# Кукловод. Спасти отца. Часть 1

Eromo.Org

Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Кукловод. Спасти отца. Часть 1

Оказывается, параллельные миры — это вовсе не выдумка, а самая что ни на есть реальность. Каждый слой отстоит от стоящих рядом параллельных течений времени ровно на 70 лет. Исторические процессы и личности в них зачастую идентичны, хотя и имеются отличия в частностях. До начала двадцатого века таких отличий, за редким исключением, не так много. То есть частности могут расходиться, но в общем и целом исторические события повторяются из слоя в слой.

Если вспомнить об одном сверхсекретном проекте — «Кукловод». Наряду с открытием параллельных миров были выявлены и невероятные уникумы среди людей, которые при определенных условиях способны брать под контроль другую личность. Под полный контроль. И при этом в их распоряжении оказывались все знания, способности и даже полученные навыки подопечного. И главное, при всем при этом кукловод оставался в безопасности, так как в случае гибели носителя сознание Кукловода переносилось обратно в свое тело.

А я, Евгений Иванович, как Кукловод, без ущерба для здоровья, мог находиться в искусственной коме максимум полгода. После такой нагрузки любому Кукловоду необходимо было длительное восстановление и длительный реабилитационный период. Ведь точно говорится, что движение — это жизнь. Даже для Кукловода!

Кукловоды были правительственной программой. Спецслужбы активно воровали друг у друга информацию по этому проекту Ведь кукловоды — это уникумы, причем не только благодаря способности его сознания устраиваться в чужом теле. Самое поразительное, что он довольно быстро научился управлять чужим разумом. Или даже не так. Ему потребовалось всего лишь слегка набить руку, чтобы проделывать это почти виртуозно.

Но ведь мало заполучить кукловода. Не менее важно, чтобы тот согласился работать с Конторой. Сам, а не под давлением обстоятельств. Чтобы, проникнув в подсознание объекта, он был его вторым «я», руководил всем процессом, используя важные знания, полученные в будущем. Получая от процесса удовольствие, а не отбывая повинность. Только в таком случае можно точно достигнуть полного взаимопонимания двух матриц и отличного результата.

Я тогда изъявил желание работать… Тем более, что силы ещё есть! Вон вначале на улице какой-то старичок обратился: «Молодой человек… « Странно, мне всё же, на секундочку, пятьдесят семь. Не мальчик. Хотя с высоты прожитых этим ученым 85 лет, как оказалось, нашим профессором, таки да, я для него — молодой человек. Ладно. Чего придираться-то? Ну, назвали молодым и назвали. Тут еще, глядишь, в скором будущем он и сам впрямь станет молодым, когда его подселят к какому-то бедолаге. Почему бедолаге? Так ведь с этих одержимых своей работой в этой сверхсекретной лаборатории станется засунуть объект в какую-нибудь задницу. Он на улице ко мне потому и подошёл, чтобы проверить мою реакцию. У меня к этому времени уже было несколько заданий. Заодно сейчас предложил интересный вариант новой работы.

Профессор уже час мучил меня, расспрашивая о прошлом моём «походе». Но он сделал трагическую ошибку, спросив меня: «Есть вопросы»? Вот тут уже я помучил его, попросив рассказать о методе внедрения моего сознания в реципиентов…

Представьте себе информационное поле Вселенной… Оно существует с момента ее возникновения и будет существовать до ее конца. Вернее, не так. Оно существует все время. Одновременно и в прошлом и в будущем — всегда. Наши физики каким-то образом в этом разобрались, но я — медик, так что, за объяснениями — не ко мне.

Наши личности или, если хотите, информационные матрицы — это кластеры общего информационного поля. В момент смерти этот кластер не исчезает, а интегрируется в общее поле или растворяется в нем. Не знаю. И физики не знают, нам этот процесс отследить не удалось. Это возможно ещё один аргумент в пользу существования бессмертной души…

Ладно, проверим. И, вставая, он случайно нажал на кнопку. В этот момент на меня и обрушилась пустота. Ни одного проблеска света. Ни одного звука. Я исчез, растворился, осталась лишь тьма. Спустя какой-то промежуток времени появился голос. Он звучал не в ушах, уши были по-прежнему, будто ватой набиты. Он резонировал в костях черепа, заполняя его целиком. Наверное, это тоже был язык, странный, но со своей мелодией. Потом прорезались слова, которые я понял. Кто-то приказывал задействовать защиту объекта, включая область регенерации и восстановления утраченных функций. Потом тьма сменилась вспышкой сверхновой. Причём этой сверхновой был я сам, точно разлетевшийся в астральную пыль.

Очнулся я быстро. Кстати, странно, но у меня что-то вроде раздвоения личности — я одновременно и ТОТ Евгений Вольцев — 57 лет, старый, битый, тертый жизнью вояка и военный медик. Но я еще и ЭТОТ Вольцев — молодой, здоровый, как свежий огурец с грядки, и такой же цветущий и пахнущий. В общем — как пишут, два в одном, шампунь и кондиционер. И вот какая штука: если раньше я воспринимал себя старым ветераном, вдруг ни с того, ни с сего здорово помолодевшим, то сегодня воспринимаю себя молодым человеком, который в прошлом был старым ветераном. С первого взгляда кажется, что это ерунда, что все это одно и то же. Но нет… не одно, точно. Человек под воздействием среды изменяется. И я в этом вовсе даже не исключение. Как там сказано? «Бытие определяет сознание»? Еще как определяет! Но… Пора выполнять новое задание нашей сверхсекретной лаборатории!

— Пора! — выдохнула прелестная лаборант Лена.

Капсула в медцентре нашей сверхсекретной лаборатории медленно закрывалась, вскоре откроется портал и моё сознание сразу переместится. Всего лишь одно бесконечно долгое мгновение, и моё собственное «я» заполнило чужой разум, словно вода — пустую емкость. Вот так!

Я замер неуверенно, и в то же мгновенье посреди комнаты соткался тускло сияющий сиреневый шар. Он почти касался стен переливчатыми боками, отбрасывая на потолок шатающиеся тени, а когда трепещущий свет утух, над полом осталась висеть прозрачная сфера с большим креслом и пультиком внутри. Перепонка люка лопнула, расходясь, как диафрагма, и я непослушными ногами двинулся к Т-капсуле. Шел будто под водой, преодолевая сопротивление страхов, комплексов, сомнений.

Капсула продолжала висеть и даже не качнулась, не просела ничуть, когда я взгромоздил свои девяносто кило на мякоть сиденья. Перепонка тут же заросла, отрезая звуки.

Гляжу в крайний раз на Леночку Рожкову, изо всех сил улыбавшуюся мне сквозь слезы, на Ниночку Томину, махавшую рукой, — и все пропадает. Теперь я очнулся уже в квартире Насти, руководителя нашей базы в этом параллельном мире.

Побрила меня Настя — очень аккуратно, можно даже сказать любовно. Даже не царапнула нигде. А вот стричься я пошел в парикмахерскую, хоть и честно сказать — немного брезговал стричься в здешних парикмахерских. В этом мире ещё нет никакого представления, просто не имели об одноразовых воротничках. Обернул мастер клиента чем-то вроде простыни, потом встряхнул ее, и… на следующего. А ты и думай — кто до тебя тут сидел и что у него там в волосах копошилось. Лучше бы машинку купить, да самому и стричься. Если стрижешься в «ежик». А мне короткая стрижка даже лучше!

Когда с меня наконец-то сняли простыню, глянул на себя в зеркало, и… неожиданно сам себе даже понравился. Молодой, коротко стриженный парень — симпатичный, скуластый. Я уж и забыл, как выглядел когда-то в юности. Оказывается, я был очень даже красивым или, как моя мамочка говорила — смазливеньким пацаном. Права Ольга, на такого девки будут кидаться. 21 год — год совершеннолетия и мужского расцвета! И вперёд — мне срочно нужно появиться в нужном месте! Я же вроде два месяца работал в нашем стройотряде!

… Ранее утро. Я встал с кровати и вышел на крыльцо. Чудесное утро, все начинается этим утром, когда непроглядная ночная мгла сменилась великолепным, невероятно красивым рассветом, окрасившим небо в тысячу немыслимо-ярких оттенков красного. Такого конечно не передаст ни один художник… Всё — задание уже выполняется!В это утро все было как обычно и не совсем обычно. Солнце вставало над морем, окрашивая его в нереальный бирюзовый цвет. Особую прелесть этому придавало то, что перед самим рассветом опустился легкий туман, и теперь, в лучах восходящего солнца, он казался подсвеченным изнутри. Словом, если бы я был японцем, то сказал бы — красота, достойная того, чтобы о ней сложили хокку.

… Ну всё, наш трудовой семестр закончился. Стройотряд распущен и мы едем домой. Ну вот — мы возвращаемся. Парни поехали в плацкарте, а я взял два билета в «СВ» — у меня 500 рублей только заработанных в стройотряде. Так, 7 вагон, 7 купе. Это к удаче? А что-то проводница глаза прячет. Ладно, нужно быстрее — поезд проходящий. Открываю дверь купе и привет! — сидят двоё «орлов» в майках, в наколках. Всё ясно! Какие-то урки нагло зашли в свободное купе…

И раз на наших местах вольготно расположились двое здоровых и наглых мужиков, которые увлечённо резались в карты, то… Как сказал один высокопоставленный руководитель: «Мочить их!» Можно и в купе! На столе присутствовал живописный беспорядок, в виде нескольких бутылок водки и различной закуски. Коротко глянув на нас, они ухмыльнулись и продолжили игру, не обращая на нас внимания.

— Граждане, это наши места, — приговорил я, понимая, что добром мы сюда не заселимся. В соседних купе, тут же наступила тишина, пассажиры ждали, чем закончится назревающий конфликт. В этот момент поезд тронулся и начал набирать ход.

— Сеня, ты не слышал, где-то что-то жужжало? — деланно обратился один мужик к другому, поковыряв в ухе.

— Нет, Вова, шось я не слышал, — отозвался тот, — Мобудь, это у тебя начался этот, как его, забыл — глюц… глуц…

— Галлюцинация, — ответил я за него, — Не ломай язык, болезный. Не с твоим интеллектом такие сложные слова проговаривать.

— И хто это у нас тут такой вумный? — манерно развернулся к нам тот, который заговорил первым, — О, хлопцы, гляньте, интелихент тут к нам пришёл! А кто это с ним? Смотрите, какая цыпа к нам в гости пожаловала! Цыпа, иди к нам, посидим, выпьем, о житье поговорим. Мы парни добрые, не обидим. Если ты нас не обидишь.

И они дружно заржали. А я подумал, сколько слышал про подобные случаи, никогда не понимал, неужели найдётся хоть одна дурочка, которая соблазнится подобным предложением и, бросив своего парня, отправится в такую компанию? Хотя, кто его знает, может и найдётся. Но не нашем случае. Рита далеко не дура и всё поняла. Я попросил её посидеть в коридоре на откидном стульчике и зашёл в купе, закрыв дверь.

— Некрасиво вы поступает, мужчины. Обидели нас с девушкой, — я специально «блеял», чтобы они расслабились… А вот смотрите, наши билеты, смотрите, наши места, — они они опять заржали, мол как блеет этот студентик…

Не успели исчезнуть улыбки с лиц вагонной гопоты, как я пробил каждому по удару в голову, отправив их в нокаут, сам себе удивляясь. И бил с такой силой, что сознание урок решило отделиться от тела и переждать происходящее где-нибудь в более спокойном месте… А ведь я их совсем не боялся. Точнее, не я, а тот Евгений Иванович… Затем открыл окно, Потом, быстро подхватив два тела за вороты, и, открыв окно, выбросил с поезда. Скорость была невысокой, как у беременной улитки, километров сорок в час. Так что, кому-то, возможно, повезёт и он не убьётся. Хотя скорее всего убьются — вниз головой с поезда! Лично мне на них было насрать… абсолютно. Вот твари, запугали проводницу и сидят тут, воняют. И что нам с Ритой, спать в проходе! Перефразируя Маяковского: «Мочить и никаких гвоздей! Вот лозунг мой и солнца».

— Всё, Ритуля, заселяйся, — сказал я, подхватив вещи, и забрасывая их на полку так, что бы прикрыть вещи, извлечённые их карманов бандюков. Именно бандюков, потому что у этих двоих я обнаружил пистолеты, и у каждого из них было по ножу. И кто мне скажет, что это простые работяги, тому я плюну в глаз. Кроме этого, у каждого из них я выгреб значительные суммы денег. Около девяти тысяч у одного и пять — у второго. Точно «простые работяги»! Только что получку получили!

— Женечка, а где они? А они больше сюда не вернуться? — с опаской глядя в сторону тамбура, спросила Рита.

— Нет, милая, не вернуться. Я с ними серьёзно поговорил и отпустил. Да не ищи их, они обиделись на меня и прямо в окно ушли…

— Правда? — успокаиваясь, переспросила Рита.

— Конечно, правда. И поговорил серьёзно и отпустил тоже… Серьёзно, — подтвердил я и ведь даже не соврал. Я же высунул их по очереди в окно и… отпустил!

Проводнице я дал пятерку — поменять белье, после этих я конечно побрезговал и также принести нам чай и печенье. А вообще в вагоне «СВ» отлично. Двухместное купе, мягкие диваны, санузел — светит табло, мол свободен, свой кран, если поднять столик — горячая и холодная вода, зеркало… А проводница какая вежливая! Довольна, что урок в вагоне нет! Да и Ритка тихонько так визжала от восторга — в таком комфорте она ещё не ездила. Я тоже радовался, глядя на неё, ведь как совсем мало для радости человеку надо.

Ужин нам привесли из вагона-рестора в судках, очень вкусно. Рита вновь была в полном восторге. А ночью она позвала меня к себе — ну разве может студентка 4 курса, да уже считай, что и пятого курса с сентября, отказать своему парню после таких забот! И, тихо позвав меня и сладко поцеловав, ночью она была нежной, как наложница султана, понятливой, как читатель википедии, ласково-податливой, как разомлевший на солнце пластилин. О, какая она горячая и невероятно сладкая!

Я нежно поцеловал её, чувствуя, как под ласками раздвигаются её ноги, приглашая меня и моего «друга» в гости, аккуратно перевернулся на упругое тело и почувствовал её руку, ловко направляющую вздыбленный член в горячую, влажную глубину. Медленно вошёл, и начались чудесные танцы, сопровождаемые громкими стонами, поцелуями и горячим шёпотом. А кончить в ротик Риты — верх блаженства!

Затем, опять поласкав ротиком моего «друга», Рита вновь и очень ловко раздвинула свои красивые ножки. Ну а кончить — она предложила мне свою упругую шелковистую попку. После такого «присыпания» мы с ней крепко спали!

Теперь скоро прибудем домой и работать! Профессор и генерал, наш куратор, с нетерпением ждут результат!

И задача совсем простая — спасти отца, моего отца, сейчас моего отца, чтобы он не поехал во Владивосток. Там он может получить «награду» — трубой по голове! И я должен его спасти!