Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Долгое возвращение домой

Ну вот я, и вернулся... Десять лет, а пролетели как то не заметно. Здесь родился, учился.

Отсюда уходил на службу. Сюда же и вернулся. Правда не надолго.

Передохнул так сказать. Посмотрел что изменилось за два года. В общем то ничего. Отец, так же ра-

ботал. На том же заводе. Только теперь, каким то небольшим начальником. Он старше матери, на два года. Мужик

в самом расцвете. Дети взрослые, работа хорошая. Последние лет пять, пристрастился он к рыбалке.

Кстати о детях. Младший, моложе меня на пятилетку.

Приехал я не ожиданно. Нет, ждали конечно. Но элемент сюрприза, всё же получился. Поднялась суета.

Ахи, охи. Радость не поддельная. Брат кинулся на шею. Мать с отцом, на работе были.

До их прихода и проговорили. Первым «прибыл», отец. Так стиснул, что я аж охнул. Самого молодого,

отправили в магазин. Отец, не глядя сунул ему деньги."Бери побольше! Скажешь, я послал.»

Родитель, радостно галдел, бестолково заглядывая в холодильник. И в этот момент пришла мама. От

неожиданности, она молча опустилась на банкетку в прихожей. Одной рукой, пркрыла губы, а другой

утирала слезинки. За эти годы, она не изменилась. Хотя нет.

Что то не уловимо поменялось. Появилась какая то женская стать. Стать взрослой женщины. Я даже

растерялся, когда приобнял её, и ткнулся губами в щёку.

Вернулся брат, с набитой водкой и вином сумкой. И поднялась кутерьма. Отец не прерывно звонил по

телефону. Мобилок тогда, ещё не было. И домашний аппарат слегка нагрелся.

Начали прибывать родственники. Тётка с мужем, и двоюродными сёстрами. Дядя, со своими. Два братель-

ника сообщили, что их мать будет чуть позже.

В «большой"комнате был раздвинут стол. К нему пристроился кухонный. Стулья, табуретки отдолжились

у соседей. И начался импровизированный праздник. Сержант вернулся! И впереди-выходные.

Наутро, было чуть не по себе. Благо с непривычки выпил не очень много. Плюс дорога, волнение. Ушёл

спать самым первым. Мама постаралась, приготовила постель.

назавтра она между домашними хлопотами, старалась побыть рядом. Прикоснуться. С лица не сходила

улыбка. Тем более не ожиданней прозвучало для неё моё решение."Я завтра уезжаю, мам... Решено.»

День ушёл на уговоры. Один отец сказал: «Ему решать. Взрослый уже.»

И я уехал. Жизнь поносила. В догонку к службе-снова"поучавствовал». Уже по контракту. Опыт уже был, так что серьёзно не

зацепило. Во всех смыслах. Потом Тихий океан. Огромная перерабатывающая база. Затем Приморье, золо-

тодобыча в артелях. Работа на СеверАх.

Однажды, не стерпимо захотелось домой. Вертолёт, самолёт, поезд. И вот я, у родного порога. Мобильная

связь, давно перестала быть роскошью. Так что, о домашних делах я знал.

На этот раз ждали. Отец отпросился с работы. У мамы отпуск. Она, в домашнем платьице и

выглядела по домашнему. Брат, открывший дверь, картинно поклонился. Отец рявкнул с кухни: «СмиирррНА!»

А мама... Она взяв меня за руки, на несколько секунд прижалась к моей груди. Потом, с мокрыми гла-

зами, убежала на кухню.

Благодаря средствам связи, стол уже был накрыт. Пока я полоскался с дороги, наносились последние

штрихи. Решили никого не приглашать. И за столом, собралась семья. Брат, за время моего отсутствия,

вытянулся, и потолстел. Стал каким то рыхлым. В общем, не похожим на студента, в моём представлении.

Учился в области. Должен стать кем то. Кем, я так и не понял.

Отец добавил седины. И крепости мужика. Виду не подавал, но был рад приезду сына. Спросил: «Едем?»

«В смысле на рыбалку!"После моего ответа, о количестве и размерах рыбы, виденных мною, хмыкнул.

Мол это всё не то! Вот он то! Ого го! Братишка иронично поджимал губы. А мама просто улыбалась.

Я не заметно, как бы исподтишка, разглядывал её. Переодевшись, и слегка тронув лицо макияжем, она

преобразилась. Нет, не кардинально, но как то не понятно.

Передо мной сидела взрослая женщина. Уложенные в причёску, длинные волосы красиво обрамляли лицо.

Лёгкие, почти не видимые морщинки у глаз, добавляли очарования. И бросив на неё быстрый мгновенный

взгляд, тут же хотелось посмотреть ещё раз. Совершенно не произвольно, из меня вырвалось."Мама, ты такая красивая!» Она смутилась, но взгляд

не отвела. Слегка покраснев, ответила."Ну уж, ты выдумал. Обычная я»

Отец разливавший по рюмкам, и слегка захмелевший добавил."Ну, что есть, то есть."Чем ещё больше

смутил её. Она махнула рукой."Да ну вас!"И встав, пошла на кухню. Оттуда донеслось: «Будем пить

чай!»

Чай мы пили вдвоём. Мужики категорически отказались. Мотивируя тем, что мол чай не водка. Много

не выпьешь. А не много погодя, дружно отправились спать. Я помог маме с посудой. И включив «хитрый»

светильник, мы устроились за кухонным столом. Приоткрыв форточку, я закурил.

«И я то же с тобой, курну за компанию."Это было не ожиданно, и видимо отразилось, на моём лице.

Достав откуда то пачку сигарет, она закурила.

«Так... Балуюсь иногда. Пачки на пол года хватает. Папка смеётся. Оно мол тебе надо, такое курево?»

Стряхнув пепел, продолжила: «А иногда хочется. Просто посидеть одной, Никуда не торопиться...»

В каждой фразе, теперь когда мы остались вдвоём, сквозила, какая то не досказанность.

Затушив сигарету, она накрыла своими ладошками, мою руку. И на душе, вдруг стало легко. И как то

радостно. Как когда то в детстве. Я снова знал, что рядом сидит человек которому можно безоговорочно доверять.

И захотелось выговориться, как давно не хотелось. Наверное, с той поры, когда после

контракта, в госпитале мы пили спирт. Серьёзно никого не задело. И говорили говорили, не пьянея.

Мамины ладони, слегка сжали мои. И я не выдержал. Рассказывал, перескакивал с одного на другое. Где то повторялся.

Как было тоскливо, когда остался один. А парни уходили, с ранеными. И некого было, больше

оставить, для подмоги. А подмога всё же пришла. Когда почти кончились патроны.

Вспоминал о восторге, при первом выходе в море. Рассветы и закаты, на безбрежных просторах. Об удивлении. При первом золоте, намытом артелью. Какое «оно» не похожее на золото.

В моём рассказе, про заглохшую машину, на севеРах, даже сквозили нотки юмора. Хотя какой там юмор.

За бортом минус 39 и кажется, что воздух звенит...

Меня слушали не перебивая. Без охов и ахов. Просто слушали. А когда я замолчал, мама проведя рукой

по голове, всё таки вздохнув произнесла: «Бедный ты мой..." И снова закурила.

Помолчав не много, мы отправились спать. Уже проваливаясь в сон, удивился. Когда успела разложить

постель?

Утром, проснувшись по давней привычке рано, услышал звяканье посуды. А потом запах кофе. После

ванной, я застал семейную идилию. Хозяйка, наливающая свеже сваренный кофе. И глава семьи, сидящий

с унылым выражением лица. Брат, судя по всему, уже подлечился.

И весело рассказывал какую то историю. Моё появление, вызвало подвижки. Отец, всё таки выпил.

Передо мной появилась кружка с кофе. Именно кружка. Большая. Моя. Каким то образом сохранённая!

Мама молча, улыбалась. И снова в душе, появилось то же чувство. Доверия к ней.

А потом, я развил бурную деятельность. Денег, скопленных во время скитаний, было. Сначала купил

«жигулёнка». Бодрого, и резвого. На нём мотался по объявлениям. Искал жильё. Смотрел, торговался,

снова смотрел. Что то не нравилось. Другое было дорого. И всё таки нашёл.

То что хотел в душе. Пол дома, на окраине. Двор, баня. Сарайчик для машины. Умерший хозяин, знал

значение изречения про дом-крепость. Крепкий, высокий забор, скрывал эту крепость. Внутри тоже,

добротно и надёжно. Ванная и туалет, всё в доме. Водопровод, от скважины во дворе. Дети,

которые

хотели продать"крепость», особо не упорствовали в цене. И вот свершилось. Мой новый статус-

домовладелец!

Не много огорчало отсутствие мебели. Не совсем не было. Самодельная «полуторка» кровать. Добротная, сработанная с душой. Такой же стол, с табуретами. И древнейший холодильник «Саратов 2».

Причём работавший без перебоев.

А вот новоселье отметить, не получилось. На второй день, после заселения, я заболел. Как то сразу.

Без градусника было ясно-температура. Особо не расстроился. Как говаривал классик: «А у нас было!"Еще в странствиях по Приморью мне повезло.

Как то не нароком, судьба свела с китайцем. Или корейцем. Так и не понял. Он то и подарил"чудо лекарство»

Настой каких то трав, жуков и ещё всякой мешаниной. В общем состав «не известен».

Имелось правдо одно но. Как не однократно предупреждал «знахарь», было и побочное действие.

С его слов, мужское хозяйство начинало жить отдельной жизнью.

С трудом ухмыльнувшись, я выпил сразу пол стакана. Покурил и ещё не много добавил. Как то не заметно поплыла голова. Как попал на кровать уже не помнил.

Очнувшись, не сразу сообразил где я. Легче не стало. Наврал китаёза. Правда жар чуть убавился.

Чувствовалась слабость. С трудом добрался до туалета. Справив нужду, я уселся за стол.

Голова напоминала пустое ведро. Немного погодя пришла мысль-Была не была! И налив в стакан

«эликсир жизни» разом осушил его. И снова проделав путь до кровати, опять провалился в сон.

Второй раз очнувшись, мне показалось, что дома я не один. Футболка и трусы насквозь промокли от пота. Прислушавшись к себе, понял что жара нет. Уже легче. Потом ощутил запах кофе.

Значит не показалось. Во всём теле, чувствовалась слабость. Но надо было выяснять кто там хозяйничает.

Собравшись, я отправился на кухню. А там-мама мыла раму. Только не раму, а пол. Сюрприз!

Опишу наконец мою маму. Для меня, как для сына, она всегда была красивой. Годы только подчеркнули

это. При росте 173—175 см, мама имела отличную фигуру. Чуть чуть, совсем не заметная полнота, притягивала взгляд.

Высокие (или длинные?) стройные ноги, только угадывались под мешковатыми «спор-

тивками». На ней была одета какая то пёстрая кофточка.

Спиной почувствовав моё присутствие, она встала. В глазах была тревога, и даже страх. И облегчение, смешанное с радостью.

«Как же ты меня напугал! Телефон не отвечает, потом вообще замолчал! Отец на рыбалке, брату всё равно! Я места себе не находила! Отпросилась на работе, и на такси сюда. Хорошо хоть таксист не заблудился! И ключ есть... Правда и дверь не закрыта. Захожу, а на столе-ЭТО! Что я могла подумать? И ты-КАК МЁРТВЫЙ!..."Мама вдруг всхлипнула, и заревела. Именно заревела. В плаче чувствовалось облегчение от пережитого. И радость что всё обошлось. Сделав пару шагов, она уткнулась мне в грудь. Опёршись для поддержки о дверной косяк, я робко приобнял её. Потом провёл слабой ещё рукой по волосам, вдыхая родной запах. Чуть наклонившись, потёрся щекой. Благо рост-"за метр восемьдесят» позволял.

Настроение мамы, сменилось мгновенно (что потом будет приводить меня в изумление не раз). Я и не понял сперва, чем это вызвано. Ещё всхлипывая, мама со смехом выдала: «Иди уж, а то не дотерпишь!»

И тут до меня дошло. Я был возбуждён! Кровь от стыда, прилила к лицу. А куда ещё ей было прилить?

Качаясь, как моряк во время шторма, я поплёлся в туалет.

Это было действительно возбуждение! А не стояк от желания пИсать. Осознав это, мне снова стало стыдно. И вдруг пришла ехидная мысль. Это ведь было уже. Правда в другой ситуации. Тогда, после прихода со службы. Брат с отцом ушли спать. А мы с мамой, убирали посуду. На тесноватой кухне, принимая из её рук вазу с конфетами, я умудрился уронить несколько штук. Она присела, что бы собрать их. Платье слегка сбилось. И я увидел её белые трусики! На секунду другую.

Сверху был виден и краешек бюсгальтера. Такого же, ослепительно белого. Подняв глаза, она увидела куда я смотрю. И моё возбуждение. Внешне она никак не отреагировала.

После внезапного отъезда, эта картинка иногда всплывала в памяти. Начало маминой груди, в кружевных штучках. И беленькие трусики. И всегда видение вызывало прилив крови. И к лицу, и к мужскому достоинству. Вот и сейчас, я мысленно начал пересчитывать патроны. Это отвлекало и помогало. Сработало и на этот раз. Пора было покидать убежище.

Зайдя на кухню, я увидел что ситуация изменилась. Мама успела переодеться. И стояла в уличной одежде, готовая куда то идти.

У тебя тут шаром покати! Ничего нет. Я съежу домой и возьму лекарства. Заодно заеду в магазин. Не «этим» же лечится! Да и домашних предупредить надо. Ты поспи пока. Я постараюсь не долго.

Да ну мам! Что я маленький? Сам оклемаюсь. Уже и на поправку пошёл.

Я заметила твою поправку... Вообще, я хотела бы пожить у тебя. Пока ты действительно не вылечишься! Завтра суббота, а на понедельник я отпросилась. Или ты против?

Да я... Да нет... Живи сколько хочешь!

Ну и прекрасно. Заодно надувной матрац возьму. Свежие простыни. Эти пропотели на сквозь. Да и себе из вещей что то надо.

И пока я соображал, она потрепав меня по волосам исчезла.

P. S. Я не знаю нужно ли продолжение. И заинтересует ли оно кого нибудь?