# Анжелика

Eromo.Org

Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Анжелика

Вадим сидел за монитором уже второй час, перескакивая с одного колготочного сайта на другой и выкачивая картинки. Везде было много обновлений. Каждый ресурс постарался выставить к Рождеству свежие материалы, обыгрывая новогоднюю тему.

У Петровича глаза разбегались от обилия девушек в колготочках с элементами одежды Санта клауса, стоящих, сидящи, лежащих возле ёлочки.

Вадим подумал, что нашим моделям было бы неизмеримо легче, поскольку им не пришлось бы входить в мужской образ Санта Клауса. Ведь у нас есть прекрасный персонаж – Снегурочка! А Снегурочка в колготочках выглядит куда эстетичнее и эротичнее, нежели женщина – Санта Клаус в колготках.

Тут его мозг начал проваливаться в прошлое, в тысяча девятьсот восемьдесят девятый год, когда его, студента четвёртого курса, отправили на педагогическую практику в ПТУ, преподавать "Автомобиль" будущим водителям.

Случился, как раз, канун Нового года, и директрисса тут же дала Вадиму ответственное поручение – быть Дедом Морозом на праздничном вечере.

Петровича такая перспектива совершенно не радовала, поскольку, по складу своего характера, он не испытывал абсолютно никакого желания быть массовиком – затейником.

Его тут же познакомили с девочкой, лет шестнадцати на вид, призванной исполнить роль Снегурочки. Её звали Викторией. Ростом под метр шестьдесят, стройная, с короткой стрижкой русых волос и довольно приятным лицом, она словно была рождена для такой роли. Вдобавок к удачной внешности, Вика оказалась очень бойкой и энергичной девушкой. И её энтузиазма хватило бы на двоих.

Поскольку времени на подготовку практически не оставалось, репетицию провели сразу же, а потом ещё одну с утра.

В 18 лет часов, получив у кладовщицы костюмы, разбежались по кабинетам одеваться.

Вадим, скинув ботинки, залез в валенки какого – то гигантского размера, прицепил бороду, натянул шапку на голову и надел поверх костюма красный халат до пят. Взяв посох, вышел в коридор.

Почти тут же появилась и Вика. Увидев её в униформе Снегурочки, Вадим испытал приятное волнение. На ней ладно сидела коротенькая голубенькая шубка, нижний край которой, оттороченный полоской белоснежного меха, едва прикрывал её соблазнительную попку, оставляя её стройные ножки в ослепительно белых колготочках, практически, полностью видимыми. Похоже, шубка была сшита в рассчёте на значительно менее рослую девочку. Но что поделаешь – акселерация. Завершали наряд девушки белые сапожки.

Всё предстартовое волнение Вадима улетучилось, уступив место сильному желанию потрогать эти восхитительные ножки. У него была бутылка водки в сумке, и он предложил девушке принять по чуть – чуть для храбрости. Вика не отказалась, влив себе в ротик грамм сто веселящей жидкости.

Ощущая, как приятное тепло разливается по внутренностям, Вадим шёл рядом с девушкой, кидая косые взгляды на её, обтянутые белым нейлоном, коленки и бёдра…

Отработав обязательную программу, Петрович, довольный тем, что всё самое страшное позади, вернулся в кабинет, дабы принять ещё немного водочки. Следом зашла Вика с возгласом:

"Наливай"!

Вадим налил, со сладострастием наблюдая, как сексуальная Снегурочка опустошает стопку.

Затем она уселась на стол, так что Вадиму стало видно практически всё, что могло скрываться под юбкой, и, достав пачку "Родопи", блаженно затянулась, не переставая увлечённо рассказывать ему о чём – то.

Вадим плохо улавливал нить повествования, весь поглощённый разглядыванием её прелестей и обуреваемый сильным желанием обладать этой девушкой.

Виктория довольно быстро захмелела. Её щёки покрылись румянцем, глаза заблестели, речь стала не очень верной. И в поведении наметилась перемена. Девушка стала как – будто возбуждённой.

Донеслись звуки музыки, и Вика повлекла Вадима в зал. Там началась дискотека. Петрович не был фанатиком танцев, а потому больше смотрел на девчонок, выискивая среди них обладательниц красивых стройных ножек в тонких колготках. Ну и, конечно, старался он не упускать из поля зрения свою Снегурочку.

Повеселившись вволю, Вика с ещё тремя подружками выпорхнула из зала.

Петрович вышел следом, заметив, как девчонки прошмыгнули в один из кабинетов. Вадим подошёл к двери, пытаясь уловить, что происходит внутри.

На его счастье, дверь оказалась не плотно прикрытой, и он даже увидел в щёлочку, как девушки разливали что – то по стаканам. Выпив, они дружно закурили, начав обмениваться впечатлениями. Громче всех была Виктория, и Вадим услышал, что она говорила о нём. Откровением стало для него заявление о том, что Дед Мороз очень хорошенький. А когда он услышал, что его Снегурочка с удовольствием трахнулась бы с ним, почувствовал мощный подъём и начал тут же размышлять, как бы побыстрее претворить в жизнь сладкие фантазии девушки.

Ничего толком не придумав, возвратился он в зал, где вскоре появилась и его Снегурочка. Теперь он уже не обращал внимания на других девчонок, всецело поглощённый мыслями о Вике. Он цепко держал в поле зрения эту соблазнительную нимфеточку, оказавшуюся вдруг такой доступной.

Когда она вышла, на этот раз одна, он направился следом. Заметил, как исчезла девушка за дверью туалета. Когда вышла, пошёл ей навстречу. Она улыбнулась ему. Он предложил выпить ещё по маленькой.

Они зашли в кабинет. Вадим достал заветную бутылочку, налил. Она выпила. Волнение Петровича достигло предела. Отцепив дурацкую бороду, он решился.

Взял девушку за талию обеими руками, притянул к себе и впился в её влажные губы. Виктория ответила на его поцелуй. Тогда он не отрывая губ положил свои ладони на её волнительные ляжки и двинул их вверх по изумительно чудесной на ощупь нейлоновой поверхности. Очень скоро он ощутил под своими ладонями её упругую попку, которую начал гладить и тискать сквозь тонкую ткань колготок. Член в штанах налился кровью, требуя немедленно выпустить его на волю и допустить к этому прекрасному телу.

Оторвавшись от Снегурочки, Вадим скинул красный кафтан, расстегнул ширинку и вытащил член наружу.

Вика тут же начала щупать фаллос, протянув к нему свою похотливую руку. Петрович засунул ладонь под подол девушки, скользнув по её лобку, добрался до резинки на талии и нырнул внутрь колготок и трусиков к промежности Виктории.

Тёплая

дырочка Снегурочки была скользкой и влажной. Вадим начал стимулировать пальцами всю нежную поверхность половых губ девушки, затем осторожно ввёл внутрь палец. Да, это была, безусловно, хорошая дырочка!

Не в силах больше терпеть, вытащил Вадим свою руку, повернул Вику к себе спиной, попросив её пригнуться и опереться на стол руками, приспустил колготки и трусики девушки с её попки так, чтобы получить доступ к её влагалищу и, приставив свой член ко входу, начал проникновение.

Обалденно! Тугое лоно плотно и, в тоже время, мягко охватывало, словно обнимало, чувствительную плоть Петровича, так что фаллосу, всё большая поверхность которого, по мере внедрения в девушку, оказывалась в приятном плену, было чрезвычайно комфортно и уютно.

Вадим испытал мощнейшее возбуждение от такой нестандартной ситуации. Он трахал Снегурочку! Вот она перед ним в своей коротенькой шубке и белых колготочках выставляет ему навстречу свою аппетитную попку!

Он начал движения, резкими толчками шлёпая своим пахом по её упругим ягодицам. Его руки легли на её покрытые прозрачным белым нейлоном бёдра и стали гулять по их скользкой поверхности вверх и вниз.

Вдруг из – за двери стало доноситься:

"Сне – гу – роч – ка!!! Сне – гу – роч – ка!!!"

Видимо, на празднике заметили их отсутствие и обеспокоились, а может затеяли какой – то очередной конкурс или игру.

Вадим начал получать ещё более острые ощущения, трахая Снегурочку в тот самый момент, когда её все ищут и зовут. Осознав всю пикантность момента, он начал оргазмировать, вытащив, стреляющий спермой, фаллос из девушки. Его семя падало на её колготки и трусики.

Отдышавшись, Вадим натянул колготки с трусиками на место, оправил шубку, критически осмотрел ножки Снегурочки, убедившись, что на видимой части колготок следов спермы не видно. Благодарно поцеловал девушку в губы и отправил на публику, начав снова облачаться в дедморозовский костюм.

Вернувшись в зал он увидел, что всё в порядке, веселье шло своим чередом. Его Викуша танцевала в кругу своих ровесников. И всё существо Петровича наполнялось гордостью от того, что буквально несколько минут назад его член находился в уютной дырочке этой сексапильной Снегурочки. Его возбуждало знание того, что её колготки под шубкой заляпаны его спермой, и он очень скоро снова почувствовал желание.

Когда Вика в очередной раз вышла из зала, Вадим догнал её, обнял за плечи и молча повёл к знакомому и уже ставшему родным кабинету. Девушка заметно опьянела и уже нетвёрдо держалась на ногах. Войдя, они увидели, что на том же столе, который Вика использовала в качестве опоры, лежит голая девица – подружка Виктории – и паренёк со спущенными штанами, пристроившись к её промежности, ритмично накачивает её.

Увидев Деда Мороза со Снегуркой, парочка прервала контакт, начав одеваться с невероятной скоростью.

Вадим, неприято поражённый таким вторжением на их территорию любви, но, в тоже время, возбудившись от этой картины совокупления, повёл свою Снегурочку в соседний кабинет, где тут же достал свой эрегированный фаллос, и шёпотом попросил девушку поцеловать его. Вика, наверно, уже плохо соображала, что происходит вокруг, и её тормоза отключились. Она, как в гипнозе, не выражая на лице никаких эмоций, опустилась на колени и прижалась губами к пунцовой головке.

Положительно отреагировав на просьбу раздвинуть губки, Снегурочка послушно приняла в ротик агрегат Вадима.

Петрович аж обалдел от картины, участником которой стал! Дед Мороз, трахающий Снегурочку в ротик! Он был в экипировке Деда Мороза, с бородой и посохом, всё как положено. С торчащим из кафтана крепким членом, который размещался во рту сидящей на коленках у его ног Снегурочки!

Аппетит приходит во время еды. Петрович подумал вдруг, что потом будет жалеть всю жизнь, если не трахнет Викушу в попку.

Высунув член из сладенького ротика девушки, Вадим приступил к осуществлению этого нового мероприятия. Сняв кафтан он расстелил его на полу, уложив на него Вику попкой к верху. Задрав подол шубки повыше он увидел затянутые в колготки ножки и попку Снегурочки во всей красе. Примостившись рядом, начал он гладить всё это богатство руками. Насладившись приятными ощущениями от скольжения ладоней по бесподобно приятной нейлоновой поверхности, Вадим разорвал колготки на попке девушки. Затем, поднатужившись разорвал трусики в промежности. Теперь доступ к обоим дырочкам Виктории был открыт.

Петрович стал собирать пальцами склизскую пахучую смесь с промежности девушки, перемещая смазку в район её ануса. Затем начал массировать узенький вход, скользнул пальцем внутрь, сделал несколько поступательных движений. Решил, что пора.

Раздвинул ножки Викуши пошире, пристроился сзади, вошёл во влагалище, вышел. Удостоверившись, что член достаточно хорошо смазан её соками, приставил головку к колечку ануса и надавил. Не получилось. Попка Снегурочки не хотела впускать в себя фаллос Деда Мороза.

Тут Вика подала голос, будто очнувшись:

"Что ты делаешь?"

"Занимаюсь любовью, что же ещё. А ну – ка, помоги дедушке Морозу. Расслабься, дай дедушке доставить тебе удовольствие. "

С такими словами Вадим опять надавил, чувствуя, что на этот раз сопротивление сломлено и его фаллос занимает новое пространство внутри Виктории.

Девушка застонала, испытывая, вероятно, весьма болезненные ощущения. А Вадим был на седьмом небе. Йес! Его член в попке Виктории. Он начал медленные движения, постепенно увеличивая темп.

Кайф! Он ощущал под собой распластанное и беспомощное в этот момент тело Снегурочки, в попочке которой безраздельно хозяйничал его член…

Звонок в дверь вывел Вадима из сладких мечтаний. Он сидел перед монитором в одних колготках, поглаживая свой вздыбившийся член сквозь тонкий и мокрый от выделенной смазки нейлон.

Все эти грёзы могли стать реальностью, если бы он решился тогда поцеловать Викторию. Но ему не хватило духу, и вечер прошёл обычно, без эротических приключений. И исчезла с тех пор его Снегурочка навсегда из его жизни, оставив лишь воспоминания о нескромных желаниях, да сладкие грёзы в его фантазиях.

Петрович вылез из колготок, накинул халат и пошёл открывать, гадая о том, кого это принесло в такой поздний час тридцатого декабря двухтысячного года…