Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Будни врача-терапевта 3 часть

Часть 3

Утренняя встреча со своим соседом для Натальи Семёновны не была случайной. Её желание приручить молоденького паренька, пусть для редкого, интимного общения, послужило неоднократным попыткам зазвать к себе или напроситься к нему в гости по любому поводу. Наталье Семёновне было под сорок и разница в возрасте для неё была дополнительным стимулом в общении с мужчиной на много моложе неё. Жила женщина одна, муж от неё ушёл, встретив более молодую, страсть к молодым партнёрам у них с женой была общей. Внешность Натальи Семёновны не привлекала внимания посторонних мужчин. Мимо таких женщин мужчины проходят без желания оглянуться в спину. Она напоминала низкорослую азиатку с большой грудью, широкими бёдрами, тяжёлым задом. Работала она в заводской столовой на кассе, пробивая чеки за обеды, попутно для себя оценивая проходящих мимо неё мужчин с подносами в руках. Там она и приметила молоденького паренька из КБ, оценив его рост, фигуру и мужское обаяние, столь рано проявившееся в таком раннем возрасте. А встретив Костю позже, на похоронах соседа, и затем поселившегося в соседней квартире, она восприняла хорошим для себя знаком. Девушек домой Костя не приводил, это обнадёживало Наталью Семёновну, тем проще будет осуществить свои намерения в соблазнении парня.

Ближе к восьми вечера Костя позвонил в дверь соседки. Наталья впустила его и предложив поужинать повела его на кухню. Костя догадывался о цели её приглашения, потому не стал изображать излишнее целомудрие и попросил показать телевизор. Дефект он обнаружил в кабельном вводе, штекер не плотно входил в антенное гнездо телевизора и Костя, со свойственной простотой для его возраста, более доходчиво на пальцах продемонстрировал отсутствие контакта между двумя соединениями. Раздвинув ножом стаканчик антенного кабеля, он восстановил устойчивый контакт и проверил соединение в деле. Наталья шутя поинтересовалась его собственным штекером, на что он, так же шутя, выразил готовность его опробовать с соответствующим гнездом, искать которое долго не пришлось. Для чистоты эксперимента решили полностью раздеться, приняв более подобающее положение для соединения. Грудь Натальи расплылась по телу крупными шарами, завершающимися твёрдыми торчащими сосками на шоколадных кружках. Полный живот женщины прикрывал начало лобка, заросшего густыми тёмными волосами, уходящими в промежность. Играя языком во рту своей хозяйки, Костик всё более возбуждаясь, принудил её взять свой твердеющий ствол в рот. Качнувшись пару раз в глубину глотки, она судорожно дёрнула головой, и перехватив член рукой, забегала языком по головке ствола, спускаясь к низу и возвращаясь к его наконечнику. Подрачивая член, Наталья периодически насаживалась на ствол раскрытым ртом, пытаясь заглотить его, как можно глубже. При глубоких фрикциях, спазм возникающий в горле, заставлял прерывать процесс, она откашливалась, давясь слюной и вновь продолжала насаживать себя на орудие гостя. Устав, Наталья Семёновна прекратила минет и отвалилась на подушку, тяжело выдыхая сбивчивые слова в адрес партнёра. Костя, не взирая на протесты Натальи, требующей отдыха, раздвинул колени своей соседке и втиснул в её вагину пару пальцев, неистово двигая ими в открывшейся полости, вызывая сильное возбуждение клитора. Женщина стонала всё громче, передвигая по простыне голыми ногами, удерживая руку молодого человека.

– Костенька, миленький погоди, дай передохнуть, я же не машина… обкончалась вся, ты меня замучил в конец. Ну охолонись чуток, давай полежим. Вся ночь впереди.

Костя свалился рядом с Натальей, восстанавливая дыхание, шумно раздувая щёки.

– Ты чё такой скорый, запарил бабу, окаянный. Все потроха во мне перевернул… Если энергии до хрена, чего не женишься?... А глядишь, так и жену на смерть затрахаешь. Мой прежний любил это дело, но до такого безобразия меня ни когда не доводил.

– Наташа, а что он с тобой делал?

– Чего только не делал, всё перепробовал, не поверишь, под друзей – собутыльников подкладывал, нравилось ему, паразиту, смотреть, как его законную чужие мужики сильничают. Извращенец и только!

– А ты позволяла? Могла заявить на него, – удивился Костя.

– По началу так и хотела, но боялась, что не докажу. Потом привыкать понемногу стала. Бывало четверо на сменку так отделывали, на ногах не стояла. На работу придёшь, благо работа за кассой, а и то всё болит и огнём горит. Хорошо не часто приводил своих друганов. Думаю, они все своих жён на круг ставили, одно слово мерзавцы отпетые. Но что плохо, так это то, что пристрастил он меня к грубости этой. А как смотался от меня, так мне и деваться некуда. Вот на тебя и позарилась, на молоденького, да, видать, переоценила свои силы. Может пообвыкнешь со временем, притрёмся как – то.

Они ещё полежали и Костя продолжил экзекуцию своей любовницы, заменив пальцы на язык, припав им к вагине. Разлизывая до боли клитор Наталье, он вновь заставлял её выгибать спину, стонать, умолять войти в неё членом. Только насладившись своей властью над женщиной, он вложил во влагалище свой член. С этого момента время для них потеряло значение. Чтобы перевести дух и отдохнуть Костя уже не вынимал член и спустя минуту возобновлял свои фрикции во влагалище женщины. Оргазмы продолжались один за другим. В конец измученное тело Натальи ничком лежало без движения на постели. Костя раздвинул массивные ягодицы Натальи и коснулся ануса, вдавливая его пальцем.

– Костик, не надо сегодня. В другой раз. Я уже отвыкла, пожалей меня миленький… Крем в столике возьми, – смирившись попросила Наталья парня.

Костя воспользовался тюбиком, намазав член, он протолкнул пальцем остатки в колечко сфинктера. Всё, что последовало за тем Наталья решительно не помнила. То она принимала член любовника лёжа на животе, то он поднимал женщину на колени. Последний оргазм Наталья получила от своего любовника, почувствовав, как остатки горячей спермы ползли к выходу из ануса, выдавливаемые членом Кости. Наташа долго лежала, раздавленная тяжестью соседского парня, не в силах перевернуться на спину. Сознание долго возвращалось к ней. За окном была кромешная темень, когда дверь за Костей захлопнулась. Он ушёл с чувством радостного успокоения. У него была любимая Наденька и горячая, покладистая Наташа. А что ещё надо мужчине в его годы? Таков жизненный баланс на текущий момент, хотя, в дальнейшем он непременно нарушится в пользу одной из них. А пока!…

* * *

Вера неотрывно смотрела на спящего Серёжу, как он похож на свою мать, – размышляла она. Те же нежные черты лица, более уместные для женщины, но на ряду с этим, угадывалась жёсткость и сдержанность в изломе линии бровей. Упрямая складка очерченного рта с едва различимой ямкой в подбородке. В нём чувствовалась порода мужчины, с которым женщина может прожить сказочно счастливую жизнь, родить безумно красивых детей, особенно дочерей. Но это при наилучшем раскладе жизненных обстоятельств… Проведя ладонью по темным густым прядям волос, прикрывающим высокий лоб Серёжи, Вера коснулась кончиком пальца прямой линии носа, пробежав им к губам, скользнув на подбородок. Задержавшись на нём, словно в раздумье, палец оставил след на скуле и благополучно закончил своё движение крутым росчерком на соске мальчика. При этом, ресницы Сергея вздрогнули и лёгкая улыбка пробежала по его губам.

– Я тебя разбудила? – шепнула девушка положив голову на плечо Сергея.

– Вера, я тебя сильно разочаровал? – не открывая глаз произнес он.

– А ты в первый раз хотел меня удивить или напугать? – спросила Вера, приподняв голову, – если бы мне это было нужно, то на мне лежал бы кто – то другой, а мне твоя неопытность дороже всего. Когда я захочу под тобой замирать от страсти, ты научишься этому, а пока я буду замирать от страсти рядом с тобой, мне это больше необходимо.

Она закрыла губами его попытку что – то сказать…

– Встреча вопросов и ответов окончена, пока мы не наговорили друг – другу лишнего. Скоренько вставай любимый.

Поймав сдержанную улыбку Серёжи, девушка строго поправилась:

– Это я тебе, а не твоему другу… Я на кухне, приходи кормить вас буду.

Сбросив с себя простыню, Вера изящно потянулась, набросила на себя халат и оглянувшись на Сергея любящими глазами вышла из комнаты. Часы показывали пять вечера, отсвечивая бликом на стекле от окна выходящего в тенистый двор дома.

– И так, Сергей уже не мальчик, но всё ещё, увы, и не мужчина, – иронизировал парень одеваясь, сидя на постели.

Сергей вышел на кухню, на столе уже стояла тарелка дымящихся щей с куском мяса, рядом вазочка с салатом, хлеб, нарезанный тонкими ломтиками, бутылка красного вина и две рюмки.

– Я женщина чистая, но руки перед едой вымыть стоит – профессиональный совет врача, милый. Это тебе не в кино, где занимаются любовью и едят с себя продукты из холодильника.

– Это где ты видела, – удивился Серёжа.

– «Девять с половиной недель», если не ошибаюсь

– Ну, при большой любви это допустимо, надеюсь, продукты они помыли…

– Не смотря на «большую любовь» они расстались.

– Полагаю причиной была не диарея.

– Так, легкомысленный любовник, топай мыть руки.

Сидя за столом, Сергей извинился, что не догадался принести с собой джентльменский набор.

– Шампанское мне не очень, конфеты не люблю, цветы – пошло, а вот от баночки кофе – не отказалась бы. Но это не раньше, чем ты устроишься на работу. Обожаю красное вино. В компаниях для меня всегда берут вино.

– А почему именно красное вино? – наполняя рюмки спросил Сергей.

– Я жила с тётей Таней, она пила исключительно Кагор. В оригинале красное вино производят в юго – западном французском департаменте Ло, в окрестностях городка Каор. Ну тётя Таня, разумеется, потребляла вино с прилавков магазина, а мне иногда позволялась треть рюмочки, для поддержания аппетита и моего тщедушного здоровья, но подсадила меня на Кагор пожизненно, о чём я никогда не жалела – и вкусно, и полезно. Своим детям я всегда буду позволять его, в умеренных дозах разумеется.

Они подняли рюмки с искрящимся рубиновым вином, и Вера предложила:

Знаешь, поводов выпить в жизни будет ещё много, но выпить за расставание со своей девственностью никогда. Не будем исключать это событие и достойно отметим его. За тебя мой хороший!

* * *

– Серёжа, я звонила, ты к телефону не подходил. Я волновалась, мог бы предупредить что уйдёшь, – возбуждённо отчитывала сына Надежда Васильевна.

– Прости мам, я был в гостях у Веры, – сдержанно ответил Сергей.

– С чего бы это? С какой это стати, после первого знакомства и в гости?

– Мам, ты всё это к чему?...

– Столько лет ты от любой юбки шарахался и вдруг первая попавшаяся…

– Благодаря вам с бабушкой, хочу тебе напомнить… А мне уже не пятнадцать лет, ты понимаешь о чём я, – с злым раздражением парировал Сергей, – и решать, как я буду жить дальше, позволь мне самому.

– Что значит самому? В этом доме пока всё решаю я. А ты будешь делать то, что скажу я.

– В таком случае, не могу тебе ничем возразить – продолжай, но уже без меня.

– Вот как? И куда ты собрался, к этой?…

– К ней!

Сергей скрылся за дверью своей комнаты, побросал в сумку вещи и прихватив в прихожке трость, захлопнул за собой дверь квартиры.

* * *

Через пару дней Надежда Васильевна набрала номер телефона Заводского КБ и попросила к телефону Костю.

– Костя, у Вас найдётся сегодня для меня время? Если наш договор ещё не утратил силу в соответствии с условиями ваших обязательств? – Официальным слогом поинтересовалась Надежда, усиливая акцент на слово «обязательств», – Значит у меня к девяти.

– Надежда Васильевна, разумеется, о чём разговор, по всем условиям обязательств, – охотно заверил молодой человек своего терапевта.

– Костик, как ими обязательствами ты себя связал с женщиной, обладающей таким завораживающим голосом? – поинтересовалась заведующая группой, Клара Викентьевна, женщина ехидная и нетактичная во всех вопросах, касающихся личной жизни сотрудников. Старушка жила страстями чужих судеб.

– Обязательства сугубо медицинского характера, Клара Викентьевна, – отмазался Костя, поспешно возвращаясь к своему столу.

– Ну, ну я так и подумала Костик. Удачи тебе… концетраптивы не забудь!

– Чтобы мы без Вас делали, Клара Викентьевна! – отозвался Костя и вышел из комнаты.

Спустившись на первый этаж, Константин прошёл в столовку. За кассой сидела Наталья Семёновна, пересчитывая дневную выручку, но заметив своего соседа закрыла кассу и подошла к нему.

– Ты чего нарисовался? Случилось что? – Понимающе усмехнулась соседка, – так заходи вечерком, подсоблю чем смогу.

– Сегодня не могу, я сейчас могу. Можно устроить? – выставил своё условие Костя, поглаживая рукой ягодицу женщины.

– Можно, но очень осторожно. Идём со мной.

Взяв ключ от кладовой продуктов, они прошли по коридору и оглядевшись по сторонам юркнули в кладовку. Включив свет, они закрыли себя изнутри. Наталья села на ящик и спустила джинсы своего любовника на пол. Освободив член от трусов, она подрочила его и приняла открытым ртом, сомкнув на стволе свои губы. Когда член Кости приобрёл необходимую твёрдость, Наталья спустила с себя трусы и задрав на спину юбку синей униформы, ухватилась за стеллаж, согнувшись перед парнем, прогнув спину подставила свой великолепный зад, разделённый глубокой бороздой на два ровных полушария. Костя прикинув, что войдя в анус, получит более чувственный и скорый оргазм, спустив в свою подругу накопившуюся энергию, замешанную на ярости, закипающей в нём во время соития с любой женщиной. Этой женщиной должна стать любая другая, кроме Надежды. Глухой стон, вырвавшийся из губ Натальи от резкого толчка в анус, повлёк череду прерывистых вскриков женщины при ударе о промежность Костиного лобка. Чтобы заглушить стоны женщины, потребовалось затолкать край трусов в широко открытый рот несчастной Натальи. Ритмичные движения мужского корпуса, о крупные ягодицы женщины, с нарастающим темпом привели к тянущей боли в глубине промежности партнёров. вызвав острый спазм, постепенно переходящий в оргазм. Финальная пульсация вызвала поток спермы в заднем проходе партнёрши, стекающей по массивным ляжкам женщины. Удерживая рукой свой кляп, едва сдерживая сильные фрикции Кости, Наталья до боли ударялась грудью о полки стеллажа. Закончив бешенный темп сношения со своей любовницей, Костя ждал, когда его сникший член сам покинет узкий проход женщины. Вытащив кляп из стиснутых зубов Натальи, он вытер свой ствол её трусами, обтерев анус и полные ноги женщины. Разогнувшись на ослабших ногах, она попятилась и села на деревянный ларь с овощами, тяжело дыша гортанным хрипом, вытирая передником слёзы и капли пота с раскрасневшегося лица. Костя, нагнувшись к ней, приподнял улыбающееся жалкое лицо соседки и нежным поцелуем поблагодарил её.

* * *

Вера сидела на диване, перебирая в памяти события прожитого дня. То, как она тревожно ждала звонка от Серёжи, замирая от волнения при мысли, что он не решится ей позвонить. Может его мать, что – то поняла или почувствовала возникшее в них чувство друг к другу. Вспомнила, как измучившись ожиданием и обидой на него, сама набрала его телефон, который узнала у Татьяны, выдумав какой – то нелепый повод, мол, потеряла номер, который он сам ей дал. Как, буквально, умолила Серёжу прийти к ней и чуть не силой раздела и уложила в постель, успев по наглой сознаться ему в своей ранней дефлорации. Потом было это, с чем он не совсем справился, в силу своего волнения. Конечно, можно было всё поправить с помощью минета и восстановить ущемлённое самолюбие любимого человека. Но, как бы он отнёсся к её опытности в последствии, не счёл бы её, успевшей познать премудрости секса в кругу своих друзей… Он добрый, прямой, нежный и обидно было бы, переспав раз, разбежаться навсегда. Уходя от неё, Серёжа долго в дверях целовал её лицо, руки, плечи. У Веры набегали на глаза слезинки, хотя она боялась показать их и прятала лицо на его груди. Он ушёл не сказав, что придёт, не хотел ничего обещать. Наступил тот, следующий этап их отношений, о котором он спрашивал «а, что будет потом?». Действительно, а, что будет потом? Наверное, будет пауза, после которой или что – то сдвинется с места или ничего не изменится…

Раздался звонок в дверь. Кому быть? Тётя обычно предупреждает звонком по телефону. Вера открыла замок на двери и онемев отступила в квартиру. На пороге стоял Серёжа, склонив голову, глядя в упор на Веру. В голове девушки мелькнула одна мысль: Так хорошо и всё сразу – не к добру …

* * *

Надежда ждала Костю. Она пришла с работы в седьмом часу. Приготовила ужин для гостя, перекусив, приняла душ и застелив постель, села перед телевизором ждать своего любовника. Отсутствие в её жизни мужчины, по – видимому, сказывалось не лучшим образом. Она становилась несдержанной в отношение к людям, замкнутой. Накричала на сына, а в основе всё объяснялось обычной ревностью к незнакомой девчонке, которая за пару часов увела её сына от родной матери. Надо отдать должное этой девочке: молодая, красивая, самостоятельная. Учится на врача, живёт на стипендию, у тётке на шее не сидит, своя жилплощадь. Пожалуй, одни достоинства, впрочем, есть один минус – жила с любовником. Ребёнка не нажила, замуж так и не вышла. Почему? Зачем такой красавице её Серёжа? Ему нужна серенькая мышка, которая знала бы, чего стоит её сын, а эти хватистые красотки пусть ходят лесом. Что она может дать её сыну? Себя? А если это всё, что у неё есть? В конце – то концов быть женщиной в его постели не велика заслуга. Он в этом слишком неискушен. Пока их сближает влюблённость и секс, а что потом… Тут раздался звонок в дверь. Надежда вздрогнула и спустив ноги с дивана пошла открывать.

– Проходи Костя, – пропустив парня в квартиру, Надя закрыла за ним дверь на задвижку, – идём на кухню, покормлю тебя.

– Спасибо, Надежда Васильевна, я ужинал. Вы одна?

– Да, нам никто не помешает. В душ пойдёшь?

– Только что у себя принимал. А почему Вы не захотели встретиться у меня?

– Я близко знала твоего дядю и не раз была у него дома. Ты не обижайся, для меня это не просто. Мне там всё будет напоминать о нём. Ведь мы думали пожениться…

– Простите меня Надежда Васильевна, я виноват, что не сразу Вас нашёл.

– Не будем больше об этом и давай на ты со мной, это не так подчеркивает разницу в нашем возрасте.

Надя хлопнула в ладоши и воскликнула:

– Я знаю, что надо сделать, – улыбнулась она и достала водку из холодильника, – это поможет сблизиться не только физически но и душевно. Наливай Костик и выпьем за нас и за то, за чем мы здесь встретились…

Они выпили и закусив нарезкой колбасы поцеловались, рассмеявшись от души.

– Надеюсь ты прислушался к моему совету – нашёл себе женщину, чтобы не мучиться воздержанием и меня своей несдержанностью.

– Представь себе Надюша, всё сделал, что доктор прописал, – улыбнулся Костик

– Вот наглец! Ещё хвалится. Кто такая? Из наших, заводских? – с отголоском ревности поинтересовалась Надежда.

– Не волнуйся милая, ваше заведение посещает регулярно не меньше двух раз за год.

– Из столовки выискал? Чего не из КБ? – недовольно поморщившись, спросила Надежда.

– У нас из незамужних только Клара Викентьевна Штольц – знойная женщина предпенсионного возраста.

– Помню её, – усмехнулась Надежда – огонь бабулька. На осмотре по три раза давление меряю. И всё же, мог бы и поискать. Впрочем, есть у меня одна задушевная подружка моего возраста, вместе учились, одна живёт, одно плохо, для твоих дел, как и я, не пригодна, но это на случай резерва.

– Такая же красивая, как ты?

– Ну, во всяком случае симпатичней Клары Викентьевны.

Они дружно покатились со смеху, опрокидывая по очередной рюмке. Костя, подхватив Надежду на руки, и пошатываясь понёс её в спальню. Бросив женщину на постель, навалившись на неё сверху, стал целовать смеющееся лицо своей любовницы.

– Костик, да будет тебе, завёлся как мальчишка, отпусти меня! Давай раздевайся и мне дай раздеться, куда ты в одежде на постель влез.

– Я не на постель, а на тебя влез, – хохоча мял грудь Нади через халат Костик.

Изловчившись, Надежда столкнула с себя парня и быстро вскочив с постели стала поправлять причёску

– Так, юноша, мы чем собирались заниматься нынче?

– Друг другом Надюш, – сладко потягиваясь ответил Костя

– Ну так и занимайся, вставай Константин, а то больше не буду наливать – расшалился малыш.

Костя принялся за одежду, снимая её с себя комплектом – рубашку с майкой, брюки с трусами, всё набрасывая на спинку стула. Подтянув к себе Надю, он поцеловал женщину в мягкие губы и расстегнув пуговицу за пуговицей на халате, спустил его с её плеч, отбросив в кресло. Когда они лежали рядом на широкой постели, Надя вспомнила диван в квартире Стаса, который была намерена заменить в любом случае, будут они жить вместе или нет. Руки парня блуждали по её телу, заходя во все укромные уголки, ранее уже исследованные им. Надежда поднялась на колени и перешагнув через торс юноши нагнулась над его напряженным членом, предоставив Костику ласкать языком открытую промежность, увлажнённую её соками. Возбуждая друг друга языками, каждый свой участок на теле партнёра, любовники наслаждались, насаживая голову, она на его член, он в глубину открывшейся вагины. Томные стоны Нади, сопровождаемые подёргиванием крепнущего ствола во рту любовницы, перекликались с глухим рычанием партнёра, неустанно вылизывающего всю полость вагины, стекающих по ней женских соков. Поражаясь его жадному упорству, Надежда, не завидовала несчастной женщине, вынужденной регулярно переносить подобного монстра в своей постели. Ощутив образующуюся тяжесть в промежности, что непременно перерастёт в волну жёсткого опустошающего оргазма, Надя требовательным голосом остановила партнёра, предложив ему традиционную позицию сношения. К её удивлению он беспрекословно подчинился её желанию, за что Надя мысленно поблагодарила свою партнёршу в их совместном слепом сексе. Но сам переход в эту позицию несколько затянулся для любовницы, т. к. свои дальнейшие усилия он направил на её рот, грудь, плечи, попеременно меняя центр своего внимания по отношению к ним.

– Ну, будет, будет Костик! Не заставляй меня остыть в желании получить, твоего молодца, я столько над ним потрудилась… Давай же, малыш возьми меня.

И вновь её манёвр сработал, но увы не надолго. Потребовалось не больше трёх минут проникновений в глубину влагалища, как волна тяжёлой страсти захлестнула тело женщины, проникая в уходящее сознание, заставляя тело содрогаться в оргазменных схватках. Уловив финал в пульсирующих движениях тела партнёрши, сопровождаемых хрипящим стоном из уст Надежды, парень перекинул слабеющую женщину на грудь и сунув под живот подушку, дабы удержать приподнятый зад, он без подготовительных манипуляций с анусом партнёрши, резким толчком вдавил головку возбужденного ствола в узкое отверстие между двух дивных полушарий женского зада. Ожидаемой реакции от Надежды он не получил. Ни возгласа, ни стона, только прерывистое сопение носом от бесконечных движений бёдер любовника в глубину женской плоти.

Беспамятство Надежды постепенно возвращало её к действительности. Распластанное тело женщины, с белой дорожкой густой спермы, сочащейся из сужающегося отверстия, некогда бывшим шоколадной звёздочкой ануса, лежало неподвижно. Слезинки скатывались из закрытых глаз несчастной жертвы. Комната была пуста. Ни Кости, ни его одежды, оставленной им на стуле не было. Всё происшедшее здесь говорило о фактическом проступке изнасилования, жертвой которого стала Надежда Васильевна Темникова.

Продолжение следует