Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: За школьной партой. Часть 3

ЛИЗА

Лиза медленно, инстинктивно пытаясь сжать мышцы растянутого ануса, вышла из подсобки. Ее промежность была вся в смазке и задняя дырочка, растраханная огромной елдой биолога, не закрывалась — сперма учителя медленно вытекала из попки и теперь вязкими нитями струилась вниз из-под ее юбки.

Трясущимися руками Лиза застегнула блузку, взяла сумку со стола и не оборачиваясь вышла из класса. Коридор, слава богу, был пуст и она умудрилась дойти до женского туалета незамеченной. Там, намотов на руку пол-рулона туалетной бумаги, она вытерла бедра и промежность. Пальцами осторожно ощупала заднюю дырочку — на месте аккуратной звездочки ануса теперь зияла дыра, которая ныла и болела. Глотая слезы, Лиза одела трусики, плеснула холодной воды на лицо и поспешно вышла. Идя к выходу, она больше всего боялась опять увидеть биолога, но его не было видно. На выходе охранник прощаясь попытался пошутить, но встретив ее мрачный взгляд молча отвел глаза.

До дома было каких-то 10 минут, но Лиза шла медленно, то и дело останавливаясь, привыкая к новым ощущениям. Ей казалось, что все прохожие пялятся на нее, как-будто они все знают, что всего полчаса назад ее лишил анальной девственности школьный учитель биологии.

«Ты грязная, грязная шлюха» — читала она в глазах встречных.

Дойдя до дома, она поднялась в пустую темную квартиру и не включая свет, рухнула на кровать. Она сто раз перематывала в голове случившееся, пытаясь понять — что же реально случилось? С одной стороны, она чувствовала себя грязной и униженной, с другой — ее переполняла странная гордость за то, что она теперь перешла на какой-то абсолютно новый взрослый уровень.

Она вспомнила стальной поршень биолога у себя во рту, его пряный мужской запах, солоноватый вкус и ее киска опять предательски заныла. Что бы там ни было, а ей так понравилось облизывать его толстый хуй, чувстовать пульсирующие вены в своем горле — знать, что в тот момент он был полностью в ее власти. Лиза провела языком по опухшим губам — как она вобще умудрилась обхватить его здоровенную головку своим маленьким ротиком?

Она все глубже и глубже погружалась в похотливые воспоминания, которые все более яркими красками всплывали в ее голове. Её пизденка намокла и Лиза, не снимая трусиков стала водить пальчиком по клитору через тонкую влажную ткань. Она вспомнила требовательный наглый язык, который так хорошо обработал ее дырочки и думая о нем, она начала ритмично тереть возбужденный бугорок.

Ей хотелось растянуть удовольствие надолго, поэтому каждый раз, когда она уже почти доходила до экстаза, она останавливалась, концетрируясь на боли в попке. Эта пульсирующая боль хоть и охлаждала ее пыл, но ненадолго.

Вдруг, в самый разгар ее самоудовлетворения, раздался звук открывающейся входной двери. Видимо пришла мать — и не одна. Она услышала приглушенные голоса, и звуки срываемой одежды и поцелуев. «Дочки кажется нет... Да подожди ты,» — хихикала мать подвыпившим голосом, — «не здесь, пошли в спальню.»

Лиза притаилась в своей комнате. Ей совсем не хотелось сталкиваться сейчас с мамой, а тем более с ее очередным любовником. Она услышала скрип двери и в коридоре все стихло — действие переместилось в спальню. Лиза попыталась опять сконцентрироваться на своей сексуальной фантазии, но не могла. Посидев в темноте минут пять, она на цыпочках подошла к двери и выглянула в коридор — там было темно, только тусклая полоска света падал на пол из приоткрытой двери материной спальни. Любопытство взяло верх и Лиза тихонько подошла и заглянула в щелку между створками.

Ее глазам открылась материна гигантская кровать — «траходром», как втихаря называла ее Лиза, которая сейчас пустовала. Зато из угла напротив кровати доносились сдавленные всхрипы и стоны — Лиза могла видеть отражение в створке зеркального шкафа с противолоположной стороны. Ее мать была прижата к стенке мускулистым незнакомцем. Тот страстно целовал ее, запустив одну руку в ее промежность. Ее ноги были расставлены и судя по стонам, он очень ловко орудовал пальцами в ее киске. На незнакомце были сейчас только джинсы, приспущенные до бедер — судя по его рыкам и стонам, мать тоже не оставалась в долгу, надрачивая его член.

— Ты такая мокрая, ммммм — в перерыве между стонами и поцелуями промычал брюнет, — и довольно тугая... Нравятся мои пальцы в твоей киске?

— Даааа, да, очень... Как же мне нравится, как ты меня трахаешь пальцами, — лицо матери в тусклом освещении белестело капельками пота, на спутанных рыжих волосах бликовал свет ночника, — сильнее, резче, оооох, даааа!

— Я хочу вылизать тебя, — вдруг сказал брюнет и стал на колени.

Мать застонала еще громче. На ней сегодня было ее очередное шлюшье белье — боди из красных эластичных лент, которое абсолютно ничего не прикрывало, но зато очень сексуально подчеркивало каждый изгиб ее тела — ее сиськи, выделенные красными треугольниками резинок стояли торчком — в набухших сосках Лиза увидела новый для себя пирсинг. Ее мать на старости лет проколола себе соски? С другой стороны это выглядело чертовски сексуально и Лиза сама не заметила, как ее правая рука залезла под блузку и стала оттягивать и играть с сосками, которые заметно напухли и возбудились от увиденного.

Мать тем временем забросила ногу в черном чулке на спину любовнику, и приглушенно стонала. Одной рукой, она держала его за волосы, другой — сжимала свою грудь, играя пирсингом.

— Бляяяядь, бляяядь, дааааааа, — стонала она, уже не сдерживая себя, — трахай меня языком, да, Макс, — она подмахивала бедрами в такт его ритмично движущейся голове. Макс, видимо был неплох, потому что через пару минут мать начала прерывисто дышать:

— Скоро, сейчас кончу, сильнее.

Тут Макс на секунду отодвинулся от ее лобка и Лизиному взгляду открылась розовая, блестящая от смазки киска с длинными половыми губами и возбужденным до предела клитором в обрамлении рыжих волос. Брюнет засунул два пальца в материну пизду и начал ритмично трахать ее, помогая себе языком. Через пару моментов та дернулась один, два, три раза и сдавленно хрипя кончила, ее нога на его спине инстинктивно дернулась.

Лиза смотрела на все происходящее не отрывая взгляд. Это была ее собственная мать, но в этот момент Лиза не хотела об этом думать.

Через минуту та отдышалась, а брюнет поднялася с коленей, облизывая пальцы, которые только что были у матери в пизде.

— Какая ты вкусная, так бы и лизал тебя весь день.

Они стали опять целоваться, и отошли от стены. Лиза наконец увидела лицо Макса — на вид ему было лет 30—35, с четко очерченным подбородком, трехдневной небритостью, очень брутальный. Вобщем все, как шлюха-мать любила. Та, видимо опять завелась, потому что её рука уже опять вовсю шуровала в его штанах.

— Мне кажется, теперь твоя очередь, — став на колени, она медленно расстегнула его ширинку, и глядя снизу вверх ему прямо в глаза, вытащила стоящий колом член на волю.

Агрегат у Макса был неплох — не такой огромный, как у Лешки или Олега Викторовича, но красивый, толстый с темной аккуратной головкой. Теперь парочка расположилась справа от кровати и Лиза могла видеть всю сцену сбоку, на расстоянии каких-то 2 метров.

Мать внимательно осмотрела хуй любовника — видимо видела его в первый раз.

— Какой красивый, — произнесла она и слизнула капельку смазки, повисшую на кончике головки. Макс возбужденно выдохнул.

— Ты хочешь, чтобы я тебе отсосала, да? — игриво спросила она, поглаживая его яйца.

— О даааа, возьми его в рот, — простонал Макс.

Женщина провела наманикюренным красным ногтем по уздечке и головке, размазывая очередную каплю смазки.

— Блядь, возьми его в рот сейчас! — не выдержал брюнет, подаваясь вперед. Мать только усмехнулась.

Лиза взяла этот трюк на заметку — он весь трясся от возбуждения, хотя мать еще ничего и не сделала. Вот так профи.

У матери были красивые полные губы — они были пухлые от природы, но она ещё подкалывала их гилауронкой — выглядело это натурально, но очень сексуально. Посреди нижней губы была небольшая продольная бороздка, как у Анджелины Джоли. Очень медленно мать приоткрыла рот и держа Макса за яйца одной рукой, губами обхватила кончик его головки. — ДАААААААА, ссссука, — вырвалось у него.

Она стала обсасывать сначала кончик, все глубже и глубже погружая его стояк себе в рот. Когда наконец весь ствол был в её слюне, она стала сосать более интенсивно, все время глядя на него снизу вверх. Её ладонь ни разу даже не дотронулась до его члена, но Макс стонал и рычал вовсю — мать знала толк в минете.на тумбочке ночника. Камешек анальной пробки тускло поблескивал, пока силиконовый член таранил её взъерошенную пизду.

Мать продолжала трахать игрушку, когда Макс, который уже полностью возобновил силы, не выдержал. Подойдя к ней и став на колени, он опять засунул свой вконец отвердевший хуй ей в рот. Она сразу стала самозабвенно сосать его, не сбавляя ритма сзади. Они оба стонали, не сдерживая себя, что опять возбудило Лизу до предела. Все три дырки матери были теперь заполнены — пробкой, дилдо и членом. Лизе стало даже как-то завидно. Ей тоже хотелось наконец почувствовать хуй в пизденке, но пока приходилось довольстваваться только пальцами, которые опять пошли в ход.

Тут брюнет вытащил елду из блядского рта, и, стащив мать с дилдо, перевернул её жопой к себе. Она все ещё стояла раком, и он с размаху засадил свой ствол в её раскрытую дырку. Та громко охнула, но не растерялась и стала подмахивать, одновременно сося и облизывая дидло.

Лиза настолько возубдилась, что не могла уже различать фантазии и реальность. Ей представлялось, что это она стоит раком — и сзади ей всаживает по самые яйца Олег Викторович, в то время как она сосёт толстый Лёшкин хуй, а её сиськи в блядском открытом бюстгалтере, трясуться в такт их оргии. Двумя пальцами она продолжала надрачивать киску, которая уже хорошо растянулась и привыкла к двум пальчикам, неистово трахающим её.

Тем временем, Макс продолжал размашисто ебать родительницу, которая со смаком, чавкая и обливаясь слюной, сосала дилдо. Лиза, которая уже опять была близка к оргазму, только диву давалась их выносливости.

Внезапно он остановился и стал медленно вытаскивать пробку из её задницы. Мать застонала.

— Ммммм, дааааа, — наконец выдавила она, на секунду вынув резиновый хуй изо рта.

Брюнет полностью вытащил пробку из её ануса. Теперь на месте камешка зияла довольная широкая дырка. «Так вот как это выглядит стороны», — подумалось Лизе.

Мать отлепила дилдо от зеркала и оба, целуясь опять переместились к комоду — кровать они опять проигнорировали. Мать прилепила дилдо на крышку комода и посмотрев брюнету в глаза, кокетливо сказала — «нужно сначала подготовится к твоему богатырю». Макс подхватил её подбедра, и подсадил на резиновый член. Она приставила головку к анусу и медленно стала садится на дилдо попкой.

— Оооох, как же хорошо, — стонала она, её подготовленный анус принимал небольшой резиновый член даже без смазки.

Наконец она насадилась на дилдо полностью, в то время как Макс, смотрел на происходящее, подрачивая хуй. Когда резиновая елда была полностью у неё внутри, она широко расставила ноги, выставляя свою мохнатую истекающую соками киску на его обозрение. Он приставил член к входу в её влагалище и резко вошел, издав звериный рык.

— Какая же ты грязная... Сучка, — приговаривал он, стоя трахая ее, — и такая горячая.

Мать обхватила его обеими ногами и то приподнимаясь, то опять приседая стала вгонять в себя оба члена одновременно.

— Ах, аааааааах, — только и вырывалось у нее.

Оба слились в каком-то бешенном ритме, за которым Лизе было не угнаться.

Прошло несколько минут, а они оба все никак не кончали, хотя Лиза была на пределе.

Она запихивала в себя пальцы с таким неистовством, но ей было всё мало.

Набрав пальчиками второй руки смазки, капающей из киски, она осторожно притронулась к сфинктеру. Тот уже немного сжался после траха в кабинете биологии, но как только Лиза прошла эту первую преграду, её палец тут же провалился внутрь. Было адски больно, но в то же время так приятно, что она не могла остановиться.

Пока мать в нескольки метрах от нее скакала на двух хуях, Лиза трахала себя пальчиками в две дырочки одновременно. Девственная пиздёнка уже не казалась такой девственной, а попка, разъёбанная накануне огромным членом, хоть и ныла, но просила добавки. Вскоре Лиза засунула второй палец в попку и, чувствуя себя самой последней блядью, предвкушала, волну оргазма.

Тем временем, Макс, вытащил свой толстый ствол из разъебанной пизды матери.

— Я хочу кончить тебе в жопу, — без прелюдий и эвфемизмов сказал он, рывком снимая её с дилдо и бросая на кровать, — раком стала, блядь! — внезапно грубо прикрикнул он и мать повиновалась.

Она полулегла грудью на кровать, задницей к Лизе, и высоко отклячила жопу с зияющей красной дыркой посредине. Макс пристроился сзади и пару раз засунув ствол в её текущую пизду — чтобы набрать смазки — без предупреждения с размаху вошел в её прямую кишку на всю длинну.

— Грррррррррррр, даааа сука, шлюха, блядь! — он стал таранить её попку, свободно выходя из ануса почти до головки и потом опять загоняя хуй на всю длинну. В просвете между его ногами, Лиза видела, как мать засовывает пальцы себе в пизду — сначала два, потом три, четыре, практически всю кисть — и подвывая бешенно дрочит, пока Макс разъёбывает её вторую дырку.

Лиза, не мысля, что творит, засунула три пальца к себе в киску, но девственная плева была ещё не настолько растянута и от резкой боли школьница чуть не вскрикнула. Останавливаться было поздно — продолжая трахать себя в две руки, Лиза увидела, как её мать внезапно вздрогнула, вытащила пальцы из пизды и стала остервенело тереть клитор, в то время как Макс стал стонать все громче и громче.

— Сука, сукааааа, кончаю!

Стоны обоих слились воедино, и тут Лиза, которая уже не могла сдерживаться тоже застонала, мышцы ее пиздёнки стали инстинктивно сжиматься вокруг пальцев, попка тоже пульсировала. Перед глазами поплыли размытые круги и она, дёрнувшись несколько раз, интенсивно кончила.

Мать в это время издала последний вопль, её рука, теребящая клитор, обессилено упала на одеяло. Макс, уже не трахал ее, а только стоял, сжимая ягодицы и замерев с хуём полностью в её прямой кишке, накачивая ту до краев спермой.

Наконец он расслабился и вздрогнув в последний раз, медленно вытащил свой обмякающий член из раздолбаного ануса. Мать так и продолжала стоять раком, тяжело дыша. Из её красной пульсирующей дырки вязкими сгустками вытекала сперма.

Наконец она перевернулась и облакотившись о спинку кровати и широко расставив ноги стала смотреть, как любовник одевается.

— Давай быстрей, а то моя дочь скоро придет, — уже обычным своим голосом сказала она.

Тут до Лизы дошло, что мать не должна догадаться, что она была дома всё это время. Поднявшись с коленей, она прошла в прихожую и тихонько взяв сумку и туфли, выскользнула за дверь. Она спутилась вниз по лестнице и застегнув блузку и оправив юбку стала ждать. Через минут пять-десять брюнет вышел из квартиры и стал спускаться вниз по лестнице. Лиза, как ни в чём не бывало, стала подниматься ему на встречу.

Поравнявшись, они встретились взглядами — она посмотрела на него невинно.

— Здрасте.

Он окинул ее плотоядным взглядом, оценил рыжие волосы (всё таки вся в мать) и ухмыльнувшись прошёл мимо, обдав её запахом свежего пота и секса.

Лиза подошла к двери своей квартиры и подождав еще пару минут позвонила. Послышались приглушённые шаги, потом матерный вскрик, «блядь, кто тут что-то разлил!» И мать, раскрасневшаяся, в полузастегнутом шелковом халате, открыла ей дверь.

— Явилась, не запылилась, — проворчала она. — Что, опять ключи забыла? Я пока шла тебе открывать, чуть ногу не сломала — подскользнулась на чем-то липком. (Краска ударила Лизе в лицо — её смазка на полу!).

— Ой, мам, забыла! — Лиза чмокнула мать в щеку, уловив исходящий от нее тяжелый запах спермы.

После они как ни в чем не бывало ужинали и смотрели сериал. Засыпая тем вечером, Лиза, привыкая к новым ощущениям своей попки и киски, четко решила в ближацшее время окончательно распрощаться с девственностью.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

ЖДУ ВАШИХ КОММЕНТАРИЕВ