Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Церковная благотворительность (перевод с английского). Часть 2

— Вы готовы позировать? — спросил Джерри, когда она протянула ему новый бокал.

Я съежился, чувствуя, что он давит слишком сильно, слишком быстро, но она немедленно ответила:

— Что вы имеете в виду?

— Как я и сказал. Он лежит на вас — это будет хорошей сценой, — смело сказал он.

Это было далеко от смелости, и я думал, что она воспримет это как оскорбление. Тем не менее, она оставалась спокойной, не показывая никаких внешних признаков беспокойства.

— Это грязно. Почему бы нам просто не потрахаться? — ответила она.

Мужчина, похоже, не уловил ее сарказма и ответил:

— Это тоже будет хорошо. Мы можем сделать это в спальне.

На этот раз, вместо того чтобы ответить, она села на диван и взяла бокал из моей руки. Джерри, наконец, осознав ее посыл, переключил свое внимание на водку, а я продолжал пытаться оценить ее состояние.

— Ты в порядке? — прошептал я.

— Я не знаю... каков план? — спросила она в полный голос, который, казалось, был направлен как на меня, так и на нашего гостя.

Хотя я полностью не знал, но догадался, что она пыталась сделать какое-то заявление, и что это, вероятно, был гнев, направленный на меня. Возможно, она хотела дернуть меня нос, наказав за то, что я не пришел ей на помощь и не дал мужчине решительного отказа. Возможно, теперь она намеревалась поощрять все, пока я не признаю поражение. В любом случае, ее слова привлекли внимание нашего гостя, который теперь смотрел с надеждой, и я обнаружил, что смотрю между ними, пытаясь определить лучший ответ.

Ее взгляд был на мне, но когда я не ответил достаточно быстро, она повернулась к Джерри и повторила вопрос:

— Джерри, каков план?

— Ну, для начала, почему бы вам не сбросить этот халат. Тогда я допью эту водку, выкурю сигарету и нарисую вас, — ответил он.

Триш колебалась лишь мгновение, прежде чем встать и позволить халату упасть с плеч. Когда он кучкой опал возле ее ног, она подхватила его пальцем ноги и швырнула в сторону бездомного. Тот поймал его в воздухе и засунул между своей ногой и подлокотником. Обнаженная, она опять села на диван и сделала большой глоток вина. Это дало убедительные доказательства тому, что мои инстинкты были верны в отношении ее намерений. Тем не менее, я нашел ее действия довольно интересными, поэтому решил дать всему идти своим путем.

Джерри подготовил свои материалы, а затем сказал:

— Вы хотите, чтобы он вас полизал или трахнул?

Триш ненавидела слово на «т». Настолько, что всякий раз, когда я произносил его, она помещала меня в собачью будку, т. е. злилась несколько дней. Я ожидал плохой реакции, но она так и не наступила.

— Лучше приступай к работе, — сказала она мне, почти насмешливо.

— Языком? — спросил я, и когда она кивнула, я продолжил: — Ты уверена?

— Нет... но похоже, ты этого хочешь, — ответила она, когда ее рука нашла мою руку и дернула к себе.

Теперь я понял, что мои подозрения верны, и мне отведена роль плохого парня. Но я все никак не мог постичь, как это моя жена будет продолжать таким образом просто ради идеи, и это заставило меня подумать, что она может использовать ситуацию в качестве экрана, чтобы скрыть некоторые свои собственные желания.

— Лучше раздеться, — бросил Джерри.

Когда я встал, чтобы раздеться, то внезапно занервничал и слегка смутился. Я не обнажался перед другим мужчиной в течение довольно долгого времени, и всегда было такое неловкое чувство, будто меряешься пенисами. Из прошлых ситуаций в раздевалке я знал, что у меня средний, возможно, даже немного выше среднего размер, но это не облегчало ситуацию. К счастью, мой член слегка набух, поэтому выглядел вполне презентабельным, когда я сбросил боксеры.

Как только моя одежда была снята, я повернулся к жене, которая растянулась на диване, положив голову на подушку. Мне нравится оральный секс с Триш, потому что она имеет приятный вкус и хорошо реагирует на оказываемое внимание. Однако она редко при этом достигает оргазма, поскольку обычно требует, чтобы я входил в нее до наступления кульминационного момента.

Раздвинув ее ноги чуть шире, я позволил своему языку пробежать по внутренней части бедра, пока не достиг ее киски.

— Мммм... — ответила она приглушенным вздохом, когда мой язык раздвинул ее складки.

Я двигался медленно, зная, что Джерри нужно время, и понимая, что изнурю свою челюсть, если не выберу правильный темп. Вскоре одна из рук Триш приземлилась на мой затылок, но, несмотря на то, что ее бедра волнообразно извивались, медленно описывая круги, она продолжала молчать. Я знал, что ее сдерживает ситуация, что по какой-то причине заставило меня быть более решительным, чтобы заставить ее продолжать. Мой путь проходил вдоль ее щели, за которой следовали медленные движения вокруг ее клитора и несколько легких щелчков кончиком моего языка. Время от времени я глубоко вталкивал свой язык в ее отверстие, собирая по пути хороший глоток ее соков. Я занимался этим около десяти минут и дразнил ее клитор, когда проявилась ее первая устная реакция.

— Мммм... ооо... — открыто вздохнула она.

Это заставило меня дразнить ее еще больше, что вызвало больше вынужденных звуков, и с этим, казалось, ее защита рухнула. Она начала почти непрерывную серию стонов и хныканья, которые дали мне понять, что она загорелась.

— Я хочу тебя в себе, — прошептала она через минуту.

— Пока нет, — сказал Джерри, отчего она всхлипнула от разочарования.

— Мммм... давайте... поторопитесь... — скулила она художнику.

Я продолжил, надеясь довести ее до кульминации, но она не смогла преодолеть последнее препятствие. Я знал, что она расстроилась, и надеялся, что Джерри близится к завершению.

— Готово... вы хотите, чтобы он вас сейчас трахнул? — спросил он.

— Дэн? — хныкнула она и начала тянуть меня за плечи. Через несколько секунд она потребовала: — Давай...

Мой стержень легко проскользнул в нее, и я попытался установить хороший устойчивый темп, но Триш хотела, чтобы я двигался быстрее. Я никогда не видел ее такой возбужденной, но проблема заключалась в том, что ее возбуждение воздействовало на меня, и я знал, что если не сохраню контроль, то очень скоро кончу.

— Детка, помедленнее, — прошептал я.

— Я не могу... я не могу... — заявила она.

Движения ее бедер были неослабевающими, и вскоре я уступил их требованиям. Я начал двигаться быстрее и сильнее, и вскоре тяжело дышал, а на теле выступил пот.

— Триш, нет... — умолял я, когда ее руки приземлились на мою задницу.

— Я почти... — простонала она.

К сожалению, для меня это оказалось чересчур, и прежде чем это понял, я прошел точку невозврата. В серии громких ворчаний я спустил свою сперму в жену и сразу потерял весь ритм.

— Нет... не останавливайся... я почти... — умоляла она, когда я начал замедляться.

— Эээ... дерьмо, — выдавил я, когда энергия покинула мое тело.

Какое-то время она пыталась прижимать свои бедра ко мне, как будто это как-то зажжет искру, но, в конце концов, сдалась. Задыхаясь, я слышал ее разочарование, чувствуя себя виноватым из-за того, что оставил ее в подвешенном состоянии.

— Недостаточно долго, чтобы достичь большего, — заявил Джерри.

Его слова были еще одним кинжалом для моего эго, и я медленно повернул голову, чтобы посмотреть на него. В какой-то момент во время наших занятий любовью он встал со стула и снял одежду. Теперь он стоял всего в полутора метрах от нас, глядя сверху вниз, но то, что сразу привлекло мое внимание — это его большой член, который поднимался на несколько сантиметров вверх, прежде чем изящно выгнуться вниз. Он был, по крайней мере, двадцати сантиметров в длину и имел впечатляющий обхват с пухлой головкой. Худощавое телосложение хозяина подчеркивало его внешний вид, а сам стержень, торчащий из его тела, имел вид ручки, соединяющей головку и яйца. Я никогда не видел похожей особенности у мужчин, заставляющей меня задаться вопросом, не был ли это какой-то анатомический дефект. Я все еще смотрел на него, когда он взял стержень в руку и начал медленно его поглаживать.

— Джерри, оденьтесь, — сказал я между вдохами.

Мои слова заставили жену выглянуть из-под меня, и я услышал ее вздох, когда она заметила его. Чувствуя, что смотрю слишком долго, я отвернулся и понадеялся, что он выполнит просьбу и оденется. Тем не менее, вскоре я услышал равномерные шлепки, и обернувшись, увидел, как он ударами перекидывал свой член между руками. Я догадался, что он пытается вызвать эрекцию, но пока это не получалось.

— Что он делает? — спросила Триш.

— Пытается вызвать эрекцию, — сказал я.

— Зачем? — спросила она.

— Ты не говорила мне, что он такой большой, — прошептал я, игнорируя ее вопрос, а когда она не ответила, добавил, не задумываясь: — Думаю, он считает себя следующим.

— Нет! Э-э... нет... — сказала она, резко вздохнув, думая, что я это серьезно.

— Не могу оставить тебя без удовлетворения, — поддразнил я, в то время как звуки шлепков продолжались.

— Тогда вставай, — ответила она, и я почувствовал, как мышцы ее влагалища сжимают мой член.

— Черт, это приятно, — объявил я, заставив ее сделать это снова.

Я почувствовал, как мой член начал напрягаться, и сделал несколько очень медленных движений, которые заставили ее выдохнуть мне в ухо. Вскоре я был в основном твердым и начал целенаправленно двигаться, но потом решил, что хочу попробовать что-то другое.

— Поднимись, — прошептал я.

— Нет, давай так... это приятно, — ответила она.

— Давай повернемся... — сказал я и начал отстраняться.

Я знал, что как только я поднимусь, тело недавно оттраханной Триш будет выставлено на всеобщее обозрение. Это заставило меня задуматься, но пока представлял это, все, о чем я мог думать, это то, как будет выглядеть рисунок. Ее нога расправлена, волосы и тело влажные от пота, и раскрытая киска, в которое может быть даже капля спермы. Это было бы действительно до неприличия прекрасным, действительно непристойным, но и более горячим, чем ад.

— Оооо... — застонала Триш, когда мой член покинул ее.

Я с коленом на диване и ногой на полу собирался помочь жене встать, когда почувствовал тело Джерри рядом с моим.

— Я готов, — объявил он, и я увидел, что его взгляд остановился на мокрой киске моей жены.

Ему удалось достичь полной эрекции, и его инструмент, точащий как копье, простирался от его тела под углом вверх. Он крепко держал его у основания, и я знал, что если я дам ему хоть малейшую возможность, он попытается засунуть монстра в мою жену.

— Нет, Джерри... никакого секса. Тебе нужно отойти и вернуться в кресло, — сказал я.

— Я сделал рисунки... Я отдал их вам, — ответил он так, будто чувствовал, что должен был оплатить услуги.

— Слушайте, если вы не отступите, все кончено. Мы ложимся спать... больше никаких рисунков, — сказал я.

Моя угроза заставила его отступить на несколько шагов, хотя он и остался стоять. Это обеспечило место, чтобы разложить диван, упасть на спину и направить Триш сверху. Я подумал, что в любой момент она сможет остановить меня, поэтому был приятно удивлен, когда она перебросила через меня ногу, нашла мой член и приблизила его к себе, опускаясь на него.

— Уууффф... — хмыкнула она от проникновения.

Она пошевелила бедрами, чтобы выбрать правильное положение, а затем начала медленно качать ими. Я положил руки на ее попу, чтобы помочь ей, и в течение следующей минуты она начала двигаться быстрее, пока ее груди не начали танцевать.

— Почему бы вам не сделать эскиз? — предложил я нашему гостю.

— Нет, не сейчас, — ответил он и подошел ближе.

Он был все еще достаточно далеко, чтобы я не посчитал его угрозой, и, казалось, был рад наблюдать и гладить свой большой член. Затем, без предупреждения он отошел, нащупал сигарету, прикурил ее, взял водку и вернулся. Тем не менее, теперь он был намного ближе, его голени находились возле края дивана. От этого его член приблизился к правому плечу супруги, и она внимательно посмотрела на него, прежде чем снова взглянуть на меня.

— Полегче, Джерри, — сказал я.

— Как она себя чувствует? — спросил он с явной завистью.

— Замечательно, — ответил я.

Джерри докурил сигарету и сумел отклониться, чтобы положить окурок на стол, не покидая своего места. Его движения привлекли внимание Триш, и она повернула голову, чтобы посмотреть, в то время как он возобновил поглаживание своего поршня. Ее глаза задержались на нем слишком долго, и когда она повернулась обратно и увидела, что я все вижу, на ее лице появилось виноватое выражение. Это заставило меня задуматься о том, как она ушла из спальни прошлой ночью, о трех рисунках, которые они сделали, о мыслях Джерри относительно его предложения, и о том, что она не упомянула о его размере. Был ли это интерес? В глубине ее сексуального существа было крошечное желание пойти дальше? И с этим бездомным? Это казалось непостижимым, так как они были двумя совершенно разными людьми в разных ситуациях, но это застряло в моей голове. Чем больше я размышлял над этой идеей, тем больше убеждался в том, что в ней есть что-то, даже если я этого не до конца понимаю.

— Сколько у вас было членов? — грубо спросил он мою жену.

Она решила проигнорировать его вопрос и продолжила движение, но по какой-то причине я решил вмешаться и сказал ей:

— Скажи.

Она смущенно посмотрела на меня, но ответила:

— Четыре.

— Четыре? Это ничего. Вам нужно больше, — сказал он с хриплым смешком.

— Пойдем в спальню, — сказала Триш, но не остановила движений.

Я знал, что она нервничает из-за присутствия Джерри, и в обычных обстоятельствах имела бы полное право нервничать. Однако рисунки, особенно тайные, наряду с ее недавними действиями показали кое-что. Это заставило меня чувствовать себя вправе быть агрессивным и выходить далеко за пределы нормальных границ.

— Все хорошо, — ответил я, отклонив ее просьбу.

— Сядьте в кресло, — сказала она мужчине, повернувшись к нему в процессе.

Это поставило ее в положение, когда она снова была обращена прямо к его члену, и я заметил, что ее глаза мгновение смотрели на него, прежде чем перейти к его лицу. Он не двигался и не отвечал на ее требование, вместо этого он смотрел на нее с намеренной улыбкой.

— Прикоснись, — сказал я голосом, которого не узнал.

Если бы напряжение не было таким высоким, я бы посмеялся над ее реакцией, когда она быстро метнулась взглядом между мной, лицом Джерри и его твердым членом.

— Нет, — ответила она и перестала двигаться.

Ее глаза смотрели на меня несколько секунд, а затем постепенно опустились на мою грудь. Я снял ее руку со своего плеча и медленно толкнул ее к нашему гостю, ожидая, что она в любой момент сорвется. Как палку в эстафете, я протянул ее руку, а он взял ее и поднес к своему члену, пока она не коснулась его стержня.

— Раскрой руку, — проинструктировал он.

— Зачем? — спросила она, снова глядя мне в глаза, а потом быстро добавила: — Это неправильно.

Я знал, что если проявлю какое-либо сочувствие, все быстро закончится, а я пока не был к этому готов, поэтому сказал:

— Прикоснись к нему.

Ее глаза не отрывались от моих, что заставило меня подумать, что она игнорирует мои слова, но через несколько секунд я услышал, как мужчина сказал:

— О, да...

Кинув взгляд, я увидел, что теперь она держит верхние несколько сантиметров, включая пухлую головку, его члена в своей ладони. Джерри держал руку на ее запястье, чтобы удерживать ее, и начал слегка толкать свои бедра, чтобы побудить ее погладить его. Однако, когда это не сработало, он обхватил свободной рукой ее руку в качестве проводника. Он смог заставить ее скользить на несколько сантиметров назад и вперед, но это все же оставляло большую часть его ствола без присмотра.

— Я иду спать, — вдруг заявила она и быстро отстранилась.

Она немедленно вышла из комнаты, не оглядываясь, оставив меня одного с голым Джерри. Понятно, что я надавил слишком сильно, и теперь нужно было выбрать лучший способ разрядить обстановку.

— Жаль. Я с нетерпением ждал этого, — заявил Джерри.

— Я думал, что она сможет... пойти... немного, но понял, что нет, — ответил я, и как только слова покинули мои губы, я удивился, почему поделился этой мыслью.

— Она хочет... ее тело хочет... — ответил он.

Я поднялся и направился в нашу спальню, где обнаружил, что она лежит в постели, и только свет в ванной дает какое-то освещение. Она все еще была голой, и я сел рядом с ней и притянул ее тело к себе.

— Мне плохо, — сказала она, прежде чем я успел заговорить.

— Ты больна? Что-то не так? — спросил я, делая вид, что не понял.

— Нет... я... все что случилось, что мы делали... рисунки... обнажение... секс... — запнулась она.

— Понятно, — сказал я.

По правде говоря, я не мог сказать, что был удивлен, услышав ее сообщение. Мы перешли через всякий разумный предел с бездомным, и я ожидал, что в любой момент она остановится. Я подумал о том, что она не сыграла никакой роли в моей недавней попытке заставить ее ласкать член мужчины. Что-то во мне хотело нащупать границу. Тем не менее, я знал, что если позволю всему выглядеть отрицательно, то восстановление займет больше времени. Кроме того, мне понравилось, что она вышла из своей зоны комфорта, пусть даже временно, и я не хотел, чтобы она отступила и никогда больше не выходила. Таким образом, я решил попробовать одобрение.

— Я не возражал. Рисунки потрясающие. Когда нам исполнится девяносто, я все еще буду на них смотреть, — сказал я и быстро добавил: — Так что, ничего, если мы немного пошалим. Мы сделали это вместе.

— Как я пойду завтра в церковь? Меня, вероятно, поразит молния, — ответила она, и хотя она была серьезной, я начала смеяться.

— Ты — хороший человек, Триш, молния никогда не ударит тебя, — сказал я и сильнее сжал ее в объятиях.

Она глубоко вздохнула и спросила:

— Чего ты хочешь?

Вместо того чтобы ответить словами, я обнял ее и страстно поцеловал. К счастью, она ответила с равной энергией, и вскоре наши руки бродили по телам друг друга. Полностью оправившись от предыдущего семяизвержения, мой член быстро напрягся. Триш позволила мне положить себя на спину и раздвинула ноги, в то время как я занял нужную позицию. Через несколько секунд мы соединились.

— Мммм... ооо... — промурлыкала она, а затем притянула мою голову для поцелуя.

— Ты прекрасна, — прошептал я, когда поцелуй завершился.

— Чего ты хочешь? — спросила она, и я заметил, что ее вопрос возвратился из прошлого в настоящее время.

— В смысле? — спросил я, надеясь, что она скажет больше.

— Ты хочешь еще рисунков?... — уточнила она.

Ее вопрос ясно показал внезапное изменение в поведении, и мне снова пришлось задуматься об относительном влиянии моих интересов и ее желаний.

— Дорогая, я заберу все, что смогу, — восторженно заявил я, а потом спросил: — Тебе нравится позировать?

— Иногда... — смутно ответила она.

— А прошлой ночью? Когда ты ушла? — толкнул я.

— Я не должна была этого делать, — ответила она почти шепотом.

— Но ты сделала... и сделала несколько хороших набросков, — ответил я, все еще желая дать положительный импульс. Она не ответила, и мы продолжали медленно заниматься любовью, а когда мой разум вскипел, я, наконец, спросил:

— Тебе понравилось? Наедине с художником?

— Я... я не знаю... я не знаю, зачем я это сделала, — ответила она.

— Но ты же сделала. Я видел это на эскизах, — ответил я и добавил: — Ты была возбуждена.

— Нет... — прошептала она.

— Да, там это было видно... — надавил я.

— Стой... не заставляй меня чувствовать себя плохой... — хныкнула она из-под меня.

— Это не плохо... Я не это имел в виду... — сказал я, пытаясь успокоить ее разум, и когда она снова замолчала, добавил: — Было круто...

— Я в замешательстве, — вздохнула она.

— Почему? — спросил я, хотя думал, что понял, что она имела в виду.

— Почему? Это не мы... это не я... Боже мой, я обнажилась перед ним... и рисунки... Теперь... что ты говоришь... что я думаю, ты говоришь... — ответила она.

— Это мы... вместе... Эскизы невероятны, и ты тоже, — сказал я и начал действовать более решительно.

Она задохнулась от внезапного изменения темпа, а затем мурлыкала в мое ухо, пока мы сношались в течение следующих нескольких минут. Ее тело начало двигаться вместе со мной, что заставило меня думать, что она приняла мой посыл. Было приятно, что она вернулась в отзывчивое состояние, и я начал толкаться еще быстрее, но через несколько секунд почувствовал чужое присутствие и, оглянувшись через плечо, заметил Джерри позади нас с блокнотом в руке. Он все еще был голым и подошел к ближайшей к нам стороне кровати, что предупредило Триш.

— Нет, Джерри... больше нет... — умоляла она, но не пыталась замедлить меня.

Моей первой мыслью было последовать примеру жены и предупредить его, но подумав, я решил пойти другим путем.

— Забудь его... игнорируй... — прошептал я ей на ухо.

Мои слова, казалось, успокоили ее, и мы продолжили заниматься любовью. Однако прошло не больше минуты, когда я услышал ее вздох.

— Поднимите ноги... вверх... — сказал бездомный художник.

Оглянувшись, я увидел, что он подошел ближе к кровати и держит в каждой руке по лодыжке Триш. Он держал их высоко, словно надеясь создать позу, и его большой член, почти полностью твердый, вытянулся из его худой фигуры под углом в девяносто градусов.

— Отойдите, Джерри, — скомандовал я, желая создать какое-то пространство.

— Так лучше, — ответил он, но через мгновение отпустил ее и отступил.

Удивительно, но Триш не позволила своим ногам полностью упасть, так что я мог лишь догадываться, что она хотела угодить мужчине. Идея воодушевила меня, и я с начал колотиться в нее еще усерднее.

— Мммм... эээ... эээ... эээ... эээ... — через несколько секунд начали вырываться из нее короткие стаккато.

— Поднимитесь, чтобы я мог видеть ее лицо, — сказал мужчина, и я не задумываясь сделал так, как он велел.

— Дэн... — скулила она, глядя на меня.

— Все в порядке... все в порядке... просто продолжай... продолжай, милая... — ответил я.

Мои слова опять успокоили ее и, как и прежде, она вскоре начала издавать тихие сексуальные мурлыканья. К сожалению, несмотря на мою недавнюю разрядку, я почувствовал, как у меня началось покалывание в паху, поскольку неприличная ситуация вызвала новое возбуждение. Я перепробовал все что мог, чтобы задержать неизбежное, но вскоре на меня обрушилась громадная волна, и я сдался.

— Ууухх... ООО, черт... оооо... оооо, дерьмо... — утробно взревел я, достигнув кульминации во второй раз.

Мы содрогались в течение нескольких секунд, пока я выдавливал все до капли, а потом замедлились и вовсе остановились. Почти сразу я почувствовал, как рука моей жены гладит меня по затылку как обычно, но на этот раз это показалась скорее насмешкой, чем любовной лаской.

— Ну... блин... — сказал наш гость.

— Прости, — прошептал я.

— Тссс... — утешила она меня.

Триш попыталась накрыть нас простыней, но та забилась под наши тела, и после нескольких секунд борьбы она сдалась. Пытаясь восстановить дыхание, я услышал повторяющийся звук карандаша на бумаге, и хотя был счастлив, что Джерри вернулся к рисованию, но удивился, как будет выглядеть готовый эскиз. Мы оставались сцепленными, пока он работал, и как только я решил освободить Триш, звуки его карандаша прекратились.

— Вы хотите, чтобы я занялся ей? — смело спросил он.

Я чуть не рассмеялся над непрекращающимися попытками мужчины сексуально пообщаться с моей супругой, но вместо того чтобы прямо пристрелить его, я переложил это на Триш:

— Ты хочешь, чтобы он полизал тебя?

Ее голова начала дрожать, прежде чем она ответила:

— Нет...

— Ты уверена? — нажал я.

Я ожидал громкого и решительного отказа, поэтому она ошеломила меня, когда ответила:

— А ты хочешь, чтобы он?..

Наши глаза встретились, мой разум вскипел от мыслей. Позволит ли она мужчине насладиться ее киской, если я дам согласие? Перебросила ли она решение мне, думая, что это то, чего я хочу, или ее ответ что-то сигнализирует? А потом, в довершение всего, могу ли я позволить другому мужчине, бездомному, прикоснуться к моей милой жене. Совсем недавно она держала его член, но по какой-то причине это казалось далеким.

— Эээ... что?... — запнулась я, а затем, сделав глубокий вдох, сказал: — Да...

Ее глаза стали большими, но она ничего не ответила, и я поднялся и перекатился с нее, представляя мужчине вид на нее во весь рост ее обнаженного тела. Все еще не зная, чего ожидать, если бы я мог позволить этому случиться, я неуверенно покинул ее, когда он двинулся.

— Ууфф... ааа... — воскликнула Триш, когда его рот нашел ее киску.

Не обращая внимания на большое количество спермы внутри нее, он захватил ее щель и глубоко вонзил в нее язык. Некоторое время он поддерживал связь, пока моя жена скулила, но он был в неправильном положении, поэтому быстрым движением он оторвался, поправил ее, а затем упал на колени прямо перед ее щелью.

— Сладко и сочно, — объявил он и начал лакать из ее входа.

— Закрой глаза, — сказал я, увидев, как ее взгляд мечется между мной и бездомным.

Как только она это сделала, я перекатился к ней и нашел ее губы. Наш поцелуй начался мягко, но язык мужчины выталкивал из ее рта всевозможные стоны и скулеж. Вскоре наша связь стала глубокой и страстной, а моя рука переместилась к ее груди, где я дразнил ее длинные соски. Когда мы прервались, я посмотрел вниз и увидел, что Джерри широко раздвинул ее ноги и прижал все лицо к ее пещерке. Триш притянула меня к себе, и мы опять поцеловались, но когда она начала стонать мне в рот, я посмотрел опять и увидел, что теперь его язык быстро щелкает по ее клитору.

— Ооооо... мммм... ооооо... — выдала Триш под воздействием ощущений.

— Да, детка... твой крем по всему моему лицу, — предъявил мужчина.

Моя жена вошла в особое состояние, и ее голова была откинута назад, глаза закрыты, а рот приоткрыт, и ее любовник повел ее к грани. Она была совсем близко к оргазму, и вместо того чтобы просто наблюдать за происходящим, я решил помочь и поднес рот к ее соскам.

— Уууухх... хух... ооохх... ооохх... ну, пожалуйста... — захныкала она, когда ее тело начало волнообразно двигаться.

Я совсем недолго сосал и покусывал ее соски, когда ее руки нашли мою голову и потянули меня к еще одному поцелую, но он был недолгим, когда она взорвалась.

— Оооо... оооо... о да... да... о пожалуйста... ооооо... уууфф... оооо... пожалуйста... — закричала она.

Ее оргазм, казалось, продолжался вечно, и без сомнения был продуктом ее долгого созревания, эротической ситуации и таланта мужчины. Джерри все это время не терял контакта, поддерживая его, пока она, наконец, не насытилась и не отодвинула его голову от себя. Теперь, с прикрытыми глазами, она смотрела вдаль, довольная, и еще раз притянула меня к себе. Мы медленно целовались с языками, исследуя рты друг друга, пока не потеряли связь, когда она внезапно ахнула.

— Мммм... эээ... — простонала она, когда я снова собирался соединиться.

С любопытством о причине ее чувственного скулежа я посмотрел вниз и увидел, что Джерри стоит между ее раздвинутыми ногами, а толстая головка его члена опасно приближена к расширенному отверстию моей жены.Через несколько секунд оргазм пришел, и был он таким же большим или даже большим, чем кульминация, которую он вызвал у нее незадолго до этого:

— Ооооо... почти... оооо... о да... да... уннгх... оооо... даааа... пожалуйста... о пожалуйста...

Одновременно с криками ее голова дергалась взад и вперед, в результате чего ее волосы растрепались, а тело между ее удерживаемыми мужчиной руками и пронзенной киской дико содрогалось...

Казалось, что это продолжалось вечно, но в конце концов, все успокоилось, за исключением ее частого дыхания. Джерри трахал ее во время кульминации без колебаний и почти без эмоций. Его действия не давали намека на то, в какой стадии возбуждения он может находиться и когда достигнет кульминации.

— Ты в порядке? — спросил я, чувствуя, что мне нужно что-то сказать.

Звук моего голоса заставил ее открыть глаза, и ее голова перекатилась в мою сторону. Она смотрела на меня, но ей не хватало внимания, что заставило меня задуматься, была ли она полностью в сознании.

— Нет... не надо спермы... — сказала она тихим голосом.

Сначала я не понял, что она имела в виду, и размышлял над этим, пока бездомный продолжал жестко двигаться к ней. Затем, как только я услышал ворчание мужчины в первый раз, меня осенило:

— Джерри, не кончай в нее... она не защищена, — сказал я.

Несколько секунд прошло без ответа, но когда я подумал, что мне может понадобиться вмешаться, он ответил:

— Да... хорошо...

На этот раз его голос указывал, что он, возможно, на подходе, поэтому неудивительно, что он начал издавать повторяющиеся ворчания во время своих движений. Внезапно его ритм изменился, и он начал брать ее быстрыми ударами, что, как я знал, означало приближение кульминации. Перемена вернула Триш к возбуждению, и когда она снова начала хныкать, комната наполнилась эротическим дуэтом пары.

— Помни, Джерри... — сказал я, когда казалось, что его кульминация неизбежна.

Тело мужчины напряглось, его дыхание остановилось на несколько секунд, прежде чем он внезапно поднялся, и его член вырвался из киски моей жены. Он взял тяжелый стержень в свою руку и начал быстро дрочить его, в то время как тело Триш медленно извивалось под ним, как будто она все еще чувствовала в себе его присутствие.

— Эээ... бля, да... бля... — выплюнул он.

Я наблюдал, как его тело быстро качалось, а затем кончик его члена раскрылся, и оттуда начала выливаться сперма. В отличие от любого семяизвержения, которое я когда-либо видел, его жидкость не выплескивалась. Вместо этого она падала прямо вниз и приземлялась чуть ниже пупка моей жены. Однако того, что ему не хватало в силе, он восполнил в количестве, когда выдал огромное количество вещества. Наконец, поток начал уменьшаться, но я должен был предупредить его, поскольку он начал двигаться, а киска моей жены все еще оказывалась открытой на четверть.

— Будь осторожен... не попади в нее, — предупредил я.

Он приблизился, но, к счастью, не вошел внутрь, и как только отступил, Триш накрылась простыней. Теперь, когда все закончилось, я хотел, чтобы он вышел из комнаты, поэтому взял блокнот и карандаш и шагнул к нему, вытесняя к двери. К счастью, он понял намек, и после передачи ему материалов, я закрыл дверь. Обернувшись, я встретил Триш, когда она шла в ванную.

— Мне нужно принять душ, — заявила она, когда мои глаза уставились на размазанную сперму, все еще покрывающую ее живот.

Я позволил ей пройти и подождал, пока не услышал шум душа, прежде чем разделся и пошел к ней. Она смотрела на меня отчаянными глазами, и я знал, что ей интересно, о чем я думаю и какое суждение выскажу.

— Ты в порядке? — спросил я, взяв мыло из ее руки и принявшись пенить ее тело.

— Я не могу... — начала она, а затем замолчала на несколько секунд, прежде чем добавить: — Нет...

— Я понимаю... — прошептала я.

— Почему? Что сейчас произошло? — спросила она.

— Слушай, это просто произошло. Постарайтесь не расстраиваться. Мы можем поговорить завтра... когда он уйдет... — сказал я, пытаясь успокоить ее душу.

По правде говоря, я тоже чувствовал сумятицу, но знал, что сейчас не время для разговора. Я закончил мыть ее, и после того как вытерлись, мы направились прямо в кровать. Мы едва натянули одеяло на себя, когда появился луч света, дверь открылась, и перед нами стоял Джерри, все еще совершенно голый, держа свой блокнот.

— Я думал, что порисую еще немного, — заявил он, совершенно не обращая внимания на поведение и нарушение им нашего частного пространства.

— Нет... уйди, Джерри, — потребовал я.

Несколько секунд он смотрел на меня ничего не выражающим взглядом, а затем ответил:

— Ладно, потом.

С этими словами он повернулся и ушел, а я потянулся к Триш и притянул ее ближе к себе. Она прижалась спиной к моей груди, а я обвил рукой ее тело, и мы молча отдыхали. Однако через несколько минут, по причинам, которые я не мог объяснить, я позволил своей руке дотянуться до ее груди. Тело Триш заметно напряглось, когда я впервые вступил в контакт, но я проигнорировал ее реакцию и протянул руку под ее верх.

— Ты позволил ему... сделать это... — прошептала она, и когда я не сразу ответил, она добавила: — Почему? Я хочу знать, почему.

Зная, что она заслуживает ответа, я сказал:

— Не знаю. Все вышло из-под контроля... вышло... Я не знаю наверняка... Ты знаешь, что позволила ему рисовать тебя голой прошлой ночью.

Последнее вспыхнуло в моей голове, но я не собирался говорить об этом. К сожалению, оно просто сорвалось с моих губ как поток сознания. Я сжался в ожидании упрека, но удивительно, когда она ответила, в ее голосе не было надрыва:

— Это был просто рисунок... ничего не случилось.

— Нет, все же что-то случилось. Ты долго была с ним наедине... голой... и он заставлял тебя принимать разные позы... манипулировал тобой... и зарисовывал твою... близость... твою сексуальность, — ответил я, а потом мысль ударила меня, и я добавил:

— Я думаю, что это было настолько близко к сексу, насколько возможно для человека без физического контакта.

— И ты хотел сделать последний шаг... увидеть, как выглядит последний шаг? — спросила она.

Это было интересное наблюдение, и оно заставило меня задуматься, может ли быть правда в ее словах. Кроме того, ее поведение до сих пор было настолько спокойным, что я понял, что мне нужно действовать осторожно и стараться не провоцировать.

— Может быть, Триш... может быть, в этом есть доля правды. Я не знаю... сейчас это кажется таким сложным, — наконец сказал я.

Последовала еще пауза, после чего она сказала:

— Ты возбудился.

Волна глубокого смущения нахлынула на меня, когда я понял, что мой член затвердел и теперь прижимается к ее попе. Я начал двигаться, но прежде чем смог зайти далеко, Триш повернулась, откинула одеяло и нашла мой ствол своей рукой.

— Прости, — сказал я, зная, что последствия были плохими.

Она медленно погладила его несколько раз, прежде чем ответить:

— Ты не жалеешь.

— Что ты имеешь в виду? — спросил я, смущенный ее заявлением.

— Ты не жалеешь... ты хотел, чтобы он... вот почему он такой твердый. Ты думаешь об этом, — бросила она мне с упреком.

— Я... эээ... я не знаю, Триш, — запнулась я, надеясь найти какую-то твердую почву.

Вместо того чтобы ответить, она потянула мой член, давая понять, что хочет, чтобы я был на ней сверху. Я надвинулся на нее, а она направила меня к своему отверстию, и через несколько секунд мы соединились.

— Мммм... — выдохнула она, когда я начал двигаться, и после нескольких толчков добавила: — Ты сделал это.

Она сказала, словно констатируя факт, без осуждения, но все равно было неловко, поэтому я молчал, пока мы занимались любовью. В течение следующих нескольких минут мне удалось избавиться от чувства вины, и желая кое-что узнать, я решил быть смелым.

— У тебя был оргазм... два... — бросил я. — Да, — ответила она, не вдаваясь в подробности.

— Должно быть, это было... чувствовалось... хорошо... — продолжал я, раздражаясь от ее простого ответа.

— Я видела в твоих глазах, что ты этого хотел... хотел, чтобы я... Это было легко увидеть, — ответила она.

— Я не помню, чтобы ты смотрела на меня, — сказал я, вспоминая, как она отвечала мужчине.

— Я смотрела. Я смотрела достаточно, чтобы увидеть, — заявила она.

Хотя ее мнение было не совсем верным, в нем все же было довольно много правды, и я знал, что нахожусь в шатком положении. Поэтому, вместо того чтобы спорить, я решил сменить тему:

— Он большой... как ты себя чувствовала? Хорошо? — спросил я, хотя уже знал ответ.

— Да... — выдохнула она, и на этот раз я почувствовал в ее голосе вызов.

— Может быть, тебе нужно еще? — спросил я, дразня.

— Хм... нет... Одного раза более чем достаточно, — ответила она, и на этот раз я услышал игривость в ее голосе.

Мне показалось удивительным, что она могла так быстро оправиться от того, что, как мне казалось, могло оставить неизгладимый отпечаток на ее совести. Означало ли это, что она защищала себя, обвиняя меня, или было что-то развратное, что-то неожиданное, находящееся внутри нее, что внезапно проявилось? Я все еще размышлял над этим, когда звуки из коридора дали нам понять, что Джерри все еще не спит.

— Думаю, тебе нужно еще, — прошептал я, еще раз пытаясь определить границы.

— Ты хочешь?... — язвительно ответила она, но через несколько секунд спросила странным голосом: — Хочешь, чтобы я это сделала?

Ее слова заставили меня похолодеть, и опираясь на локти, я уставился на ее едва различимое лицо. Хотя тон ее слов давал некоторое представление о ее мыслях, я не мог получить никакой информации от выражения на ее лице.

— Иди к нему, — наконец сказал я, намеренно провокационно.

— Нет... — ответила она, но прежде чем я смог ответить, она добавила: — Если только ты действительно этого не хочешь.

Ее слова вызвали всплеск смешанных эмоций, наводнивших моё тело, и я ни в коем случае не был уверен, что знаю, чего хочу, но после небольшой паузы ответил:

— Идти к нему.

Я ожидал, что она снова откажется, но она сразу начала выкарабкиваться из-под меня. Быстро покинула кровать, действуя почти нетерпеливо, и остановилась, только чтобы надеть халат, который, как я знал, скоро будет снят. С последним взглядом в мою сторону, она вышла из комнаты, и я с глубоким вздохом откинулась на подушку, схватив свой член рукой. Интересно, как бездомный получит подарок? Начнет ли он делать наброски или просто бросит ее на кровать и трахнет? А чего хочет Триш? Медленного, эротичного нарастания возбуждения при позировании обнаженной, заканчивающегося сексом, или немедленного удовлетворения от ощущения большого члена в ее киске?

***

Я знал, что в какой-то момент мне придется пойти и лично убедиться в том, что они делают. Но решив немного подождать, я выждал двадцать минут, прежде чем медленно подняться, надеть боксеры и футболку и открыть дверь.

Когда я шел по коридору, отсутствие звуков смутило меня, поэтому я замедлился и продолжил идти короткими шагами. Выйдя в гостиную, я заглянул за угол и увидел Джерри, сидящего на диване с женой между раздвинутыми ногами, нетерпеливо сосущей его член. Мужчина в одной руке держал блокнот и делал на нем какие-то наметки, а затем отодвигал его в сторону и некоторое время наблюдал за Триш, и снова делал наброски. Одной рукой она обхватила основание его ствола под мошонкой и тяжелые яйца висели на ее запястье, а другой крепко сжимала низ стержня. Ее рот был в состоянии вместить только несколько сантиметров, и она быстро качала головой, сильно засасывая короткое время, а затем остановилась и взглянула на него как домашняя собачка в ожидании поощрения. Хотя это Джерри получал сексуальное удовольствие, Триш тоже выглядела вполне довольной.

Приняв это, я решил, что это может продолжаться какое-то время, поэтому отступил к кровати, чтобы передохнуть. Я вернулся через тридцать минут и обнаружил, что теперь Триш растянулась на диване, в то время как он рисует ее обнаженную фигуру, сидя на стуле в метре от нее. Удивительно, но вместо того чтобы сделать что-то безвкусное, он придал ей художественную позу, которая, как я думал, могла бы сделать очень хороший рисунок. Я снова вернулся в спальню и погрузился в полусон, когда некий шум привел меня в сознание.

С любопытством я спрыгнул с кровати и пошел по коридору. До меня донеслись звуки, исходящие, казалось, из нашей столовой, и когда я подошел ближе, то увидел, что Джерри положил Триш лицом вниз на наш гостиный стол. Сам он стоял позади нее, лениво закуривая сигарету, и медленно вводил свой тяжелый член в ее киску. Рядом со столом лежала ваза с цветами, которая была вероятным источником шума, который меня разбудил. Я находился за пределами их поля зрения, и молча смотрел, отметив, что Триш казалась более оживленной, чем ее любовник.

— Давай... еще... — скулила она.

— Дай мне докурить, — хихикнул он и затянулся. Сильно выдохнув, он сказал: — Черт, у тебя сладкая киска.

Его провокационные слова заставили меня шагнуть вперед, я вошел в поле его зрения и сказал:

— Здесь все в порядке?

— Все в порядке, — пренебрежительно заявил он.

— Дорогой? — захныкала моя жена.

— Триш, ты в порядке? — спросил я.

Несколько секунд ответа не было, и наконец, Джерри заполнил пустоту:

— Она в порядке. Хотелось бы еще немного.

В процессе быстрого диалога наш гость не останавливал своих движений, и Триш не смотрела в мою сторону. Возможно, мое появление смутило ее или, может быть, она не хотела разрушать свои сексуальные мысли, но я понял, что мне нужно оценить ее душевное состояние.

— Триш? — уточнил я.

— Все хорошо, — ответила она.

Взглянув на Джерри, я заметил улыбку на его лице, и когда он увидел мой взгляд, то сказал:

— Я все модели... ну, большинство... Большинство трахал. Есть что-то при позировании, что заставляет их желать трахаться.

Его слова, казалось, не совпадали с моей женой, и после небольшого размышления я сказал:

— Она — жена... мать... а не модель.

— Она хорошая модель. Да, жена и мать, но хорошая модель... она любит это, — ответил он, когда его дыхание стало тяжелым, а затем добавил:

— И она хорошо трахается.

Хотя его слова разозлили меня, я молчал и смотрел, как он начал двигаться быстрее в киске моей жены, что вызвало новую волну ее страстных визгов. Ее руки подползли к краям стола и схватились за них, оказалось, что она использует их, чтобы удержать равновесие, когда толкается навстречу его движениям. Каждый толчок, казалось, усиливал ее возбуждение, которое проявлялось в ее сексуальных стонах и хныканье.

— Мммм... ооо... не... оооо... — скулила она.

— Я мог бы сказать это... — хмыкнул он и добавил после небольшой паузы, — прошлой ночью, когда она сняла халат... Я уже мог сказать.

Ее поведение предыдущим вечером было удивительным, и я знал, что у меня нет оснований оспаривать его мнение, даже если бы я и хотел, поэтому я позволил пройти его комментарию. Он продолжал скользить в ней, теперь обхватив руками ее бедра, и как и прежде, из их сношения начал исходить влажный чавкающий звук. Это было незадолго до того, как я увидел напряжение в его заднице и ногах, которые показывали, что он, возможно, приближается к кульминации. Однако, как только я подумал, что момент настал, он повернулся и посмотрел на меня. Смысл этого стал ясен, когда через несколько секунд он резко выдернул свой член, и его сперма начала извергаться. Я понял, что он думал о том, чтобы остаться в моей жене и сажать семя в нее. Первые капли упали на попку Триш, но он быстро прижал свой стержень к ее ягодицам, и я увидел, что большая часть молочного вещества выплеснулась и исчезла в ее щели. Я надеялся,что ее киска была достаточно закрыта, но как вспомнил их последнюю встречу, то забеспокоился.

Триш успокоилась за время его разрядки, но вскоре начала соблазнительно шевелить бедрами. Джерри, зная, что она ищет его член, вытер скатертью головку и снова погрузился внутрь.

— Да... о да... — игриво вскрикнула она.

Увидев достаточно, я оставил сношающуюся пару и вернулся в постель.

***

Мой сон был некрепок, что позволило мне обнаружить попытку Триш скользнуть ко мне, и взглянуть на часы. Я заметил, что прошло уже более двух часов, с тех пор как я их оставил. Мои мысли мгновенно пришли к тому, сколько раз он брал ее.

— Ты в порядке? — спросил я, чтобы она знала, что я не сплю.

— Да... наверное... — ответила она, в то время как аромат секса, смешанный с сигаретным, ударил мне в нос.

— Сколько раз? — спросил я, странно желая конкретики.

— Я не... несколько... пара... — смутно ответила она.

Мы замолчали, и я думал о том, что сказать дальше, когда почувствовал движение, а затем ее рука оказалась у меня на члене. Я догадался, что она хотела знать, тверд ли он, и тот факт, что он был вялым, дал мне чувство морального превосходства.

— Тебе что, не хватило? — спросил я.

— Пожалуйста, не надо... только не надо. Это по большей части из-за тебя, — ответила она беззащитным голосом.

Мы снова замолчали, а затем меня поразила мысль, и я спросил:

— Он кончил в тебя?

Последующие несколько секунд молчания выдали ее, прежде чем она сказала:

— Да... Я позабочусь об этом.

— Может быть, стоит все оставить... посмотреть, что из этого выйдет? — ответил я, внезапно желая поддеть ее сейчас за ее непристойное поведение.

— Нет... — взмолилась она еще раз.

— Прости, — сказал я, поняв, что зашел слишком далеко.

Однако, даже когда слова покидали мой рот, я чувствовал, что мой член начал набухать, потому что по какой-то странной причине я теперь хотел добавить свою сперму к сперме Джерри. Мысль была очень неловкой, тем более что я уже дважды извергался в нее, и я пытался найти объяснение своей эрекции, когда Триш спасла меня.

— Ты хочешь заняться любовью? — прошептала она.

Я мгновенно перевернулся и позволил ее руке увести меня домой. Я намеренно начал медленно, борясь с желанием взять ее агрессивно. Она отвечала нормально, испуская тихие вздохи и мяуканья, а не сексуальные крики и хрюканье, которые вызвал бездомный.

— Я не могу поверить в это? — внезапно выдохнул я, когда безумие снова ударило меня.

— Ты ощущаешь меня так же как и прежде? — спросила она, пытаясь успокоиться.

К счастью, я, как любящий муж, ответил:

— Да, точно так же.

По правде говоря, ее обычно уютный туннель был совсем не таким, теперь она чувствовалась довольно свободной. Джерри растянул ее киску, и я знал, что ей потребуется день или около того, чтобы вернуться к нормальному состоянию.

— Не вынимай, — прошептала она мне на ухо.

Ее шепот при моем душевном настрое был похож на бензин, плеснувшийся в огонь, и хотя пытался сдерживаться, я быстро начал двигаться к ней с повышенной скоростью. Триш широко расставила ноги, а ее руки переместились с моих плеч на задницу. Вид ее, похожей на озабоченную проститутку, обрушился на мой мозг, и странным образом я не воспринимал все это в совокупности как что-то плохое.

— Я не смогу долго... — простонал я, уже чувствуя, как мои яйца напрягаются.

— Давай... — поощрила она и быстро добавила: — Не вынимай.

Я сделал еще меньше десятка толчков, и эйфорическая волна ударила меня, а мои яйца начали опорожняться, когда я выдохнул:

— О, дерьмо... уухххх... дерьмо... блин, Триш...

Перед моими глазами кружились пятна, когда я рухнул на нее, и она начала осторожно проводить пальцами по моим волосам. Мои мысли перешли к моей эякуляции в ее незащищенную киску, и я задумался о ее мотивации. Она подсознательно расшифровала мои чувства? Неужели она думала, что это каким-то образом оправдывает ее от попадания спермы другого мужчины в ее матку? Или всего за один вечер она стала другим сексуальным существом?

***

На следующее утро, незадолго до полудня, мы без происшествий вернули Джерри в его лагерь. Он оставил после себя стопку рисунков Триш, которые выражали гамму от эротического искусства до порнографии. После долгих споров мы согласились, что он может оставить себе один, и я был не менее удивлен, когда он выбрал тот, где она нетерпеливо сосала его член, пока он отдыхал на диване.

Триш приняла так много его члена, что из-за болезненных ощущений ей стало трудно ходить, и это усугубило разрастание в ней чувства стыда и вины. После отправки мужчины в лагерь, я попытался поговорить с ней и дать разумное объяснение ее мыслям, но встреча с детьми разожгла новую волну.

Это продолжалось в течение нескольких недель, и, как часть ее, она решила, что все это была моя вина, так как, по ее мнению, я оказывал на нее давление из-за своих странных сексуальных фантазий. По правде говоря, я думаю, она понимала, что виновна не меньше, но обвинять меня было легче, чем встречаться со своими демонами. Конечно, наша сексуальная жизнь пострадала, став на какое-то время почти рутиной. Наконец, через несколько месяцев все начало нормализоваться и, что интересно, она казалась более сексуальной, чем раньше.

Потом было множество непроясненных мыслей и эмоций, которые рикошетировали в моем мозгу, как пинбол. Я изо всех сил пытался понять, что произошло за такое короткое время, и как в одно мгновение я хотел, чтобы Триш действовала как шлюха, а сразу после этого хотел увидеть возвращение воцерковленной жены и матери, которую, как я думал, я знал. Согласования не возникало, но я знал, что у нее есть веские доводы в отношении моего участия, поэтому решил просто принять конфликт.

Я думаю, что я был так счастлив тем, что мы прошли через трудный период, что сначала не заметил признаков. Ее церковная группа продолжала помогать бездомному населению, и она часто разговаривала по телефону с Гейл о планах. Несколько раз всплывал вопрос о Джерри, но она быстро отмахивалась и заявляла, что с ним все в порядке. Несмотря на то, что я думал, что увидеть его случайно должно быть не так уж легко, я отступал, потому что любое упоминание, казалось, расстраивает ее. Однако, когда продолжительность ее обычных визитов в лагерь увеличилась с тридцати минут, до иногда и более часа, я обеспокоился и стал подозрительным.

***

— Давайте, дети, купим мороженого, — объявил я, получив в ответ визг радости.

Был субботний полдень, и Триш уехала за час до этого в лагерь для бездомных, чтобы встретиться с Гейл. Мое любопытство достигло своего предела, и я чувствовал себя вправе проследить за ней на автомобиле. Тем не менее, с детьми на руках без мамы означало, что мне нужно было придумать какую-то причину.

Погрузившись, мы через пять минут выехали и еще через десять прибыли в лагерь. Там не было никаких признаков машины Триш, и по просьбе детей, я собирался отправиться в магазин мороженого, когда меня вдруг осенила мысль. Я поехал по улице до светофора, повернул направо и вскоре был у мотеля, где мы остановились в ту ужасно холодную ночь много месяцев назад. Конечно же, перед номером пять был припаркован автомобиль моей жены. Она без сомнения находилась внутри со своим бездомным любовником, крича от удовольствия, в то время как он безжалостно долбил ее киску.

Я подумал о том, чтобы ворваться в дверь и застукать ее на месте. В моем нынешнем состоянии это была привлекательная идея, но со мной были дети, и я не хотел, чтобы они видели свою мать в таком виде. Я глубоко вздохнул, когда дети хихикнули позади меня, и мы повернулись и поехали в магазин покупать мороженое.