Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Тайны Хейвена. Пролог: Розыгрыш

— Ну что девочки, можем наслаждаться свободой. — сказала Сьюзен Радсон, запирая входную дверь. Мои родители уехали из города, ваши родители считают, что мы будем ночевать у меня, после десяти ни кто не рискнёт звонить и проверять это. Будут думать что мы уже легли спать. Круто, пятница, и завтра не надо идти в школу.

Энн Вент кивнула и усмехнулась: Не думаю я, что мои родители будут сильно переживать. В последнее время у нас не очень гладкие отношения, так что, они будут только рады избавится от меня на выходные.

Сьюзен рассмеялась и посмотрела на третью девушку сидящую рядом: А у тебя Мелисса? Твои не переполошатся?

Мелисса Хендлл нервно посмотрела на Сьюзен, на Энн и обратно. Обе смотрели на нее выжидательно с легкими улыбками на лицах, которые говорили, что она обязательно станет объектом насмешек если даст неверный ответ. Она не просто нервничала, она была в панике.

— Я думаю да. — произнесла она осторожно. Я... конечно, если нет другого способа... Это единственная возможность стать частью круга? — Да, Мелисса. — Энн ухмыльнулась. В противном случае можешь забыть о нашем братстве и некоторых вещах которые мы можем делать. Ни кто из посторонних не может быть допущен к тайнам круга.

Мелисса кивнула. Она ненавидела быть новичком. Обрастать новыми знакомыми, это всегда было, как входить в ледяную воду. Неуютно, холодно в животе и страшно. Уже не в первый раз, ее семья меняла место жительства за последние 5 лет. К сожалению это началось, тогда когда она повзрослела настолько, что это каждый раз вызывала большие трудности моральные и эмоциональные, прибавляясь к гормональным бурям, периодически сводящей с ума юную девушку.

С каждым разом Мелиссе становилось все труднее вписываться в уклад и правила подростковых сообществ на новом месте. Она всегда была немного белой вороной на фоне основной массы девочек ее возраста. Не любила краситься, не увлекалась современной танцевальной музыкой, не особо стремилась к знакомствам с парнями. У нее были гораздо более утонченные и эклектичные пристрастия. Так что она все чаще становилась в новой школе предметом обидных насмешек, а природная робость вызывала у сверстников неизъяснимое желание как то унизить «тихоню».

Однако в Хэйвене все случилось по-другому. Семья перебралась сюда летом и почти сразу она встретила Сьюзен и Энн. Мелиссе, оказалось, неожиданно просто подружится с девушками. Они с готовностью приняли ее в свою компанию. Иногда, они вели себя странно, а их шутки порой причиняли девушке обиду и боль, но это редко происходило на публике так что Мелисса быстро адаптировалась и научилась справляться со странными приколами новых подруг. В этом отношении Энн была гораздо хуже Сьюзен.

Сьюзен продемонстрировала девочкам ключи от машины: Ну что едем...

— Эй, я думала у тебя ученические права? — усмехнулась Энн.

Сьюзен отмахнулась: Великое дело. В это время городок вымирает, так что на улицах не будет много машин... я справлюсь. Это же Хейвен здесь не принято кататься по ночам. Если не гонять, как сумасшедшие полиция не прокопается к нам.

Мелисса слабо улыбнулась. Она родилась в Денвере. Жизнь небольших городков до сих пор была ей в диковинку.

Они уселись в машину. Сьюзен за руль, Энн рядом на пассажирском сидении, Мелисса устроилась сзади. Девушка ощущала нешуточное волнение и постоянно задавалась вопросом, правильно ли она поступает. Она успокаивала себя тем, что Сьюзен и Энн ее подруги и с ней не случится ни чего плохого. К тому же они убедили ее, что без посвящения она ни за что не сможет стать полноправным членом их маленькой компании, так что особого выбора у Мелиссы все равно не было.

Круг... Сьюзен и Энн рассказали о нем осенью в самом начале учебного года. Мелисса училась на втором курсе, ей исполнилось ... только месяц назад. Обе девочки были на год старше нее. Мелисса крайне удивилась и обрадовалась тому, что девушкам не претило общаться с ней. Еще больше она удивилась, когда они по секрету рассказали ей о тайном обществе.

Сьюзен и Энн практиковали магию. Мелиса узнала об этом почти сразу. Но до последнего момента имела смутное представление, что это такое. Обе называли себя ведьмами, по крайней мере, пытались ими быть. Они переписывались по электронной почте с такими же, как они увлекающимися оккультизмом, раздобыли, где то несколько старинных книг с описанием обрядов, каких-то заговоров, заклинаний по магии и теперь активно осваивали тайное искусство колдовства. Мелисса поначалу скептически отнеслась к этому увлечению. Но однажды девочки позвали ее на одну из своих церемоний. К ее удивлению все выглядело очень серьезно и мрачно. Сьюзен и Энн одетые в странные балахоны и непонятные украшения, заунывно читали, какие то мантры на непонятном языке расположившись перед кругом образованным горящими свечами в подвале дома Сьюзен. И самое ошеломительное, вызвали, какие то неясные размытые образы, возникшие прямо в центре пентаграммы.

С этого момента Мелисса поневоле убедилась, что все происходящее не шутка увлекающихся девочек. Все что они пытались сделать, было реальным. Ей было жутко страшно и не менее жутко интересно. Чем больше они рассказывали ей о колдовстве, тем больше ей хотелось принять в этом участие.

Эти заклинания на самом деле работают Мелисса. — горячо шептала ей Энн на одной из перемен. Есть такие, которые могут заставить людей делать то что тебе хочется, и они даже не поймут то это ты дергаешь их за невидимые ниточки.

А потом она доказала это. Сьюзен очень нравился один мальчик Джим Хайнц, который увивался вокруг другой девушки, а на нее внимания не обращал. Энн вместе со Сьюзен провели, какой то невероятно запутанный ритуал и Мелисса, выходя после этого из дома подруги нос к носу столкнулась с Джимом, который выглядел невероятно смущенным. Он утверждал, что ему срочно необходимо повидать Сьюзен и забрать у нее какие то конспекты. Потом Сьюзен рассказала, что он сам пригласил ее к себе домой подтянуть его по биологии и там они занимались диким сексом.

— И ты сможешь так же Мелисса, — сказала потом Сьюзен с заговорщической улыбкой. Если войдешь в круг.

Это было слишком заманчиво, что бы девушка отказалась. Ей всегда очень хотелось больше контролировать собственную жизнь, а предложение подруг казалось идеальным способом сделать это. При этом она была уверена, что ни когда не будет пользоваться магией в таких низменных целях как Сью.

Нет. Секс ее конечно интересовал, как интересует любую взрослеющую девушку. Уже в ... она выглядела вполне сформировавшейся женщиной. Исчезла угловатость фигуры, груди налились тяжестью и стали крупными округлыми такими же, как у мамы, от нее же девушке достались длинные ноги и роскошные волосы цвета меда, а от отца выразительные голубые глаза. Но парни, которые вились вокруг, Мелиссе не нравились. Они были слишком грубые и пошлые. К некоторым из них она испытывала неконтролируемое физическое влечение, но их личности вызывали в ней стойкое отвращение. Все они казались грубыми грязными, и пахло от них неприятно. Хуже того она начала подозревать, что она бисексуальна. Чем больше она узнавала Сьюзен, тем больше ее влекло к ней, и это был далеко не невинный интерес. К Энн ее тоже периодически тянуло как магнитом, но гораздо меньше. Глядя на них девушка порой начинала ощущать в теле неизъяснимое томление, которое просто пугало.

Так что не прошло и месяца, а Мелисса уже просто жаждала вступить в пресловутый круг всеми фибрами души. Ей хотелось этого до дрожи. Когда она сообщила об этом подругам, те, сказали что сначала она должна пройти испытание инициации. Несколько дней назад они раскрыли ей подробности, Мелисса половины не поняла, а о некоторых деталях просто не догадывалась.

Об одной из таких деталей Сьюзен упомянула уже когда машина выбралась на окраину города.

— Мелисса, церемония пройдет в «золотом» лесу на вершине одного из холмов. Надеюсь, тебя это не слишком напугает?

Мелисса покачала головой, название ей ни о чем не говорило: Почему это должно меня испугать?

— Ух! Да она просто не в курсе. — сказала Энн поворачивая голову и Сьюзен согласно усмехнулась. Новенькая в нашем городке, что с нее возьмешь! — Что ты знаешь о истории Хейвена? — Немного. — О! Сейчас я тебя просвещу. Несколько лет назад в этом лесу орудовал какой то извращенец. — объяснила Энн. Он похищал девушек в городе или в ближайших кемпингах, утаскивал их в лес, насиловал, а потом душил.

Лицо Мелиссы побледнело, а рука невольно потянулась к груди где под блузкой на шее висел маленький пентакль на тонкой золотой цепочке. Она торопливо расстегнула верхние пуговицы и схватилась за звезду пальцами.

Сьюзен и Энн дали ей этот кулон утверждая, что это защитный амулет. Действительно, ощутив в ладони острые грани теплого, нагретого телом металла Мелисса осознала, что страх уходит и возвращается уверенность. Единственным минусом было то, что приходилось скрывать новое украшение от родителей, на этом настояли подружки.

— Это случилось лет 10 назад. — начала Сьюзен. Не так уж давно. — Его поймали? — спросила Мелисса, широко раскрывая глаза. — Нет. — ответила Энн. Хотя о нем уже давно ни чего не было слышно. — Если это действительно был маньяк думаю, он просто см сменил место жительства, когда начали за ним охотиться. Я бы на твоем месте не особо прореживала по этому поводу. Эта страшилка хороша для парней, которые рассказывают ее девчонкам сидя на заднем сидении папиного автомобиля. — То есть это городская легенда. — уточнила Мелисса. Просто страшилка? — Сьюзен пожала плечами: Не знаю, может быть. — О, нет. Моя мама рассказывала, что одно из жертв была сестра ее бойфренда.

Мелисса хотела сказать, что это и есть первый признак городской легенды, когда ее начинают рассказывать со слов дальней родственницы, родственник которой трагически погиб или исчез. Но не стала этого делать. Энн очень не любила когда ее слова не принимались на веру, и могла превратиться в настоящую фурию, а девушке очень не хотелось ставить их сегодняшнее мероприятие под угрозу.

Она подумала, что Энн сознательно хочет ее напугать посильнее. Девушка частенько нагнетала ужас специально говоря что делает это для того что бы держать Мелиссу в тонусе.

— Магия — та область которая не терпит несерьезного отношения, тут всегда надо быть уверенным в себе и быть все время начеку. — сказала Энн однажды когда Мелисса призналась что забавы подруг кажутся ей делом несерьезным. — Мы почти на месте девочки. Мелисса у тебя последняя возможность отказаться. — сказала Сьюзен.

Мелисса замотала головой. Она видела, что дорогу обступила плотная стена высоких деревьев, из-за которых практически не проглядывало черное в звездах небо. Сердце девушки часто застучало и ее передернуло.

Сьюзен свернула с шоссе на узкую неухоженную грунтовую дорогу, проехала мимо знака запрещающего останавливаться здесь для пикника с ночевкой. Впрочем, дорогу н перегораживал шлагбаум как обычно в таких случаях. Девушка взглянула через лобовое стекло вперед, и тут же в ярком свете фар на дорогу перед машиной выскочил олень. Сьюзен чертыхнувшись, выжала тормоз.

Она, продолжая испугано ругаться, и смотрела на оленя. Тот без всякого смущения глядел в сторону машины. Девушка выключила фары, нажала на клаксон и включила их снова. Зверь исчез.

— Они теряют ориентацию от яркого света — пояснила Сьюзен. Но на звук прекрасно реагируют.

Сью проехала по дороге еще несколько миль и съехала на обочину, заглушив двигатель, и погасила освещение. Салон погрузился в кромешную темноту. Мелисса услышала, как щелкнул бардачок и в руке Энн вспыхнул фонарик.

— Итак Мелисса — произнесла Сьюзен поворачиваясь к подруге. В последний раз спрашиваю, ты уверена в своём решении? Если не уверена, мы отвезем тебя обратно. — Но ты уже никогда не сможешь вступить в круг. — буркнула Энн помахивая фонариком как пистолетом. И скорее всего нашей дружбе придет конец.

Мелисса глубоко вздохнула. Сердце застучало еще чаще. Она была страшно напугана, но гораздо сильнее боялась лишиться дружбы и в очередной раз превратится в изгоя.

— Я готова, пройти через это. — ответила он дрожащим голосом. Без проблем.

Сьюзен и Энн переглянулись...

— Отлично Мелисса. Сьюзен взяла фонарик из руки Энн: Пошли!

Здесь было гораздо прохладнее, чем в городе. Кожа на голых руках Мелиссы пошла мурашками. Ветерок непрерывно шелестел в кронах высоких деревьев, и девушку передернуло от холодка, пробегающего по ногам и спине.

— Я думала, будет теплее. — прокомментировала она ежась. — Сегодня еще ничего. Для этого времени года вполне сносно.

Энн обошла машину и встала по другую сторону от Мелиссы: Ты оделась, так как мы говорили?

Мелисса кивнула. Она сглотнула и нервно огляделась вокруг, хотя за маленьким кругом света от фонарика не видела ничего.

— Вы уверены, что здесь ни кого не будет? — Кроме маньяка душителя ни кого. — хохотнула Энн — Прекрати. — одернула подругу Сьюзен хотя сама улыбалась. Не нервируй Мелиссу больше положенного, она и так, вон, вся дрожит. — На само деле я совсем не верю в эту страшилку про маньяка. — отозвалась Мелисса преувеличено бодро, но внутри девушки все сжалось от нехорошего предчувствия, тревога выросла настолько, что на глазах выступили слезы и девушке пришлось несколько раз моргнуть, что бы подружки не заметили. — Да нет тут ни кого кроме нас. Ты останешься совсем одна до утра, пока мы не вернемся за тобой.

Перспектива остаться одной в ночном лесу прельщала Мелиссу не больше чем встреча с маньяком, но девушка твердо решила пройти через испытание, так что просто кивнула.

— Вытаскивай барахло из багажника Сьюзен, — скомандовала Энн. — Ты пока раздевайся. Снимай джинсы и блузку, мы тоже подготовимся.

Мелисса сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. И начала расстегивать оставшиеся пуговицы на блузке. Руки дрожали так, что пальцы ни как не попадали в петли и простая операция несколько затянулась. Дойдя до последней пуговицы в районе пупка, девушка посмотрела на подруг у открытого багажника. Каждая натягивала через голову просторный матерчатый балахон темно-синего цвета.

Она вздохнула и распахнула блузку, открыв кружевной черный бюстгальтер, который уже давно стал ей мал. Она искала в белье бюстгальтер с чашками, полностью прикрывающими грудь, и не смогла найти ничего кроме этого. Так что теперь казалось, что ее полные груди просто выдавливаются наружу как тесто из квашни. Тонкая позолоченная цепочка падала в глубокую ложбинку, Мелиса нервно дернула ее, вытаскивая пентакль из плена, плотно прижатых друг к другу сфер. Она бросила блузку на капот машины. Расстегнула пуговицу и молнию на джинсах, и опустила их вниз. Налетевший порыв ветра снова заставил ее поежиться. Одновременно прохлада приятно бодрила. В сочетании с сильнейшим волнением это оказывало на девушку очень своеобразный эффект.

Сейчас она даже обрадовалась, что на ней черные трусики иначе можно было оконфузиться перед девочками, уж Энн то непременно обратила бы внимание на влажное пятно в промежности. Однако это была единственное, что ей нравилось в теперешнем наряде. Почти прозрачные они настолько плотно облегали тело, что при каждом неосторожном движении ткань втягивалась между половых губ, сзади трусики представляли собой две кружевные дуги, резко сужающиеся от крестца, полностью исчезающие между ягодиц где-то в середине пухлой попки девушки, так что Мелисса поневоле чувствовала, что голая сзади.

Она заскакала на одной ноге пытаясь продеть штанину через обутую в кроссовок ногу и чуть не упала прижавшись к крылу автомобиля. Мелисса невольно взвизгнула, когда холодный металл обжег кожу бедра. Наконец ей удалось справиться с джинсами, и она уложила их поверх блузки. Девушка наклонилась, подтягивая черные с золотыми полосками чулки, поправляя ажурный темно красный пояс, одна подвязка отстегнулась и девушке пришлось извернуться, что бы прикрепить ее обратно.

Сьюзен подошла к ней держа в руке моток бечевки и несколько кусков Пено резины под мышкой.

— Ты готова Мелисса?

Девушка кивнула, потом сообразила что в темноте ее не видно: Думаю да.

— Нервничаешь?

Мелисса сглотнула и потерла ладоням плечи: Зябко!

Энн подхватила с капота ее одежду.

— Уберу ее в багажник. Она остановилась и обернулась к Сьюзен. Эй, Сью, посвети на нее.

Сьюзен повела узки лучом света по телу Мелиссы. Девушка сощурилась и прикрыла глаза ладонью.

— Ха. Мелисса у тебя красивое тело. Какого черта ты таскаешь в школе эти мешковатые наряды и прячешь такую роскошь!?

Мелисса покраснела и слабо улыбнулась. Она действительно была хороша собой. В дополнение к налитой груди и длинным ногам девушка могла похвастаться почти осиной талией и пышной, но невероятно плотной крепкой попкой, а так же изящным по-женски изогнутым бедрам. Она прекрасно знала, что очень привлекательна, но не могла заставить себя носить более откровенную одежду. В одежде Мелисса всегда ценила удобство, а все эти короткие юбки топики или туфли были такими тесными, так что в них она чувствовала себя не комфортно.

— Ты захватила обувь Энн? — спросила Сьюзен. — Нет, сейчас возьму, заодно скотч захвачу. — Энн опять метнулась к багажнику. — Обувь? — переспросила Мелисса.

Сьюзен слабо улыбнулась: Хмм... мы кое что не рассказали тебе, извини. Боялись, что ты перепугаешься и откажешься.

— Я этого не сделаю! — сейчас Мелисса убеждала, прежде всего, саму себя. — Я знаю, что ты настроена очень решительно. И все же мы опасались, а для церемонии очень важны детали. — Хорошо. — пожала плечами девушка.

Энн вернулась, неся пару черных остроносых туфель, которые подняла высоко в руке что бы видела Мелисса. Они очень круто загибались от носка к пятке с 10 сантиметровым каблуком.

— Я... я не смогу их носить. — сказала пораженная Мелисса. Я никогда не надевала туфли на таком высоком каблуке, я просто двигаться не смогу.

Энн улыбнулась: Это не так страшно как кажется. Гораздо проще, чем ездить на велосипеде или кататься на коньках. Она постучала длинным ногтем по основанию пятки.

Обе девочки присели у ног Мелиссы. Они помогли ей снять кроссовки. Мелисса вздрогнула, ощутив как сжимаются пальцы на ноге проползая в узкую колодку. Несмотря на то, что у туфель была достаточно широкая пятка, девушка едва не опрокинулась навзничь. Девушка охнула покачнувшись. Она бросил взгляд вниз, и с удивлением увидела, что ее ноги стали выглядеть еще длиннее.

Сьюзен посветила на Мелиссу и улыбнулась: Жалко, что ты не носишь туфли на каблуке Мелисса, у тебя просто шикарные ноги, я уже завидую.

Мелисса услышала характерный треск. Энн отрывала кусок липкой ленты: Это для того что бы ты нее могла сныть их. Она обмотала скотчем подъем ноги Мелиссы, пропустив его под туфлей сначала на правой, а потом на левой ноге.

Мелисса опять взволновано вздохнула, помогало это мало, она чувствовала себя совершенно беспомощной, пара шагов и она просто упадет.

Энн сунула моток скотча в карман на балахоне. Из багажника появилось четыре крупных металлических колышка и молоток: Ну, вот теперь все.

Девушки встали по боками Мелиссы придерживал ее, помогая удержать равновесие.

— Я... я готова.

Сьюзен усмехнулась: Хорошо если так. Обратной дороги не будет!

— Это точно. — подтвердила Энн. Даже если ты вдруг передумаешь. Ну, идем.

Девушки подвели Мелиссу к передней части машины. Она передвигалась с огромным трудом, щиколотки постоянно норовили подвернуться даже не смотря на то что она сейчас ступала по твердому гравию. Они шагали слишком быстро, и девушка постоянно спотыкалась, крепко хватаясь за руки подруг. Когда они свернули с дороги и начали двигаться по утрамбованной земле, стало неожиданно легче, хотя и тут постоянно попадались какие-то камни и ямы.

Мелиса начала привыкать, но у нее сразу заныл подъем обеих ног и начало тянуть икры. Едва заметная тропинка изгибалась самым затейливым образом, петляла и уходила в глубину густого леса. С дороги их уже не должно быть видно и, слава богу, меньше всего Мелиссе хотелось, что бы кто то случайно их увидел.

Наконец они оказались на маленькой почти идеально круглой поляне, окружённой стеной деревьев со всех сторон. Мелисса подняла голову и увидела пятно черного как смоль ночного неба с россыпью ярких маленьких точек. Обстановка была настолько умиротворяющей и красивой, что девушка по неволе расслабилась. Это продолжалось недолго, пока деревья не начали шуметь поднялся ветер, продирая полуголое тело Мелиссы морозным ознобом, тонкий пористый материал трусиков совсем не спасал от непрерывного потока воздуха задувавшего по половым губам и неожиданно напрягшемуся клитору, тоже беда случилась сосками, которые мгновенно отвердели и сморщились.

— Пришли. — бросила Сьюзен останавливаясь.

Она посмотрела на Мелиссу: сможешь стоять самостоятельно?

Мелисса попробовала шагнуть: думаю да!

— Ладно. Стой на месте, ни куда не ходи. — Это важно Мелисса — сказала Энн с серьезным видом. Если струсишь, мы не будем гоняться за тобой по лесу, так что тебе придётся возвращаться в город в нижнем белье. — Да никуда я не пойду. — застенчиво порозовела девушка. — Хорошая, послушная девочка. — в голосе Энн мелькнула злость.

Сьюзен и Энн пошли к центру поляны, где стоял грубый низкий стол для пикника. Девушки перетащили его ближе к краю поляны. Затем приступили к подготовке к ритуалу.

Сьюзен развернула кусок Пено резины, прижав его к земле камнями. Она очертила на земле грубый прямоугольник. Энн кивнула. Взяла колышек и молоток. Подола к одному из углов опустилась на колени и вбила колышек в землю. Эхо ударов отдавалось неожиданно громко по всей поляне и лесу.

Мелисса смотрела за приготовлениями, и ее сердце опять начало ускоряться. Сьюзен привязала к концу колышка веревку подергала, проверяя, крепко ли тот сидит в земле, и кивнула. Она отмерила длину и обрезала бечевку ножом. Подруги повторили ту же операцию на каждом углу странной геометрической фигуры. Глаза Мелиссы совсем привыкли к темноте. Теперь она видела площадку для ритуала целиком, а не только те части, которые подсвечивал фонарик.

— Все готово Мелисса, — сказала Сьюзен. Пойдем.

Мелисса невольно судорожно вздохнула, когда Сьюзен схватила ее за руку и потянула к центру поляны. Энн схватила ее за другую руку, так крепко словно боялась, что та сейчас сбежит. Они помогли ей лечь н резиновый коврик, и теперь россыпь ярких звезд была прямо у нее перед глазами.

— Заведи руки за голову — попросила Сьюзен. Разведи их в стороны... и ноги тоже.

Мелисса подчинилась, сложив себя в подобие большой «Х». Страх побежал по ее спине ледяным ручейком. Энн взяла кисть левой руки девушки обмотала вокруг запястья бечевку и затянула узел. Сьюзен делал то же самое с ее ногами в районе лодыжек заставив раздвинуть ноги широко. Так широко, что у Мелиссы заныли сухожилия в паху. Где то за деревьями заухал филин и девушка непроизвольно дернулась, едва не вырвав левую ногу из руки Сьюзен.

— Не шевелись. — зло прошипела Энн. — Прости. Филин напугал меня. — Трусливый котенок — пробормотала Энн, затягивая узел.

Сьюзен проверила узлы и обе девушки встали с правой стороны. Сьюзен осветила фонариком тело девушки с ног до головы. Мелисса была полностью обездвижена. Руки и ноги растянуты почти на полный шпагат. Подруги удовлетворенно улыбнулись

— Попробуй пошевелиться. — предложила Энн. — Н-нет, я не могу.

Она почувствовала, как на глаза опять наворачиваются слезы и часто заморгала, потом фыркнула и кашлянула, пытаясь скрыть, что у нее перехватило горло. Она отчаянно пыталась убедить себя в том, что все в порядке хотя на самом деле ни когда не чувствовала себя настолько уязвимой и беспомощной.

Мелисса ощутила, как что-то заскользило по верхней части левой груди и слегка натянулось на шее. Подвеска сползла в сторону и скользнула под мышку. Энн заметила блеснувший кулон и присела на корточки. Она потянулась и сжала пентакль в пальцах

— Я не помню, что мы разрешали тебе одевать, что то на шею. Ни каких украшений! — Но я всегда ношу его тех пор как вы дали. — повысила голос Мелисса и в ее голосе появились умоляющие нотки. — Мелисса я же предупреждала, что на церемонию нельзя надевать ни каких украшений. — укоризненно качнул головой Сьюзен.

Энн начала перемещать между пальцев цепочку пока не добралась до застежки: Нашла. Сейчас сниму.

— Не надо, пожалуйста! — вскрикнула Мелисса. Не снимай. Оставь его!

Мысль о потере кулона неожиданно напугала ее гораздо сильнее, чем собственное скованное положение. Она не знала прочему. Наверное, она действительно подсознательно верила, что амулет ее защищает и поможет предотвратить что-то не хорошее. А может, ей было необходимо хотя бы, какое то осязаемое эмоциональное утешение.

Какова бы ни была причина, девушка была точно уверена что расставаться с амулетом нельзя ни в коем случае, его отсутствие вызовет эмоциональный, а может и психический срыв задолго до того как закончится ритуал.

— Престань ребячиться Мелисса. — огрызнулась Энн и начала расстегивать застежку. — Стой. Подожди. Оставь его Энн. — сказала Сьюзен.

Энн удивленно подняла голову: Зачем?

— На самом деле это не так важно. Просто сдвинь его в сторону, что бы он не мешал.

Энн посмотрела на Мелиссу, на губах которой помимо воли возникла заискивающая улыбка.

— Хорошо.

Она переместила кулон так, что бы он упал на землю рядом с шеей девушки.

Мелисса хрипло выдохнула, несколько предательских слезинок сбежало по левой щеке. Ее губы шевельнулись: Спасибо.

Энн выпрямилась, хмурясь, ее явно не устраивало решение Сьюзен: Зачем ты разрешила?

Сьюзен поморщилась и вскинула руку: Позже! Мы начинаем!

Она остановилась между раздвинутых ног девушки, осторожно положила фонарик на землю, так что бы пучок света падал на промежность. От позы, от того что Мелисса ерзала, непроизвольно двигая попкой, ее трусики сильно втянулись между половых губ, образовав четкий провал, окруженный двумя холмиками. Кое-где, из под кружевной окантовки, проглядывали волосы, ветер шевелил их. Мелисса смутилась и закусила губу осознав, что лежит почти голая, а воздух, словно специально, волнами обдувает ее промежность, отчего она поневоле возбуждалась.

Сьюзен вытянул вперёд обе руки и подняла лицо к небу. Энн опустилась на колени в районе талии Мелиссы и достала из кармана балахона длинное перо.

— Мы здесь, что бы привести нового члена в наш круг, — внятно произнесла Сьюзен. Мы представляем его богине, надеясь, что она сочтет аколита достойным.

Мелиса поневоле часто задышала. Слова, которые произносила подруга с абсолютной серьезностью, поневоле заставили девушку заволноваться, прочувствовав серьезность момента. До этого в ее сознании постоянно свербела мысль, что девочки просто решили подшутить над ней в очередной раз.

— Мы приготовили нашу новую сестру Мелиссу. Она лежит перед тобой беспомощная, что бы ты приняла ее такой, какая она есть. Она лежит голая перед тобой, что бы ты могла коснуться ее своей силой.

В тот же момент перо в руке Энн пришло в движение. Она провела им вдоль левой ноги Мелиссы от щиколотки к колену и дальше по внутренней поверхности бедра. Мелисса мгновенно захлебнулась воздухом, ее тело непроизвольно дрогнуло от едва ощутимого и одновременно необычайно чувственного прикосновения пера. Она снова закусила губу, что бы подавить невольный стон, едва перо коснулось холмика вульвы и двинулось в обратный путь по второй ноге. Мелисса ощутила, как в паху началось слабое покалывание, едва перо защекотало половые губы через невесомый материал трусиков.

— Твое прикосновение будет таким же легким и нежным как это символическое перо. — продолжала Сьюзен. Оно символизирует мудрость, с которой послушница должна использовать дарованную тобой силу.

Энн потянула перо вверх по животу Мелиссы, обвела им обе груди. Даже через ткань бюстгальтера ощущалось щекочущее прикосновения и на этот раз она не смогла удержать мягкий стон, на выдохе невольно разворачивая плечи. Рука Энн замерла на мгновение, девушка улыбнулась собственным мыслям и продолжала водить им по телу. Коснулась обеих рук, лица и снова вернулась к ногам, где начала целенаправленно водить по лобку и промежности.

Мелисса заводилась все сильнее, смесь страха, волнения, легких щекочущих прикосновений и даже стыда соединялись в невероятно возбуждающий коктейль. Она ощущала, как влажно под трусиками стоило ветерку подуть на ее промежность. В районе поясницы, в ладонях началось покалывание, кожа стала странным образом разогреваться изнутри и через несколько секунд, ей стало жарко.

Господи, может так и должно быть, стыд какой! — подумала она, набираясь храбрости, что бы спросить вслух.

— Посмотри какое роскошное у нее тело, ты должна видеть такой какой она явилась в наш мир, она будет голой. — монотонно произнесла Сьюзен.

Глаза Мелиссы расширились, когда она услышала слово «голой», она подумала что это символическая фраза. Однако Энн убрала перо и достала складной нож. Девушка вытаращила глаза, приподнимая от земли голову, с ужасом глядя, как поблескивающее лезвие скользнуло между ее грудей. Энн просунула лезвие под бюстгальтер и потянула его вверх. Спустя секунду ткань разошлась и лопнула, бюстгальтер распался на две части и похожие на два купола груди Мелиссы упруго качнулись больше не стесненные ни чем. Соски были напряжены, кожа на ареолах натянулась и даже слегка вздулась. Холодный воздух словно издеваясь, окатил груди волной, заставив тело предательски задрожать от желания такого же сильного, как и мгновенный укол холода.

Они не предупреждали меня об этом! — мелькнула у Мелиссы паническая мысль.

Энн вытащила разрезанный бюстгальтер из-под ерзающей девушки и бесцеремонно отшвырнула его в сторону. Холодное лезвие двинулось вниз, обвело ямочку пупка. Энн оттянула трусики вверх и перерезала резинку сначала справа, а потом слева. Мелисса задрожала совершенно явно, по ее щекам потекли настоящие ручейки слез. Промежность девушки обнажилась, сверкнув в луче фонаря, точно была облита маслом.

Вытаскивая трусики из-под подвязок, Энн заметила состояние девушки и на ее лице, на миг мелькнула хитрая и довольная улыбка.

— Теперь мы оставим ее. — произнесла Сьюзен опуская руки. Мы вверяем ее тело тебе богиня. — О, ты забыла о последней части церемонии, Сью. — прошептала Энн, улыбаясь.

Сьюзен на мгновение растерялась, а потом заметила, что подруга тыкает пальцем в промежность Мелиссы, желая привлечь ее внимание. Она смущенно улыбнулась.

— Хмм... да... Будь так добра... сделай это сама Энн! — С удовольствием!

Энн подобрала с травы трусики и протерла ими половые губы девушки. Мелисса ахнула, широко открыв рот, мышцы всего ее тела напряглись веревки на руках и ногах натянулись. Она почти простонала, испугавшись собственного хриплого голоса.

— Ч-что ты делаешь!? — Ты обязана молчать до конца церемонии Мелисса. — резко оборвала Энн. Если хочешь что бы она закончилась успешно. — О-о-о! — снова простонала девушка, беспорядочно елозя попкой по подложке.

Нервные окончания в промежности стали настолько чувствительными, что простое движение шероховатого материала стимулировало всплеск наслаждения, а с ним новую волну густого блестящего на свету сока. Она почувствовала, что волна восторга разрастается в паху быстро захлестывая ее целиком, но как только она стала конвульсивно подергивать животом, ощущая приближение оргазма Энн убрала руку с трусиками, оставив Мелиссу переполненной жаждой, расстроенной и крайне смущённой. Но все это не шло ни в какое сравнение с тем, что Энн сделала дальше.

В поле ее зрения возникло раскрасневшееся странно выглядевшее лицо Энн. В руке девушка комкала черный кружевной кусок материи, который совсем недавно был деталью нижнего белья. Она сдавила пальцами другой руки щеки Мелиссы, принудив ее открыть рот

— Открой рот шире!

И ловко затолкала комок внутрь, вдавливая его двумя пальцами. Глаза Мелиссы широко распахнулись, и она пронзительно замычала, пытаясь вытолкнуть влажную тряпку языком. Энн затолкала трусики целиком и достала из балахона скотч. Она быстро оторвала короткую ленту и заклеила Мелиссе рот.

Мелисса заплакала. Все пошло совсем не так, как она ожидала.

— Все нормально Мелисса. — поспешно наклонилась к ней Сьюзен. Все в порядке. Это часть Церемонии! Мы... — она оглянулась на Энн, на лице которой сияла самодовольная улыбка. У нас просто были некоторые разногласия, включать ли последний этап в твое посвящение.

Глаза Мелиссы умоляюще смотрели на Сьюзен.

— Твое... гммм... возбуждение связано с приливом магической силы. Сначала это выглядит странно. Но не бойся все идет, так как надо. Все наши действия глубоко символичны.

Слезы Мелиссы перестали течь, объяснение подруги звучало вполне убедительно и правдоподобно.

Энн кивнула с серьезным видом, но ее глаза просто лучились весельем.

— Все хорошо. Это просто... современная вариация оригинальной церемонии.

Мелиссе очень хотелось верить в это. Терпкий привкус слизи, резкий пьянящий аромат собственно плоти наполняющий ноздри мешал сосредоточиться. Одна часть ее сознания кричала от отвращения, другая испытывала необычайный эротический восторг от всего происходящего, и все это вместе настолько возбуждало, что в паху начало ныть, а девушка совершенно потерла голову.

— Нам пора удалиться. — произнесла Энн вставая.

Сьюзен кивнула и подняла с травы фонарик.

— Сейчас мы оставим тебя Мелисса. Вернемся вскоре после рассвета, и ты станешь полноправным членом нашего круга.

Мелисса глубоко вздохнула, снова утонув в одуряюще приятном запахе, и взволновано посмотрела на подруг. Ее чрезвычайно беспокоило то, что они оставляют ее посреди леса одну. Тем не менее, она заставила себя не заплакать и закивала головой.

Сьюзен и Энн еще раз ободряюще улыбнулись. Они собрали вещи, молоток, остатки веревки, подобрали разрезанный бюстгальтер и ушли тихо переговариваясь. Мелисса слышала шорох их шагов еще, какое то время, но потом они стихли. Раздался звук автомобильного двигателя, через минуту он затих в дали, и Мелисса теперь слышала только шум ветра в листве над головой и собственное затрудненное дыхание.

Она осталась совершенно одна беспомощная голая в лесу под открытым небом.

Девушка не выдержала и снова заплакала.

Глава 2

Подруги молчали, пока машина не выбралась с грунтовой дороги обратно на шоссе. Они переглянулись и начали гомерически хохотать.

— О боже! — всхлипнула Энн. Я еда не сорвалась несколько раз. — Это была твоя идея, так что ты бы испортила веселье, прежде всего себе. — О, Сью ты была бесподобна! Даже я верю тебе, когда ты простираешь руки и начинаешь вещать. Это было неподражаемо. Я все ждала, как над твоей головой засияет нимб. — Это все воспитание, знаешь ли. — отозвалась Сьюзен посерьёзнев. Меня воспитывали в маленькой общине ортодоксов, а там подобные церемонии были в порядке вещей. — Да, но ты же сама не веришь в эту чушь?

Сьюзен пожала плечами и улыбнулась: Это не важно. Зато срабатывает всегда безотказно.

— Хорошо, хорошо, — Энн утерла выступившие слезы. Но ты должна признать, что Мелисса самая легковерная дурочка попавшаяся нам за долгие годы, что мы практикуем эти розыгрыши. — Господи она же всерьез поверила! — На нее произвел впечатление твой трюк с Джимом. Ты так ее убедила, что она постоянно таскает на себе этот дурацки амулет. Я рада, что его подружка оказалась такой понятливой. Она даже натурально разыграла гнев перед Мелиссой, словно ее приятель действительно занимался с тобой сексом.

Сьюзен подарила подруге самодовольную улыбку и хмыкнула.

Глаза Энн расширились: Ты это действительно сделала!?

— Скажем так Мелисса не единственная доверчивая дурочка в нашей школе. И поверь мне, что бы затащить Джима в постель мне не нужны были ни какие заклинания. — А если Линда узнает? — Нет, не думаю. Она слишком глупа и влюблена в этого идиота. — Держу пари, теперь Мелисса будет верить во все, что мы ей наплетем. — Да. Но ты чуть все не испортила. Зачем тебе понадобился этот трюк с трусиками? — Ну, извини, я не сдержалась. Ты могла поверить, что эта глупенькая шлюшка так возбудится? Я-то просто щекотала ее пером, а она завелась на самом деле, я даже не ожидала, что от этого можно прийти в такое возбуждение. Кстати, спасибо, что прикрыла меня. — Тебе повезло, что я быстро соображаю. — Что будем делать дальше? — Вернемся за ней утром конечно. Главное не проспать. Если ее обнаружат до нас мы окажемся в полном дерьме. — Это я поняла. А как насчет приёма в круг и все такое? — Примем ее. Затем найдем, какую ни будь причину и выгоним. Можно сказать, что она не понравилась богине и дело с концом.

Энн расхохоталась, но через мгновение посерьезнела.

— А скажи Сью, зачем ты оставила ей кулон? Думаю, я запихала ей в рот трусики именно потому, что разозлилась на тебя за это. — Я не знаю... — подумав, отозвалась Сьюзен. Не знаю, может быть... Может, хотела что бы она не так боялась,... может мне ее стало жалко. — Почему? Разве она нам интересна? Глупая доверчивая идиотка. С ней просто скучно Сью. — Не знаю. В какой то момент я подумала, что забирать кулон это слишком, ведь она думает, что он действительно ее защищает. — Ты же не думаешь, что ей угрожает опасность? — нахмурилась Энн. — Да нет, конечно. Кого понесет в лес в такое время? Если конечно ты всерьез не воспринимаешь страшилки про душителя. — Я тебе серьезно говорю, это реальная история. Сейчас он пропал, но еще десять лет о нем судачила вся округа это не сказка. — А мне кажется, он так же реален, как кровавая рука или летающий гроб.

Энн вдруг надулась: А почему ты решила, что эти истории сказка?

Сьюзен беззвучно выругалась и закатила глаза, ее подруга свято верила в подобную ерунду. Она побыстрее сменила скользкую тему.

***

Мелисса перестала плакать. Она поняла, что это никоим образом не изменит ситуацию, и погрузилась в депрессию. Медленно, но неотвратимо до нее начало доходить, какая она дура. Не было ни какого посвящения. Над ее простодушием и доверчивостью просто жестоко подшутили. Она собственными руками дала повод для унижения. Девушка периодически вертела головой вглядываясь в темноту удивляясь, что ни кто не торопится выбраться на поляну и воспользоваться ее беспомощным положением сексуально или что еще хуже начать фотографировать ее, что бы потом распространить снимки по школе и показать их родителям.

Мелисса считала публичное унижение вещью намного более страшной, чем изнасилование. Потому, наверное, что все ее отчаяние и слезы, не отменяли яростного сосущего пламени желания, по прежнему мучавшего плоть. Волнение перед процедурой и прикосновения этого проклятого пера привело ее в просто неистовое состояние. Мелисса понятия не имела, что тело и сознание так сильно отреагируют на все это.

Сейчас она была готова обменять свободу на собственную добродетель, если об этом ни кто не узнает. Ночной воздух стал прохладней, и она поневоле непрестанно дрожала. Если бы не забитый трусиками рот ее зубы уже давно бы выбивали частую дробь. Даже в сумраке она видела различимый пар, поднимавшийся кверху при каждом выдохе из носа. Мелисса силилась понять, почем у она все еще возбуждена, почему ее влагалище такое горячее, почему так сладко и мучительно колет в сосках при каждом порыве ветра. Сначала ее предали, использовали так называемые друзья, а теперь и с телом творилось черти что.

Девушка вытянула и изогнула шею пытаясь рассмотреть колышки, удерживающие руки, но растрепавшиеся волосы мешали увидеть что то. Она сжала пальцы левой руки в кулак и попробовала дотянуться до узла. Напрягла мышцы, дергаясь из стороны в сторону, несколько минут она бессильно билась в путах точно муха в паутине, но веревки не провисли ни на сантиметр. Она вздохнул, и попыталась проделать ту же операцию с ногами и снова безрезультатно.

Мелиссу раздражало, что она не чувствует кулон. Если бы она чувствовала металлическую звездочку на груди, ей бы было гораздо легче, иногда она пошевеливала плечами и приподнимала голову что бы ощутить натяжение цепочки и убедиться что она ни куда не делась.

Теперь она поняла, что лес вокруг наполнен тысячей самых разных звуков. Деревья шелестели от малейшего касания ветра. Жужжали, какие то насекомые, что то щелкало и шуршало в траве. Изредка она слышала как что-то начинает протискиваться через густой подлесок. Когда это случилось в первый раз, сердце е Мелиссы едва не выпрыгнуло из груди, она была твердо уверена, что ЭТО сейчас выберется на поляну.

Прошло, какое то время, и она уже не воспринимала эти шумы так остро. Поэтому она не сразу обратила внимание на потрескивание веток где-то за головой. Ритмичный периодический повторяемый хруст и шорох песка, словно на него надавливало нечто тяжелое.

Она заподозрила не ладное, когда эти звук и неожиданно прекратились. По спине пробежала морозная дрожь и девушка напряженно прислушалась, показалось, что все звуки кроме шума ветра внезапно стихли, а потом исчез и ветер, наступила мертвая тишина, в которой она слышала стук собственного сердца и гулкие толчки крови. Она с нарастающим паническим ужасом поняла, что рядом кто-то есть. Мелисса дернулась и замычала, нестерпимо желая заорать, позвать на помощь или просто спросить есть ли кто то рядом. Она была абсолютно уверена, что некто смотрит на нее, внимательно изучая каждую деталь ее нагого тела.

Через минуту она услышала теперь совершенно явственные шаги. Кто бы это ни был он сейчас вышел на открытую площадку поляны. Шаг... еще один... все ближе и ближе.

Мелисса потеряла способность мыслить рационально. Она забилась в путах, не обращая внимания на боль в щиколотках и запястьях. Одна мысль, что ей нужно немедленно бежать, прежде чем некто нанесет ей вред, пульсировала и билась в мозгу. Она прекратила извиваться только когда шаги стали настолько громкими, что она уже должна была видеть потенциального нападавшего. Прерывисто дыша, Мелисса заставила себя раскрыть глаза в смеси одуряющего страха и такого же сильного любопытства.

В нескольких метрах от себя она увидела неясную темную фигуру. ОТЧЕТЛИВО РАЗЛИЧАЛСЯ ОБОРВАНЫЙ СЕРЫЙ ПЛАЩ И НАБРОШЕНЫЙ НА ГОЛОВУ КАПЮШОН. Под капюшоном клубился густой сумрак, как бы она не старалась, она не могла рассмотреть лица. У Мелиссы возникло идиотское ощущение, что под плащом вообще ничего нет только сгусток уплотнившейся тьмы.

Фигура наклонилась вперед, выбросила усик черноты в форме напоминающей человеческую руку, растопырились пальцы, нависая над девушкой. Девушка с первобытным ужасом вжалась в землю под ней пытаясь, отстраниться.

Рука исчезла. Снова послышался шорох и поскрипывание песка под тяжелым телом, характерные звуки, фигура опустилась на колени. Мелиссе почудилось, что она слышит низкий гортанный стон и кровь заледенела в ее жилах. Капюшон повернулся направо, разглядывая ее ноги и медленно вернулся. Он изучал все ее тело. Ей почудилось, что она ощущает призрачный взгляд, словно кусочек льда касался кожи.

Снова появилась рука, она потянулась к ее лицу. Мелисса окунулась в нестерпимый ужас и заорала через кляп. Но вместо того что бы вырвать из нее жизнь как она ожидала пальцы ухватились за край скотча и медленно потянули его в сторону освобождая губы.

Мелиса перестала орать и осмелилась снова открыть глаза. Рука по-прежнему представляла собой уплотнившуюся тьму, ни каких деталей. И все же когда подушечки пальцев касались кожи у губ, они казались мягкими и гладкими как атлас — живыми, совсем не неприятными. Скотч отклеился целиком и упал на землю рядом с головой. Пальцы зависли над раскрытым ртом, словно ожидая чего то.

Мелиссе потребовалось время, что бы понять чего они ждут, она почти ничего не соображала от пульсирующего страха. Потом девушка расслабила губы и открыла рот шире. Пальцы уцепились за край промокших трусиков и выдернули их наружу, отбросив в сторону.

— Спасибо. — невнятно произнесла Мелисса, едва ворочая челюстью, мышцы лица затекли от холода и растяжения. К-кто вы?

В ответ молчание. Только еще один более протяжный гортанный стон или вздох.

— П-пожалуйста, мне очень страшно, вы пугаете меня — умоляюще пролепетала Мелисса непослушными губами.

Рука фигуры по-прежнему покачивалась над ее лицом. Пальцы сжались, растопырились, опустились к ее шее.

— Н-нет, пожалуйста... — умоляюще произнесла девушка, снова вжимаясь в землю. Н-не надо... не делайте мне больно...

Ей, почему то было важно, что бы не было боли, даже если он сейчас убьет ее, пусть это случится быстро. Но едва пальцы обхватили округлость груди, Мелисса почувствовала нечто совершенно невозможное. Рука оказалась шелковисто-гладкой. Она скользнула по упругой плоти, надавливая, словно смазанная маслом, пальцы сжались, продавливая выпуклость и, неожиданно обхватили твердое пятнышко соска, заставив Мелиссу дернуться, по ее позвоночнику прокатилась непонятная волна, которая совсем не была связана с холодом. Пальцы начали мять груди, повсюду, будто изучая, затем снова вернулись к соску и начали его гладить щекотать пока он не начал набухать и заостряться принимая форму конуса с закруглённым дном, ареола вспучилась над полушарием груди еще одним маленьким холмиком. Палец дотронулся до кончика соска, самого чувствительного места и покачал его из стороны в сторону.

Мелисса застонала, прикосновения возбуждали ее невероятно, чувство было почти таким же сильным, как липкий парализующий ужас, возникший при появлении фигуры. Горячая волна прокатилась по всему телу, неожиданно выгнув спину, секунда и девушка почувствовала, что готова умолять не о пощаде, а о сексуальном освобождении. Ей хотелось этого больше всего на свете, до такой степени, что во влагалище возникла мучительная боль, безумная, тягучая, пульсирующая. Даже если она не была возбуждена до появления незнакомца, теперь он, несколькими касаниями привел ее в это дикое состояние.

Ладонь легла на вторую грудь и начала ласкать ее так же как первую. Из-под полы плаща появилась вторая рука, и обе вздымающиеся чаши исчезли под пятнами шевелящейся густой тьмы.

— Боже мой... — всхлипнула Мелисса. П-пожалуйста... Пожалуйста не останавливайтесь. — эти слова слетели с ее губ помимо воли.

Фигура резко, по звериному повернула голову к ее лицу, и она различила две горящие красным точки под капюшоном. Девушка ахнула и прикусила губу, что бы подавить крик, удовольствие на мгновение пропало, сменившись новым приступом сумасшедшего страха.

А потом Мелисса услышала, что то похожее на прерывистый невнятный шепот. написано для sеxytаl.cоm Он очень напоминал шелест ветра.

— Ты хочешь, что бы я продолжал? — различила она. Хочешь, что бы я доставил тебе удовольствие?

Мелисса судорожно сглотнула колеблясь. Она впала в некий ступор не в силах произнести ни звука. Руки тут же отдернулись от грудей, и девушка снова испытала мучительно обжигающее плоть возбуждение. Она судорожно кивнула.

— Ты... готова? — Я... да-а, я... мне это нужно.

Фигура замерла на мгновение. Она не видела его лица, но кажется, поняла что незнакомец колеблется и растерян. Очевидно ситуация, в которую он попал, была нестандартна.

— Ты будешь моей? — прошелестело на грани слышимости.

Мелисса не знала, как ответить на этот вопрос. Она понятия не имела кто или что эта фигура. К тому же боялась, что все это может оказаться очередной частью розыгрыша Сьюзен и Энн, хотя это не объясняло жуткий взгляд и нечеловеческий голос.

— Я не уверена. — жалобно ответила Мелисса, решив быть честной. Я не знаю, как ответить.

Новый странный полу стон полу вздох и шепот: Я порадую тебя! А после решу...

Мелисса задалась вопросом, что именно он собрался решать, но прежде чем успела осмыслить это, атласная ладонь скользнула по ее животу. Она двигалась тягуче, как очень густое тесто буквально перетекала по коже со скоростью ползущего ледника. Когда она достигла лобка, она начала ерошить волоски пальцами посылая в тело девушки волну за волной, вспышки будоражащего удовольствия. Из приоткрывшегося влагалища Мелиссы похожего сейчас на неровный разлом посередине холма начала просачиваться свежая густая влага.

Пальцы замерли на мгновение, и Мелисса тут же потянулась вверх пахом.

— Пожалуйста прикоснись ко мне... Прикоснись к моей к-киске! — в полном отчаянии вскрикнула девушка.

Ей впервые удалось заставить себя произнести это неприличное слово вслух. Раньше она стеснялась так говорить даже наедине с собой. Это был просто душевный порыв передавший всю глубину ее желания, а так же осознание того, что скромность это не та вещь которую она надеется сохранить.

Пальцы потянулись к половым губам, раскрыли расщелину, дотронулись до опухшего клитора и начали поглаживать его осторожными быстрыми касаниями. Мелисса протяжно застонала, снова выгибаясь в путах и задохнулась, ощутив, как в ответ на это пальцы задвигались быстрее, теребя клитор почти грубо. Два пальца легко вошли во влагалище, раздвинули бархатистое кольцо входа, пошевелились, утопая в нем, ощупали подрагивающие стенки, к ним резко добавился третий, расширяя проход невероятно. Ее широко раздвинутые ноги облегчали доступ и все же теперь они вползали с трудом, словно протискивались через плотную резину. Зачавкало... Пальцы вдруг начали грубо вонзаться в плоть до упора, не шевелясь просто быстро двигаясь взад и вперед, они просто и без затей трахали ее в каком то иступленном безумии. Мелисса почувствовала, что взлетает.

— О боже, да... Пожалуйста не останавливайся... не... о-о-о... о-о-о-о-о... ааааааааххаха!

Девушка пронзительно закричала, проваливаясь в оргазм. Стенки влагалища и половые губы пришли в движение, сдавили скользкие пальцы, начали пульсировать, она ощутила в себе горячее твердое тело, точно пальцы представляли собой монолитный невероятно горячий стержень. При этом незнакомец яростно тер ее клитор, усиливая оргазмическое наслаждение, пока удовольствие не стало просто нестерпимым. Это был самый мощный и яркий оргазм в ее жизни. Мускулы вульвы свела судорога, перед закрывшимися глазами пошли цветные круги. Она уже готова была закричать, умоляя прекратить эту пытку сладостью, но незнакомец, словно сам почувствовал ее состояние. Толчки замедлились, а потом пальцы покинули разморенное влагалище совсем.

Голова Мелиссы бессильно откинулась на коврик.

— Спасибо... — слабым голосом выдохнула она.

В ответном стоне фигуры прозвучала тоскливая настойчивость.

— Теперь я... — скорее угадала, чем услышала она.

Мелисса не видела, что происходит, пока растопыренные пальцы не возникли в поле ее зрения. Прежде чем она успела спросить, пальцы обхватили ее шею. Она мгновенно испугалась снова, сознание наполнилось кошмарными видениями белого горла перерезаемого большим ножом. Пальцы сдавили гортань на секунду и так же быстро разжались.

Мелисса не могла видеть, но ее шею заволокло чернотой, словно кто то опоясал ее широким кольцом клубящейся тьмы, а потом она ощутила, как фигура наваливается на нее сверху.

Она почувствовала тяжесть его тела, поразительное ощущение, точно шелковый лист заскользил по ее коже, горячо и чувственно. Несмотря на то, что Мелисса только что кончила, ее влагалище по-прежнему обильно увлажнялось, и новый всплеск желания зажегся в нем практически мгновенно. Она будто со стороны услышала собственный гортанный стон, в висках застучало, сознание затопило неудержимой жаждой. Тело на ней зашевелилось и Мелисса почувствовала упругое касание чего-то горячего к половым губам и одновременно щекотание обеих сосков.

Мелисса широко раскрыла затуманенные глаза.

— Боже мой... — надсадно выдохнула она, страх перемешался с просто диким желанием и на одно мгновение ужас победил. Н-нет! Пожалуйста, нет! Пожалуйста, не...

Она оборвала фразу, широко раскрыла рот и удивленно приподняла голову пытаясь разглядеть, что происходит между ног. Резкая вспышка удовольствия пронзила ее одновременно с ввалившейся во влагалище головкой члена незнакомца. Пенис легко погрузился, внутрь продвигаясь все дальше вызывая в душе настоящий экстаз эмоций. Мелисса заахала часто почти непрерывно едва успевая вздохнуть между сладостными стонами. Она ощутила, как весь канал влагалища заполнился твёрдым толстым стержнем, он был просто невероятной длины, гораздо крупнее, чем фалоимитатор который она использовала, мастурбируя в душе или в постели. Она даже представить не могла, что в природе существуют такие длинные половые органы. Это только утвердило Мелиссу в том, что фигура в плаще не имеет к земному ни какого отношения. Стало страшно и ее объял совершенно немыслимый при этом восторг в груди, от которого желудок провалился вниз, словно она падала с большой высоты.

— Значит ты не моя!? — услышала девушка шепот, одновременно глумливый и вопрошающий.

Мелиса была слишком смущена, что бы отвечать. Она почувствовала, что незнакомец изменил угол погружения, стараясь, что бы скользящий ствол пениса одновременно раздражал головку клитора. Девушка резко вдохнула и задержала дыхание, а потом протяжно жалобно застонала на выдохе, когда огромный стержень вновь устремился в глубину ее чрева.

Желание побеждало, ужас не растаял, но невероятным образом обострил удовольствие. Фаллос входил и выходил неторопливыми, но тяжелыми и сильными толчками. В своих самых смелых мечтах и фантазиях Мелисса и предположить не могла, что ее первый раз с мужчиной будет вот таким! Должно было быть больно, неловко, стыдливо и суетно, но не так одуряюще сладко.

Она так погрузилась в собственные эмоции, что не заметила нарастающее давление на горле.

Незнакомец увеличил темп толчков, при этом он умудрялся почти целиком выводить член наружу, а потом снова вгонял его до упора, для того что бы усилить удовольствие партнерши. Мелисса громко прерывисто стонала, непроизвольно приподнимая таз навстречу, в эту минуту она просто обожала незнакомца, не заботясь о том, кто или что он такое.

А потом она поняла, что ей все сложнее дышать, ощутила, как сжимается нечто вроде удавки на шее и выпучила глаза в калейдоскопе двух противоположных эмоций: Ужас — Наслаждение! Ужас — наслаждение! Она попыталась вдохнуть, но только захрипела. Ее охватила паника. Девушка попробовала кричать, но добилась только сипа и выплеснувшейся из перекошенного рта слюны, которой просто не куда было деваться.

— Не-е-т! — услышала она заунывный вой фигуры. Н-е-ет! Тебе это нравится! Ты моя!

От недостатка кислорода начала кружится голова, и девушка вдруг четко связала рассказ своих «подруг» о маньяке-душителе с этим непонятным существом. Ей стало очевидно, что она просо его очередная жертва. И при этом, холодея от ужаса, почти потеряв сознание, с вываливающимся изо рта языком, она ощутила, как гигантскими прыжками приближается к кульминации от непрерывных мощных ударов во влагалище. Сладость в момент удушения была почти невыносимой, и мучительной.

— Нет! Не умрешь! Ты моя!

Клещи, вдавливающие гортань в пищевод разжались, Мелисса захлебнулось притоком кислорода, от которого едва не лопнули легкие, и одновременно взорвалась в самом оглушительном и сладком в своей жизни оргазме. Удовольствие было столь интенсивным, что она внятно осознавала его только несколько секунд, а потом просто провалилась в экстаз перестав контролировать эмоции, разум и чувства. Судорожные волны покатились по всему влагалищу, по шейке матки, по животу, оттуда прострелили во все стороны, заставляя дико дергаться выворачивая суставы рук и ног, до боли выгибая позвоночник. Каждая клетка тела Мелиссы завопила от удовольствия.

В центре этой гормональной бури незнакомец вбил член во влагалище девушки на всю длину, втиснув толстую головку прямо ей в матку, и Мелисса с восторгом почувствовала, как ее живот затопляет горячая сперма. На нее мгновенно обрушились новые конвульсии и еще один оргазм наложившийся на первый. Возникла сумасшедшая мысль, что это ни когда не кончится. Мелисса просто утонула в удовольствии, перестав, на какое то время воспринимать реальность, выпав из времени. Она вопила от удовольствия и отчаяния, билась в путах, безумно вращая глазами, высунув язык словно собака или умалишенная. Девушка поняла, что сейчас просто умрет от удовольствия. Это включило в организме некий ограничитель, приливы блаженства начали опадать, пока не исчезли совсем. Мелиса задыхалась и хрипло стонала, пытаясь отдышаться. Из глаз хлынули слезы когда она ощутила истомное удовлетворение во всем теле. Она была выжата словно лимон и одновременно таяла в невероятной неге.

Незнакомец сполз с ее скользкого от пота тела. Он потянулся руками к ее шее и воротник тьмы помутнел, пошел черными лохмотьями и пропал не оставив следов на коже. Потом незнакомец замер. Глаза вспыхнули в темноте двумя ярко-красными фонарями, донесся почти звериный вой. Рука закопалась по траве в районе шеи девушки и поднялась, удерживая в ладони пентакль.

— Да. — прохрипело существо. Теперь я вижу. Я понимаю!

Мелисса судорожно сглотнула, посмотрев на фигуру. Что то подсказывало ей, что сейчас лучше всего молчать.

— Ты хочешь силы! Алчешь ее!

Напоминающий шум ветра голос имел в виду совершенно определённый смысл слова — сила, это Мелисса поняла сразу. Неужели Сьюзен и Энн не обманывали ее? Неужели эта таинственная личность и есть ее инициация, финал обряда, который сделает ее частью круга? Возможно, то что он почти удушил ее было неким символическим ритуальным жестом?

— Ты хочешь этого? — просипел незнакомец настойчиво. — Да! — Мелисса заплакала. Да, это то чего я хочу. То есть... то к чему готовилась, чего ждала здесь.

Фигура замерла в некоей задумчивости, а затем амулет выскользнул из его пальцев.

— Если ты хочешь обрести силу ты должна отдать мне взамен свою добродетель и скромность. Я уже забрал добродетель. Ты готова отдать мне скромность с той же охотой?

Мелисса облизала пересохшие губы. Ей было страшно, до жути страшно, но она прекрасно понимала, что отказаться сейчас просто не может. Призрачный выбор был абсолютно эфемерным, если она откажется то утром Энн и Сьюзен найдут на поляне ее остывший труп. Она слишком далеко зашла.

— Да! Да! Я отдам тебе свою скромность!

Фигура гулко заухала, в звуках слышалась смесь удовольствия и удовлетворения.

— Ты первая — заявило существо и Мелисса почувствовала в его голосе трепет и радость. Первая кто захотел зайти так далеко. Прошло очень много времени с момента, когда мне принадлежал кто-то.

Теперь Мелисса подумала, что это совсем не то о чем рассказывали подруги. Это была не та кукольная инициация, которую обещали ей. Этот маньяк-душитель, теперь девушка была абсолютно уверена что это он, не был человеком, его природа и мотивы полностью отличались от того что считалось нормой. Это был не человек с больной психикой. Похоже, это был вообще не человек!

Прежде чем она смогла развить эту мысль дальше, незнакомец встал и протянул в сторону распростертого тела руку. Два громких трескучих хлопка раздались за головой девушки, потом еще два внизу и она ощутила, что может двигать руками и ногами. Мелисса еще какое то время лежала в странном оцепенении, а потом шевельнулась. Веревки оказались не разрезаны, а аккуратно развязаны и это при том, что незнакомец не касался их, в этом Мелисса была уверена. Он медленно свела ноги и руки, чувствуя как ноют, затекшие, мышцы.

Подняла лицо, решившись посмотреть на незнакомца. Он стоял к ней боком, и девушка отчетливо видела вылезающий из-под пол плаща длинный вздрагивающий штырь с утолщением на конце чуть ниже его талии. В нем было не меньше 35 сантиметров. Девушка сразу поняла, что видит возбуждённый пенис незнакомца. Существо повернулось к ней лицом и замерло, точно ожидая чего то, пенис тяжело качнулся из стороны в сторону, а потом задрался вверх под острым углом.

Мелисса скорее догадалась, чем поняла, что именно от нее требуется. Был страх, но возник он от того что у девушки совершенно не было опыта, а не от бесстыжей распутности того что ей предлагали сделать.

Она села на колени. Незнакомец нетерпеливо двинул бедрами, едва не ткнув головкой члена ей в лицо. Только сейчас Мелиссе стало стыдно, щеки опалило жаром изнутри, но ей так хотелось пройти весь путь до конца, что она почти не обратила внимания на это чувство. Ей предстояло пройти настоящее посвящение, совершенно отличное от той обманки, что подсунули ей Сьюзен и Энн. Она задержалась только на мгновение, резко оторвав скотч, удерживающий туфли и сдернула их с ног. Потом она поползла к незнакомцу на четвереньках, смущенно улыбаясь, бестыже сверкая глазами. Замерла перед ни снова сев, облокотившись попкой на пятки. Он испытывала смешанные чувства. С одной стороны благоговейный трепет, с другой прекрасно осознавала, что существо едва не убило ее и только извращенное удовольствие от изнасилования спасло ее.

Сейчас она четче видела существо. Но так и не смогла определить, что перед ней такое. Казалось, что в сгущающемся уплотнившемся мраке сверкают, вспыхивают завирающиеся росчерки энергии, словно все существо состояло из наэлектризованного мрака. И из него выступал отчетливо сформированный явно не человеческий фаллос огромного размера.

Девушка намного наклонилась и, трепеща, коснулась пениса ладонью, погладила пальцами. Очень гладкая бархатистая кожа, скользкая на ощупь как будто она коснулась одного из своих фалоимитаторов смазанных маслом. Как слепая, девушка пробежала пальцами по всей длине ствола пытаясь определить форму, бугорки, вздутия, переплетения и узлы сплетались в затейливый узор, идущий по всей длине ствола, от необычной головки поножей на приплюснутую шляпку гриба, до резкого утолщения у корня. Легкими касаниями подушечек она прошлась обратно по нижней стороне, где ощущался продольный, пульсирующий выступ и услышала, как незнакомец глухо застонал.

— Помни. — услышала девушка. Ты должна проглотить мою сущность, что бы завершить трансформу.

Мелисса и сама это поняла. Больше не теряя времени, она коснулась члена языком. Придвинулась вплотную к призрачному паху, начав водить языком по нижней части вала, чувствуя пульсации плоти. Рука нырнула под складки плаща и нашла объемистую мошонку, погладила ее, ощупывая тяжелые шары, осторожно и ласково. Она услышала, как существо со свистом и шипением дышит над ней и надеялась что это означает, что она все делает правильно.

Девушка открыла рот, наклонила пенис, охватив его по середине и заглотила головку. ЕЕ челюсти растянулись так, что заныли связки, губы упруго сжались на более тонкой окружности ствола. Мелисса глубоко вздохнула носом и одновременно толкнула вперед голову, втягивая член, втянула щеки, создавая вакуум, издав неожиданно громки хлюпающий звук. Девушка ощущала мускусный запах, рот наполнился почти безвкусной липкой жидкостью, незнакомец вздохнул и качнул бедрами взад и вперед. Мелисса постаралась прижать напряженный язык к нижней части пениса, что бы он скользил по нему, надеясь, что это дополнительно стимулирует чувствительные окончания.

— Ты доставляешь мне удовольствие уже второй раз. — прошипело существо. Это большая честь!

Мелисса успокоилась, совершенно перестала волноваться. Она начала сама поступательно двигать головой, поневоле ускоряя проникновения пениса. Рука заскользила по стволу ближе к корню помогая раздражать нервные окончания и одновременно ограничивать глубину погружения. Член умещался во рту меньше чем на треть. Поневоле громко чавкая, Мелисса пыталась облизывать бархатистую вычурную головку прямо во рту, ощущая, как из нее вязко течет теплая слизистая масса.

Она услышала низкий стон. Член дернулся. На ее затылок легла ладонь. Мелиса замерла, ощущая волнительный восторг, чувствуя, что сейчас что то произойдет. Незнакомец мощно толкнул член, вперед одновременно не давая голове Мелиссы двинуться с места. Приплюснутая головка проскользнула мимо корня языка, уперлась в миндалины, начала вдавливаться в гортань. Резко выплеснулась семенная жидкость. Мелисса издала пронзительное мычание, дернулась, пытаясь, отстранится. Ее глаза выпучились. Перехватило дыхание, она начала давится, произнося громкие непроизвольные: Кххаа!

Давление только усилилось, на затылок легла вторая рука, голова девушки начла запрокидываться, головка проталкивалась в гортань грубыми, сильными точками, все дальше и дальше, живот мелиссы напрягся, она задергалась, сдерживая рвотные спазмы, из глаз непроизвольно потекли слезы. Что-то теплое и липкое потекло из носа, по подбородку хлынула вязкая слюна. Резкий толчок и головка буквально вбилась в ее горло. Мелисса, не удержавшись, начала стучать левой ладонью по бедру незнакомца, а правой в шоке обхватила собственную шею, чувствуя, как под пальцами на коже вздувается бугор и начинает медленно толчками опускаться вниз. Головка протиснулась в пищевод и продолжала углубляться все дальше. Мелиссе показалось, что сейчас у нее порвутся связки, стало совершенно нечем дышать. Она пронзительно замычала, с ужасом видя, как полы плаща незнакомца все ближе к ее лицу. Это было невероятно, но член внедрялся в ее горло туго, но неудержимо. Ей показалось, что головка вошла прямо в желудок.

Член дернулся так, что едва не сломал ей шейные позвонки, а потом она ощутила упругие толчки горячей спермы прямо в желудок, в нем появилась невыразимо приятная тяжесть и фаллос начал быстро выскальзывать, расплескивая по щекам и подбородку девушки белые пузырящиеся выплески слюны смешанной с семенной жидкостью и желудочным соком. Пульсации были практически непрерывными, семя выбрасывалось непрерывным тугим фонтаном. Наконец головка снова оказалась во рту, покинув измученную гортань. Волна густого похожего на кисель пряного сока затопила рот мгновенно. Защекотала корень языка, вызвав очередной рвотный позыв. Мелисса надсадно застонала, с сипом втягивая воздух в легкие, ее щеки надулись. Она жадно нетрепливо сглотнула, проталкивая слизистую массу в пищевод, чувствуя невыразимый восторг и извращенное удовольствие. Очень странный вкус, необычное чувство, ощущение странно пряной и липкой жидкости вязко стекающей по горлу вызывало истеричное блаженство, как у человека делающего первый глоток воды в жаркий день.

Поток спермы казался просто бесконечным, Мелисса захлебывалась в ней. Пенис подергивался, короткими точками двигаясь туда-сюда, едва не выпрыгивая изо рта. Девушка даже не слышала, как урчит и чавкает, с бульканьем пожирая семя, похожая сейчас на буйно помешанную.

Наконец он иссяк, и незнакомец резко почти грубо вырвал член у нее изо рта. Она сглотнула в последний раз и медленно встала на ноги, тяжело дыша широко открытым ртом.

Глаза Мелиссы закрылись. Она вытянулась вперед и вверх, приподнимаясь на цыпочки, напрягла все мышцы, задрожала, чувствуя, как по всему телу разливается приятная истома, желудок был переполнен невероятно густым и тяжелым киселем. Ей показалось даже, что живот над пупком округлился, и стал выпуклым от переполнения. Она простояла так несколько минут, а потом открыла глаза и узрела истину...

— Они лгали мне с самого начала. — сказала Мелисса глубоким вибрирующим голосом и посмотрела на существо. Сьюзен и Энн лгали... Они никогда не были моими подругами. И ни когда не собирались принимать в свое тайное общество. — она рассмеялась каркающим смехом, вытирая липкие губы и подбородок ладонью. Это была всего лишь шутка, фикция, злой розыгрыш!

Громкость ее голоса выросла, и последняя фраза превратилась в злобный визг. В глазах девушки вспыхнула ярость от эмоций, которые она раньше просто не позволяла себе чувствовать.

— Скромность и наивность потеряна! — прошелестело существо.

Мелисса увидела сою жизнь со стороны, с совершенно новой точки зрения.

— Какой дурой я была! Всю мою жизнь! Теперь я вижу это. Действительно вижу. Ни кто из тех, кто назвал меня своей подругой, не хотел мне добра, не любил меня. Я чувствовала это, но всегда обманывала сама себя не желая верить очевидному. Я наивно хотела плыть по течению, нравится окружающим, не думая о себе. Это было ошибкой! Я сама превращала себя в дерьмо! Так больше не будет, теперь только мои желания имеют значение!

Мелиссу охватила неудержимая ярость. На протяжении многих лет ее регулярно унижали, использовали, ни во что не ставили. Бесчисленная череда образов сверстников делавших это промелькнула перед ее горящим взором. Ей было так больно и противно, ярость просто разрывала грудь. С истошным воплем девушка подобрала с травы камень и размахнувшись сильно швырнула его в ближайшее дерево. Камень воткнулся в ствол и неожиданно взорвался, как маленький снаряд рассыпался на сотню осколков с яркой сине-белой вспышкой. В стороны полетели куски коры и щепки. Дерево задрожало и накренилось, в том месте, куда пришёлся удар камня, образовалась большая вмятина с заметными обуглившимися краями.

Челюсть Мелиссы отвисла от удивления, и она ощутила, как ярость быстро угасает, уступая место смущению.

— Ты потеряла наивность, но обрела силу! — прохрипела размытая фигура.

Мелисса замолчала рассеяно глядя в небеса. Она задумалась пытаясь разобраться в себе. Осознать новую Мелиссу. Когда она заговорила снова, ее голос звучал мягко, но одновременно вызывал оторопь и дрожь.

— Да... Да, ты прав... я вижу это... Я чувствую это.

Она подняла руки глядя на яркие полосы припухшей кожи на запястьях. Секунда и следы исчезли, кожа разгладилась и стала такой как прежде. Мелисса зло пнула веревки, валяющиеся на земле, желая сжечь их и увидела, как кончик одной тут же начал тлеть сильно дымя. Мелисса испытала прилив очень необычного непонятного волнения. Она сжала пальцы в кулаки удивленно глядя на них. Она буквально видела, ощущала потоки темной мощной энергии, электрическими разрядами текущей по всему телу. Энергия рвалась наружу, хотела разорвать сжечь уничтожить отомстить им всем.

— У меня есть сила. — сказала Мелисса и довольная улыбка осветила ее красивое лицо. Я могу контролировать свою жизнь, я могу контролировать все. Кто бы ты ни был, спасибо за...

Она повернула голову и оборвала себя — рядом ни кого не было. Пустая поляна, окруженная плотной стеной деревьев. Девушка за озиралась, незнакомец просто исчез, растаял в воздухе. Мелисса вслушалась и поняла, что вернулись нормальные звуки природы. Ватная тишина, окружавшая ее последние полчаса, пропала, как лопнувший пузырь. Словно ничего и не было.

Но кое что все же изменилось. Она стояла свободная от веревок, с новым знанием, с ощущением бурлящей темной энергии во всем теле, с новым взглядом на жизнь. Теперь у нее была настоящая сила. Она прекрасно чувствовала, как она ворочается и бурлит в животе. В мозгу проносилась череда картин, каким образом она может ее использовать, какие у нее ограничения, как учебный фильм. Мелисса побледнела, на нее навалился иррациональный страх что все что произошло это просто галлюцинация.

Она посмотрела на землю, на веревки. Вытянула руку и сосредоточилась. Секунда... и... одна из веревок задрожала, ожила и взметнулась вверх, к протянутой руке. Она заставила ее обмотать собственное запястье и облегченно выдохнула расслабляясь. Веревка тут же вяло обвисла.

Мелисса улыбнулась, осознавая, что все было правдой. Нагая девушка стояла посреди ночного леса свободная от всяческих физических и эмоциональных законов и связей и размышляла о том, что будет делать дальше.

Посмотрев на вбитые в землю колышки она поняла что стала гораздо лучше видеть в темноте, обострился слух, во всем теле появилась необычная энергичность, она совсем не чувствовала ночной прохлады.

Ответ, что делать дальше сформировался в сознании новой чередой образов. Сьюзен и Энн следовало примерно наказать.

Старая Мелисса постаралась бы просто забыть обо всем простить постараться больше не общаться с ними, но для новой это было неприемлемо. Теперь у нее была возможность сделать, так что бы они страдали, почувствовали то же, что чувствовала она, отомстить, уничтожить их, если она захочет.

Мелисса улыбнулась так же как Энн, когда заталкивала трусики ей в рот. Осознание собственной силы и власти возбуждало невероятно. Волна похоти снова обожгла промежность, хотя за сегодняшнюю ночь у нее было больше секса, чем за всю прожитую жизнь. Помимо всего прочего, бурлящая в ней сила вызывала в теле постоянную похоть.

Сьюзен была права говоря что секс это самое страшное оружие. — тихо рассмеялась Мелисса томно потягиваясь.

О, да. Теперь она знала, как поступить с подругами. Миллион идей замелькали в сознании. Нормального человек они бы заставили покраснеть от стыда. У Мелиссы, они вызывали будоражащий восторг и волны бабочек порхающих в животе.

Девушка окинула взглядом центр поляны, где совсем недавно лежала сама распятая, как лягушка на лабораторном столе. Как бы она не хотела увидеть удивление на их лицах, когда они увидят ее свободной, следовало доиграть спектакль до конца. Мелисса хотела увидеть на их хитрых мордочках страх, но не сразу.

Улыбнувшись, девушка легла на коврик из Пено-резины и приняла прежнее положение, раздвинула руки и ноги закрыла глаза и потянулась мысленно к веревкам. Ей не потребовалось прикладывать ни каких усилий, что бы четыре куска нейлона зашевелились, обвивая запястья и щиколотки, и сами завязались в узлы. Теперь Мелисса лежала в той же позе, как до появления странной сущности.

Но в отличие от страха и нервной дрожи испытываемой тогда, сейчас она была спокойной расслабленной и даже умиротворенной, просто смотрела на небо, восхищаясь его бездонной глубиной. Она чувствовала себя абсолютно свободно и всемогущей.

Повернув голову, Мелисса взглянула на скомканные разрезанные трусики, так и валявшиеся на траве неподалеку. Она нахмурилась. Как бы ей не хотелось, что бы все выглядело, так как было, заставить себя снова взять их в рот девушка не могла. Больше ни какого унижения! Хватит!

Она скривила губы, веревка на левом запястье развязалась, Мелисса скомкала трусики вместе с обрывком скотча и зашвырнула их в подлесок.

Потом она закрыла глаза и стала ждать.

Глава 3

Машина пролетела перекресток на мигающий желтый не снижая скорости, и помчалась к выезду из города, словно за ней гнались.

— Господи Сью, ты хочешь нас убить? — вскрикнула Энн, прижимая руку к сердцу, а второй судорожно вцепившись в ручку над дверью. — Задай этот вопрос себе! — закричала в ответ Сьюзен. Это была просто чудесная идея! Блестящая черт возьми! — Откуда я знала, что он проболтается? — Энн возраст твоего парня равен его Ай Кью. А теперь из-за него у нас осталось только 20 минут, что бы забрать Мелиссу. Придумать правдоподобную историю и наедятся, что она успокоит собственную маму! — Почему ты все время наезжаешь на Брэда? — обиженно пробормотала Энн. — Я не виновата, что ты выбрала такого идиота, Энн. — Ладно, успокойся. Я же уже извинилась!

Сьюзен глубоко вздохнула и заставила себя убрать ногу с педали акселератора, машина подъехала к грунтовке. Она подумать не могла, что Энн разболтает своему парню о шутке, которую они планируют сделать с Мелиссой. Ей хотелось бы знать, почему ее вырвал из сладкого сна звонок телефона и не привел в шок встревоженный голос матери Мелиссы.

Она была уверена, что у дочери неприятности и обе девочки на прямую причастны к этому. Сьюзен попыталась успокоить женщину, что это не так...

***

— ... Если с ней все нормально пусть она немедленно возьмет трубку. — нервно воскликнула мать Мелиссы. — Она еще спит. — пролепетала Сьюзен. — Она всегда была жаворонком так, что не страшно, если ее разбудят в это время. — Мы... Долго не ложились прошло ночью... заболтались. — Что вы там делали? — еще больше всполошилась женщина. — Ничего... Ничего плохого или противозаконного, просто разговаривали! Увлеклись... засиделись за полночь и... — Хорошо! — произнес голос женщины после паузы. Я перезвоню через полчаса. Надеюсь, в этот раз я смогу поговорить с моей малышкой!

***

— Энн ты лучше надейся, что твой дурацкий трюк с ее трусиками не доставит нам проблем. Она не могла задохнуться? — Не сходи с ума. Тебе же самой это понравилось? — Нет... я просто не стала спорить с тобой в тот момент. Это было чересчур. — Что же ты тогда меня не остановила. — Потому что это бы испортило всю игру. Хватит, я не хочу больше спорить. Давай побыстрей поднимемся и отвяжем ее. И послушай меня Энн, слушай очень внимательно. Сейчас, мы будем вести себя с ней, как с принцессой. Она сделала то, что мы просили, она прошла инициацию, и теперь она одна из нас. Так что веди себя соответственно, она должна убедить собственную мамочку что все в порядке. Поняла? — Да, поняла, поняла. — проворчала Энн. Буду относится к этой идиотке как самой большой драгоценности.

Солнце только начало подниматься из-за деревьев, когда машина, выбрасывая из под колес гравий, с легки заносом достигла нужного места. Девушки выскочили на ружу, прихватив из салона длинный махровый халат и поспешили наверх по извилистой тропе. В глубине души Сьюзен все больше боялась, воображение вдруг начало рисовать страшные картины которые они могли встретить на поляне. Еще вечером у неё возникли неприятные угрызения совести. А ночью снилась какая то ерунда, как они находят на поляне окровавленный изуродованный труп или обглоданный зверями скелет, или вообще не находят ее. Теперь в голову снова полезли те же дурацкие мысли, да еще звонок матери Мелиссы добавил масла в огонь.

Она облегченно выдохнула, заметив за деревьями тело девушки, которое лежало на том же месте, где они оставили ее ночью. Подруги нерешительно замерли на краю поляны. Сьюзен увидела как у Мелиссы мерно вздымается грудь и ее отпустило.

Она собралась с мыслями прокручивая в мозгу предстоящий разговор и с сладкой улыбкой шагнула на поляну. Энн двинулась следом в отличии от подруге улыбаюсь, как резиновая кукла.

— Эй, Мелисса! — сладко пропела Сьюзен. Вот и мы. Пришли за тобой. Теперь ты член нашего братства. Ты просто молодец!

Ответа не последовало, и улыбка Сьюзен погасла, ее мгновенно охватила новая волна паники. Энн тоже встревожилась, хотя и старалась не подавать вида.

— Доброе утро. Я ждала, что вы приедете позже!

Сьюзен и Энн переглянулись. Они сначала просто не узнали голос мелиссы. Он вовсе не звучал нервно или испуганно. Тон был спокойным и даже безмятежным. Они ожидали от доверчивой глупышки совсем другой реакции после того как она провела ночь в лесу связанная и голая.

А потом пришло осознание того что Мелисса вообще не должна говорить, ведь они заклеили ей рот.

— Хмм... — замялась Сьюзен мгновенно забыв все что хотела сказать. Хммм... да мы решили приехать пораньше. — Нам просто натрепалось принять тебя в общество, сестра. — с проскальзывающим в интонациях сарказмом произнесла Энн.

Сьюзен зло хлопнула подругу по плечу. Энн скорчила гримасу и показала ей язык.

— Ах да, «Круг». — мечтательно произнесла Мелисса. Ты оказалась права Сьюзен, это был очень необычный и не забываемый опыт. — Был? — смутилась девушка... Ах... ну да конечно, конечно. — Оо, явилась ли тебе богиня? — ухмыльнулась Энн.

Мелисса на миг задумалась: Да, меня навестили и подарили силу.

Сьюзен занервничала. Ответ Мелисы был мягко говоря странным, она просто не знала как на него реагировать.

— Ой, мы собираемся тут стоять или побыстрей освободим нашу новообретенную сестру, и отвезем ее домой? — прошипела Энн, сквозь зубы, поглядывая на Сьюзен.

Сьюзен захлопала глазами, до нее не сразу дошел смысл слов подруги.

— О, Иисус. Да... Давай развяжем ее скорее. Мы принесли тебе халат, что бы ты согрелась.

Она присела на корточки и начала развязывать ноги Мелиссе. Энн занялась руками. Она посмотрела в безмятежное лицо девушки, и Мелисса, поймав ее взгляд, широко и странно улыбнулась. По телу Энн пробежала дрожь при виде этой улыбки. Это была не смущенная доброжелательная улыбка. Это была улыбка человека ощущающего свое полное превосходство относящаяся к тому, кому она предназначалась безо всякого уважения. Энн прекрасно знала, как это потому что сама частенько практиковала подобную мимику на той же Мелиссе.

— Чему ты улыбаешься? — не сдержавшись, прошипела она. — Ты одна из моих сестер. — отозвалась Мелисса. Разве нет?

Энн замялась и нервно сглотнула: Эй, а что случилось с твоими трусиками я же закрепляла их во рту скотчем? — невпопад спросила она.

— Энн пожалуйста поторопись! — зло прошипела Сьюзен. — Хорошо, хорошо — Энн стиснула зубы, нервно дёргая узлы. — У нас какие то неприятности? — спросила Мелисса. — Хммм... , нет, все почти в порядке. — буркнула Сьюзен освободив вторю ногу. — Вы просто так торопитесь. Я думала, что полежу здесь еще какое то время. Это начало мне нравиться. — Твою мать! — пробормотала Энн.

Она посмотрела на Сьюзен, указала на мелиссу и покрутила пальцем у виска. Сьюзен стиснула зубы, чувствуя как ее охватывает паника. Едва Энн закончила колдовать с руками она встала и раскрыла махровый халат. Мелисса поднялась с земли двигаясь удивительно легко слово, не провела всю ночь в скованном положении. Она явно не торопилась, глядя на Сьюзен и халат в ее руках.

— Чего вы ждете ваше величество? — саркастически усмехнулась Энн. — Энн, заткнись! — взвизгнула Сьюзен.

Мелисса снова очень странно улыбнулась. Ссоры внутри сообщества? Что-то случилось?

Чем больше говорила девушка, тем большее беспокойство ее состояние вызывало у Сьюзен. Это было совсем не похоже на обычную Мелиссу. Еще вчера вечером она вела себя абсолютно иначе. Совершенно пропали заискивающие нотки, которые так привлекли подружек с самого начала. Она абсолютно не стеснялась собственной наготы. Казалось, что она наоборот чувствует себя в таком виде очень комфортно. Неужели с Мелиссой случилось, что то страшное за ночь? Может Энн права и она действительно тронулась? Девушка паниковала, она почувствовала дикий ужас, если все о чем он думает правда. Это будет настоящей катастрофой. Она чувствовала что еще чуть-чуть и у нее начнётся настоящая истерика.

Сьюзен решила что единственный способ как то встряхнуть мелиссу это рассказать ей правду о проблемах возникших утром, может это поможет вернуть ее в сознание.

— Слушай Мелисса. — торопливо заговорила она. Твоя мама вообразила себе невесть что. Она звонила рано утром, я едва уговорила ее подождать полчаса. Если она перезвонит и нас не окажется дома это будет просто катастрофа для всех нас. — Мне совсем не улыбается попасть в неприятности из-за того что ты ни как не можешь закончить затянувшийся диалог с богиней! — насмешливо проговорила Энн, которую ситуация просто забавляла, она не испытывала угрызений совести или страха от возможных проблем, даже если наивная дура повредилась рассудком за ночь. Так что давай одевайся и пойдем!

Мелисса бросила на Энн очень странный взгляд засмеялась и заговорщически подмигнула ей. Энн даже рот от удивления открыла. Показалось что от взгляда девушки холодная волна пробежала по ее позвоночнику от попки к затылку. Девушка взяла халат из рук Сьюзен и прикрыла наготу.

— Вот и отлично давайте поспешим. — облегченно вздохнула Сьюзен, обняла Мелиссу за талию и подтолкнула ее вперед. — А колышки, а веревки? — Брось, вернемся позже и заберём их. У нас совсем не осталось времени.

Подруги буквально впихнули Мелиссу на заднее сидение автомобиля. Сьюзен вдавила педаль акселератора. Машина стартовала с места с визгом шин и дымом. Когда они выскочили на шоссе, Энн не удержалась, повернулась к девушке и зло процедила: Тебе лучше не подставлять нас Мелисса!

— Энн. — оборвала ее Сьюзен. Слушай Мелисса, я сказала твоей маме, что мы допоздна засиделись за разговорами и очень поздно легли спать. — Тебе нужно сказать что ты прекрасно провела время. — вмешалась Энн, которую дико злило инертное отношение Мелиссы ко всему происходящему. — Так и было. — с улыбкой ответила девушка и мечтательно закрыла глаза. Я пережила невероятное приключение после того как вы бросили меня на поляне. Это было лучшее, что случалось со мной.

Сьюзен панически посмотрела на Энн, та в свою очередь перевела взгляд на Мелиссу, снова увидела странную улыбку на ее губах и вздрогнула, осознав, что дело действительно пахнет керосином. Девушки не произнесли больше ни слова до самого дома Сьюзен.

***

— О, Иисус, телефон звонит! — панически воскликнула Сьюзен, распахивая дверь. Мелисса возьми трубку!

Мелисса не торопясь прошла мимо Сьюзен, просто взбесила Энн, дав надрывающемуся телефону сделать еще три звонка, и только после этого сняла трубку.

— Привет?... Привет, мама.

Сьюзен выдохнула с облегчением. Она закрыла за собой дверь, швырнула ключи на полку рядом с вешалкой и бухнулась в кресло. Энн уселась на диван, и придвинулась к одному из подлокотников, скорчив разраженную гримасу.

— Конечно все в порядке мама. Что могло произойти? — спросила Мелисса, теребя поясок халата, она говорила абсолютно спокойно и уверено. Мы провели дома у Сьюзен весь вечер.

Она повернулась к девушкам и подмигнула. Энн закатила глаз, но по изменившейся позе было понятно, что она тоже ощутила облегчение.

— Нет, мама я ни куда не ездила на ночь глядя. С чего ты взяла, что я провела ночь в другом месте?

Сьюзен мрачно посмотрела на Энн. Та беззаботно усмехнулась в ответ.

— Почему? Кто тебе сказал такую чушь?... О, действительно!? Фантастическая история. Как ты себе это представляешь? То есть мои подруги настолько жестоки, что вывезли меня ночью в лес и оставили там?! Мама!?

Сьюзен заерзала в кресле. В голосе Мелиссы было, что то, что опять заставило ее чувствовать себя неловко. Возникло странное давление на затылок. Она периодически чувствовала это с того момента как они приехали за Мелиссой. Девушка ощущала подобное всего однажды, когда в ночь на Хэллоуин пыталась вызвать духов и по собственным ощущениям практически добилась успеха.

Энн снова раздраженно закатила глаза, но даже она начала немного нервничать. Она не испытывала ни каких необычных ощущений и уж тем более мук совести, ее просто раздражала Мелисса. Розыгрыш закончился и сейчас ей хотелось поскорее избавится от этой глупой курицы.

— В конце концов, мама. Я что похожа на человека проведшего ночь в лесу? Ну, ты же слышишь мой голос!? — спросила Мелисса.

Действительно не похожа! — пробормотала Сьюзен про себя и это пугает до чертиков.

— Да, я спала, вчера улеглась очень поздно... Да я знаю... мама перестань... Ну вот, а именно сегодня мне захотелось поспать подольше. — проговорила Мелисса слегка раздраженно. Послушай, со мной все в порядке. Что еще ты хочешь услышать?! Действительно!? Нет я так не думаю... В любом случае у меня все хорошо. Я побуду у Сьюзен еще, какое то время.

Сьюзен искоса посмотрела на девушку. Она-то надеялась, что Мелисса захочет поскорее уйти. Чем дольше она была рядом тем больше девушка нервничала непонятно почему.

— Хорошо. Я обязательно позвоню позже! Увидимся... До свидания мама! — Мелисса положила трубку и повернулась к остальным. Ну, вот и все, проблема решена! — Спасибо Мелисса. — искренне сказала Сьюзен. — Да, спасибо. — пробурчала Энн без энтузиазма.

Мелисса шагнула к дивану и уселась на противоположной от Энн стороне. Та поджала ноги, словно не хотела сидеть с ней рядом. На несколько секунд в гостиной повисла гнетущая тишина, такая напряженная, что Сьюзен ощущала почти физическую тяжесть на плечах. Она не выдержала, понимая, что должна сказать хоть что-то.

— Мелисса... ты... ты была неподражаема. — В конце концов мы ни кого не заставляли, она решилась на это добровольно. — буркнула Энн. — Да Энн, но ты могла бы быть немного вежливее... теперь! — вздохнула Сьюзен.

Энн пожала печами и с независимым видом скрестила на груди руки.

— О нет, не ссорьтесь, пожалуйста. Я вам очень благодарна за это приключение. Мне очень понравилось! — умиротворённо улыбнулась Мелисса. — Хмм... Мелисса... — Сьюзен даже вперёд подалась недоверчиво поглядывая на девушку.

Мелисса пристально посмотрела ей в глаза: Да?

Сьюзен не выдержала и отвела взгляд. Покалывание в затылке стало ощутимее и перетекло, куда то в район позвоночника.

— Что ммм... там произошло? В лесу? — пробормотала она, невольно растирая шею ладонью. — О, думаю именно то чего вы ожидали. — отозвалась Мелисса разворачиваясь лицом к Энн. Мне было холодно, страшно. Я даже закричала, в какой то момент. Потом ощутила унижение.

Сьюзен непроизвольно сглотнула. Хотя голос Мелиссы был совершенно спокоен, в ее глазах было нечто, что вызывало дрожь в позвоночнике девушки.

— Мне... я, сожалею, что тебе пришлось через это пройти. — Как я уже говорила, так было только сначала. Когда я узрела силу, все изменилось. Это оказалось очень интересно и познавательно. — пожала плечами Мелисса.

Сьюзен кивнула. В ней сейчас боролось любопытство и страх. Она до жути хотела знать подробности о том, что за силу увидела девушка, но с другой стороны некое звериное чутье предупреждало, что спрашивать об этом не нужно. В отличие от нее Энн была слишком глупа и импульсивна что бы помолчать.

— О чем ты говоришь Мелисса? — что то изменилось, но девушка по-прежнему считала, что пред ней сидит глупая доверчивая курица, над которой так приятно потешаться. Что ты имеешь в виду? Что за сила, о которой ты твердишь все утро? Теперь ты тоже можешь работать с магией как мы?! — она не удержалась и презрительно фыркнула. — А разве не в этом был смысл инициации? — безмятежно улыбнулась Мелисса. — Да конечно. Может ты продемонстрируешь нам! Хмм... волшебство! — Энн пожалуйста прекрати. — настойчиво попросила Сьюзен и ее глаза испуганно расширились. — Не надо говорить, что я должна делать! — вспылила Энн. Вся эта история затевалась для того, что бы Мелисса попала в круг посвященных, по этому я думаю мы имеем право требовать, что бы она продемонстрировала, что действительно стала одной из нас, а не вкручивает нам мозги! Я требую доказательств! — она зло усмехнулась. А если нет, пусть проваливает!

Сьюзен чувствовала, как ситуация выходит из под контроля. Проклятая Энн со своей импульсивностью и избытком самомнения. Девушка искоса посмотрела на Мелиссу. Она пыталась понять, что та может показать. В реальную магию Сьюзен ни когда не верила, балаганные фокусы, вызывание духов, все это только что бы развеять скуку. Однако, в глубине сознания сидела заноза — а вдруг? Что если Мелисса сейчас действительно что-то продемонстрирует? Что дальше? Чем дальше, тем больше Сьюзен жалела, что ввязалась в эту авантюру, которая преследовала одну цель поиздеваться над невинной глупенькой девочкой, которая смотрела им в рот и верила всему что ей говорили.

— Значит, вы хотите, что бы я доказала, продемонстрировала силу? — лицо Мелиссы помрачнело.

Сьюзен вдруг четко поняла, что не хочет этого совсем, она снова испытала непонятный детский страх, что-то в глазах Мелиссы, что-то чему она не могла найти объяснения. Энн услышав ответ запнулась, явно занервничала и села на диван с ногами поджав их к груди, непроизвольно принимая защитную позу.

— Да. — буркнула она уже не так агрессивно. Покажи нам что-нибудь! — А ты Сьюзен? Тебе тоже нужна демонстрация? — Нет, тебе не нужно ничего доказывать. — качнула головой девушка.

Энн мгновенно вскинулась снова: Ты что творишь? Это же ты хотела придумать вескую причину, что бы выгнать ее!

Сьюзен бросила на подругу испепеляющий взгляд и Энн побледнела, сообразив, что сморозила.

— Я... почему... я это сказала? — пробормотала она ошарашено. — Энн скажи мне одну вещь. — продолжала Мелисса словно не обратив внимания на заявление девушки. Когда ты запихала трусики мне в рот, это действительно была часть ритуала?! — Д... д-д... н... н-нет! — выдохнула Энн, с исказившимся лицом, было такое ощущение, что она безуспешно борется сама с собой пытаясь заставить себя молчать. Это... я... я... сделала это только потому что ты раздражаешь меня своей тупостью!... Господи... Почему я это говорю... ? — Ты же просила продемонстрировать силу. — с широкой улыбкой отозвалась Мелисса. — Она что не может лгать тебе? — осторожно поинтересовалась Сьюзен. — Слишком часто она делала это в прошлом, так что да. — Прекрати... что бы ты ни делала, прекрати! — взвизгнула Энн бледнея. Ты... ты меня пугаешь! — Хочешь потерять страх? Я могу это устроить.

Энн уставилась не Мелиссу и ее глаза расширились: Что... что ты имеешь в виду?

В первый раз на лице Мелиссы возникла злая улыбка: Что это значит милая подружка? Это значит, что сейчас я полностью контролирую твой разум. Я могу заставить тебя почувствовать или подумать о чем я захочу.

Энн испугалась по настоящему и на этой волне в ее интонации проскользнула истеричная бравада, хотя глаза просто побелели от ужаса.

— Ты... ты не сможешь этого сделать! Я тебе не верю! — О, боже, Энн! Не провоцируй ее умоляю! — пролепетала Сьюзен, которая сидела вжавшись в спинку кресла, чувствуя, как нервно дрожат от перенапряжения икры. — То есть ты мне веришь?! — повернула к ней голову Мелисса.

Сьюзен хотелось сжаться и стать невидимой, она хотела ни когда не встречать эту странную девушку такую невинную и доверчивую на первый взгляд. Сейчас она совершенно явственно видела то, что не хотела замечать Энн. Сьюзен не знала, что произошло за эту ночь, но сейчас перед ней сидел совершенно другой человек. Уверенный в себе, сильный и опасный, потому что мог захотеть отомстить им за злую шутку.

— Я... я чувствую что что-то происходит, Мелисса. — взвешивая каждое слово сказала она мягко. Я не могу объяснить это. Но я уверена, что ты, что то делаешь. — Ты такая же сумасшедшая, как и она, Сью! — огрызнулась Энн. Если веришь в то что она несет... — она презрительно фыркнула. В то, что она может... заставить меня... — ее лицо пошло пятнами глаза влажно заблестели и по щекам градом полились слезы. Что... я... о, боже!

Энн спрятала лицо в ладонях и зарыдала дрожа всем телом. Потом закричала, испытывая мучительное отчаяние и грусть. Все злые шутки все провокации вернулись к ней осязаемыми воспоминаниями, и девушка в мгновение испытала чувство раскаяния наподобие катарсиса.

— Простите! — истерично всхлипнула она. Мне так жаль. Простите за все, что я, когда-либо делала! Прости Мелисса! О боже, пожалуйста, прости меня! — Вот так лучше Энн, так гораздо лучше! — улыбнулась Мелисса. — Мелисса прекрати. Пожалуйста не делай этого с ней. — выкрикнула Сьюзен, которая просто не могла смотреть на ревущую размазывающую по лицу сопли и слезы подругу. — Она это сделала сама. — жёстко отозвалась Мелисса, ее глаза в миг заледенели. Сколько зла и унижения она принесла? Но не переживай я не позволю нашей себялюбивой красавице выплакать ее глазки, есть и более полезные эмоции.

Рыдания Энн стихли как по мановению волшебной палочки. Она зашмыгала носом, вытирая глаза рукавом рубашки.

— Я ни когда... больше не буду обзывать тебя... Мелисса... Теперь я... я вижу какая ты замечательная. — горячо прошептала девушка улыбаясь подрагивающими губами, в ее глазах плескался страх и вместе с ним просто фанатичное обожание. — Что, Энн я уже не тупая курица?

Энн покраснела, как первоклассник перед учителем.

— Нет, Мелисса — сказала она с придыханием, и ее плечи поникли, демонстрируя абсолютную покорность. Я ни когда тебя так не назову. Если здесь и есть глупая курица то это я. — Да, Энн, ты действительно тупая сука! — ласково улыбаясь, заявила Мелисса, и Энн просто расцвела от этого оскорбления.

Видеть подругу с наслаждением и восторгом занимающуюся самобичеванием, было еще невыносимее, чем наблюдать ее истерику. Тем более Сьюзен помнила ее надменной, упрямой и совершенно невосприимчивой к чужой трагедии.

— Мелисса, это... Что ты сделала с Энн?! — Я думаю не оставить ли ее такой навсегда. Представляешь, как это будет выглядеть в школе!? — Ты и меня так же... ? — сердце Сьюзен ушло в пятки, она с трудом заставляла себя ровно дышать, но не спросить не могла. — Что ты, конечно, нет! — глумливо улыбнулась Мелисса. В отличии от этой самовлюблённой идиотки, ты была гораздо добрее, по крайней мере оставила мне амулет. Знаешь. Ведь это он спас мне жизнь и помог обрести силу, так что я искренне благодарна тебе за это. Поэтому, такой как Энн, ты не станешь... не бойся. — Я... не знаю, Мелисса... не знаю что сказать. Мне так жаль, что все это произошло, мы очень зло пошутили. Я говорю сейчас совершенно искренне, мне действительно жаль. Прости... — Принимается... — кивнула Мелисса. Но ни какие слова не компенсируют мне унижения и стыда, который я пережила, так что мне придется, как то компенсировать мои страдания. — П-пожалуйста Мелисса. Подумай, что ты делаешь. Подумай...

Сьюзен оборвала себя на середине фразы. Ее лицо покраснело. Она ощутила, как резко ускорился пульс, стало жарко и ощутимо засосало в животе. Она почувствовала резкий прилив невозможных в этой ситуации эмоций и сбилась с мысли. Она вообще не могла думать ни о чем другом кроме нарастающего сладостного зуда между ног.

Похоже, с Энн начало происходить нечто похожее. Она истомно вздохнула и закрыла глаза, слегка прогнулась, выставляя начавшую бурно вздыматься грудь, и вытянула ноги на пол, слегка их расставив.

— О, Мелисса... — хрипло прошептала она. Что то происходит со мной... Я... — она задохнулась и опустила голову уставившись на собственную промежность, резко прижав к джинсам левую ладонь. Я... я мокрая... !

Сьюзен тихо застонала, ерзая в кресле. Любое движение бедрами вызывало всплеск сладкого зуда в паху. Она чувствовала, как под трусиками разгорается невозможный влажный жар. В груди закололо, соски начали набухать и твердеть, они проступили через ткань лифчика и футболки неприличными рельефными точками. В ее сознании вспыхнули десятки неприличных непристойных образов, замелькали, закружились, сменяя друг друга, нестерпимо захотелось рассказать о них, несмотря на то, что девушка осознавала, что это будет неприлично.

— Я тоже... мокрая, вся мокрая... моя пи*** просто горит...

Сьюзен с трепетом посмотрела на Мелиссу стекленеющими глазами.

— Ты заставляешь меня... говорить эти гадости... ты-ы!? Ты... отключаешь мораль, запреты! — простонала она в суеверном ужасе. — О-о! Умница Сьюзен тебе все нужно проанализировать? — ухмыльнулась Мелисса жестоко. Да именно это я делаю. Могу заставить тебя сказать все что угодно, просто вложив мысль в твою умную головку!

В подтверждение ее слов Сьюзен побагровела, подалась вперед, мучительно открывая рот и хрипло выпалила:

— Моя пи*** просто жжется! Я хочу дрочить ее снова и снова, пока не кончу. А потом снова... я хочу кончать, пока не сойду с ума! — она закусила губу и взгляд прояснился. Иисус! Мелисса! Пожалуйста, не надо, делать это! Это унизительно! — Я делаю то, что хочу Сьюзен, то чего вы обе заслуживаете, вы две похотливые шлюхи! А сейчас я хочу, что бы Энн разделась. — Конечно Мелисса. — послушно сказала Энн словно речь шла о том что бы подать ей журнал с полки. Я сделаю все, что ты хочешь. Только скажи.

Сьюзен с ужасом и нарастающей вибрирующей дрожью, в животе сопровождаемой просто неприличными похотливыми приливами смотрела, как Энн встала с дивана и начала быстро раздеваться. Желание потрогать себя стало невыносимым, девушке казалось, что если она сейчас не прижмёт пальцы к половым губам, влагалище разорвет изнутри от жутких вибрирующих пульсаций. Ей хотелось выпустить страсть на свободу. Все пространство между ног стало настолько чувствительным, что любое движение отдавалось в живот и мозг коротким разрядом сладости. Сьюзен изо всех сил сопротивлялась желанию начать мастурбировать перед девушками, но это ни как не мешало ее бедрам бессознательно ритмично напрягаться, сдавливая выпуклости половых губ и томно тихо ахать от удовольствия.

Когда Энн сняла трусики, оставшись совершенно голой мысли Сьюзен, приняли новое, обескураживающее своей непристойностью направление. Она словно бы увидела подругу впервые. Она сопротивлялась, но ни как не могла заставить себя не думать о нагом горячем и нежном теле девушки.

— Ты такая сексуальная Энн. — выдохнула Сьюзен подаваясь вперед почти навалившись грудью на колени которые непрерывно терлись друг о друга. Какая у тебя красивая грудь... Мне нравится твоя попка... Ооо, ты посмотри, какая у тебя мокрая пи***! — Господи, да, я никогда не была такой влажной! Я действительно тебе нравлюсь? — тихо произнесла Энн, краснея от удовольствия, и откинулась назад, бестыже выставляя собственные прелести, она раздвинула ноги и начала медленно плавно гладить себя. Мммм, как хорошо!..

Столь откровенная распущенность подруги вызвала у Сьюзен всплеск очень своеобразного стыда и смущения, она стеснялась и испытывала сладостный трепет, наблюдая, как она мастурбирует перед ее глазами. Возбуждалась все сильнее и едва сдерживалась, что бы не заняться тем же перед ней. Самым краешком сознания девушка по-прежнему пыталась анализировать собственные эмоции, и задавалась вопросом, специально ли Мелисса позволила ей, осознавать все происходящее трезво прекрасно понимая, насколько распутно все это выглядит со стороны. При этом все моральные запреты цивилизованного человека сползали с Сьюзен как кожура с апельсина и ей хотелось комментировать собственные мысли.

— Ты превратила Энн в бездумную похотливую куклу? — выдохнула она истомно и вместе с тем обвиняюще, во влагалище вспыхнул новый всплеск сладости, превращаясь в болезненный зуд, и она невольно застонала добавив. Меня это безумно возбуждает... — О нет она совсем не кукла. — ответила Мелисса с лукавой усмешкой. Я оставила ей собственную личность, только спрятала ее в глубине души, сейчас она внимательно следит за всем, что происходит, все понимает, все чувствует и будет все это помнить. Какое бы это было наказание, если бы она ни чего не соображала?

По всему телу Сьюзен прошла судорога: Ты очень жестока Мелисса!

— Не более жестока, чем вы, когда издевались надо мной. — Ох... — застонала Энн. Ох, как хорошо... Мне нравится трогать себя... — Видишь, как это ее заводит Сьюзен? —

Сьюзен нервно сглотнула, ее взгляд просто притягивался к пальцам подруги мерно скользящим по половым губам, раздвигая, сдавливая их. И промежность девушки и пальцы жирно блестели.

— Да. Да. — вздохнула девушка. Она действительно вся мокрая. — Помнишь, что сделала Энн, прежде чем вы бросили меня в лесу?

Глаза Сьюзен заискрились, найдя на полу скомканные белые трусики Энн.

— Сделай это для меня! — простонала Энн страстно. Пожалуйста, Сью, сделай это. Заставь меня сосать собственные трусики, забей их в мой грязный рот. — Я... я... — Сьюзен просто не могла членораздельно сказать

что-то. — Хочешь. — утвердительно протянула Мелисса. Давай посмотри на ее киску, вытри ее, пока она не перепачкала тебе весь ковер.

Сьюзен медленно облизала губы: Это... Она... такая красивая... я о ее... Пи***!

— Умоляю Сьюзен. — всхлипнула Энн. Протри мою пи*** трусиками и заставь меня съесть их.

Сьюзен с тихим стоном сползла на пол с кресла. Она встала на колени, невольно вздрагивая от каждого прикосновения внутренней поверхности бедер к промежности. Ее собственное нижнее белье давно промокло, на светло голубой ткани джинсов меду ног расплывалось заметное влажное пятно. Девушка поползла к дивану и подняла трусики Энн дрожащей рукой.

Энн отдернула руку от своей промежности и шире развела колени, немного сгибая ноги, с нетерпением поглядывая на Сьюзен.

Сьюзен поползла вперед. Приблизившись к подрагивающим от напряжения ногам подруги, она подняла лицо и втянула воздух носом. Ощутила тонкий аромат возбужденной девичьей плоти. Она вдыхала снова и снова, просто смакуя запах, самый восхитительный аромат который когда либо обоняла.

Сьюзен прижала скомканный шар трусиков к половым губам и начала водить по ним вверх и вниз медленно, медленно. Энн тут же запрокинула голову и сладострастно застонала.

— О-о-о... мммм... это потрясающе Сьюзен...

Сьюзен почувствовала, что задыхается. Стремление погладить себя стало просто невыносимым. Когда трусики Энн полностью пропитались ее соками она не выдержала и поднесла их к носу с шумом втягивая воздух, встала на ноги порозовев от смущения, и наверное впервые взглянула подруге прямо в глаза. В них не было ничего осмысленного только вспыхивающие пульсации похоти. Энн тихо вздохнув, широко открыла рот и опустила голову. Положив одну ладонь на шею подруги Сьюзен начала осторожно заталкивать трусики ей в рот, подправляя пальцами которые Энн пыталась поймать губами.

— О-о-м-м-ммммм! — застонала Энн от удовольствия и ее глаза начали закатываться.

С белым комком, выглядывающим изо рта, ниточкой слюны текущей из левого угла губ, она была похожа на полоумную фетишистку. Сьюзен поняла, что больше не может сдерживаться и начала нервно расстегивать джинсы.

— Я слишком возбуждена... Я должна погладить себя... — жалобно всхлипнула она, глядя на Мелиссу. — Смотри, как Энн нравится? — хихикнула девушка.

Челюсти Энн двигались, она буквально жевала собственные трусики давясь смешанной со слизью слюной и одновременно бессовестно мастурбировала.

— Мммммм... ммммм... — О, да, я... Посмотри, насколько мокры мои трусики... — захихикала Сьюзен, краснея от удовольствия, отшвыривая джинсы в сторону.

Снимая она едва не порвала узкий треугольник атласа, несколько раз судорожно вздохнула прижав к лицу скомкала и тоже запихала их себе в рот. После чего девушка легла на ковер разбросала в стороны согнутые в коленях ноги и начала яростно онанировать.

Мелисса смотрела на двух мычащих, извивающихся подруг широко улыбаясь.

— Вы не подставляете, как это здорово. Это чувство мне нравится гораздо больше того что я испытывала вчера вечером. Как жаль, что вы не можете оценить какая сладкая мощь контролировать кого то.

Сьюзен рывками двигалась к оргазму, у нее уже начала слегка кружится голова от наслаждения, когда оно вдруг резко упало, словно ее влагалище занемело. Девушка застонала, и начала яростно терзать клитор и отверстие входа буквально растягивая его в стороны пальцами, стремясь вернуть утраченную сладость. Энн, похоже, чувствовала тоже самое. Яростно мыча, сверкая глазами, она пыталась засунуть в себя четыре пальца.

— Вот черт, я сама этого не ожидала! — с детской непосредственностью заявила Мелисса. Оказывается, я могу контролировать даже степень вашего удовольствия. Просто подумала как бы было здорово устроить вам сладкую пытку, что бы вы не могли кончить и вот пожалуйста... Теперь вы обе почувствуете, что испытала я когда вы бросили меня связанной и возбужденной.

Сьюзен захрипела, у нее онемела рука, пальцы просто не слушались. Резкие грубые ласки, кажется, увеличивали сладость, казалось вотвот и она кончит, но удовольствие тут же спадало. Это было мучительно. Энн уже плакала, вскрикивая, терзая свою вульву двумя руками.

— У меня есть прекрасная идея для вас обеих. А ну-ка! Перестаньте мастурбировать и выньте трусики изо рта. Обе девочки сделали, так как им приказала Мелисса, с явной неохотой. Энн просто плакала. — Мелисса, пожалуйста, дай мне кончить! — взвыла она. Мне больно! Меня раздирает изнутри!

Сьюзен не хотела унижаться. Она тяжело дышала, сидя на полу поджав под себя ноги. Половые губы, касавшиеся икр, были настолько горячими, что просто обжигали. Девушка чувствовала, что по ногам текут вязкие капли слизи. Она поднесла к лицу руку, что бы убрать волосы и ощутила запах, собственный запах, пальцы просто лоснились. Сьюзен мяукнула и обсосала каждый палец, по отдельности наслаждаясь кисло-сладким привкусом, чувствуя как возбуждение от этого, вырастает до болезненного уровня.

— Вы больше не сможете трогать себя руками. — сказала Мелисса. — Тогда как нам кончить? — хрипло выдохнула Сьюзен, часто вздрагивая, елозя попкой по собственным пяткам. Пожалуйста, Мелисса! — О-о, как мне нравится, когда вы униженно умоляете меня! Подумайте немножко если вы не можете использовать руки, нужно воспользоваться чем то другим. — глаза Мелиссы блеснули. Что у вас еще есть? — Ты же не хочешь... сказать... — Энн захлопала ресницами и даже плакать перестала. — О, боже, она... Ты!... ты хочешь что бы... лизали друг друга! — задрожав, пролепетала Сьюзен.

Энн уже шагнула к ней. Ни ее лицу возникло странное полубезумное выражение, она кусала губы и заискивающе улыбалась Сьюзен, тяжело дыша.

— Мы должны Сьюзен! Если мы хотим кончить мы должны сделать это! — Не-Нет!... н-нет!... я... — Ты должна! — Энн даже не пыталась сопротивляться, она, похоже, сама хотела этого

Девушка наклонилась сжав липкими ладонями лицо подруги, принуждая ее вскинуть голову.

— Нет, Энн! С-стой! Я...

Она замычала, когда Энн наклонившись еще ниже, вдруг жадно поцеловала ее в губы, дёрнулась назад и утробно застонала. Она пыталась сопротивляться, пока Энн просто не завалила ее обратно на ковер. Сьюзен ощутила, как снова нарастает удовольствие и сразу сдалась. Она обвила шею подруги руками и податливо открыла рот, сама засунув свой язык в рот Энн.

Мокрый французский поцелуй длился несколько минут. Энн разорвала контакт первой и приподнялась на руках тяжело дыша в лицо подруге.

— Позволь мне... дай я полижу тебя. — умоляюще прошептала она. А ты... меня!

Сьюзен сдалась. Желание было слишком велико, оно сокрушало все преграды, ломало моральные устои, заставляло стыд забиться в угол.

— Развернись — прохрипела она. Развернись, что бы я могла попробовать твою сладкую мокрую пи***!

На лице Энн расплылась блаженная улыбка, и она мгновенно развернулась на сто восемьдесят градусов. Сьюзен обхватила ладонями ее выставленную круглую попку, вонзила в плоть ногти и подняла голову, проведя языком по половым губам подруги, блаженно ощутив горячее дыхание на собственной промежности.

— Какая ты сладкая! — взвизгнула Энн. — Мммм, — застонала в ответ Сьюзен.

Девушки зачавкали, заурчали вдавливая лица в промежности друг друга. Мелисса довольно смотрела на безобразную сцену на ковре.

— Это просто восхитительно! — прокомментировала она. Вы обе такие очаровательно бесстыжие. И у нас еще столько времени для разных увлекательных игр. — Ммммппфф!... Мммм... — вместо ответа почавкала Сьюзен.

По ее лицу текли настоящие ручейки теплой слизи. Она открыла рот прижимая его к приоткрытой щели влагалища Энн и просто сосала, вытягивая из нее сок. Мелисса прищелкнула пальцами и задумалась.

... Ее сила работала, работала, именно так как она хотела. Стоило ей подумать о том, что нельзя давать своим злейшим подружкам кончить, как это случилось. Теперь она хотела что бы они могли испытать оргазм только облизывая друг друга и ни как иначе.

— Ни один парень больше не сможет удовлетворить вас только язык и губы друг друга! — зловеще произнесла Мелисса. Как бы ваши мальчики не старались трахать вас вы сможете кончить только так, будете возбуждаться сходить с ума, но кончать только от языков друг друга. Это звучит просто прекрасно.

В глазах Сьюзен блеснули слезы, несмотря на похотливый ураган бушующей в ней ей хватило мозгов, что бы осознать, о чем говорит Мелисса. Это было катастрофой. Слухи расползаться по школе мгновенно и их ждет позор и издевательства. Энн в отличие от нее, похоже, мало беспокоилась о будущем, она просто проворчала, что то н разборчивое и захлюпала дальше, внедряя неожиданно длинный язык во влагалище подруги. Они продолжала ласкать друг друга, уверено двигаясь к оргазму.

— Но это еще не все. — уже не скрывая злобы добавила Мелисса. С этого момента вы станете распутными похотливыми шлюхами. В будете испытывать возбуждение весь день с утра до вечера и сойдете с ума если не кончите за день раз или два. Так что привыкайте быть для друга самыми страстными любовницами в нашем городке.

Энн и Сьюзен уже не понимали, что говорит Мелисса. Они тонули в сладком море оргазма. Обе девушки непрерывно стонали, и извивались на ковре, сплетая потные тела в немыслимые комбинации.

— О, я не буду такой жестокой скотиной, как вы обе, проклятие не будет вечным. Я дам вам два шанса искупить свою вину. Все будет зависеть от вас насколько хорошо вы будете с этого момента относится ко мне и моим просьбам. Хотя может ваше теперешнее состояние настолько понравится вам, что вы сами не захотите становиться нормальными. Время покажет... А теперь можете кончить шлюхи!

Девушки просто взорвались надсадными криками, содрогаясь в пароксизме страсти. Каждая клеточка их тел забилась в конвульсиях вопя от наслаждения, во влагалищах началась серия микровзрывов, спазмов, неконтролируемых выбросов мочи. Сьюзен едва не захлебнулась, когда из раскрывшегося влагалища Энн ей в лицо хлынул упругий золотистый фонтан. Но ни одна из них не отдернулась. Обе издавали гортанное мычание, царапая друг друга, облизывая, глотая смесь всевозможных жидкостей. Конвульсии продолжались почти минуту, после чего два мокрых утомленных тела распались, тяжело дыша полностью истощенные и выжатые.

— О, Боже! — простонала Энн в отчаянии и по ее щекам опять полились слезы. М-моя жизнь кончена... Какой позор! — Нет, Энн... — отозвалась Сьюзен. Мы... мы придём через это. Мы сделаем все, что она говорит и с нами все будет в порядке! Видишь? Она... она ослабила контроль и ты начала нормально соображать. — Прекрасные слова Сьюзен. — сказала Мелисса. Я действительно ослабила контроль над Энни. Она должна понимать и осознавать насколько все это унизительно.

Мелисса встала, скинула халат и чулки с поясом. Подошла к стулу, где висела ее обычная одежда и потянулась за джинсами. Сьюзен барахталась на полу пытаясь сесть, она все еще с трудом контролировал себя после оглушительно сладкого оргазма. Энн, лежащая на полу в бесстыдной позе увидела, что Мелисса одевается и закричала

— Ты уходишь? Сейчас уходишь? — Я сыта по горло вашим гостеприимством девочки. — Мелисса застегнула блузку. Но поверь мне, я очень скоро свяжусь с вами. — И что... мы должны делать?

Мелисса широко улыбнулась, но эта улыбка была лишена обычного для девушки тепла смущения и покорности. От нее по коже Сьюзен пробежали морозные мурашки, ее сердце сжалось в нехорошем предчувствии.

— У меня очень много дел, мне нужно полностью разобраться в себе в том, как работает мое новое приобретение. Думаю, стоит потренироваться на ком то еще кроме вас.

Она помахала девушкам рукой и вышла на улицу...

t/b/c/