# Одна Десятая Лошадиной Силы. Часть 8

Eromo.Org

Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Одна Десятая Лошадиной Силы. Часть 8

– Так, ладно, – выдохнул он, поднявшись и повел на этот раз к беговой дорожке, рядом с которым на стойке висел открытый стеклянный сосуд с водой, книзу опускалась прозрачная трубка как у капельницы. На этот раз, он нагнул ее вперед, оперев грудью о поперечину для рук, к которым уже пристегнул ее кисти. На полочке рядом лежала металлическая анальная пробка с проводом уходящим в такой же блок, как и на велотренажере. Он промазал ее специальным гелем и медленно вставил Ирине в зад. Он выпрямил ее присоединил еще два провода к колечкам на грудях. Выставив нужное напряжение и частоту, он двинул рычажок вверх. Груди резко дернулись и раздался громкий вскрик, после чего Ирина быстро переставляя ногами пошла.

Он выставил пороговую скорость на 4 км/ч. И убедившись, что Ирина добилась прекращения разрядов, он вставил трубку, выходящую из сосуда с водой в отверстие для кормления на кляпе и чуть-чуть приоткрыл зажим. Вода капля за каплей стала поступать в желудок. Постояв несколько минут, он понаблюдал за тем, как она переступает ногами по черной, убегающей назад резине, он вышел. В комнате отдыха он налил себе кофе со сливками и устроился перед большой плазменной панелью на мягкий диван, на котором уткнувшись в планшет развалился Сан Саныч.

-Привет, Сень, – проговорил он быстро, не глядя на спортсмена.

-Здравствуйте, Сан Саныч.

– Работает новая?

– Да. . Сегодня на дорожке, У нее новые проколы – пусть заживут.

– Ну и правильно… Как она вообще?

– Вы знаете, очень даже ничего, пока. Результат не заставит, я думаю, себя ждать. Дыхалка неплохая. Чувствуется перерыв, конечно, мышцы подзавяли маленько, но мы восстановимся быстро. На рывок слабовата, но долго работать получается. Она же стайер. Я пока не нагружаю её. Пусть постепенно подгружается. Виталька, кажется сегодня должен забрать ее после обеда.

-Да Витальке, наверное я рано сказал. Может через пару дней. Я скажу ему, сегодня. Время есть – хозяин не торопит. В июле отборочный, а начало аж в октябре. Не мое дело, конечно, но сейчас март. Впереди четыре с лишним месяца. . На улицу, когда пойдете? Или холодно пока? Я ей модуль уже, может завтра – послезавтра поставлю и – вперед! Выводи, давай. .

– Да не знаю. Сегодня минус пять еще. Форму сделали, не знаете?

– Не знаю. Зайди к Любе сейчас – посмотри.

– Сейчас допью – схожу, – Сеня посмотрел в телефон, проверяя Иринин пульс и температуру.

– Что там? – повернулся к нему хирург, с интересом заглядывая в телефон.

– 128.

– Сколько уже?

– Пол-часа.

– Нормально, – констатировал Сан Саныч и вернулся к своему планшету.

– Сейчас дам пять минут и дальше с нагрузкой, – пробормотал Семен, постукивая пальцем по смартфону.

В этот момент Ирина почувствовала, как резиновая лента заблокировалась и, сделав машинально шаг по инерции, остановилась, зажмурив глаза в ожидании разряда. Но ничего не произошло. Угол наклона дорожки чуть увеличился. Ровно через пять минут разряд пронзил груди и она вновь быстро пошла по ленте, но на этот раз Семен выставил скорость на 6. 5 км/ч и разряды продолжали больно простреливать соски, пока она не вышла на более высокую скорость. Она с удивлением обнаружила, что не испытывает чувства жажды, не зная, что в ее желудок капля за каплей поступает слабый раствор регидрона. Однако, бедренные мышцы и икры ног уже ощутимо побаливали. Пока еще терпимо, но потеря ориентации во времени усиливала боль. Как профессиональный стайер в прошлом, она привыкла к самостоятельному распределению сил во время бега, но в данном случае она вынуждена была бежать со скоростью задаваемую тренером или программой и это тоже влияло на степень ее утомляемости. Семен знал это, но так называемый план тренировок разрабатывался не им и он не мог изменять его в широких пределах.

Он шел в хозблок, которым заведовала Любовь Васильевна, немолодая но энергичная женщина в красном олимпийском костюме.

– Сеня? – промурлыкала она ласково глядя на озабоченное лицо тренера, – проходи давай. Кофе?

– Нет, Любовь Васильевна, спасибо. Я на минуточку… – его прервала короткая вибрация телефона – это изрядно уже запыхавшаяся Ирина сбавила темп. Пульс приближался к 135.

– Слушаю тебя внимательно?

– Я это… Че там с костюмом?

– Для новенькой? Да почти готов. Надо мерить сегодня. Она у тебя сейчас?

Семен кивнул:

– Еще пол-часа и все.

– Ну тогда приводите – будем смотреть. Обувь, наверное, еще рановато. Там колодка еще не готова. Ну пока можно стандарт… Ты ее на улицу собрался в такой мороз?

– Ну а почему нет? Саныч все поставил почти. Модуль, правда еще не получается.

– Ну да, ну да… – проговорила Люба.

Телефон опять завибрировал. Сеня посмотрел на него и спохватился:

– Ну ладно, Любовь Васильевна, я побегу, наверное. Там время уже…

– Давай, Сеня! Я жду тогда ее.

– Да, – крикнул уже выбегая Семен, – покормят и к вам!

Ирина, громко дыша и быстро переставляя гудящие ноги, тратила последние силы, чтобы не получить очередной разряд в горящие огнем соски. Она уже четыре раза снижала темп ниже минимуму, поэтому сейчас она выкладывалась полностью, молясь о том, чтобы тренер, сжалившись над ней, остановил дорожку. Она думала, что он рядом и контролирует ее тренировку, и не догадывалась, что он находился в другом крыле подвала.

Спешно возвращаясь, он услышал частый писк таймера на смартфоне и послал сигнал стоп.

Ирина остановилась и опять сжалась в ожидании болезненно

го рязряда. Но опять ничего не произошло. Она поджав ноги присела на дорожке, опершись на одно колено и бессильно опустила голову между пристегнутых к рукояткам рук. Капли, стекая по ее животу попадали на проткнутый кольцом-электродом клитор и ужасно обжигали. Где-то вдалеке раздался еле различимый на слух стук. Это Семен вернулся в зал и захлопнул дверь. Сразу же направившись к сидящей на одном колене женщине, он аккуратно поднял ее на ноги и, наклонив вперед, вынул из зада металлическую втулку-электрод. Отсоединив от кляпа шланг он стал отстегивать ремни. Перед выходом он снял с нее повязку, закрыл оба отверстия в кляпе и открыл дверь.

В зал размашистой походкой вбежал качок в тугом комбинезоне. Груба хватив Ирину за плечо, он вывел спотыкающуюся женщину в коридор. Не закрывая дверь, он обернулся к Семену и, подмигнув, бросил:

– Эх хороша, стерва! Вдуть бы ей, а? – он неприятно расхохотался, и захлопнул за собой дверь.

Семен с отвращением поглядел на дверь, за которой скрылся конвоир и достав телефон, набрал Косте.

Через минуту Ирина смывала с себя приятными струями прохладной воды пот и напряжение от изнурительной утренней пробежки. А еще через некоторое время она быстро переступая ножками, подгоняемая привычными тычками парня уже почти бежала в "столовую". Вскрик приглушенный плотным кляпом невольно вырвался из груди, когда она входила в знакомое помещение. Это неугомонный конвоир звонко шлепнул ее по заднице, отчего незажившая от прокола рана с кольцом-электродом отозвалась резкой болью. Дверь захлопнулась оставив ее наедине с ожидавшем ее креслом с расширителем в центре сиденья. Из-за ширмы быстро вышла медсестра, и открыв колпачки на кляпе и взяв одной рукой Ирину за плечо, а второй нащупав ее анальное отверстие, стала усаживать ее на расширитель, контролируя процесс второй рукой.

Убедившись, что конец расширителя начал проникать в анальное отверстие, она убрала руку и слегка придавила женщину к сидению, полностью насадив на расширитель и пристегнула ее. Вскоре в ее желудок через трубку, подсоединенную к отверстию для питания в кляпе, стал поступать питательный раствор, а через введенный в толстый кишечник шланг – теплая вода, которая через некоторое время с журчанием стала выливаться из расширенного анального отверстия. На этот раз процесс показался не столь неприятным, как в прошлый раз и Ирина расслабившись, полностью отдалась во власть потоков жидкостей, наполняющих ее организм чем-то полезным и выводящим ненужное. Почувствовав чувство сытости, она немного задремала и очнулась, когда медсестра стала вынимать шланг у нее из задницы. Она закрыла оба отверстия на кляпе и сомкнула расширитель, принеся Ирине легкое облегчение. Затем она расстегнув ремешки, подняла женщину с кресла и открыла дверь. Накачанный парень вывел Ирину в коридор и повел в комнату, в которой она еще не была.

По обе стороны комнаты, куда привел ее конвоир, находилось множество металлических шкафов с номерами, как в раздевалке. А посередине вдоль помещения стояли длинные деревянные скамьи. Качок впустил ее внутрь и молча удалился. У дальней стены с потолка опускались несколько хромированных телескопических труб, заканчивающихся на нижнем конце горизонтальные хомуты, обтянутые мягкой тканью. В углу раздевалки Любовь Васильевна. Она быстро вскочила и провела Ирину к одному из свободных хомутов, с видимым усилием опустила его так, что он оказался на уровне шей Ирины и прижав ее горло к нему, сомкнула его, защелкнув нехитрым замком. Оставив Ирину стоять смирно, она извлекла из одного из шкафчиков странный кусок ткани и вернулась. Люба стала быстро суетиться вокруг молодой женщины, облачая ее тело в плотно облегающий костюм из специального комбинированного термического материала. Костюм был сшит специально по меркам, снятым с Ирины в первый день ее приезда.

В целом он представлял плотное темно синее боди соединенное с колготками. Сквозь два круглых выреза спереди торчали все еще красивые, начинающие обвисать от возраста груди. Колготки также имели два круглых выреза в районе проколов с кольцами-электродами. Промежность также была открыта для свободного доступа к обоим отверстиям женщины. Боди было из многослойного материала, способного сохранять тепло тела и отводить влагу потеющего тела наружу. Ткань была довольно красивой и приятной на ощупь. Ирина сразу почувствовала контраст между оголенными участками тела и остальной частью тела, облаченного в костюм. Покрутившись вокруг ровно стоящей женщины, намертво удерживаемой на одном месте за шею крепким хомутом, Любовь Васильевна придирчиво осмотрела новое облачение Ирины. Затем, подергав в некоторых местах ткань и что-то промерив на ней сантиметров, отошла к столу и что-то записала на листе бумажки. Потом она достала из одного из шкафчиков обувь и вернулась к Ирине.

Это были необычные кроссовки высокой танкеткой. Она поочередно надела их на ноги женщины, и увидев, как той слегка пришлось согнуть ноги в коленях, подтянула хомут чуть выше, чтобы Ирина снова могла стоять ровно. Любовь Васильевна отошла на несколько шагов назад и залюбовалась зрелищем. Теперь ноги стали выглядеть достаточно сексуально, несмотря на сравнительно невысокий сплошной каблук. Она снова подошла и зашнуровала кроссовки на ногах женщины и снова отошла. Взяв в руки телефон, она сделала несколько снимков смирно стоящей Ирины и тут же куда-то их отослала. Вернувшись за стол она принялась что-то сосредоточенно писать на своем листе бумаги, время от времени поглядывая на неподвижную женщину. Через пол-часа раздался звонок ее мобильного телефона.