светланка.

— Ну, честно говоря, есть немножко… – Признался я.

— Да… Давайте, может, потанцуем? – Предложил зачем-то Игорь.

Танцевать явно ни у кого настроения не было. У всех играли гормоны, причём отнюдь не по-детски!

— Ну, тогда можем в другую игру поиграть… Она гораздо живее и интереснее! – Вставила свои «пять копеек» главная массовица-затейница, поправляя на голове кокошник.

— Опять игра?.. – С деланой тоской в голосе ныла Света.

— Да, но… она… пошловата, конечно, если честно! Но зато о-о-очень интересная и запомнится на всю жизнь – это я всем гарантирую! Потому что по себе знаю!..

— Ну-у-у… – Многозначительно протянул Игорь.

— О’ке-е-ей! Давай! Выкладывай уже правила! – Резюмировал я всеобщее согласие.

Как только Ира стала рассказывать о правилах новой игры, нам с Игорем стало окончательно ясно, чем всё это закончится. К своему стыду, должен признаться, что мне не хотелось от этого отказываться. Думаю, все присутствовавшие в тот момент, несмотря на выпитый алкоголь, хоть немного, но колебались. Однако, никто из нас и не подумал это всё остановить…

Игра под названием «Свеча желания» заключалась в следующем. Мужчине предстояло, взяв в рот свечу для торта, ввести её в попку стоящей на четвереньках девушке. Потом зажечь, держа горящую спичку так же в зубах. Пока горит свеча, обоим полагалось написать на клочке бумаги своё желание, поджечь его от пламени свечи, затем спалить дотла, проследить, чтобы пепел полностью попал в бокал с шампанским, и выпить напиток вместе с пеплом. И только после этого свечу следовало загасить, решительно обхватив ртом, и затем извлечь из девичьей попки.

— …тут интрига в том, чтобы всё успеть сделать! Иначе и попа может пострадать, да и огарок потом из неё зубами выковыривать придётся!..

После этого воцарилась гробовая тишина, которая, казалось, продлится вечность.

— Да ладно вам! Чего вы?! Все же свои! Давайте сыграем!.. Тут главное – начать!

Спустя секунд десять после того, как Ира закончила свой монолог, все разом дружно заржали. Но и сейчас никто возражать не стал. Возник лишь спор, кто будет играть первым.

— Во! Отлично, Ирка! Вот ты нам всё и покажешь! – Предложила моя жена.

— Ага! Точно! Давайте, покажите с Игорьком нам мастер-класс, а мы уж за вами потянемся! – Подначивал я.

— Мммм… Нет! Не с Игорем. Я хочу, чтобы Ира сыграла с тобой… А потом я с Игорем буду играть. Никто же не против, я надеюсь?!. – Весело спросила Света всех присутствующих.

Вопрос был идиотским в самой своей сути! Потому что с точки здравого смысла, против должны были бы быть абсолютно все. Но, учитывая обстоятельства, никто и рта раскрыть не посмел, чтобы что-то возразить.

Ира, снисходительно кивнув, протянула руку и достала из ящика серванта явно специально для такого случая приготовленный запечатанный набор свечей для торта. Их там было, наверное, штук пятьдесят!

— Ого! Свеча желания… Да у тебя тут целую люстру желания зажечь можно! Желать – не пережелать! – Совершенно искренне округлила на это глазёнки моя Светланка.

— Ну, чего ты, Вано, сдрейфил? А ну-ка, иди сюда! И торшер по пути выключи, свечу ведь зажигать сейчас будешь… – Подмигнула мне Ира, распечатывая зубами неподатливую китайскую упаковку.

Я послушно встал, выключил лишний источник света и подошёл к Ире. Она протянула мне коробку, предлагая самому выбрать свечку. Я взял одну и зачем-то понюхал, от неё пахло каким-то мёдом. Затем примерил, как буду держать её ртом.

— Только не зубами, губами хватай, а то откусишь и проглотишь ещё…

Зажав свечу губами, я встретился взглядом с женой, которая откинулась в своём кресле и приготовилась насладиться необычным зрелищем. Потом посмотрел на Игоря и тоже не нашёл в его взгляде никакого негодования по поводу того, что намереваюсь сейчас проделать с попкой его благоверной. Ещё бы, с чего бы ему возражать? Он ведь точно знает, как потом мне за это «отомстит»!

Ира чуть отодвинула своё кресло назад, сохранив направление, чтобы ничто не ускользнуло от взгляда зрителей, сидящих за столом. Держа свечу ртом за самый конец с фитилём, я старался не слюнявить его, иначе он не будет гореть.

— Так… Теперь подходи ко мне сзади и становись на колени… раб божий… – Богохульствовала пьяная Ирка, устраиваясь в кресле на четвереньки и ложась животом на его широкую спинку.

Я сделал, как она сказала. Теперь её всё еще прикрытая подолом кафтана попка была прямо у моего лица. В висках у меня застучало от волнения и возбуждения.

— Так… спички вон лежат… Ой, Светик, протяни лапку, достань из ящичка блокнот и карандаши, вырви нам заранее пару листочков! А ты чего сидишь? – Обратилась она теперь к мужу. – Шампанское нам давай наливай!

Света с Игорем засуетились, а я всё стоял в пяти сантиметрах от практически обнажённой попы чужой жены и слабо верил в то, что собираюсь сейчас сделать…

— Ну, всё! Мы готовы, можете начинать! – Скомандовал Игорь спустя полминуты.

Стараясь побороть дрожь в руках, я уверенным движением приподнял и положил Ире на спину скрывавший всё это время от моих глаз её аппетитный задик ненавистный подол голубого одеяния. Две круглые белоснежные мясистые булочки тут же предстали передо мной во всей красе. Я положил на них ладони и немного раздвинул, чтобы получить доступ к туго сомкнутой дырочке. Ира в ответ подала попку немного назад и вздёрнула кверху.

Это только кажется, что свеча для торта такая уж длинная! А учитывая, что сантиметра полтора были зажаты у меня во рту, для того, чтобы только дотронутся другим её кончиком до центра колечка, к которое мне предстояло ввести свечу, мне уже пришлось плотно прижаться щеками к её мягким и тёплым половинкам. Мой нос при этом оказался в ложбинке меж раздвинутых девичьих ягодиц. Они благоухали запахом какого-то крема или парфюма.

— Не… не туда… чуть пониже!.. Вот… Ага, сюда!.. Давай… Суй! – Координировала наводчица мои действия.

Я старался и давил изо всех сил, но свеча никак не хотела входить в сухую попочку.

— Ай… Ну, смочи её, что ли! Что ж ты такой недогадливый-то?! – Причитала она. – Неужели там у меня и смочить совсем нечем?!

Мне и самому давно пришла в голову эта идея, но сам я не решился воплотить её в жизнь, так как не был уверен, что моя самодеятельность будет к месту. Но, получив инструкции, тотчас провёл свечкой меж складок Ириной «пилоточки». Смоченное смазкой основание свечи теперь без труда нырнуло в глубь колечка.

Отстранившись, я посмотрел на результат и понял, что всадил ей в попу свечу ровно наполовину. Побоявшись, что так у нас будет мало времени на все остальные действия, снова прижался лицом к девичьей попке и немного вытянул губами свечу наружу. С двух сторон тут же последовали аплодисменты и довольные возгласы зрителей, которые, затаив дыхание, наблюдали за моими манипуляциями.

Пока я зажигал спичку, Ира оглядывалась назад, стараясь выпятить свой оголённый задик, чтобы вставленная в него свечка приняла как можно более вертикальное положение. Я всё это время так и стоял на коленях, немного согнувшись, потому что несмотря на волнение, член у меня в штанах затвердел, и это могло быть видно со стороны.

Поджечь свечу оказалось не так сложно, как я ожидал. Ира немного нервничала, так как чувствовала голой попкой близость огня и явно опасалась, что я её сейчас обожгу. А я снова раздвинул ладонями её податливые булочки как можно шире и поднёс пламя к фитилю торчащей из её попки свечи. Как только фитиль загорелся, Света и Игорь снова зааплодировали.

— А ты молодец! – Похвалила меня моя ассистентка. – Ты раньше точно в такое не играл?!

— Да нет… Просто наставница у меня толковая!

— Так, пиротехники!.. – Вмешалась Света, – Вы желания загадывать будете? Свеча-то не бесконечная! Смотрите, как быстро горит!..

Свеча действительно горела быстрее, чем я предполагал, и при этом весело потрескивала. Тянуть было нельзя. Ира писала своё желание прямо в блокноте, свесившись головой за спинку своего кресла. А я взял вырванный листочек и примостился на краю стола.

Через полминуты мы были готовы поднести записки с желаниями к пламени свечи, которая к тому времени укоротилась почти вдвое. Я взял своей рукой Ирину руку и помог ей это сделать. В другой руке у меня был листок с моим желанием. Пока записки горели, мы держали их над бокалами шампанского и думали о загаданном…

— Оу… Что-то мне там уже совсем горячо становится! Давай уже пить! Ты готов?

Мы залпом осушили бокалы под одобрительные возгласы зрителей. После чего я поспешил опять прильнуть лицом к Ириной попе, чтобы загасить свечу и вынуть её. Набрав воздуха, я открыл широко рот, положил руки на девичьи булочки и, выдыхая, решительно обхватил губами торчащий из попки огарок. При этом я будто бы случайно скользнул нижней губой по влажной Иринкиной писе, скользкая смазка обильно смочила мою губу и обволокла весь подбородок.

Пламя тут же потухло у меня во рту. Я плотно обхватил свечу и изо всех сил потянул на себя. Через несколько секунд я уже смог обернуться к зрителям. Вынув изо рта огарок, я выпустил клубок густого белого дыма и гордо продемонстрировал всем то, что осталось от нашей с Ирой свечи желания, чем снова заслужил аплодисменты.

— Уау-у-у!.. И я тоже так хочу, хочу!.. – Хлопала в ладоши возбуждённая Света. – Игорёк, ты готов?

— Ну… я-то всегда готов, как пионер! Вано, ты же нальёшь нам шампанского?

— Налью, налью!.. Давай, камикадзе, выступай уже на позицию!.. – Снарядил его я, облизывая свою нижнюю губу, всё ещё влажную от соков киски его благоверной супруги.

Довольная Ира снова вольготно уселась в своём кресле, а Света, следуя примеру сестры, стала принимать нужную позу. Наливая шампанское, я смотрел, как она становится раком, выпятив к нам свою прикрытую коротеньким подолом маленькую попочку, смущённо оглядывается то на меня, то на Игоря, постоянно поправляет подол рукой, опасаясь, чтобы он не задрался раньше времени.

Теперь уже я был зрителем и внимательно наблюдал, как Игорь, встав на колени перед выпяченной кверху попкой моей жены, поднимает подол её голубого кафтана, лапает и раздвигает голенькие булочки моей Светланы и тычет зажатой во рту свечой прямо ей в дырочку, смочив предварительно кончик сочащейся из девичьей щелочки смазкой.

Я наблюдал за всем в мерцающем свете ёлочной гирлянды, внутренне негодуя и одновременно возбуждаясь от того, что вижу. Света стеснялась гораздо больше, чем Ира. И в силу своего более кроткого темперамента, и отчасти потому, что участвовала в подобном впервые. Я видел, как она затряслась, как осиновый листочек, когда зажжённая спичка приблизилась к её сладкой попочке, чтобы поджечь фитилёк вставленной в неё свечки.

Мы с Ирой переглядывались и своевременно поддерживали игроков одобрительными выкриками и аплодисментами. Она постоянно демонстрировала мне свою бесстыжую щелку, широко раздвигая ножки, будто нарочно пользуясь тем, что её муж сейчас увлечён попочкой моей жены.

Я смотрел то на неё, то на Свету, свесившуюся через кресло, чтобы накарябать карандашом в блокноте своё желание, пока у неё в попочке, похожей сейчас на именинный пирог, горит, задорно потрескивая, тоненькая свечка.

Потом они жгли свои записки и пили шампанское… А пламя свечи всё это время прыгало и дрожало на кончике свечи, делая такую сладенькую и аппетитную Светину попку сейчас самым освещённым местом в комнате. А прямо под ней красовалась совершенно безволосая и очень нежная писечка.

Я почувствовал, что хочу её, хочу прямо здесь и сейчас! Хочу встать, подойти, расстегнуть штаны и вдуть ей в щелку по самые яйца. И как следует отодрать её прямо при сестре и её муже! И пусть они увидят, как она сотрясается от моих безумных толчков и услышат, как она кричит и стонет… Я едва удержался от этого безумия!

Спустя минуту, облегчённо вздохнув, Света снова села попой в кресло и положила ногу на ногу. Мы в очередной раз наполнили бокалы и подняли тост – на этот раз: «За удачу!». Потом сидели, поедали салаты и делились впечатлениями от необычной игры. Настроение, надо сказать, у всех было приподнятое.

— М!.. Кстати, про удачу!.. – Неожиданно выкрикнула жующая салат Света, – У меня есть идея для новой игры!

— Фигасе, Светка, ты меня пугаешь! – Удивилась Ирка.

— Да вот… сама от себя не ожидала! Но, думаю, идея всем должна понравиться! У нас же… – Света замолчала на полуслове, вскочила с места, подошла к сестре и закончила фразу ей на ушко.

— Ха… Ха!!! Ха-ха-ха!.. Ну, ты, блин, даешь!.. – Выдавала Ира реплики, слушая сестру, – Пошли на кухню!

— А вы, мальчики, пока кушайте, кушайте! Наедайтесь!.. Мы скоро придём!..

Дождавшись, когда Снегурочки удалятся из комнаты, я обратился к Игорю:

— Ну, ты как, живой?..

— Фу-у-ух… Живой, вроде… А ты? – Отозвался он.

— Ну… Тоже… Но ты же понимаешь, что они на этом не остановятся?

— Ясен пень! Их теперь не удержишь!

— И чего делать будем? – Поинтересовался я.

— А чего тут делать… А давай будем играть по их правилам! Не мы же это начали!..

Договорить нам не дали. В комнату вернулись две внучки Деда Мороза с лукавыми улыбками на лицах. Одна из них при этом что-то прятала за спиной.

— Ну, что… Готовы ещё поиграть? – Задорно спросила Света.

— Ну, если по твоим правилам, то как мы можем отказаться? – Подхалимничал Игорь.

— В общем, так… – Она начала излагать правила новой игры, едва плюхнувшись на свой пуф.

Правила игры «Жемчужина удачи» таковы: вначале мужчина должен, подойдя сзади к сидящей в кресле с раздвинутыми бёдрами девушке, с закрытыми глазами вложить «жемчужину» – плод оливы – ей в раскрытую «ракушку» так, чтобы она там полностью скрылась, а потом, уже открыв глаза, подойти спереди, наклониться или присесть и извлечь оттуда «жемчужину» при помощи только одного своего языка, затем, зажав её зубами, приблизиться к лицу девушки и дать ей откусить половину оливки, после чего они вместе жуют и глотают – тогда в наступившем году обоих будет ждать удача!

— …главное – слишком глубоко не просовывать, а то языком потом не вытащить будет! В общем, давайте пробовать! И я предлагаю на этот раз играть сразу всем вместе, а не по очереди – так веселее будет!

— И состав пар, я полагаю, менять мы уже не будем? – Уточнил Игорь.

— А зачем? По-моему, мы все уже неплохо сработались!.. – Ира как-то надменно посмотрела на сестру, а потом уже игриво – в мою сторону.

Она поставила, наконец, на стол принесённую из кухни баночку с крупными зелёными оливками без косточки. Девчонки уже без всякого стеснения поставили ноги на сиденья своих кресел и приняли позу, будто они пришли на приём к гинекологу.

Мы с приятелем встали и, как и требовалось, подошли к ним сзади. Я захватил сосуд с консервированными субтропическими плодами, выбрал себе покрупнее и протянул банку Игорю, чтобы он тоже выбрал себе «жемчужину».

— Ого! Да они из холодильника, прохладненькие, ничего?.. – Заметил Игорь.

— Бли-и-ин! Точно…

— А-а-а-а… – Запричитали Снегурочки.

— Ничего, ничего, не переживай, Игорёк, сейчас девочки нам их быстро согреют! – Не удержался я от небольшой издёвки.

— Про то, какой температуры должны быть оливки, в правилах ничего сказано, так что вперёд! – Поддержал меня мой приятель.

Делать было нечего. Мы склонились над почти лежащими на спине в своих креслах жёнами. Я – над женой Игоря, а он – над моей. Пальцами левой руки я раздвинул створки Ириной «ракушечки». Они были горячими и скользкими от смазки. Потом поднёс и прислонил холодную «жемчужину» к её нежной вагине. Она шумно втянула ртом воздух, но не вскрикнула, когда холодный и довольно крупный плод оливы медленно, но верно устремился внутрь, тесня собой податливую розовую плоть девичьей «устрицы» – исконной обитательницы этой «ракушки».

Света оказалась не такой терпеливой, как её сестра, и отреагировала на вставленную в писю почти ледяную оливку сначала коротким вскриком, а затем тихим страдальческим стоном. Впрочем, уже через несколько секунд дискомфорт от введённого холодного, но небольшого предмета стал уходить. Осталось только возбуждение от того, что мы только сделали с их голыми щелочками, а главное – от всего, что нам ещё предстоит с ними сделать.

Не знаю, кто как, но лично я с молодых лет обожаю целовать девчонок в писю. Особенно перед сном, чтобы лучше спалось. И Свету я тоже приучил (в дни, когда это возможно, разумеется!) ложиться в постель, сняв трусики, и безо всяких отговорок подставлять под оральные ласки свою безволосую щелочку. Даже если в этот день для секса у обоих просто нет сил или настроения, всего пара минут нежного засоса с глубоким проникновением в голенькую пиздочку языком – и мы сладко засыпаем, крепко обнявшись.

Я первым оказался сидящим, поджав колени, на полу перед Ириной писькой. Крупная оливка была вставлена совсем не глубоко, и теперь её и без того пухленькие губки казались ещё пухлее. Положив руки на внутреннюю часть девичьих бёдер, я приблизился губами к аппетитной щелке и обдал её жарким выдохом изо рта.

Ира, по всей видимости, не была избалована подобными ласками, поэтому заметно стеснялась и волновалась. И если бы не мои руки, лежавшие у неё на бёдрах, она сейчас точно сдавила бы ими мне голову. А когда кончик моего языка коснулся нежной и солоноватой от оливкового рассола кожи её половых губ, вздрогнула всем телом и вцепилась руками в бока своего кресла.

Едва раздвинув трепетную девичью плоть, мой язык почти сразу коснулся гладкой поверхности уже немного согретой её теплом «жемчужины». Мне не составило бы труда уже в следующую секунду подцепить её языком и извлечь из «ракушки». Но я решил воспользоваться тем, что со стороны этого всё равно никто не мог заметить, и чуточку растянуть для Иринки это необычное для неё наслаждение от проникающего поцелуя в тёплую писю.

Я наоборот протолкнул языком оливку ещё немного глубже ей в пещерку. Потом, раскрыв широко рот, обхватил мягкие створки её «ракушки» так, что они вместе с лобком оказались полностью покрыты моими губами. Пару секунд подразнил языком клитор и вновь устремил его вглубь девичьего естества. Нащупал там плотную круглую «жемчужину», нырнул под неё и без труда доставил к самому входу влагалища.

Иришка вся сжалась и, затаив дыхание, тайком наслаждалась процессом, поэтому мне захотелось повторить эту нехитрую манипуляцию ещё несколько раз. Она была явно шокирована тем, что я творил у неё между ног своим бесчинствующим языком. Девчонка не знала, как реагировать, не произносила ни слова и еле сдерживалась от того, чтобы застонать. Лишь её сбивчивое дыхание и тихий скрип ногтей по обивке кресла позволял мне судить о том, что она чувствует.

А Света, вероятно, уже разочаровавшись получить привычное наслаждение от поцелуя в щелочку, вовсю координировала действия языка Игоря, давая шёпотом ему инструкции. Тот, без сомнений, не имел большого опыта в подобных ласках. Возможно, это и привело к тому, что он неловким движением загнал «жемчужину» чересчур глубоко, и не знал, как её теперь доставать. Но в итоге он сумел перебороть свои комплексы, старался следовать советам моей жены и с интересом осваивал сейчас новую для него технику.

— Да… да… да-да-да!.. – Почти пищала шёпотом Света, вцепившись пальцами в шевелюру Игоря, когда ему удалось, наконец, обхватить кончиком языка оливку, не в меру глубоко проскользнувшую внутрь скользкой девичьей письки.

Я нарочно постарался подогнать очередное подтягивание оливки ко входу Ириной норки к этому кульминационному моменту. Благодаря чему вышло так, что мы почти синхронно оторвались от «ракушек» наших Снегурочек, легонько сжимая в зубах извлечённые из них заветные «жемчужины».

Я приподнялся и поднёс оливку к лицу Иры. Глаза она едва приоткрыла, на губах была нескрываемая улыбка, а всё её тело расслабилось и обмякло. Я положил одну руку ей на плечо, а другой ласково и неторопливо провёл по лбу и щеке, сдвигая в сторону чёрный волнистый локон, который почти полностью скрывал один глаз и протянулся вдоль её маленького носика до самых губ.

Разомлевшая от моего поцелуя Снегурочка снова не знала, как ей действовать. Она то вытягивала губы будто хотела меня поцеловать, то просто приоткрывала рот, чтобы принять часть оливки, которой я собирался с ней поделиться.

Я поднёс солоноватый и тёплый теперь плод так, что она смогла захватить её своими зубами. Но ни я, ни она не торопились откусывать. Вместо этого мы позволили нашим губам встретиться и насладиться друг другом. Пропитанное лёгким алкоголем девичье дыхание вместе с ощущением тепла от податливо распластанного подо мной полуобнажённого нежного тела теперь уже нешуточно будоражили и моё сознание.

— Эй! Ну, вы скоро там? Мы – всё!.. – Отрезвил нас Светкин возглас.

Я чуть надкусил оливку, а Ира закончила начатое мной движение. Половинки уже находились во рту у каждого из нас, но нам обоим не хотелось прерывать этот необычный поцелуй. Лишь ещё через какой-то время мы нашли в себе силы разъединить наши хмельные от страсти губы…

Игорь тем временем наполнил всем бокалы, и мы снова за что-то выпили. После этого девчонки переключили телек на какой-то музыкальный канал, сделали звук громче и пустились в пляс под популярную и очень заводную песню. А мы сидели, откинувшись в своих креслах-пуфах и глазели на наших похотливых Снегурок, думая каждый о чём-то своём.

— Слушай… – дёрнул я за рукав Игоря, – А давай и мы тоже какую-нибудь игру придумаем!

— Давай… Есть идеи? – Он заметно оживился от моего предложения.

— Не-а, пока что-то глухо… А у тебя?..

— Гм… Ну, дай подумать!

Следующие минут пятнадцать девчонки прыгали и дрыгались под громкую музыку на свободном пятачке комнаты, не забывая демонстрировать нам свои ничем не прикрытые прелести у себя под короткими подолами.

А потом, разгорячённые страстными танцами, они подошли и плюхнулись к нам на колени. Как ни странно, Света подсела ко мне, а Ира – к своему мужу. Его рука тут же оказалась у неё под подолом. Она в ответ обхватила своими руками супруга за щёки и впилась губами в него поцелуем.

Не прошло и десяти секунд, как она стала громко стонать, не прекращая поцелуя. Её бёдра раздвигались широко в стороны, а попка рефлекторными импульсами устремлялась вперёд, стараясь глубже насадить письку на дрочащую её мужскую руку. Ещё через полминуты всё её тело на мгновение затряслось мелкой дрожью, стоны резко прекратились, чтобы потом вырваться из её рта гортанным воплем, сопровождавшим спонтанный и такой бурный оргазм.

Мы со Светой наблюдали за этой сценой, раскрыв рты. Это было необычно, интересно и возбуждающе. И я, и она раньше такое только в порно фильмах видели, но никак не наяву!

— Хочешь тоже так? – Спросил я Свету шёпотом на ушко.

— Мм… нет! Я так не смогу! – Ответила она мне шёпотом. – Я хочу ещё поиграть во что-нибудь! – Добавила уже во весь голос, явно обращаясь не только ко мне, но и к сладкой парочке по соседству.

— Гм!.. Можно! А во что? – Поддержал я. – Игорян, есть идеи?..

— Ну… Не знаю… Придумалось тут вот сейчас кое-что…

— О-о-о!.. Давай, давай, не томи! – Запрыгала у него на коленках Ирка.

— Моя игра, может, и примитивна… на первый взгляд… Но, поскольку предыдущие игры имели такие амбициозные названия, свою я тоже назову в таком же духе!..

Предложенная Игорем игра называлась «Перо судьбы». Заключалась она в том, чтобы стоящей раком с задранным подолом девушке написать на голой попке четыре цифры, соответствующие номеру наступившего года в общепринятом летоисчислении, то есть – «2019», по две цифры на каждой половинке. Вместо чернил предлагалось использовать самый «новогодний» соус – майонез. А вместо пера – естественно, мужской член, который нужно по мере необходимости макать в пиалу, наполненную этим соусом.

— Ага… И потом что?..

— Просто вытереть – и всё? – Разочарованно спросили Снегурочки.

— А! Вот я балда!.. Самое главное забыл! Потом мужчина должен дочиста вылизать языком девичью попку…

— А-а-а! Вот это уже нам нравится!.. – Лукаво заулыбалась Света.

— Другое дело! – Согласилась с ней сестра. – Я на кухню, за чернилами! А вы тут пока перья свои доставайте!..

Через пару минут девушки стояли раком в своих креслах, безропотно оголив перед нами свои красивые попочки. А мы, приспустив брюки, пристроились сзади. Состав пар был, разумеется, таким же, как и в предыдущих играх.

Ещё минуту назад, когда я представлял себе этот процесс, моему члену было явно тесно в штанах. Но как только пришло время ему показаться наружу, он отчего-то тут же сник. Я посмотрел на Игоря, его «перо» тоже сейчас напоминало, скорее мягкую кисть. Ну да ладно, девчонки всё равно ведь не могли видеть этого нашего небольшого конфуза.

Мы обмакнули свои «кисти» в «чернила» и стали выводить первую цифру. Я оголил головку и стал водить ей по тёплой Иркиной попке. Первой порции «чернил» хватило только по половину цифры «2». Я макнул уже начавший твердеть член и продолжил художество.

Вторая цифра – «0» – уже выводилась «пером» средней твёрдости. Оголённой залупе явно нравилось скользить по тёпленькой девичьей попочке, размазывая по ней густой майонез. В паузах, пока я окунал член в «чернильницу», Ирка легонько вертела попкой и поигрывала очком. Света, с которой она переглядывалась, принялась делать то же самое.

Вид сразу двух стоящих раком голозадых девчонок, да ещё и так похотливо пританцовывающих, никак не мог оставить меня равнодушным. Так что цифры «1» и «9» выводились уже вполне себе набравшим силу и стать «пером», способным хоть сейчас «свершить чью-нибудь судьбу»!

Работа была почти окончена, но мы с Игорем, не сговариваясь, решили прорисовать на попочках у наших бесстыжих Снегурочек каждую из четырёх цифр ещё по разу. Это позволило продлить удовольствие от соприкосновения набухшей залупы с обнажённой плотью, а заодно и увеличить слой майонеза, который нам предстояло потом принять внутрь, скользя языком по оголённым девичьим задикам.

По просьбам наших дам, мы сфотографировали их разрисованные майонезом попы крупным планом на свои телефоны и передали аппараты им в руки для изучения снимков. А сами присели на одно колено и принялись неторопливо слизывать калорийный соус с их тёпленьких булочек.

Ира со Светой непрестанно о чём-то шептались и хихикали ни то от щекотки, ни то от того, как выглядели на фото их приправленные майонезом попки. А мы с упоением лизали их вкусные и такие аппетитные половинки, придерживая обеими руками, чтоб они не отстранялись от наших шаловливых языков.

Когда обе мясистые половинки Иркиного задика уже ярко блестели от моей слюны, я напоследок скользнул ещё разок языком меж половых губ и громко чмокнул сначала в писю, а потом по разу в каждую из только что вылизанных половинок.

— Ну, что хочу сказать… Мне как-то неловко – все предложили по такой увлекательной игре, от меня одного не последовало инициативы. – Рассуждав вслух я, пока Игорь слизывал последние капли майонеза со Светкиной маленькой попки.

— О да!.. – Кивала, обернувшись в мою сторону Ира.

— Тогда с тебя – финальный конкурс! – Стала подначивать меня жена.

— Что ж!.. Игорь, ты же не против?

— Не-а… – Сдавленно ответил он, не прекращая лизать голенькую попу моей жены уже прямо возле самой её щелочки.

— Тогда вы, девушки, не покидайте пока своих позиций!..

Моя игра называлась незамысловато: «Остатки сладки». Смысл её состоял в том, чтобы не дать пропасть оставшемуся от предыдущего конкурса майонезу в пиалах, игравших роль чернильниц. Ритуальный соус предлагалось скормить барышням, которые по-прежнему стоят раком с задранными юбками. Кормить их, конечно, нужно не ложкой и не пальцем, а собственным членом, собирая капли майонеза со стенок пиалы, затем поднося его к девичьему ротику и предлагая его облизать или даже немного пососать.

— Какой он у тебя хозяйственный, Света! – Восхищалась моей идеей Ирка. – Каждую капельку в дело ведь впустит!

— Ага!.. А если не пустит в дело, то впрыснет в тело! – Удачно скаламбурил Игорь, а девчонки захохотали.

Он первым взял свою пиалу и подошёл теперь к Свете спереди, намереваясь скормить ей «сладкие остатки». Я не стал от него отставать. Член всё ещё стоял колом от предыдущей игры. Я подцепил им порцию белого соуса и поднёс Ире к лицу.

Если поцелуи и ощущения мужского языка в писе были для неё чем-то новым, то в облизывании и сосании членов она явно толк знала. Её язычок проворно сделал несколько кругов вокруг головки, ухватывая частички нанесённого на неё соуса. Потом она подалась вперёд и заглотила почти весь мой ствол до самого основания. Когда через пару секунд она выпустила его наружу, он был полностью лишён майонезного топпинга.

Я вновь украсил его белой «шапкой» и поднёс к девичьим губам. Они с жадностью обхватили его и сделали несколько посасывающих движений, от которых меня пробрало так, что захотелось аж взвыть. Как только она отпустила, я поспешил зачерпнуть для девушки ещё немножко вкуснятины.

Она опять нанизалась на мой ствол аж до самого горла, после чего, усердно причмокивая, пососала головку, словно это был Чупа-чупс. Её глаза были прикрыты, на них упали с головы длинные волнистые локоны волос. Я поправил их рукой и, как смог, зафиксировал кокошником. Затем снова зачерпнул остатки майонеза, чтобы получить резонный повод сунуть стоячий хер в ротик этой глупенькой девчонке.

Она с радостью приняла его, опять обсосала и принялась работать внутри язычком, щекоча и лаская так, что меня аж затрясло от удовольствия. Мне не хотелось вынимать член из её любвеобильного ротика. Я держал её руками за голову, делая вид, что всё ещё поправляю опять покосившийся кокошник.

Света моя так не умеет. Да я и никогда особо не настаивал на подобных ласках, так как давным-давно разочаровался получить от них хоть какое-то удовольствие. Но вот её сестра только что вернула мне энтузиазм для мыслей в этом направлении! Она сосала мне член так, будто это самый вкусный и желанный на свете плод. Она делала это с такой неподдельной страстью, что это возбуждение передалось и мне.

Мне хотелось кормить и кормить эту черногривую сучку майонезом из той пиалы. Я желал, чтобы он как можно дольше не заканчивался, лишь бы у меня сохранялся повод снова сунуть залупу в её теплый и умелый блядский ротик.

Пиала давно уже была пуста и даже блестела. Но мы с Иркой никак не могли остановиться. Я делал вид, что зачерпываю очередную последнюю каплю майонеза и снова жду, когда мою одеревенелую елду обхватят мягкие девичьи губы и приласкает нежный язычок.

Мы так увлеклись процессом, что я не заметил, как Света тихо встала со своего кресла и вместе с Игорем покинула комнату, оставив нас с Ирой вдвоём. Я только услышал, как захлопнулась дверь хозяйской спальни. Остатки моего хмельного рассудка приказали мне сию же секунду ринуться за ними и спросить, куда это они, и в, собственно, чём дело?!! Но Ира поймала меня за руку и мягко остановила.

— Пусть идут… Не трогай их! – Прошептала она. – А ты возьми лучше меня! Я же знаю, как давно ты этого хочешь!.. Когда ещё представится такая возможность?..

Признаться, я никогда не дрочил, закрывшись в ванной, держа в руке Иркину фотографию. Но сегодня, увидев и поцеловав её пухлогубую щелочку, а потом и мясистую попочку, некоторые фантазии на этот счёт у меня, конечно, появились.

Кроме того, с тех пор, как мы со Светой вместе, я никогда ей не изменял. А это значит, что вот уже почти пять лет у меня, как в кошмарном сне стоматолога – ни одной новой дырки! Как бы аморально это ни звучало, но мужчине иногда нужно разнообразие.

Мораль и этика тут вообще ни причём, такова мужская природа! Хоть изредка, хоть иногда, но нам бывает просто необходимо натянуть на член какую-нибудь новую пиздощелочку. Без чувств, без обязательств, без обид – просто как следует выебать и отпустить себе с миром. Чтобы потом с новой силой ощутить, как любишь ту, с которой живёшь…

Я очень люблю мою Светланку, поэтому, зная, что моя измена её просто уничтожит, никогда и ни с кем, хотя мне этого очень хотелось. Но сейчас, учитывая все обстоятельства, а особенно то, что она закрылась в спальне с мужем собственной сестры, я решил, что точно сделаю это. И обижаться тут теперь уже некому и не на кого!

Пока я обходил стоящую в кресле раком Иру, чтобы пристроиться к ней сзади, она устроилась удобнее, задрав повыше свой голый задик и расставив шире колени. Моя залупа уже раздвинула её половые губы и стала медленно вползать внутрь, как вдруг мне в голову стукнуло:

— Слушай, а ты не… ??? У меня ж ничего с собой нету…

— Да перестань! Мы со Светкой одинаковые таблетки пьём! Всё норм будет, давай!..

Это придало мне решимости, я плавно, но уверенно полностью вогнал Ире в мокрую письку член и начал ебать. Я держал её попу двумя руками с боков, так мне было удобно тянуть её на себя, вставляя в неё свой орган. Она свесила голову вниз со спинки кресла, и теперь круглая белая попа была самой высокой точкой её тела. Мне было сладко и приятно наслаждаться этой похотливой девчонкой. Она не была пределом моих мечтаний, но сейчас мне почему-то страстно захотелось её отодрать.

Причём именно отодрать, и именно её. И сделать это так, чтобы она, глубоко насаженная на мой кол, кричала, извивалась и стонала, принимая от меня это неотвратимое наказание в виде глубокой и грубой ебли в пизду безо всякой резинки. Не знаю, за что именно я хотел её наказать. Просто потому что она меня на это сама весь вечер провоцировала, наверное… А может, за то, что так здорово умеет сосать мужской член, а Света моя так не умеет… А может за то, что это с её молчаливого согласия её муж сейчас натягивает маленькую голенькую писю моей Светланки в соседней комнате…

Я ебал её очень сильно, резко и жёстко, что для меня не обычно. И мне было в какой-то мере даже наплевать, делаю ли я ей сейчас больно. Я намотал на руку её длинные волосы и тянул на себя, как вожжи, когда в очередной раз с размаха вдувал ей в пизду по самые яйца. Со стороны это было похоже на изнасилование. Девчонка вскрикивала, задрав вверх голову и пытаясь удержать своей рукой зажатые в мой кулак длинные чёрные волосы.

Но в то же время она не забывала подмахивать мне задом. Мой живот громко и звонко шлёпал бесстыжую шлюшку по голым мясистым булкам. К этому звуку прибавлялось ритмичное хлюпанье тягучей смазки в её сочной пихальне. Иногда, пока мой член отступал, к ней в щель попадал воздух и потом, когда я снова грубо наваливался, он с очень непристойным звуком вырывался наружу.

Всё это действо явно нравилось Ирке. Мы оба не ожидали, что наш с ней первый секс тут же войдёт в фазу такой почти неуправляемой агрессии. Я и не думал, что мне может когда-то захотеться вот так обойтись с какой-нибудь девчонкой. Разумеется, я никоим образом не хотел причинить ей боль или вред. Но её мокрая бесстыжая пизда… она, как мне тогда казалось, была почти что осью мирового зла и совершенно точно получала от меня сейчас заслуженной возмездие!

Поэтому я драл и ебал её, что было сил. Я старался так, как если бы от этого зависело спасение мира. Под моими толчками Иркино тело заметно подалось вперёд, будто пытаясь сбежать от меня. И, чтобы эта заслуженная кара не миновала голозадую потакскушку, я поставил одну ногу на сиденье её пуфа. И теперь мог с новой силой и ещё глубже насаживать её щель на свой стержень, доставая до самого дна её блядской пиздёнки.

Я был весь в мыле, от яростно приводимого в исполнение «наказания» у меня сбилось дыхание, я почти не видел и не слышал, что происходит вокруг. Единственным важным и неотложным для меня делом была сейчас неистовая ебля этой бесстыжей сучки. Я выкладывался по полной в каждом ударе, которым засаживал свой член в её ненасытную письку, словно заколачивал сваи…

Ирка мычала и выкрикивала что-то, но слова её проносились мимо моего рассудка. Я потерял счёт времени. Не знаю, прошло ли к тому моменту пять минут или все пятнадцать, но у меня просто физически не осталось сил, а мне по-прежнему хотелось ебать эту наглую шлюшку… И кончить в неё, непременно засадив хер как можно глубже. Но кончить я всё никак не мог… В какой-то момент, обессилив, я просто рухнул к ней на спину, чтобы отдышаться.

— Фу-у-ух!.. Ну, ты даешь… Я уже давно всё… А ты?.. Нет?!! – Удивилась, переводя дух, моя наложница.

— Не-а… Никак… не могу… кончить… Но я сейчас… Дай мне… минуту…

— Погоди, давай не так! Надо перевернуться…

Я слез с Иры и позволил ей занять другую позу. Она почти легла в кресле на спину, высоко задрав ноги и придерживая их под коленями. Всё ещё не восстановив дыхание, я стоял возле неё и смотрел, как пульсирует и пружинит в воздухе мой обезумивший член.

— А теперь или ко мне!.. – Она посмотрела на меня ласковым взглядом, закрыла глаза и вытянула для поцелуя губы, поправляя на голове запутавшийся в густых чёрных волосах красивый кокошник.

Возражать ей я не стал, тут же сбросил на пол мешавшие мне брюки и встал обоими коленями на сиденье прямо возле её попы. После некоторых манипуляций мой член оказался снова до основания введён в тёплую Ирину пизду, а всё её тело оказалось теперь прямо подо мной.

Я лежал на расставившей широко в стороны ножки девчонке, послушно принявшей мой «карательный» орган в свою нежную, беззащитную и такую ласковую, как мне теперь показалось, писю. Весь мой гнев куда-то враз улетучился. Мне всё ещё хотелось ебать эту девочку, но уже вовсе не с яростью, не грубо, но очень долго, медленно и ласково.

Как ни странно, возбуждение от этого нахлынуло с ещё большей силой. Я едва двигал залупой у неё писюле, но зато чувствовал теперь каждый миллиметр, каждую клеточку её горячего и скользкого от смазки девичьего естества. Мне особенно нравилось, как её обмякшее, податливое и нежное тельце подчинялось мне, слушало и наслаждалось каждым мигом моего проникновения к ней внутрь.

— Мой хороший… я твоя… вся-вся… везде-везде… возьми меня как хочешь… сколько хочешь… куда хочешь… делай со мной, что хочешь… все мои дырочки и щелочки сейчас только твои… трахай меня… лапай меня… еби меня… пяль, натягивай… я вся только твоя…

Я слушал этот её страстный шёпот и делал с ней именно то, о чём она просит. Я просунул ей под кафтан руки и упивался упругим мягким теплом её грудок. Её горячая и текучая щелка хлюпала подо мной даже от самых незначительных движений внутри.

Постепенно наше с Ирой соитие стало походить на раскачивание на волнах. Не очень удобное, на первый взгляд, для таких действий кресло стало казаться нам райской лодкой, на которой мы плыли куда-то в нирвану. Неведомой природы сила то накатывала, то отступала, заставляя нас обоих вторить продиктованному ритму.

— Трогай меня… Лапай… Еби!.. Еби глубоко!.. Еби сильно!.. Выеби меня, как сучку… Во все дырочки… Я это заслужила, я знаю… Выеби меня… И кончи в меня за это!.. – Шептала Ира, не переставая.

А я был не в силах проронить ни звука, только слушал, как безумно шепчет и глубоко дышит подо мной эта страстная брюнетка, и как млеет просто от одного лишь присутствия моего твёрдого члена внутри своего перевозбуждённого тела.

Мои руки гладили её груди, спину, живот. Наши губы соприкоснулись, языки тут же переплелись. Её хмельное дыхание вновь затуманило мой разум. Теперь я уже вовсе не наказывал Иру за какую-то там выдуманную провинность, я просто упивался ей, её податливым телом, её бесстыжим темпераментом…

Её рот был накрыт моими губами. Мои пальцы безумно и безудержно ласкали её тело везде, куда могли дотянуться. А мой член, почти до основания введённый в её тёплую уютную щелку, лишь немного перемещался. Но и этого, как оказалось, бывает вполне достаточно, чтобы довести девочку до оргазма.

Вскоре я ощутил, как её ещё недавно совершенно гладкая кожа под кафтаном покрылась мелкими пупырышками и стала ещё более чувствительной к моим прикосновениям. Я гладил и ласкал закипающую от страсти девчушку, не переставая нежно и плавно ебать в голую письку.

Она не могла стонать, потому что её ротик был накрыт моим ртом, а только мычала и вздрагивала от накатывающих спазмов оргазменной неги. Они молниями стали расходиться от низа живота, отдаваться эхом где-то внутри попки, пронизывать всё девичье тельце. Едва одна волна этих спазмов стихала, как в следующую секунду накатывала новая, ещё более сильная. Я чувствовал всей длинной введённой ей в пиздочку члена, как её розовая и нежная плоть с каждым разом всё сильнее обхватывает, а потом отпускает мою горячую твердь.

Трудно описать восторг, который испытываешь, от того, как сладко кончает под тобой умело выебанная в голую письку похотливая сыкушка. Ира уже не могла даже мычать, закатив назад голову, она хватала раскрытым ртом воздух. Потом почти минуту тряслась мелкой дрожью, изо всех сил обхватив сильной мускулатурой своей нежной писи мой извергающийся в ней горячим фонтаном семени член. В этот момент мне захотелось взвыть от наслаждения, но я не мог, поскольку был не в силах прервать этот долгий и жаркий поцелуй в губы дрожащей подо мной от оргазма девчонки.

Теперь мы оба кончили, но нам не хотелось покидать это уютное приземистое гнёздышко, в которое превратилось это небольшое кресло. Мы так и лежали, растворившись друг в друге. Теперь нам стали слышны звуки, доносившиеся из спальни, где уединились Света и Игорь.

Мерные поначалу поскрипывания высокого матраса, на котором Ирин муж сейчас работал с голенькой щелкой моей Светы, становился всё чаще и громче. На его фоне были слышны едва заметные девичьи возгласы «А… А… А…» в такт ритмичным толчкам.

Я хорошо знаю эти возгласы. Я слышал их сегодня… уже теперь вчера днём. Мы устроили со Светой тихий час, чтобы не проспать Новогоднюю ночь. Но оба долго не могли уснуть и решили заняться сексом. У меня до сих пор стоит перед глазами нежная, восхитительно красивая и совершенно лысенькая пися моей «девочки-школьницы».

Она лежала посреди кровати, подложив под голую попку одну из подушек и широко разведя свои стройные ножки, чтобы мне было удобнее глубоко ебать её в сладкую безволосую сикочку – ей почему-то особенно нравится, когда я так называю её письку. Я лежал на ней сверху и упивался нежностью между ног у моей любимой бесстыжей девчонки.

Мои яйца ударялись о низ булочек маленькой попки, а член, как челнок, «штопал» сочную щелочку. Так продолжалось несколько минут, пока не стали слышны эти самые возгласы «А… А…А…». И сейчас они всё громче и отчётливее доносились сквозь дверь закрытой спальни.

Мы с Ирой слушали их, затаив дыхание, пока в один миг они не переросли в единый протяжный стон «АААААААААА!!!…», за которым последовал короткий басистый рык Игоря, наверняка только что кончившего Свете прямо в её ласковую и нежную писю…

* * *

— Ну, ничего себе год начался… – Задумчиво произнёс я, глядя на двор сквозь окно лестничной площадки с высоты четырнадцатого этажа.

— Да уж… – Глубокомысленно согласился Игорь, выдыхая сигаретный дым через ноздри.

Потом мы молча стояли и курили ещё минут пять, пока наши Снегурочки приводили себя в порядок, запершись вдвоём в ванной комнате. Мы оба думали о том вызове, который они нам бросили, о том, как прошла бы эта ночь, если бы мы этот вызов не приняли, и о том, как нам всем теперь жить дальше…

Остаток праздничных посиделок, как ни странно, мы провели совершенно так же, как это делают миллионы других компаний, встречающих вместе Новый год. Мы ели, выпивали, болтали, шутили, танцевали… Словом, ничто не выдавало в нас того, чем мы занимались бóльшую половину этой ночи.

Уже на рассвете, к моменту, когда мы со Светой собрались уходить, всем четверым уже почти не верилось в то, что это всё было на самом деле, – уж слишком всё походило на какой-то сюрреалистичный, но такой незабываемый сон. И только нежно-голубые кафтаны двух наших Снегурочек заставляли, всё же, в это поверить.

Прислано: niki720