# Страсть Шерил. Глава 7.

Eromo.Org

Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Страсть Шерил. Глава 7.

Страсть Шерил. Глава 7.

В которой мы узнаем про опыт Шерил в роли BDSM модели.

Перевод, оригинал: Cheryl's Passion Ch. 07 by Schlank©

Адриана протянула руку и схватила большую охапку моих светлых, длинный волос. Держа железной хваткой мою косу и легко контролируя мое тело, она нагнула меня, неестественным образом.

г Разверни ее, – прокричала ей Джессика, – Раз ты нагнула ее, позаботься о том, чтобы ее ягодицы были повернуты к толпе! Ты не получишь ни гроша, если покупатели не увидят ее гениталии!

Андриана резко потянула мои волосы, заставив меня развернуться так, чтобы моя попа оказалась перед лицом Джессики и ее камеры. Джессика сделала дюжину снимков и затем выкрикнула Андриане, чтобы та добавила еще несколько свежих отметин на мои ягодицы.

Я почувствовала пять или шесть молниеносных, жалящих ударов по моей голой попе. Она и так уже болела, так что эта неожиданная и полная боли атака ранила даже больше чем раньше.

г Так пойдет? ‑ спросила Андриана.

Мои глаза были плотно закрыты, зад был повернут к Джессике, но я слышала звук ее камеры, делающей снимки, так что, могу предположить, что ей понравилось то, что она увидела.

г Она должна расставить ноги шире, чем сейчас, – посоветовала Джессика, – Люди, делающие ставки, собираются использовать ее для секса. Она секс рабыня. Они хотят видеть ее розовые губы, которые спрятались между этих длинный, прекрасных ног. Тебе надо продемонстрировать их толпе.

Затем я почувствовала, как хлыст Андрианы настойчиво касается внутренней стороны моих бедер и услышала ее голос:

г Давай, рабыня! Раздвинь свои ноги для меня! Покажи толпе свои девичьи прелести!

Я застонала от ее грубости, раздвинув ноги так, что мои киска предстала неприлично открытой для всеобщего обозрение.

Затем я почувствовала, что пальцы Андрианы жестче ухватились за мои волосы, заставляя меня стонать. Она сказала:

г Это все что ты можешь? Давай, я слышала, что ты гибкая!

Мои руки были связаны за шеей и Андриана, потянув меня за волосы заставила нагнуть голову. Не просто сохранить равновесие в такой позе, но я, следуя приказам Андрианы постаралась еще шире расставить ноги, продолжая балансировать.

г Намного лучше, – с восторгом сказала Джессика и я услышала, как защелкала ее камера, делая фотографии моего обнаженного тела и гениталий.

Конечно, настоящий аукцион не заканчивается после демонстрации рабыни в одной позе, так что Джессика сделала еще кучу снимков, управляя мной через своих помощниц так, чтобы я принимала еще множество унизительных поз.

Например, меня поставили на колени, лицом к камере, при этом мои ноги были экстремально разведены. Затем, чтобы привлечь еще больше внимания к моей щели, мне было приказано сделать мостик, так, что мои груди смотрели вверх, а затылок касался деревянного настила. Это была очень неудобная поза, которую было сложно удержать, но Джессика хотела, чтобы я позировала так, потому что мои набухшие половые губы просто вопиюще бросались в глаза при этом.

Чтобы добавить пикантности в эту сцену, Андриана держала свой хлыст над моими сиськами, как бы угрожая выпороть их. Думая об этом, я решила, что распорядители аукционов, вероятно, угрожали рабыням разного рода пытками, добиваясь чтобы девушки принимали совершенно неприличные, откровенные и похотливые позы перед заведенной толпой средневековых крестьян.

Затем, к большому удовольствию Джессики, Андре коснулась свисающими кисточками своего хлыста моих голых грудей и вставших сосков. Мои соски были чрезвычайно чувствительны и я застонала лишь только хлыст легонько дотронулся до моей возбужденной, уязвимой плоти.

г Видите? ‑ спросила Джессика, – Именно такие картины жаждет видеть толпа пьяных, средневековых зевак на аукционе рабынь.

г Хм, а не следовала ли тебе нанять массовку, для того, чтобы заснять эту самую толпу? ‑ спросила Андре, – Ты наняла только нас троих. А как сделать снимки с людьми, которые делают ставки на нее?

г О, насчет этого ты ошибаешься, – возразила Джессика, – Около года назад я наняла несколько дюжин свободных актеров, чтобы они переоделись в средневековые одежды и толкаясь друг с другом, сыграли некое подобие жарких торгов. У меня есть почти четыреста фотографий людей, делающих ставки.

г Хитро придумано, – сказала Андре.

г Это экономически выгодно, – пояснила Джессика.

Наконец мне разрешили сменить позу и поднять голову. Андриана взяла меня за мои длинные светлые волосы и потянув, заставила вновь встать на ноги.

Теперь, нам надо привязать ее к этим двум столбам, – сказала Джессика, – «Spread eagle», классическая поза, лучше всего демонстрирующая обнаженные женские прелести. Сделаем небольшую паузу и поменяем один бондаж Шерил на другой.

Джессика положила свою камеру и она с Дианой поднялись ко мне на помост. Диана освободила мои руки от браслетов и указала на два деревянных столба, между которыми я должна буду быть привязана.

Каждый столб был чуть выше двух метров, и по толщине они не уступали столбам линии электропередач. При этом поверхность столбов была гладкая, как будто бы отшлифованная. Я удивилась, подумав о том, как удалось притащить сюда эти тяжелые и массивные штуки.

Джессика и Диана взяли веревки и старательно стали связывать мои лодыжки и кисти рук, разводя при этом их в разные стороны, так, чтобы я заняла ту самую позу, «распростертого орла».

г Не волнуйся, я делала это раньше много раз, – заверила меня Диана, помогая Джессике, фиксировать мои руки и ноги разведенными беспомощно далеко друг от друга, – я знаю, как связать женщину так, чтобы не остановить кровообращение и чтобы от веревок не осталось страшных следов.

г Рада слышать, – ответила я, чувствуя, одновременно страх и возбуждение.

Когда Диана и Джессика закончили, я была связана так, что мое тело представляло форму креста. Почему-то такая поза казалась мне еще более открытой.

Я потянула за веревки со всей силы, просто, проверить насколько крепки они и осознала, что не могу вообще сдвинуться с места. Я попробовала подергать ногами, но только натерла свои лодыжки и сильно вспотела.

г Так… и что мне теперь надо делать? ‑ спросила Андриана, – Я больше не могу управлять ей, так как она растянута.

г Используй свой хлыст, – заботливо сказала Джессика, – Хлыст привлекает внимание. Куда бы ты не указала им, публика будет следить за ним взглядами. Используй его, чтобы публика обратила внимание на самые заметные достоинства рабыни.

Про себя, я решила, что под этим она имела в виду мои груди, бедра, соски и вульву. Конечно, некоторые покупатели заинтересуются моей попой, но с этой стороны попа была не видна толпе.

Сперва, Андриана использовала рукоятку хлыста. Она дотронулась ею до моего подбородка и приложив усилие, заставила меня поднять голову выше. Мое дыхание стало сбивчивым, я почувствовала себя еще более беспомощной. С тех пор как я взошла на помост, я была готова расплакаться и сейчас я почувствовала, как горячая слезинка медленно скользнула по гладкой коже моего лица.

г Открой свой рот, – сказала Андриана, – И мужчины и женщины могут получить много удовольствия от такого ротика.

Я облизала губы, чувствуя рукоятку хлыста Андрианы под подбородком и открыла рот, надеясь, что выгляжу соблазнительно и эротично.

г Превосходно, – воскликнула Джессика, снимая серию снимков моего беспомощного положения.

Затем, Андриана расположила свой хлыст под моими грудями и с помощью него, подняла их повыше, привлекая к ним внимание.

Еще до того, как Андриана дотронулась до грудей, я почувствовала, как меня бросает в краску, как учащается мой сердечный ритм и увлажняется из без того мокрое лоно. Как только она начала играть с моей грудью, позируя для камеры, мое тело пронзило острое желание, а сердце, казалось стало биться еще быстрее.

г Хорошо, – сказала Джессика, отвлекаясь на настройку фотокамеры, – Но, попробуй использовать свои руки. И подними ее груди повыше. Нет! Не загораживай ее! Встань сзади нее и возьми ее дойки в свои руки!

После того как она получила четкие инструкции, Андриана сделала все как надо. Она встала очень близко, сзади меня, ее собственные груди уперлись в мою спину, затем, она завладела моими грудями. Когда она сжала их, я задрожала от возбуждения и застонала.

г Окей, поднимай их, – сказала Джессика Андриане, – как будто, ты предлагаешь их в подарок! Теперь сожми их, как будто это фрукты на рынке и ты проверяешь, насколько они спелые и свежие! Теперь мни их и растирай, как хлебный мякиш!

Андриана манипулировала с моим бедными грудями, бесстыдно гладя их, сжимая, трогая, тыкая в них и крутя их в разные стороны. Джессика, похоже была счастлива от того, как нахально и неприлично обращалась со мной Андриана, щупая мои беззащитные сиськи и, с большим энтузиазмом продолжала снимать на камеру этот, полный бесстыдства, эпизод.

Не отдавая себе отчета, я отвечала на смелые, самоуверенные движения рук Андрианы, завладевших моими сиськами. Я ощутила острый приступ покорности от того, что такая сильная женщина как Андриана играет с моим голым телом как со своей игрушкой и может делать со мной что угодно, гладить и бить, бесстыдно щупать меня руками, заставляя мое либидо зашкаливать.

г Ты не самом деле кайфуешь, да? ‑ прошептала Андриана мне в ухо, жестко сжимая мои груди и не переставая тереть пальцами мои опухшие соски. Я была не в силах ответить, от эмоций, которые переполняли меня. Меня трясло от желания и казалось, единственное что я могу, это стонать и охать, задыхаясь от похоти.

г Ох, Боже, да, – наконец смогла ответить я, но мой голос был слабым и едва слышным. Я едва узнала свой собственный голос, настолько жалобный и слабый он был.

Тем временем, Андриана зажала мои соски между своими указательными и большими пальцами и стала крутить их, заставляя меня стонать еще громче.

г Я работала с такими моделями как ты раньше, – уверила она меня, продолжая шептать мне на ухо, – Я точно знаю, что тебе нужно.

г Джессика, – позвала Андриана, – Как ты думаешь, воодушевит ли толпу вид рабыни, кричащей и кончающей того, что ее трахают пальцами?

Мое лицо залила краска стыда, едва я услышала это предложение, казалось, что и Джессика сильно удивилась вопросу прежде чем ответить.

г Может быть, – наконец ответила Джессика, – Я не планировала никакого публичного секса, когда начинала этот проект, но, возможно, это будет хорошим улучшением моего концепта. Шерил, что ты скажешь об этом. Ты кончишь на камеру прямо сейчас?

Я чувствовала, что меня разрывают эмоции. Половина меня была шокирована и повергнута в ужас от этой идеи. Быть трахнутой сильными, бесстыдными пальцами Андрианы в то время, пока я беспомощная и связаны, казалось почти что быть изнасилованной. А от того, что Джессика и небольшая аудитория из тех, кто работает на нее, наблюдают за мной, это представлялось еще более постыдным. Это точно будет публичным унижением, и я чувствовала, что мне следует отказаться.

Однако, другая половина меня, нашла эту идею, быть связанной, беспомощной, обнаженной, публично униженной и подвергнуться сексуальному домогательству, – восхитительной… Тайные, темные желания опьяняли и искушали, так, что я не могла сопротивляться. Если я откажусь сейчас, то потом буду сильно жалеть об этом.

г Думаю, это хорошая идея, – ответила я, обращаясь вниз, к Джессике. ‑ Если люди из толпы пришли купить себе секс-рабыню, значит они собираются потом заняться с ней сексом. Заставить ее кончить перед ними, это все равно что устроить тест драйв покупателю машины.

Я почти не верила, что сказала это. Я сравнивала торговлю людьми с продажей машин. Конечно, про себя я думала о том, как бесстыже и пошло я буду выглядеть на улице, абсолютно голая и связанная, кончающая перед людьми, которые будут смотреть на меня. Мое лоно сжималось от вожделения и я хотела испытать это. Мне было наплевать на то, как это будет смотреться на фотографиях, мне отчаянно нужно было достичь неизбежного пика наслаждения и удовлетворить свою ненасытную вагину.

г Тогда хорошо, – ответила Джессика, – Андриана, положи свой хлыст на пол и встань на колени рядом с Шерил. Одной рукой отодвинь бедро Шерил и любопытствуя, раздвинь ее щель, а затем, пальцами другой руки войди в нее.

Я чувствовала горячие дыхание Андрианы на своем бедре в то время как она пыталась правильно расположить руки. Она сделала несколько попыток, потому что не совсем понимала, как Джессика видит эту сцену. Когда, наконец, Джессика была довольна ею, и Андриана вставила в мою киску свои пальцы, я ахнула и оргазм, набирающий силу внутри меня вырвался вперед, все мое тело затрепетало и я задрожала в конвульсиях, а мое лоно начало извергаться, сокращаясь в ошеломительном, сладострастном восторге.

Я стонала и дергала головой из стороны в сторону, меня трясло в неконтролируемом сумасшедшем урагане. К тому моменту как я перестала биться в экстазе, все мое тело блестело от пота.

г Ого, это было неожиданно, – прямо сказала Джессика.

г Тебе это было необходимо, правда? ‑ нежно спросила Андриана, и я кивнула ей в ответ.

г Все случилось слишком быстро, – пожаловалась Джессика, – Я сняла, может быть, фоток семь за весь оргазм, а для публикации вероятно подойдет вообще одна или две.

г Простите, – робко сказала я.

г Будет совсем некрасиво, если мы закончим на этом, – снова недовольно сказала Джессика, – Небрежно и странно.

г Ну… мы не должны заканчивать на этом, – высказала я свое мнение, чувствуя вину за то, что оргазм пришел так быстро и пытаясь предложить Джессики решение проблемы.

г Что ты предлагаешь? ‑ спросила Джессика глядя на меня.

г Мы можем снять второй оргазм, – предложила я, – Поскольку он будет запланированный, он придет не сразу и будет время чтобы сделать фотографии.

Джессика подняла в удивлении брови и спросила:

г Ты не против снова кончить?

г Да, – ответила тихо я.

г Так быстро? Прямо после сильного и громкого оргазма, который у тебя только что был? ‑ с сомнением спросила она.

Я глубоко вдохнула, выдохнула и сказала:

г Я весь день сегодня нахожусь в постоянном возбуждении. Вероятно, я смогу мощно кончить еще раза три, прежде чем пойти домой.

г Иисус, – воскликнула Джессика, – Хорошо, тогда займемся вторым оргазмом. На этот раз спланируем его методично и аккуратно. Я хочу, чтобы он длился подольше, так, чтобы я смогла сделать десяток другой снимков, от начала до конца.

Методичный и аккуратный подход Джессики на деле означал то, что следующие двадцать минут, я продолжила стоять связанной в то время как она обговаривала детали с Андре, Андрианой и Дианой, убеждаясь, что все правильно поняли свои роли, что она ожидает от нас, прежде чем кто-нибудь снова дотронулся до моей мокрой и голодной киски.

План, который был в итоге разработан, оказался полон эротизма и жестокости, так что в нем определенно было запретное, темное сексуальное чувство, всегда ассоциируемое у меня с BDSM.

Андре было сказано встать на колени сзади меня, взять ее хлыст и попытаться вставить его рукоятку в мое текущее лоно.

Диана должна была подать Андре бутыль с лубрикантом, однако я была настолько мокрой от своих собственных соков, что Андре не видела в этом смысла. Диана принесла бутыль, а затем убрала ее. Она была полна энергии и хотела помогать, как только может.

Андре покрыла ручку хлыста смазкой и расположила ее прямо напротив входа в мою киску. Она только чуть касалась моей обнаженной плоти, и я стонала, в нетерпении ожидая когда меня пронзит эта массивная рукоять, похожая на член.

Андриана была сзади меня и Джессика щелкнула несколько кадров с нами тремя, запечатлев, как Андре примеряет свой девайс к моему лону, а Андриана держит мой торс и сжимает мои груди. Андриана играла с моими беззащитными грудями, дразня их и профессионально стимулируя. Конечно, я была склонной к быстрому возбуждению от физической боли, сексуальных домогательств, и поэтому, не потребовалось много времени, для того, чтобы сильные и жестокие пальцы Андрианы начали извлекать из меня стоны и охи полные похоти.

В этот момент, когда я уже чувствовала насколько мокро у меня между ног, Андре получила команду вставить свой фаллический конец хлыста в мои девичьи ножны.

С помощью свободной руки, Андре раздвинула мои половые губы и позволила кожаному гиганту войти в меня. Я извивалась и боролась как могла, но это было скорее представлением. Я была так хорошо связана, что едва могла пошевелить мускулом. Мои попытки извиваться просто делали фотосессию более эротичной и интересной.

Джессика руководила Андре, давая ей указания, когда продвигать глубже в мои ножны огромную рукоятку хлыста, заставляя меня скулить и стонать. Эйприл всерьез не проникала в меня игрушками, поэтому я еще не испытывала ничего похожего, на проникновение это огромной и толстой рукоятки, раньше. Как я смогу принять такую большую штуку в себя? Я не могла это представить, но Джессика с Андре, казалось собирались проверить мои пределы.

Андре вставляла в меня кожаного монстра до тех пор, пока я не оказалась полностью заполненной. Но, после этого, Андре не остановилась и продолжила давить массивной рукояткой на мое нежное отверстие. В попытках ослабить внутреннее напряжение я встала на цыпочки.

г Все! Хватит! Я больше не могу! – закричала я.

г Думаю, хватит, – сказала Джессика и Андре остановилась. Я все еще оставалась насаженной на кожаный фаллос, однако чувство, что меня вот-вот разорвут на две половины, пропало.

Я так испугалась, что Андре порвет меня, запихивая рукоятку хлыста внутрь моей маленькой киски, что почти забыла про Андриану. Однако, Андриана не забыла обо мне и напомнила о себе, сжимая мои груди. Мои руки были разведены далеко в стороны и высоко над моей головой, так, что я ничем не могла помешать ей. Мое тело стало крайне отзывчивым, и я стонала от ее прикосновений к соскам, от игр с ними, поглаживаний и прикосновений. Соски набухли и дрожали, встав под столь пристальным вниманием.

г Ее соски темнеют и выдаются вперед, когда вот так набухают, – сказала Джессика, – Определенно, это одна из тех вещей, что привлечет внимание толпы.

г А что если я выпорю ее груди? ‑ спросила Андриана, – Если ее соски станут алыми, это точно понравится толпе, а может быть, как вы думаете, мне окрасить целиком ее сиськи в красный цвет?

г Отличная идея, – сказала Джессика с огромным энтузиазмом, – Ты сможешь это стерпеть, Шерил?! На некоторых картинках, которые присылал твой агент, ты была после порки грудей.

Порка груди значительно больнее чем порка попы, однако, Джессика была права. Мои груди пороли раньше, и я могла это выдержать.

г Только не повредите кожу, – ответила я фотографу.

г Ты слышала леди, – обратилась Джессика к модели, – Можешь выпороть ее груди, но не переусердствуй. Чтобы не было крови.

г Поверьте мне, – сказала Андриана, – Я знаю, как пользоваться хлыстом.

Уверенна, что это было правдой… Я застонала, ожидая то, что мне предстояло.

Раздался громкий щелчок от удара хлыста по голой кожи, когда Андриана жестоко пересекла хлыстом мою левую грудь. Я издала нечленораздельный звук и дернулась, в рефлекторной попытки избавиться от веревок, связывающих мои кисти и лодыжки.

г Вот так вот, – сказала Джессика Андриане, – Очень хорошо, продолжай также. Бей ее медленно, переходя от одной груди к другой. Я скажу тебе, когда остановиться.

Андриана продолжила, а Джессика снимала все на пленку. Обжигающие удары по моим неприкрытым грудям заставляли меня вертеться и корчится в узах, связывающих меня, и чем больше я крутила бедрами, тем сильнее я чувствовала огромный фаллос внутри себя. Веревки позволяли мне лишь двигать бедрами, бесстыже раскачивая зад, вверх и вниз, насаживаясь на рукоятку хлыста, который держала Андре. Так и получалось. Андриана не смущаясь порола голую рабыню и мои бедные, беззащитные груди подскакивали и краснели от каждого болезненного удара, покрываясь комбинацией из розовых и алых полос.

Андре постаралась чтобы я думала не только о грудях, поворачивая и двигая рукояткой своего девайса во мне. Должно быть моя бедная, поруганная киска будет болеть после этого, но это была небольшая цена за наслаждение, которое я испытывала. Меня окатывала одна агонизирующая волна желания за другой в то время как моя мокрая щель дрожала и сокращалась крепко обхватывая чудовищный фаллос внутри меня.

Хлыст Андрианы продолжал наказывать мои невинные груди и я кричала от боли, при этом продолжая судорожно и тяжело дышать, чувствуя, приближающийся оргазм. Смесь адской боли и сексуального возбуждения была для меня восхитительным коктейлем и вероятно на одиннадцатом или двенадцатом ударе жестокого хлыста Андрианы, меня настиг оргазм и все мое тело задрожало.

Каждый сантиметр моего связанного тела кричал в экстазе. Мои крики боли смешались с интонациями удовольствия, так, что было невозможно понять, отчего я кричу. Попытки моего тела увернуться от хлыста, смешались с судорогами и агонией оргазма.

Когда порка прекратилась и мое тело перестало дрожать, вся я была мокрой от пота, мои груди тяжело вздымались, а лицо было мокрым от слез.

г Вау, – воскликнула почтительно, Джессика.

г Согласна, – сказала Диана, – Это было потрясающе.

Джессика сделала еще несколько фоток и сказала:

г Я пыталась найти BDSM модель твоего телосложения, получающую истинное наслаждение от сабмиссивной роли, но уже готова была сдаться в попытках найти такую как ты.

г Тогда я рада, что вы нашли меня, – сказала я, наслаждаясь заключительными отзвуками оргазма, в то время как мои ужасно болящие груди вздымались и падали. Джессика пообещала, что будет вызывать меня еще, для кучи разных фотосессий, а я заверила ее, что приду в любое время, как только она позовет меня. **********

Моей следующей работой в качестве BDSM модели стала поездка в Сан Франциско. Эйприл нашла в интернете бизнес, с доменом discipline.com который нанимал BDSM модели. Им понравились мои обнаженные фото и предложение, которое от моего имени написала им миссис Ладд, так что я отправилась в долгий путь от Фэрхейвена в Сан Франциско чтобы сняться в студийной сцене для них. Если им все понравится, я стану регулярной моделью и смогу зарабатывать 800 долларов за каждую лесби BDSM сцену, снятую для них. Они платили меньше чем Джессика Брандт, однако включив их в свой «репертуар», я возможно, смогу получать больше сессий в году.

Кроме того, Эйприл сказала мне ехать. Я была послушной рабыней/подругой и делала все, что говорила мне Эйприл. Я снялась бы в этой сцене вне зависимости от того, сколько бы они заплатили мне.

Снаружи, главный офис discipline.com выглядел просто как офисное здание. Не было никакого намека и подозрения, что внутри этого здания происходили BDSM акты.

Когда я вошла в их лобби, меня встретила респектабельно выглядевшая девушка, сидевшая за по деловому оформленной офисной стойкой. Ничего в лобби не указывало на эротику или извращения, происходящие в этом здании.

г Могу я помочь вам? ‑ спросила рецепшионистка, когда я зашла в зал и стала оглядываться вокруг.

г Ммм, я Шерил Монро, – сказала я, – Мне назначена встреча.

Рецепшионистка посмотрела в какое-то расписание и затем сказала:

г Ох, вы одна из моделей! Вы рано! Мы не ждали вас здесь раньше десяти утра!

г Дааа, я выехала издалека, из Фэрхейвена, – сказала я, – боялась опоздать.

г Господи, Боже, – улыбаясь сказала девушка.

г Да, быстрее было бы прилететь, но это дороже.

г Окей, дело в том, – сказала девушка, – Что вы тут одна. Нет ни других моделей, ни оператора, ни фотографа, ни специалиста по макияжу, ни стилиста…

г Окей, я поняла, – сказала я, чувствуя себя глупо. Я почти была готова уйти, чтобы вернуться назад позже.

г Можете сесть и подождать, – предложила рецепшионистка, – Примерно через час соберется остальная команда, но здесь у нас комфортно.

г А есть у вас дамская комната? ‑

спросила я, – Мне нужно пописать после длинной дороги.

Рецепшионистку звали Мишель. Она была, примерно, моего возраста и знала, что я BDSM модель, но это не сказалось на ее отношении ко мне. Каждый из нас выполнял свою работу. Она не судила меня за путь, который я выбрала и я почти сразу полюбила ее.

Директор, оператор и фотограф приехали одновременно. Я была почти уверенна, что они приехали на одной машине. Они прошли по ступенькам в студию, едва обратив внимание на мое присутствие.

Следующей приехавшей была модель Джина. В одной руке она держала кофе из Старбакса, а в другой кошелек. Игнорируя меня она поздоровалась с Мишель так, как будто они были старые приятельницы. Затем Мишель указала ей на меня, представив меня:

г Это Шерил, новая бондаж модель.

г Хей, – сказала Джина, – Это твой первый визит в discipline.com?

г Ага, – ответила я и встала чтобы поздороваться с ней. Мы пожали руки и я сказала:

г Думаю, сегодня будет что-то вроде просмотра, чтобы понять, подхожу ли я им.

Джина посмотрела на меня сверху вниз и сказала:

г Они полюбят тебя. Серьезно, ты выглядишь лучше, чем девяносто процентов девушек, которые приходят сюда.

г Серьезно?

г Да, серьезно, – с воодушевлением сказала Джина, – Черт! Половина моделей прутся в BDSM съемки только потому, что они не достаточно хорошо выглядят чтобы быть обычными моделями! Клянусь, последняя которую я видела тут на пробной сессии, весила под девяносто килограмм!

Мишель фыркнула, сказав:

г Кэролин Прайс.

г Правильно, – бурно подтвердила Джина, – Кэролин Прайс! Жирная корова!

г Ты выглядишь намного лучше нее, – уверила меня Мишель.

г Ты саба или дом? ‑ спросила меня Джина.

г Саба, – ответила я.

Указав на себя, Джина сказала:

г Дом. Мы по разные стороны забора.

г Так, как сильно вы будете меня бить сегодня? ‑ спросила я.

г Мы не говорим «бить», Шерил, мы говорим «наказывать», – упрекнула меня Джина, – Я буду наказывать тебя столько, сколько директор посчитает нужным.

Вскоре прибыли еще две модели. Блондинку звали Скарлетт, а брюнетку ‑ Элиза. Элиза пожала мне руку, в то время как Скарлетт обняла меня как будто бы мы были подругами.

Также Скарлетт обняла Джину и Мишель.

г Как ты можешь заметить, – с ноткой сарказма в голосе, сказала Джина, – Скарлетт у нас, типа, нежная.

г Неужели? ‑ заинтригованно спросила я, при этом мой голос был столь же саркастичным.

г Они называют меня монстром объятий, – заразительно смеясь, сказала Скарлетт, – Они думают, что взрослые должны быть циничными и мрачными. А я считаю, что нежность и доброта делают этот мир лучше.

Скарлетт была привлекательнее меня, у нее были длиннее ноги и больше груди. Во всем она выглядела лучше, чем я. Она была самой красивой женщиной в лобби. Нам следовало завидовать и возмущаться ею, но она была чертовски дружелюбна и привлекательна, так, что я почувствовала, что почти сразу прониклась к ней симпатией.

г Я не мрачная и циничная, – защищаясь сказала Джина, – Я просто негодую относительно всякого дерьма и мир продолжает давать мне новую пищу для возмущения.

г Тебе надо выбраться выпить со мной как-нибудь, – сказала Элиза, – Я знаю бар в котором любят возмущаться насчет дерьма, но они уступают тебе. Ты может задать им жару.

Элиза начала организовывать вечеринку в клубе под названием Эль Рио. Она уговорила Джину и Скарлетт пойти, а затем попробовала пригласить меня присоединиться к ним.

г Эй, новенькая, – обратилась она ко мне, – Хочешь отвиснуть с нами вечером?

г Мне только восемнадцать, – призналась я, – Я, типа, еще легально не могу выпивать.

– Иди ты, – выпалила с восхищением Скарлетт, – Тебе только восемнадцать? Серьезно?

г Теперь ты больше не самая мелкая среди нас, монстр-объятий, – сказала Элиза.

г Ты что, попала в порно сразу после школы? ‑ спросила Скарлетт.

г Почти, – ответила я, – Я работала на ресепшене несколько недель после того как выпустилась. Но, это было так, не серьезно.

г Так, ты дом или саба? ‑ спросила Элиза.

г Саба, – ответила я.

г Ох, бедная девочка, – сказала Скарлетт, сожалеющим голосом, – Твоему заду придется не сладко!

г Монстр-объятий чувствует твою боль, – перевела Джина.

г Хаг-монстр тоже саба, так что она буквально будет чувствовать твою боль сегодня, – любезно добавила Элиза, – Ее задница будет болеть также как твоя, после сегодняшней сессии.

г Я занимаюсь этим уже шесть лет, – сказала Скарлетт, – Я привыкла, что у меня болит попа. А Шерил новенькая. Нам надо проявить симпатию к ней.

К моему удивлению, Скарлетт снова обняла меня. Это было что-то вроде того, как близкие друзья или родственники выражают свое сочувствие. Я едва знала Скарлетт. Мы познакомились буквально несколько минут назад.

г Эээ, у меня высокий болевой порог, – сказала я Скарлетт, – Но, спасибо за поддержку.

г Я помню, каково это быть новенькой, – сказала Скарлетт, – Я всегда рядом, если тебе что-нибудь потребуется.

г Вообще-то у меня есть несколько вопросов, – сказала я, глядя во внимательные глаза Скарлетт, – Для меня все это в новинку и вы единственная нижняя, которую я знаю.

г У тебя есть вопросы, – утвердительно сказала Скарлетт, – Давай, спрашивай. У меня достаточно опыта.

Посмотрев в теплые и дружелюбные глаза Скарлетт, я сказала:

г Окей, у меня есть одна фишка, когда меня серьезно и болезненно наказывают… например, хлыстом или очень жестко порют, так, что моя попа становиться совершенно красной… Я испытываю чувство гордости, что могу принимать эти суровые наказания, без мольбы о милосердии. Это только я такая, или другие нижние тоже испытывают такие чувства?

Скарлетт кивнула головой, как бы узнавая феномен о котором я говорила.

г Множество нижних испытывают такие чувства, – сказала она.

г Как по мне, то я считаю, что существует два типа нижних, – продолжила Скарлетт, – те кто делает это за деньги и те, для кого BDSM стиль жизни. Нижние, ради коммерции, не испытывают никакого сексуального или психологического трепета от доминирования над ними или от наказаний. Они делают это только ради денег. Саба, для которой BDSM стиль жизни, получает истинное удовольствие от того, что ее связывают, наказывают и унижают, и большую часть из этого она испытывает с гордостью, так как сама охотно терпит боль ради своего мастера или госпожи.

г Так я саба для которой это стиль жизни? ‑ спросила я.

г Ну, похоже, что так, – ответила Скарлетт, – Один лишь факт, что ты спрашиваешь…

г Леди, мы готовы и ждем вас внизу, – прервал наш разговор директор, выглядывая из-за двери.

г Нам лучше пойти, – сказала Джина, – Он ненавидит ждать.

Внизу располагалась раздевалка для моделей. Тут были наряды для каждой из нас. К своему удивлению, я обнаружила, что все, что они приготовили для меня, подошло мне идеально. Я задумалась откуда они узнали мои размеры, и затем, осознала, что мама Эйприл, вероятно указала всю информацию обо мне в моей вступительной форме.

У Джины и Элизы были классные костюмы. Они получили впечатляющего вида черную униформу с черными кожаными ботинками, черными военными шапками и тактическими ремнями, на которых висели разные девайсы (такие как наручники, дубинка, газовый балончик). От них исходил какой-то военный шик, который одновременно пугал и делал их стильными.

Скарлетт и мне дали твидовые пиджаки, узкие прямые юбки и лакированные туфли-лодочки на двенадцати сантиметровых шпильках. Мы были похожи на адвокатов или менеджеров по продажам.

г И как именно это должно работать? ‑ спросила я Скарлетт, – Нас должны арестовать? У женщин в униформе есть наручники. Предполагаю, что это не спроста.

г Это униформа сотрудниц охраны аэропорта Драгонстэйн, – объяснила Скарлетт, – Они должны задерживать подозреваемых в перевозке наркотиков, терроризме, трафике оружия или шпионаже.

г И конечно, иногда они надевают наручники на невинных туристок, потому что те привлекательны и агенты аэропорта Драгонстэйна хотят посмотреть на них в голом виде, – услужливо добавила Джина.

г Драгонстэйн? ‑ спросила я, с недоумением.

г Драгостия ‑ это страна, которую Эдди выдумал пять или шесть лет назад, – объяснила Джина, – чтобы не оскорблять реальных людей. Поскольку, Драгостия выдуманная страна, Эдди перестал получать жалобы на то, что он порочит имя добродетельных граждан, например, сотрудников транспортной службы.

После того как мы переоделись в дизайнерские костюмы, средних лет женщина взялась за укладку наших волос, а молодая девушка (примерно, возраста Скарлетт) стала делать макияж. Затем, энергичная, стройная женщина с эльфийской прической вошла в раздевалку с какими-то бумагами.

г Это контракты, – сказала она, передавая нам бумаги, – а также, сценарий сегодняшней сессии.

г Сценарий? ‑ спросила я, – Я должна запомнить сценарий?

г Не совсем, – сказала Джина, – Это не «Унесенные ветром». Это интернет порно.

г Просто следуй основной линии истории, – посоветовала стройная энергичная женщина, – Оставайся верной характеру своего героя и все будет окей. Если ты слишком отклонишься от сценария, они остановят съемки и Эдди скажет тебе вернутся к исходному тексту.

Слава Богу! Мне пришлось бы потратить дни, чтобы запомнить весь сценарий, но, если все что от меня требовалось было прочесть текст и соблюдать типаж, я справлюсь довольно быстро.

Основная сюжетная линия заключалась в том, что Скарлетт и я были американскими туристками, прилетевшими в страну Драгостия. Агенты охраны аэропорта Драгонстэйн подозревали нас в ввозе наркотиков в их страну и устроили обыск с обнажением. Они подкинули нам наркоту и затем использовали это против нас, шантажируя чтобы заняться с нами сексом.

Так что, в основном, все что я должна была делать, это бояться, испытывать неудобства и унижения. Это я могла.

г О, еще одна вещь, – сказала женщина, глядя прямо мне в глаза, – Тебе нужно сценическое имя.

г Что? ‑ спросила я, серьезно.

г Как мы должны обращаться к тебе на нашем веб сайте, – пояснила женщина.

г Хм, а можете вы просто использовать мое реальное имя?

Тощая, энергичная женщина закатила глаза. Скарлетт застонала, а Элиза и Джина засмеялись.

г Никто в порно индустрии не использует свои реальные имена, – громко упрекнула меня Джина.

г Есть куча чудаков, смотрящих порно, – сказала мне Элиза, – Ты же не хочешь, чтобы они, зная твое имя, нашли твой телефонный номер или узнали какую-нибудь персональную информацию.

г Ага, они говорят совершенно верно, – согласилась с Элизой и Джиной мисс эльф.

Я предложила использовать имя Красотка, но выяснилось, что это имя уже занято. Тогда я назвалась «О». Но, и это имя было также недоступно. Затем я перебрала еще пять имен, прежде чем мы остановились на одном, которое не было занято.

Возвращаясь к школьным годам, двух самых потрясающих и красивых девушек которых я помню, звали Райли Райн и Саммер Смит. Я соединила их имена вместе и получила Саммер Райн.

Женщина записала мое сценическое имя и мне сказали, что мы можем начинать.

Скоро я узнала, что женщину со странной прической звали Кристен. Она была кем-то вроде помощницы Эдди. Ее обязанности было сложно понять и они менялись день ото дня. В основном, однако, если надо было что-то сделать, она следила чтобы это было сделано. Она была умной, находчивой и трудолюбивой. Кристен заботилась обо всем ‑ декорации, бумажная работа, конфликты между актрисами, соблюдения графика и легального возраста моделей и многое другое.

г Скарлетт, убери руки за спину, – сказала Кристен, – Ты тоже, Шерил.

Я подчинилась команде, не раздумывая. В следующее мгновение мои запястья сковали наручники. Я предполагала, что до конца дня это случиться, но не думала, что это произойдет так быстро.

Кристен провела нас из раздевалки вперед в студию, где нас ждали директор и оператор.

Свет уже был установлен и все были в ожидании. Я глубоко вдохнула, осознав, что теперь пришел мой черед позировать перед камерами. Меня переполняли эмоции, отчасти возбуждения, отчасти страха.

Студия, в которой проходили съемки была наполовину похожа на офис, а наполовину на тюрьму. Входя вы видели офисные столы, шкафы для хранения документов, компьютеры, телефоны и прочие вещи, которые вы ожидаете увидеть в офисе.

Дальше располагалась огромная камера хранения, с реальной, железной решеткой из прутьев. Думаю, если Джина и Элиза играли сотрудников безопасности, вероятно это было что-то вроде их офиса. Да, это было похоже на правду.

Кристен исчезла, оставив Элизу, Джину, Скарлетт и меня стоять перед оператором.

Эдди убедился, что Скарлетт и я знаем, как использовать наши стоп-слова, на случай, если воздействие на нас окажется слишком сильным и затем сказал:

г Ну, что, если леди готовы, пора приступать.

Вероятно, Джина была готова раньше чем я, так как она схватила меня за руку и насильно затолкнула в комнату, практически, таща меня вперед и выставляя на обозрение камер. Элиза, последовав примеру Джины, схватила Скарлетт.

г Это не справедливо! Я не сделала ничего плохого, – громко запротестовала Скарлетт, находясь в железной хватке у Элизы. Я тоже решила, что мне надо выразить протест. Поступить так, как поступили бы невинные американки.

г Почему вы делаете это со мной? ‑ возмутилась я, стараясь выглядеть испуганной и расстроенной.

г У нас есть анонимный звонок насчет вас двоих, – строгим голосом с чуть заметным восточно-европейским акцентом ответила Джина, – У нас есть причины подозревать вас в нелегальном ввозе наркотиков в нашу страну!

г Если вы невиновны, вам нечего бояться, – сказала Элиза своим восточно-европейским акцентом.

Думаю, предполагалась, что Драгостия должна была находиться где-то в восточной Европе. Я почти была уверена в этом. Америка потратила десятилетия в холодной войне с коммунистическими государствами вроде СССР или Румынии. Разумно, что злодеи из BDSM видео напоминают наших старых врагов. Их образ за многие годы сложился, и они заранее кажутся жестокими злодеями.

г Нам придется раздеть вас до гола и обыскать, – сказала Джина, – Если вы спрятали наркотики, мы найдем их. Мы суровые, но справедливые.

г Так что, хватит жаловаться, – огрызнулась Элиза на захваченную ею блондинку.

г Раздеться до гола? ‑ громко воскликнула я, стараясь чтобы мой голос звучал возмущенно и при этом был полон ужаса.

г Начнем с этой, – сказала Джина, – Похоже у нее не чиста совесть.

Скарлетт заперли за решеткой и затем Джина и Элиза вдвоем взялись за меня.

г Держи ее крепко, – сказала Джина Элизе, – Не хочу, чтобы она крутилась во время обыска.

Я уже была в наручниках, так что мои движения уже были ограничены, но теперь, Элиза схватила мои руки сзади, за спиной и полностью обездвижила их, своей крепкой хваткой. Если бы они были настоящими охранниками, эта тактика бы определенно бы сработала на заключенных вроде меня.

г Что ты прячешь тут? ‑ спросила Джина, начав расстегивать спереди мою рубашку.

г Ничего, – громко запротестовала я, – Я не контрабандистка!

Тем временем Джина расстегнула мою рубашку. Затем она запустила свою руку в одну из чашечек моего бра и стала ласкать мою грудь, притворяясь, что ищет спрятанный контрафакт.

г Есть что-нибудь? – спросила ее Элиза, дожидаясь своей очереди полапать меня. г Не думаю, – ответила Джина, – Но, дай мне минутку.

Джина устроила большое шоу, запустив свои руки в мой бра и энергично сжимая, гладя и ощупывая каждый сантиметр моей плоти. При этом, наручники, сковывавшие мои руки за спиной заставляли меня выворачивать назад плечи, и из-за этого мои груди выдавались вперед, становясь более уязвимыми и доступными для сотрудниц охраны.

г Никаких наркотиков, – разочарованно сказала Джина, убирая руки от моих грудей, – Придется полностью раздеть ее.

г Что? – возмутилась я, вживаясь в характер своей героини и выражая своим голосом крайнее негодование, – Ни за что! Я не стану раздеваться перед вами!

г Попробуй настаивать на своем, американка, – холодно сказала Элиза своим акцентом, звучащим жутко похоже на голос Стефании, – Если ты не снимешь одежду сама, мы просто разрежем ее.

г Разрежете? – переспросила я, – Вы блефуете, да? На самом деле вы не сделаете этого.

Элиза отошла к офисному столу, спокойно открыла ящик и достала из него ножницы. Затем, с довольным видом подошла ко мне, держа ножницы так, чтобы я (и оператор) могли отчетливо видеть этот грубый предмет, готовый с легкостью разрезать одежду, которая была на мне.

Я задумалась на секунду, решая, что будет сексуальнее, раздеться самой или чтобы мою одежду разрезали. По моему мнению, я буду выглядеть более сабмиссивной, если добровольно сниму одежду сама, поэтому я решила сдаться агентам безопасности Драгостии и послушно следовать их приказам. г Я разденусь, – произнесла я, с паникой в голосе, – Я буду сотрудничать! Пожалуйста, не трогайте мою одежду!!

Джина расстегнула наручники и затем, вместе с Элизой деспотично наблюдала, как я снимаю одежду.

Я продолжала оставаться удрученной, снимая свой блейзер и расстегивая юбку, однако я чувствовала пристальные взгляды пяти, полностью одетых людей, уставившихся на меня и наблюдающих как я раздеваюсь, ради их удовольствия.

Я чувствовала взгляды оператора, директора, Джины и Элизы, прожигающие меня насквозь, в то время как я снимала юбку и клала ее на пол. Когда на мне остались только тоненькие стринги с кружевной оборкой, я на самом деле почувствовала себя американской туристкой, подвергшейся несправедливому задержанию против ее воли и вынужденной раздеваться перед двумя ужасными восточно-европейскими стражами порядка. Вся ситуация стала настолько реальной, что мое сердце подпрыгнуло к горлу и я почувствовала себя беспомощной и уязвимой. Страх который я испытывала, был восхитителен, и я полностью забыла о присутствии директора и оператора.

Я взялась за резинку трусиков и потянула их вниз по бедрам, и дальше, спуская их ниже колен. К тому моменту, когда мои крохотные стринги лежали у моих ног, я была просто голой американской туристкой, задержанной двумя охранницами в униформе, не знающими жалости. Я поддалась новой волне будоражащего страха. Мягкие спазмы моей киски, говорили мне, что я хочу быть во власти этих женщин, быть наказанной ими. Я полностью сдалась и сказала им, что буду делать все, что они скажут.

г Итак, готовая к сотрудничеству американка, – холодно сказала Джина, – Расставь свои ноги и нагнись. Нам надо обыскать скрытые полости твоего тела.

Видя государственную униформу и слыша властный голос, я подумала, что я здесь для того чтобы следовать приказам. Я просто голая, уязвимая, беззащитная пленница. Я сделаю все, что скажет мне властный голос. Я нагнулась в пояснице, и расставила ноги неприлично широко, бесстыже выставляя свой анус и киску на обозрение.

г Американка очень послушна, – заметила Элиза, – Вполне возможно, что она не провозит наркоту.

Я услышала звук надеваемых латексных перчаток и затем, почувствовала, как сзади меня кто-то встал. Я ощущала ее присутствие, не слыша никаких звуков.

Я предположила, что должно последовать дальше и постаралась эмоционально быть готовой к этому. Через секунду я почувствовала, как в ложбинку между моих ягодиц, выдавливают холодный лубрикант, размазывая его по моей киске и чувствительному анусу.

Я застонала, а затем громко заскулила, в тот момент как настойчивые пальцы раздвинули мой анус и вторглись в меня.

г Здесь не Америка, – безучастно и строго проинформировали меня, – Здесь мы имеем полное право на такие обыски. В Драгонии, правительство может обыскать каждый сантиметр твоего драгоценного американского женского тела.

Я напряглась и услышала все тот же, строгий и властный голос:

г Расслабь свой сфинктер. Если мне придется использовать силу, твоему анусу только больше достанется. Расслабься, иначе обыск будет болезненным и долгим.

С большим усилием воли, я заставила мускулы моего ануса расслабиться и пустить внутрь себя охранницу Драгостианского аэропорта.

Она вставила в меня пальцы. Покрутив ими внутри, она убрала их, а затем, вставила их еще глубже. Она провела значительно больше времени, чем требовалось для обыска, входя и выходя из моего ануса. Думаю, она просто наслаждалась, глядя как я извиваюсь и скулю, в то время как она насиловала мою маленькую анальную дырочку.

г Она ничего не прячет в анусе, – наконец произнесла охранница и вынула свои пальцы, находящиеся глубоко в моей попе, – Теперь проверим ее вагину.

Я застонала и легонько дернулась в ответ на это заявление. Затем я услышала звук снимаемой и вновь одеваемой перчатки. Моя киска была беззащитна и открыта, и я знала, сильные и беспощадные пальцы проникнут в нее очень, очень скоро.

Я ощутила, как пальцы дотронулись до моих скольких половых губ и с еле заметным усилием раздвинули их, проникая внутрь меня. Они добрались до моей матки и я застонала, охая в сексуальной истоме. Мои ноги задрожали, я почувствовала, как внутри меня зарождается оргазм. Кровь стучала в висках и по всему телу начали разливаться волны желания. Я чувствовала, что оргазм приближается и что спустя несколько секунд он охватит меня. Пять секунд? Шесть? Определенно, не больше семи секунд. Дрожа я изогнулась, чувствуя, как меня начинает лихорадить. Я испустила длинный, восторженный вздох и приготовилась к пришествию мощного, ошеломительного и совершенно бесстыдного оргазма, который завладеет моим телом, лишив меня возможности контролировать его.

И затем, буквально за секунду перед тем как мое тело должно было задергаться на пике сексуального удовольствия, проклятая охранница вынула из меня свои пальцы, оставив меня разочарованной и абсолютно потерянной.

г Посмотри, что она скрывает внутри своей пизды, – мелодрамично объявила Драгонистанская охранница. Мне было приказано наклониться, однако, когда она говорила последнюю фразу, я начала выпрямляться так, что смогла увидеть, то, о чем она говорит.

Она держала в руке маленький пакет на молнии. Пакет был полупрозрачный и я могла видеть множество пилюль внутри него. Я не могла сказать, что это были за таблетки, но, совершенно точно их не было в моей киске.

г Вы спланировали это, – возмущенно обвиняла я их. Элиза толкнула меня обратно, в согнутую позу, распластав по холодной деревянной поверхности стола.

г Правительство Драгостии не планирует ничего против невинных людей, – громко объявила Элиза с долей шовинисткой гордости в голосе, – Однако, американцы уже давно ввозят в нашу страну наркотики! Как думаешь, что скажет мой начальник, когда я доложу ему, что ты контрабандистка?

Я прикусила язык. Очевидно, что на земле Драгостии все будут настроены против американцев. Слово госслужащего будет весить больше слова американской туристки.

г Отвечай ей, – громко скомандовала мне Джина и затем быстро шлепнула меня три раза подряд по голой попе. Шлепки были сильные и я почувствовала боль.

г Простите, мэм, – сказала я, – Думаю, ваш начальник больше поверит вам, чем мне! Он решит, что я вру!

г Очень хорошо, – удовлетворенно сказала Джина.

Затем она достала наручники и снова мои кисти были скованны у меня за спиной. Когда я, нагая и беспомощная, оказалась в наручниках, я услышала, что теперь пришла очередь обыска Скарлетт. Ее грубо вывели из клетки, а меня толкнули внутрь.

Скарлетт дрожала и выглядела напуганной, в то время как охранницы, игнорируя меня, со злорадством сфокусировали все свое внимание на ней.