Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Партизанский лес - семнадцатая часть

– В холодильнике найдёте чем себе перекусить, но разогревать тут не на чем, да и не помрете за ночь без горячего...

– сказала майорша, когда наша троица, поднялась за ней в однокомнатную квартиру на втором этаже. Обстановка в конспиративной квартире, принадлежащей начальнице оперативного отдела, была более чем спартанская. Грязные стены, желто – зеленого цвета со следами былых обоев или то что от них осталось. В кухне стоял стол, пару стульев и небольшой холодильник в углу. В единственной комнате, одновременно служившей спальней, прямо по центру находилась довольно широкая тахта, застеленная линялым красным покрывалом и пожалуй всё. Телевизора, магнитолы и прочих благ цивилизации в этой убогой квартире не наблюдалось. Мое внимание тут же привлекла тахта, на которой явно недавно кто то спал, судя по помятым подушкам и небрежно застеленному, словно второпях покрывалу.

Во мне тут же взыграло чувство ревности, а может на этой самой тахте, резвилась симпатичная чернявая майорша, находясь на дежурстве с одним из своих сотрудников. Я перевел взгляд с тахты на Ольгу Владимировну и тут же получил от неё легкий шлепок ладошкой по лбу.

– – Оставьте дурные мысли, молодой человек. Гоните их прочь Константин. Я сплю ночами дома в своей спальне...

– засмеялась майорша и у меня отлегло от сердца. В самом деле у меня нет абсолютно ни какого права ревновать ее по каждым пустякам. Да и вообще ревность это одно из худших качеств человека, нет ревновать конечно нужно но в разумных приделах.

– – Тут раньше семья алкашей жила, но потом они потеряли квартиру, из за долгов по ЖКХ, и наше ОВД выкупило её у банка для оперативных нужд. Иногда сдесь скрываются до суда, свидетели по громким делам. Наши оперативники дежурят, когда ловят наркоторговцев а их много в этом районе. И вот теперь вы проведете в ней ночь перед " делом".

– Ольга Владимировна, прошлась по квартире, зашла в ванную комнату и вскоре вышла от туда с баулом в руках.

– – Вот давайте прямо сейчас переодевайтесь, в этой одежде вы завтра пойдете на дело а вашу я заберу к себе домой, положу ее в гараже, потом оденете...

– майорша вытащила из баула, три одинаковых камуфляжных костюма, чёрные маски с прорезями для глаз и три пары перчаток. Первыми пошли переодеваться в ванную " молодые", моя мать и Пашка, им друг друга нечего было стесняться. Ну а потом я, по быстрому переоделся в камуфляж и вынес свою старую одежду в зал и отдал её в руки нашей атаманши.

– – Вот теперь порядок, извини парень но я на тебя размер не рассчитывала, взяла один на всех вас троих, но для " дела" сойдет а завтра всё равно выкидывать...

– сказала Ольга Владимировна смотря на Пашку, если на мне и моей матери, камуфляжные костюмы сидели нормально то на моем армейском друге, костюм висел мешком. Так как по росту он был ниже нас с Надей.

– – Нашла о чем переживать? Ты лучше поподробней расскажи что нам завтра делать подруга?

– спросила у майорши Надя, закуривая сигарету. Моей матери был наплевать как сидит одежда на её гражданском муже. Голова у бывшей учительницы была забита, предстоящим налетом на почту и деньгами.

– – Да все просто, вы сидите тихо тут до утра а полдевятого выйдете из квартиры, угоните машину прямо тут во дворе и прямиком к почте. Деньги привезут к девяти утра, подождите пока инкассаторы сдадут деньги а после их отъезда, ворветесь в здание и заберете мешки с деньгами...

– Ольга Владимировна, закурила сигарету и затянувшись дорогим табаком, продолжила.

– Тут во дворе есть стоянка машин, найдете среди них серую "девятку" с московскими номерами. Это автомобиль ваших соседей по площадке, но они сейчас на работе в Москве, вернутся только к концу вахты. Так что за эту машину, никто сразу не схватиться, я думаю что Павел может вскрыть автомобиль?

– майорша посмотрела при этом на Пашку и тот сказал да, что может.

– – Да не вопрос тетя Оля, я их пачками до армии с ребятами вскрывал и могу любую машину открыть...

– сказал Пашка и майорша довольно хмыкнула.

– – Возле дверей в прихожей, канистра бензина стоит на всякий пожарный, возьмите её сразу с собой, если бензин кончиться долейте его, а потом из нее и сожжете машину, чтобы следов не оставлять. Я буду вас ждать в лесопарковой зоне, она сразу за зданием почты находится. Поедете прямо по дороге до оврага, машину бросите в лесу и подожжете, потом перелезете через овраг и на другой стороне я вас встречу, на служебном микроавтобусе. Погрузите в мою машину мешки с деньгами и поедем ко мне домой. Я своего благоверного завтра с утра в столицу отправлю на три дня и нам никто не будет мешать.

– майорша внимательно смотрела на нас, пытаясь понять дошли ли до нашей группы ее слова? Потом посмотрела на свои часики висящие у нее на руке и за собиралась домой.

– – Я с вами постоянно на связи буду, вот держи Надя, вставь в свой телефон эту сим – карту, она " левая" и у меня такая же. По ним нас трудно будет вычислить они ни какого не зарегистрированы...

– майорша достала из бокового кармана на молнии и дала в руки моей матери, " левую" сим – карту. Такие "симки" можно свободно купить в Москве на площади "Трёх вокзалов" или на выходе из метро. Отследить переговоры по таким сим – картам, действительно сложно, для этого нужно специальное оборудование и потом проводить фонографическую экспертизу. По этому такие левые "симки" и скупают преступники всех мастей. Наша доблестная атаманша тоже не была исключением.

– – Ну всё я пошла а то мой супруг, подумает что я где то с кавалером гуляю?

– сказала Ольга Владимировна и игриво посмотрела на меня, на парня с которым она повесила своему мужу у себя дома, большие " рога".

– – И помни Костя мои слова! Я буду твоей и только твоей, когда ты положишь к моим ногам мешки с миллионами!

– – Засмеялась майорша и вышла из квартиры, захлопнув за собой дверь на английский замок. Несколько секунд мы стояли смотрели на закрытую дверь а потом Надя ругнулась матом в след нашей атаманши.

– – Ведьма голландская, миллионы к её ногам. Разбежалась подстилка ментовская. Пудрит она тебе мозги сынок. Я буду твоей и только твоей. Да кому она нужна эта старуха?

– Надя принялась поливать свою институтскую подругу по всякому. А меня ее слова взбесили, ведь моя мать сама заарканила молодого парня и собралась за него замуж.

– – Мам, тебе не стыдно такое говорить. На себя сначала посмотри, Пашка то мне ровесник а тебе сколько лет?

– сказал я Наде и она сразу заткнулась понимая мою правоту и бубня себе под нос, полезла в холодильник за ужином, о котором говорила Ольга. Но там лежал один большой батон " докторской колбасы" и три бутылки минеральной воды. Больше там ничего не было и хлеба, чтобы есть эту колбасу, тоже не было.

– – Вот овца что творит? Её бы заставить эту колбасу без хлеба есть...

– костерила Надя, свою подругу полицейскую с набитым ртом. Они с Пашкой, ели " докторскую" колбасу без хлеба, запивая еду минералкой а мне кусок в горло не лез, перед предстоящим опасным налетом на почту.

Ночь прошла кое – как, спали по очереди, сначала улеглись на тахту в зале " молодые" а я сидел на кухне бодрствовал а потом лег и покемарил до шести утра пару часиков. В шесть мы уже были на ногах, так как нас разбудил звонок Ольги Владимировны. Она вероятно тоже не спала, и по телефону дала нам последние указания. Ровно полдевятого наша троица вышла из квартиры во двор многоэтажки. Я нес канистру с бензином а Надя спортивную сумку с оружием, которую эта правнучка конокрада, перекинула через плечо и спокойно себе шла по улице, словно у нее в сумке лежали продукты, вместо "шмайссера" и двух пистолетов с запасными обоймами.

Страха ни у кого не было, наоборот у моей матери горели глаза от возбуждения, когда майорша сказала ей про миллионы на почте, Надя загорелась диким желанием их заполучить. И вот через час возможно они будут у нее в руках, если план Ольги Владимировны по изъятию денег у работниц почтового отделения, пройдет как она планировала. Был рабочий день и во дворе народу было немного. Вдали от нашего подъезда, девушка выгуливала собаку а чуть подальше толпились несколько алкашей " соображая" на утренний опохмел. Обычная для провинциального города картина начинающегося утра. По этому на женщину и двух молодых парней идущих к стоянке машин во дворе, никто не обращал внимание.

" Девятку" с московскими номерами мы нашли быстро, она стояла с самого края стоянки, как бы особняком от других машин. Да и владельцы новеньких иномарок и отечественных " лад" сторонились этот " металлолом" и ставили свои машины подальше от "чуда" российского автопрома середины девяностых годов. Благо место во дворе позволяло, Орел ведь не Москва, где машин миллионы и они стоят во дворах набитые, как селедки в бочках. У машины наших соседей по лестничной площадке, вид был конечно непрезентабельный, серой окраски и с поржавевшим местами кузовом, " жигули" девятой модели смотрелись " белой вороной" на фоне новых иномарок да и свежих отечественных автомобилей, стоящих рядом. Но нам и не нужна была яркая и броская машина, которая привлекала внимание к себе. А вот такая неприметная серая " девятка" которых десятки тысяч колесят по городам и весям России, была как раз кстати. Тем более что стекла у машины были тонированные.

Мы подошли к машине и с Надей заслонили Пашку, который отмычками вскрывал дверной замок в " ладе". На это у него ушло секунд десять не больше, так как мой армейский кореш, уже имел в прошлом богатый опыт по вскрытию подобного автохлама у себя в Кинешме перед армией. Да и с каждым ограбленным домом, тут в Орле, мастерство мелкого воришки, каким был по сути Пашка, повышалось и он уже дорос до профессионала в этом деле. Ему бы с сейфами еще " поработать" и из него неплохой " медвежатник" получился бы.

– – Кость, долей бензин на всякий случай в бак, чтобы нам по дороге не тормозится...

– скомандовала мне Надя, когда её вороватый муженек, открыл машину наших соседей. Мать с Пашкой мигом уселись в салон, где мой кореш быстро отключил было пикнувшую в утренней тиши, автомобильную сигнализацию. Я залил бензин в бак " девятки" и посмотрел по сторонам, на нас никто не обращал внимание. Девушка гулявшая с собакой, увлеченно с кем то разговаривала по телефону, отпустив своего четверного питомца гулять без поводка. А стоявшие кучкой алкаши, даже не повернули в нашу сторону голову, они вероятно ждали своего товарища, посланного за бутылкой и куря поглядывали на двери одного из подъездов многоэтажки. Сейчас во многих многоквартирных домах в любом городе, можно купить самогон или паленый спирт. Он стоит в разы дешевле чем водка в магазине и которая тоже нередко бывает " паленой" даже в крупных супермаркетах.

– – Ну давай милый, постарайся дорогой... .

– просила моя мать, своего гражданского мужа, который копался с проводами автомобильной электропроводки. Вытащив пучок разноцветных проводков из под рулевой колонки машины и отыскивая нужные провода, чтобы перемкнуть их и дать разряд от аккумулятора на стартер. Такое возможно только в старых отечественных авто а вот в новых машинах, этот фокус с проводами не проходит. Там стоит блокиратор стартера и нужно досконально знать автомобиль, чтобы завести его подобным образом.

– – Ой, ну что же ты? Еще разочек милый...

– Надя просила Пашку, который нашел нужные провода, оголил их ножом на концах и соединил вместе не скручивая. Посыпались искры и в салоне запахло паленой изоляцией но двигатель " девятки" лишь фыркнул но не завелся. Машина долго стояла на морозе и остыла, ее можно было завести только с толкача, подцепив за трос к другой машине или толкнуть сзади с группой людей человек пять было бы достаточно чтобы стронуть " девятку" с места. А там по улице был приличный уклон ведущий к Оке и машина уже бы покатилась самостоятельно. Водителю сидящему за рулем, нужно только включить передачу и автомобиль заведется, но зажигание должно быть включено.

– – Мам, у тебя есть деньги? Давай тысячу не жмись...

– Попросил я Надю и она достав из кармана, камуфляжной куртки бумажник, дала мне тысячную купюру без обычных вопросов, для чего мне нужны деньги. Хотя часто приходилось их выпрашивать у матери, ведь деньгами в нашей шайке, распоряжалась Надя. После каждого удачного ограбления коттеджей и дач в пригороде Орла, совершенные нашей группой, по наводке сотрудницы полиции. Надя в нарушении воровского закона, утаивала небольшую сумму из украденных денег, оставляя себе тысяч двадцать, на мелкие расходы. Ольга Владимировна нас не обыскивала после " дела" и Наде все сходило с рук. Деньги мать носила всегда при себе, не доверяя их никому, вот и сейчас самым чудесным образом у Нади в нагрудном кармане камуфляжной куртки, оказался бумажник с деньгами столь нужными в самый ответственный момент.

– – Мужики! Помогите машину толкнуть. Жена в роддоме сына родила, спешу к ней. Тысячу дам за работу...

– крикнул я все еще стоящим возле подъезда алкашам, теперь к ним подошел третий собутыльник, но судя по его кислой роже, он не получил желаемого в квартире куда ходил за опохмелом, для себя и своих друзей. Вероятно хотел взять в долг до получки но получил отказ. Мой покойный батя этим грешил, набирал вот таких долгов у местных самогонщиц а потом относил им пол зарплаты, за что мать ему дома устраивала скандал.

– – Тысячу??? Не шутишь парень?

– дохнул мне перегаром в лицо, высокий, седой мужик, в засаленном от долгой носки военном бушлате и в старой рваной тельняшке. Поверх которой и был надет бушлат. Этот мужик был главным у троицы алкашей, вероятно бывший десантник, они любят носить тельняшки не снимая их ни днем ни ночью.

– – Да нет какие шутки. Вот тысяча не жалко, жена родила утром. Хочу сына увидеть а машина не заводится...

– я вытащил из карма тысячную банкноту и глаза у седого алкаша, засветились в предчувствие скорого опохмела.

– – Братаны, валите сюда, машину толкнуть нужно за опохмел...

– крикнул своим корешам, их седой главарь и те услышав заветное слово опохмел, мигом подскочили к " девятке" и уперлись в ее зад руками, приготовясь толкать, но ждали команду. Пашка все еще возился с проводами, соединяющими стартер и замок зажигания, но наконец Надя вылезла из машины и сказала что можно толкать. Моя мать тоже встала с нами позади машины, мы впятером уперлись в бока и в зад вазовской " девятки", надавили и машина покатилась вниз по улице набирая скорость. Затем тормознула это Пашка сидящий за рулем включил передачу и тут же раздался громкий хлопок, словно выстрел из глушителя угоняемой нами машины, вылетел клуб черного дыма и девятка взревела мотором. Пашка газовал на больших оборотах, давая двигателю погреться и останавившись ждал нас.

– – Держите мужики, как и обещал. Вечером еще проставлюсь, " копытца" моему сыну обмоем...

– я вручил седому алкашу, тысячную бумажку и глаза у него и у его друзей буквально заблестели от счастья. Еще бы, они лишь толкнули с места ма шину и получили за это целую тысячу. Хотя обычная плата за подобную услугу, бутылка в самогона в лучшем случае.

– – Меня Андрей, зовут братан, я всегда тут с корешами возле третьего подъезда торчу. Вечером будем ждать, удачи тебе братишка...

– сказал мне в след главарь алкашей, когда мы с матерью садились в машину, я махнул ему рукой в ответ и Надя рванула " девятку " с места, визжа тормозами. Пашка уступил своей жене место за рулем, теперь это была ее стихия вести машину. Что Надя умела делать мастерски не смотря на то что эта правнучка цыгана – конокрада, лихачила на дороге. Мать не разу не попадала в аварии, что дорогого стоит. По пути нам позвонила майорша и сообщила что машина с инкассаторами стоит у банка и в нее грузят мешки с деньгами. Надя ей ответила что мы уже едем к цели и угон машины прошел удачно.

Не доезжая двести метров до здания почты, моя мать остановила машину и не выключая двигателя, мы стали наблюдать за улицей. Народу в этот утренний и морозный час было немного, а к почте никто не подходил, было еще рано, что вообщем то радовало. Чем меньше народу будет в здании в момент нашего налета, тем лучше. Но вот наконец раздался долгожданный звонок от Ольги Владимировны, майорша сообщила нам что машина с инкассаторами, отъехала от здания банка и через двадцать минут будет у нас. Мы достали оружие из сумки и стали ждать.

– – Мам, запомни только пугать, стрелять в воздух а не по людям...

– я с опаской посматривал на свою боевую мамашу, держащею немецкий автомат в руках. У Нади горели глаза перед " делом" и по ней было видно, что она не остановится ни перед чем, в своем желании завладеть миллионами, которые вот вот, привезут на почту инкассаторы. Я сам из своего " вальтера" стрелять ни в кого не собирался, да и Пашка которому досталась " беретта", доже был со мной солидарен. Мы до этого были простыми ворами, грабившие в отсутствие хозяев, их дома и дачи. Но теперь нас можно было бы назвать бандитами, ведь вооруженный налет в составе группы лиц с оружием, считается бандитизмом. И статья в уголовном кодексе за подобное, намного строже чем за воровство.

– – Не собираюсь я в никого стрелять, но если что пойдет не так, то я живой не сдамся. Не хочу в тюрьму парни...

– огорошила нас с Пашкой, моя мать и я тоскливо подумал, что подведет нас Надя "под монастырь". Если начнет стрелять по сотрудникам полиции в случае внепланового развития событий и убьёт кого то из них. Тогда нам однозначно "вышка" светит, за разбойное нападение, незаконное владение боевым оружием и убийство полицейских. Я хотел жить и умирать не собирался, на крайняк уж лучше в тюрьме отсидеть и выйти от туда еще не старым на свободу, чем гнить в земле. С того света еще никто не вернулся, туда одна дорога безвозвратная.

– – Едут кажется! Приготовились парни! Паш ты в машине останешься а мы с Костей пойдем...

– приказала Надя, своему мужу, мой армейский кореш, был хорошим спецом по вскрытию домов и дач. Но вот в плане решительных действий, он был трусоват, моя мать это знала и выбрала к себе в напарники, собственного сына. Хотя я бы поменялся с Пашкой местами, не очень мне хотелось идти грабить людей, с совершенно " отмороженной" правнучкой цыгана – конокрада у которой в руках автомат с полным магазином.

– – Хорошо Надя, как скажешь, да и машину бросать нельзя, она может заглохнуть и тогда мы ее не заведем...

– облегченно вздохнул Пашка, которому отводилась безопасная роль стоять на "шухере" и держать машину с заведенным двигателем.

– – А если заглохнет, то я тебя " наследства" лишу, оторву кое что между твоих ног...

– засмеялась Надя, смотря на своего мужа, причем глаза у моей матери были холодными. И я про себя подумал, что эта змея, точно пристрелит моего друга, если по его вине заглохнет машина в нужный момент, когда мы вынесем мешки с деньгами на улицу.

– – Да, да поняла, все наготове, не волнуйся...

– звонила Ольга Владимировна, на телефон моей матери, майорша сообщила ей что объект уже на подъезде к нам и мать ей ответила что мы уже его ждем. По всей видимости наша атаманша в погонах, следила за инкассаторской машиной и сообщала нам по телефону ее координаты.

– – А вот и она родимая!

– воскликнула Надя, увидев желтую машину с характерной зеленой полосой на боку, это знак инкассации. Машина проехала мимо нас и остановилась у почты. Это был не бронированный иностранный броневик, которые обычно перевозят деньги в Москве, а отечественная " буханка" УАЗ, правда спецмашина, с бронированными стеклами и салоном. Для провинциального Орла, ведомство Германа Греффа, видно посчитало затратным закупать дорогостоящие заграничные броневики, снабдив местное отделение инкассации, отечественными спецмашинами, для перевозки денег.

" Уаз" остановился у здания почты и из него вышли трое молодых инкассаторов, они весело болтали между собой, курили на ходу и не держали в руках оружие, в нарушении всех инструкций. Хотя по правилам, один инкассатор, должен прикрывать своих товарищей в случае внезапного нападения преступников. Из машины они выволокли шесть зелёных инкассаторских баулов и понесли их в открытые двери почты. Опять нарушая все инструкции, ведь в случае нападения преступников у них будут заняты руки, в которых они держали мешки с деньгами и инкассаторы не смогут дать отпор грабителям.

– – А теперь наша очередь парни, поехали...

– сказала Надя, после того как пробыв в здании почты минут пять, инкассаторы вышли на улицу, сели в машину и их желтый фургон поехал вверх по направлению к центру, где находился банк. Моя мать натянула на голову, черную маску с прорезями для глаз, полностью скрывающею её прекрасные белые волосы и держа одной рукой автомат на коленях, лихо рванула к почте. " Девятка" взревела мотором и визжя тормозами, стремительно понеслась по городской улице, точь точь как в гангстерских фильмах про грабителей банков. Только теперь все происходило не в кино, а в реальной жизни, мы с Пашкой едва успели натянуть маски, как Надя ударила по тормозам подъехав к самым дверям почтового отделения. Машину от резкого торможения, сильно занесло на снежной дороге но она не опрокинулась, ведь за рулем сидела " безбащенная" правнучка конокрада, которая лихо крутанула руль в сторону заноса и " девятка" остановилась как вкопанная, уткнувшись бампером в бордюр, разделяющей дорогу и тротуар.

– – Сынок, за мной...

– прохрипела Надя, передергивая затвор " шмайсера" и выскакивая из машины. Не прокричала или сказала а именно прохрипела, от возбуждения голос у моей мамы стал хриплым а взгляд ее глаз направленный на меня, был сумасшедшим.

– – Вы куда граждане, почта закрыта на технический перерыв...

– встретила нас в полутемных дверях сотрудница "почты России" с соответствующей ее словам табличкой в руках, которую она собиралась повесить с обратной стороны дверей и осеклась, увидев направленный на нее автомат и двух грабителей в пятнистых костюмах и в чёрных масках на головах.

– – Деньги гони овца, или я тебя сейчас застрелю...

– заорала Надя и толкнула женщину внутрь почтового отделения, я последовал за мамой держа в руке " вальтер" снятый с предохранителя.

– – А ну бросила автомат на пол, падла...

– раздался с боку от дверей мужской голос и боковым зрением я увидел плотного пожилого мужика с пистолетом в руке, нацеленного прямо в висок моей матери. Как и говорила нам Ольга Владимировна, женщин работниц почтового отделения, в здании было трое, одна ходила закрывать двери и встретилась нам с табличкой в руках в проходе. А две других были заняты своей привычной работой, делая опись принятых у инкассаторов баулов с деьгами. Вооруженный охранник не входил в планы нашей атаманши, ведь по ее словам, охрану на почте сократили по распоряжению из УВД, а охрана из их отдела, должна ее старанием, задержаться в пути на 10 – 15 минут, которых нам было достаточно чтобы взять деньги и уехать в лес. А охранник с пистолетом, был сейчас как "снег на голову" и у меня екнуло сердце видя как он целиться из большого черного пистолета, больше похожего на тульский " тт" прямо в голову моей матери.

– – Бросай ствол, сука...

– завизжал не своим голосом мужик, который был сам напуган происходящим, не хуже женщин стоящих и смотрящих на нас с открытыми от удивления и ужаса ртами. Все происходило в считанные секунды, я даже руку с " вальтером" не успел поднять чтобы остановить охранника целившегося из пистолета в голову моей маме. Как сухо щелкнул боёк пистолета, мужик нажал на курок пытаясь выстрелить, но старый " тт" дал осечку. В тишине небольшой комнаты, было отчетливо слышно как сработал механизм пистолета, щелкнув но не пройзвел выстрел.

– – На.. на.. ааа...

– Надя не размахиваясь резко залепила мужику с пистолетом, рукояткой автомата прямо в лоб и тот рухнул на пол как подкошенный, рука у правнучки конокрада тяжёлая. И в ту же секунду, в комнате раздалась автоматная очередь. " Ахиллесова пята" немецкого автомата это удар задней частью об твердый предмет, в нашем случае лоб пожилого мужчины. Тогда " шмайссер" самопроизвольно от удара стреляет если он снят с предохранителя. А мама его сняла еще в машине. Пули пролетели у меня возле лица и ударили в потолок обсыпав всех, штукатуркой, одна из пуль обожгла мне щеку задев по касательной и из щеки хлынула кровь, заливая мне грудь. Но боли я не чувствовал как и страха тоже, наоборот мной завладело какое – то дикое возбуждение, как и моей матерью которая была на волосок от смерти и сейчас у неё начисто " снесло крышу".

– – Легли на пол овцы, руки за голову...

– заорала Надя, перепуганным насмерть женщинам, хотя это было уже лишнем. Увидев что произошло с их охранником и выстрелами из автомата они тут же легли на пол, бросив мешки с деньгами. Жизнь дороже любых денег, тем более что это не их деньги а государственные.

– – Вяжи их...

– Надя бросила мне скотч, держа в одной руке автомат, мать прикрывала вход в здание на случай если появиться еще " форс – мажор" в виде напарника, лежавшего на полу охранника. Кровь обильно шла из моей, простреленной щеки, капая на волосы и руки, лежащих на полу женщин, которых я связывал по руками и ногам, быстро обматывая их скотчем. Охранника можно было и не связывать как он лежал в глубокой отключке, от удара рукояткой автомата в лоб, на котором у пожилого седого мужчины, образовалась здоровенная, багровая шишка. Но я на всякий пожарный связал и его, обмотав руки и ноги, мужика, чуть не отправившего мою мать на "тот свет", скотчем за одно пощупав у него пульс на шее. Опасаясь что Надя его убила, но мужик был жив пульс хорошо прощупывался, просто он был без сознания.

– – Мы уходим, а вам суки лежать полчаса и не дергаться. Кто дернется раньше времени, застрелю...

– Надя пнула ногой, самою молодую из работниц почтового отделения, девушку с длинными каштановыми волосами, которая было повернула с пола лицо, но получив пинок армейским ботинком в бок, замычав от боли отвернула голову.

– – Бери мешки и на выход...

– скомандовала мне моя мать показав глазами на баулы с деньгами. Надя повесила автомат на шею и взяла в руки два мешка лежавшие возле открытого сейфа, наше внезапное нападение, помешало женщинам убрать их под замок. Я взял остальные четыре баула, по два в каждую руку, благо у них были лямки, за которые их было удобно держать и пошел вслед за своей боевой мамашей на выход.

– – Павел гони к лесу...

– прокричала Надя своему перепуганному муженьку, сидящему за рулем " девятки". Пашка увидев мое окровавленные лицо, перепугался насмерть и только окрик и хороший подзатыльник от моей матери, привели его в чувство. Он рванул машину с места по направлению к лесопарковой зоне, темнеющей невдалеке. Мы с Надей бросили мешки с деньгами на задние сиденье " девятки", мать легла на них а я на нее сверху, потому что, времени рассаживаться по местам уже не было, дорога была каждая секунда. Вот вот к зданию почты должен подъехать наряд полиции из отдела где работала наша атаманша и тогда нам бы не поздоровилось.

– – Потерпи родной, немного осталось...

– говорила мне мама, зажимая мне щеку ладонью, я лежал на ней сверху и кровь сочившееся из щеки заливала Наде лицо.

– – Все дальше дороги нет, впереди овраг...

– Пашка нажал на тормоза и девятка на скорости протаранив сугроб снега, ударилась бампером в берёзу остановилась. Я мысленно покрыл матом друга, за неумение водить машину, но сейчас было не до этого. Самое главное мы все живы и половина плана майорши сработало, хоть с " косяком" в виде охранника с пистолетом и моим ранением. Но тем неимение, деньги были у нас и нам оставалось только одно, добраться с инкассаторскими мешками к Ольге Владимировне, поджидавшей нас на той стороне оврага в машине.

– – Вот же овца, не отвечает. Костя поджигай машину и пошли через овраг, если её там нет то я не знаю что делать.. ?

– раздраженно сказала мне мать, держа телефон в руке, она пыталась дозвониться до Ольги Владимировны, но ее мобильник молчал. Я подошел к машине, она стояла дымя разбитым радиатором, с распахнутыми настежь дверями, уткнувшись бампером в берёзу. Снял с головы окровавленную маску, в которой больше не было нужды, намочил ее остатками бензина из канистры, лежавшей в багажнике, сунул маску в горловину бензобака " девятки" и поджег от зажигалки.

– – Уходим парни, за мной...

– скомандовала нам Надя, повесив " шмайссер" на шею, моя мать мужественно взвалила на свои хрупкие женские плечи два тяжёлых баула с деньгами и пошла вперед. Маску она сняла с головы и сейчас ее прекрасные крашеные под блондинку волосы, рассыпались по плечам. Лицо перепачканное моей кровью, автомат на шее и пятнистая военная форма, делали мою мать очень красивой и воинственной. Киношная " солдат Джейн" даже в подметки не годилась к моей боевое маме. Надя была великолепна, настоящая русская женщина, воительница, бестрашная в бою на которую можно было положиться. Мы шли с Пашкой за ней, неся по два баула с деньгами, одной рукой я снегом прижимал рану на щеке, которая сильно кровоточила.

– – Только бы эта стерва была на месте?

– было сказала Надя, как позади нас раздался оглушительный взрыв и у нас над головами пролетел кусок железа ударившись об ствол березы, насыпав нам приличную порцию снега за шивороты. Это взорвался бензобак " девятки" и его часть пролетела буквально в пару метров над нами.

– – В рубашке родились...

– засмеялась Надя, поправляя автомат на шее и с невозмутимым лицом, зашагала вперед, неся баулы с деньгами на своих женских плечах. Я честно удивился бесстрашию и хладнокровию своей матери. Только что сама смерть, в виде огромного куска железа, пролетела в пару метров у нас над головами а Наде, хоть бы хны. Не испугалась ни грамма, да ещё смеётся. Хотя возьми этот осколок бензобака чуть пониже, он бы однозначно срезал головы всем нам троим. Нас от смерти спасло то, что мы начали уже спускаться в овраг, когда машина взорвалась... .