Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Отчий дом в родном Заречье Часть 2

Часть 2

Оставшись одна, Наталия Степановна прошла на кухню, налила в свой бокал остывший чай и потягивая его, задумчиво размышляла о том, что вновь испытала давно забытое чувство – принадлежать взрослому мужику. Последнее время на настоящих мужиков ей явно не везло, и память вернула её в события месячной давности.

Выйдя из поселкового магазина, проходя по базарным рядам на площади, среди не многих покупателей она встретила свою младшую сестру Надежду, живущую на противоположном конце Заречья. Жила она небольшой семьёй: муж, двое детей – дочь Зина, считай невеста и сын Санька, заканчивающий школу на будущий год. Отношения между сёстрами не прерывались, несмотря, на редкие встречи, каждая жила своими проблемами и заботами.

– Наталья, чего не приглашаешь к себе попариться в баньке? Одной – то, поди, не сподручно, а я тебе Саньку пришлю, он и дров наколет и воды натаскает. Попаримся от души, веничком похлещемся. Я настойку прихвачу, посидим. Надумаешь, скажи.

– Да я не против попариться – дело хорошее. Присылай Саньку, к вечеру протоплю, сами помоемся и его побалуем.

– Ну баловать его будешь сама, не матери же с ним кувыркаться, а ты тётка ему, да и посноровистей меня.

– Скажешь тоже, совсем пацанёнок, чего мне с ним, с мальцом, сболтнёт кому, сраму не оберёшься.

– Не сболтнёт, сам просил с тобой свести. Кто, как не тётка парнишку поучит. У тебя поди никого сейчас?...

– Давно уж, а сама – то, что? Мужа опасаешься что ли?

– Санька обо мне и речи не вёл, да и мужик прознает, несдобровать. Тебя он хочет, ты ему нравишься, говорю тебе, сам просил ему помочь с тобой.

– В грех ты меня вводишь сестрёнка.

– Одним больше, одним меньше… Ты моя должница – если не забыла. Дениску твоего я на этой самой коечке наставляла, пока ты месячными маялась. По твоей просьбе, помнишь?

– Ладно, чего уж попрекать, я не отказываюсь. Присылай завтра к утру, там ещё с баней возни будет.

Утром следующего дня Наталья в окно увидела щуплую фигурку паренька у калитки во двор. Явился уже, – подумала тётка, выходя на крыльцо.

– Ну, чего не проходишь? Ищешь кого? Тётку родную не признал?

– Здорово, тётя Наташа! Мать вот наказала зайти, подсобить тебе велела.

Ещё вопрос, кто кому… – подумала про себя Наталья Степановна, придирчиво оглядывая щуплого племянника.

– Ну, заходи, коли пришел. Давненько к тётке на глаза не показывался. С зимы тебя не видала. Подрос, смотрю, девки ещё не донимают?

– Мне они не сдались, чего с ними делать – то. Я таких, как ты люблю…

– За мамкой давно подглядываешь? Она, баба фигуристая, есть на что посмотреть.

– Мне другое интересней, а с ней не получается – не даёт, отца боится.

– Значит просить не умеешь, к бабе подход нужен, тем паче к замужней, а уж к матери особо.

– Она говорит, чтобы тебя попросил… Наташ, помоги с этим, очень надо, а я тебя во всём слушаться стану.

Наталья строго взглянула на Саньку, сложив руки под грудью и задумчиво произнесла

– А не сболтнёшь кому? Мне ведь слава давалки не нужна, да и мать меня первая осудит.

– Слово даю, никто знать не будет.

– Посмотрим, чего твоё слово стоит. За родителями, поди, насмотрелся? Не попался ниразу?

– Мать засекла раз, но отцу не заложила. А, как стал её за задницу хватать, так к тебе и прислала.

– Чего же сеструху не попросил, девка видать с парнями уже навострилась, сиськи в руках не удержишь, братика в беде не оставила бы.

– Мать запретила, отцом пугала. Она скорее сама даст, чем Зинке разрешит.

– Вот мы с тобой матушку твою и разложим под тебя. Ты мне скажи, только честно, есть у тебя дружок какой для этих дел, ну чтобы свою мамку ему дать сперва?

Санька недоверчиво покосился на Наташу и нехотя кивнул в ответ.

– Ты сама не хотела, чтобы кто – то знал.

– А в компании вернее будет. Сейчас мы спробуем тебя, потом за дружком сбегаешь, баньку наладите, а к вечеру… решим, что и как. Дружку пока не раскрывай наш план, пусть для него и мамки сюрприз будет.

Наталья задвинула щеколду на двери и прошла к себе в комнату. Дружок твой из каких будет?

– Васёк Решетников.

– Бухгалтерши нашей? Смотри. Отвечаешь за него. Ну, подходи сюда. Время уходит. Тебе ещё друга искать.

– А чё его искать? Он за калиткой прячется, меня ждёт.

– Как ждёт? Ты что же сказал ему, зачем ко мне шёл?

–У тебя свой план, у меня свой. Только без твоего согласия, я его не позвал бы, а так он пришёл помочь баньку наладить.

– Ещё с одним не начала, а тут уже очередь образовалась!

Ладно, зови, но смотри у меня…. Если, что!

Санька степенно вышел на крыльцо и огляделся по сторонам. За забором выросла фигура Васьки и пройдя до калитки, тут же исчезла, возникнув уже рядом с Санькой.

– Ну что, согласилась? – Подступил тут же к другу Решетников, сверля его глазами.

– Заходи, подробности потом. Одно условие – молчать.

– Мог бы не напоминать по сто раз на день.

Ребята юркнули в дверь, задвинув за собой тяжёлый засов.

В комнате их ждала Наталья Степановна, раскинув свою постель и бросив в изголовье пару подушек. Оглянувшись на друзей, она присела на край кровати, снимая с себя фартук, рассматривая их. Да, зелёные пока, далеко им ещё до мужиков, разве года через четыре, пять.

Васька приветливо улыбнулся и поздоровался, рассматривая приятную полноту Санькиной тётки.

– Здравствуйте тётя Наташа!

– Здравствуй «племянничек». С чем пожаловали гости дорогие? Не много ли вас за раз?

– Санька просил помочь с баней, я всегда рад поддержать друга…

– Полагаю, не только с баней? Ну, условие моё тебе известно, надеюсь?

– Конечно, полностью согласен, – поспешил заверить её Васька.

– Тогда прошу, без толкотни и спора. Раздевайтесь.

* * *

В полдень Денис приехал в дирекцию и найдя Нину отправился с ней в столовую на первый этаж, где уже толпилась очередь к раздаточному прилавку.

– Нина Александровна, на вечер мама нам протопит баньку, приготовит ужин, короче, нас ждут и любят. Вы ей очень понравились.

Только ей? – сосредоточенно рассматривая на прилавке тарелки с комплексным обедом, отозвалась тихо Богданова.

– Мне тоже, – чуть громче подтвердил Денис и тут же получил на свой поднос, от девицы на раздаче, одинаковый с Ниной набор блюд. Богданова, спрятав улыбку, обронила совет быть внимательней и оригинальней в своих желаниях.

– Вечером зайдём в магазин, – сказала Нина, – возьмём продукты, что – нибудь выпить, гости гостями, но и наглеть, не стоит. Мне Наталья Степановна тоже очень понравилась, любит тебя, подлеца не понятно за что. Столько лет не приезжал, бросил мать. Не стыдно?

– Почему подлеца, обстоятельства так сложились. Как – нибудь расскажу.

– Какие могут быть обстоятельства бросить мать, разве только в тюрьме сидел столько лет, – возмутилась его коллега.

– А институт закончил заочно, так сказать, без отрыва от мест не столь отдалённых, – съёрничал улыбаясь Денис.

Проходя мимо столика с сослуживцами, Денис учтиво раскланялся, пожелав удачного дня своим коллегам. Нина нашла свободный столик у окна. Они уселись за него и всё остальное время, разговор был только о работе.

Весь оставшийся день Нина с Денисом копались в проектной документации, корректируя поправки, согласовывая доп. соглашения по инстанциям. По окончании рабочего дня, молодые люди зашли в ближайший магазин и набрав полные руки покупок, запрыгнули в проходящий автобус в сторону Заречья. Свободных мест в салоне не оказалось, и они остались на задней площадке. На ближайшей остановке автобус забрал кучу дачников с вёдрами, корзинами и рюкзаками. Люди толкались в салоне, перетаскивая поклажу ближе к выходу. Нина неоднократно наталкивалась на Дениса, с полными руками, не имея возможности сдерживать толчки окружающих пассажиров. Перестав сопротивляться, она прижалась к парню и до Заречья уже не меняла своей позы. Денис свободной рукой крепко держал женщину за талию, ощущая мягкое давление её лобка. При очередном ухабе его рука скользнула со спины на упругую ягодицу своей спутницы и невольно сжала её. Она встретила сконфуженный взгляд Дениса и предупреждающе произнесла:

– Не возражаю.

В Заречье добрая половина пассажиров вышла из автобуса и молодые люди направились к дому Натальи Степановны, затерянному среди старых построек с садовыми участками, огородами. Они подошли к дому, в глубине двора стояла маленькая банька, сизый дым тянулся из трубы. На пороге дома стояла Наталья Степановна с фартуком в руке, приветливо улыбаясь им.

* * *

Перед ужином решили помыться в баньке. Наталья Степановна свела Нину в баню, показала, что к чему, выбрала покрепче веник и вернулась в дом.

– Денис, чего топчешься без дела, ступай к ней, ещё кипятком ошпарится без пригляда. Я тебе бельишко набрала из твоего, туда уж снесла, иди.

Денис спустился к бане и потянул дверь. При свете керосиновой лампы он увидел Нину, завёрнутую в полотенце, сидящую на лавке у самой двери в парилку.

– Банщика вызывали? – улыбнулся он и присел рядом с женщиной. Стянув с себя майку и треники, оставшись в плавках он открыл перед Ниной дверь в парную, приглашая войти. Осмотревшись по сторонам он плеснул пару ковшей на горячие камни. и предложил Нине устраиваться на верхней лавке, чтобы хорошенько прогреться. Женщина недоверчиво ступила на полки, и присела, ощущая жгучее тепло на влажном теле. Денис протянул ей войлочную панамку, предложив надеть на голову.

– В парной в одежде не сидят, – стянув с неё махровое полотенце распорядился Денис.

Нина машинально прикрыла руками свою грудь, выжидательно глядя на его плавки.

– Будешь меня парить, сниму непременно. Но если настаиваешь могу сейчас.

– Ладно, потом, – согласилась Нина, не отнимая скрещенных рук от груди.

Денис приготовил воду, веник и кивнув Нине на скамейку, приказал лечь на живот. Она послушно вытянулась, положив руки перед собой, отвернув лицо в противоположную сторону. Красивая фигура женщины, в свете заходящего солнца, проникающего через окно, сияла в золотом пару, светлые пряди волос, спадающие на покатые плечи, покрытые капельками влаги. Линия спины стремительно спускалась к холмам ягодиц, расслабленно лежащих на чудесных бёдрах, уходящих к стройным ногам и дальше, на розовые ступни с ровными пальчиками. Денис взял в руку веник из дубовых листьев и едва касаясь прошёлся им от спины до щиколоток. Затем ещё и ещё раз, вызывая у Нины томное постанывание. Лёгкое похлопывание веником по телу женщины постепенно учащалось, оставляя на теле следы прутьев веника. Окатив Нину прохладной водой, Денис попросил её перевернуться на спину. Поколебавшись, она решительно перевернулась, плотно сжав колени и бросив руки вдоль тела. Полная обнаженность женского тела довершила возбуждение Дениса. Его плавки приобрели заметную выпуклость для Нины Александровны.

– А я уж подумала об определённой направленности у тебя, и то ладно. Ты, их снимай, для полной чистоты эксперимента. Или у меня глюки на твой счёт?…. – с сомнением покосилась на плавки Нина.

– Делу – время, потехе – час, – сдержано отозвался Денис, продолжая начатую процедуру, охаживая веником плечики, грудь, бёдра Нины, слегка раздвинув ноги женщины, – расслабьтесь дамочка, здесь не настолько светло, чтобы изучать подробности Вашего совершенства.

– То – то я смотрю, глаза по полтиннику, – но ускоренный темп дубового веника заставил её умолкнуть и на смену словесной перепалке пришли тяжелые стоны, бурные возгласы, как только веник касался нежных мест на теле Нины.

В завершающем этапе экзекуции Денис ещё раз окатил водой раскрасневшееся тело своей подруги.

– Теперь я тебя буду мыть, лежи, не вставай.

Он развел пену в тазу с теплой водой, взял мочалку и намочив её в тазу с мыльной пеной осторожно стал намыливать Нину. Она лежала в расслабленном состоянии и все его движения по укромным уголкам её тела воспринимала без возражений и с благодарностью. В заключении сменив несколько тазов воды, Денис смыл пену и накинув на неё чистую, приготовленную матерью простынь, отправил Нину в раздевалку отдохнуть, а затем идти в дом и прислать к нему мать. Сам вернулся в парилку, сняв с себя плавки, лёг на лавку, привыкая к горячему пару, плывущему под потолком бани.

* * *

Минут через десять в парилку вошла Наталья Степановна в сорочке, прикрывающей ноги чуть ниже колен.

– Как много нагнал пара, девчонку поди совсем замучил, отвык уж от парилок. Надо было мне её самой пропарить.

Она опрокинула себе на грудь таз воды и взяв в руку веник приказала сыну ложиться на скамью. Рубашка на теле Натальи прилипала к её формам, возбуждая и так распалённый член Дениса.

– Погоди с этим, разрядиться хочу – мочи нет, едва дождался тебя, скинь с себя всё это.

– Что же меня было ждать, с такой – то красавицей и о парной забудешь…

– Ничего, я скоро, – и он потянул мать к скамье, ставя её к себе спиной. Наталья уткнулась в согнутые локти и поставив правую ногу на скамью, выставила необъёмный зад перед сыном. Сплюнув на ладонь, он провёл ей по раскрытому влагалищу и не тратя время на ласки, проник своим членом в тёплую глубину материнской вагины. Руки с силой потянули материнские бёдра на себя, выдавив из неё громкий вскрик. Звонкие шлепки бёдер Дениса о крупные ягодицы матери, чередовались с гортанными вздохами женщины. Наталья, металась по скамье, сдерживая всеми силами удары, наносимые Денисом. Их сношение продолжалось достаточно долго, Наталья уже не раз просила сына дать ей передохнуть и прийти в себя. Вынести три оглушительных оргазма под молодым мужиком, становилось нестерпимо, она забилась в слезах, оседая на ноги. Почуяв, как тело матери стало заваливаться ему на руки, Денис вытащил из неё член и подхватив на руки обмякшую Наталью, уложил на скамью. Грудь женщины тяжело вздымалась, заглатывая в себя горячий обжигающий воздух. Отдышавшись, мать села на скамье и протянув руку к члену Дениса, попыталась завершить начатое сыном.

* * *

Часа через полтора, раскрасневшиеся и усталые, они вернулись в дом. Нина, так и не дождавшись своих хозяев, прикорнула на кровати в комнате Дениса. Настольная лампа высвечивала, открывшуюся в разрезе распахнувшегося халата, белую грудь Нины, с темнеющими кружками, увенчанные ровными, словно таблетки, сосками.

– Денис, не буди Нину, дай соберу на стол.

Наталья Степановна открыла холодильник и стала доставать на обеденный стол, салаты, винегрет, селёдку в подсолнечном масле, под нарезанным луком, уложенным пёрышками в селёдочнице, солённые грибы. Пощупав кастрюлю с ароматными щами, решила подогреть, зажгла плиту и поставила кастрюлю на огонь. Рядом пристроила сковороду с жаренной картошкой с кусочками баранины. Выставила на стол холодную бутылку водки. Когда всё было готово, мать отправила Дениса будить Нину. Она продолжала лежать на кровати в той же позе, с распахнутым воротом халата, в которой он оставил её. Денис присел на колено и прикоснулся к кончику носа. Нина слегка поморщилась и приоткрыла глаза. Когда её сонный взгляд остановился на лице парня она улыбнулась, и оторвавшись от подушки села на кровати.

– Я вас не дождалась и заснула, О, какие ароматы я слышу!

– Всё на столе, идём ужинать, мама зовёт – чмокнув в разрез халатика, Денис потянул Нину за руку с кровати.

Выйдя на кухню, молодые люди восхищено переглянулись и оценив великолепное разнообразие блюд с восторгом сели вокруг стола. Нина кивнула Денису на сумки и тот поспешил выложить на стол пару нарезок, бутылку вина, торт к чаю. Наталья Степановна принялась разливать по тарелкам щи с кусками мяса, На центр стола поставили сковороду с жареной картошкой. Денис налил женщинам в рюмки вина, себе водки и провозгласив традиционный тост «со свиданьицем» – выпили.

– Банально, если бы я так не хотела есть… – попыталась возразить Нина с набитым ртом.

Застолье продолжалось допоздна, пока мать не спохватилась, посмотрев на часы.

– Сидим, а на время и не смотрим. Завтра на работу, вам надо отдохнуть. Ниночка, где спать будете? У меня просторнее будет.

– Спасибо, Наталья Степановна. Мы с Денисом в его комнате ляжем.

Нина пыталась помочь убрать со стола, но хозяйка категорически воспротивилась её намеренью. Отправила молодых спать, выдав комплект постельного белья.

Продолжение следует