# СЕМЕЙНАЯ ТРАДИЦИЯ

Eromo.Org

Рассказ скачан на сайте http://eromo.org Название: СЕМЕЙНАЯ ТРАДИЦИЯ

Однажды утром я зашёл в комнату к своим двойняшкам – Ольке и Пашке – которые как раз вчера отпраздновали своё восемнадцатилетие. Их комната была разделена на две части занавеской, и поэтому первым делом я увидел дочку, которая вертелась у зеркала на своей, расположенной ближе к двери, половине. Стройная светловолосая девушка примеряла подаренные ей вчера шмотки, и была одета на тот момент только в красивые чёрные чулки, и стринги. –Ой, пап! – Оленька прикрыла рукой свою небольшую красивую грудь, но тут же, улыбнувшись, опустила руку. У нас в семье было как-то не принято особо прятаться друг от друга. Да и куда спрячешься, если мы жили вчетвером в маленькой двухкомнатной квартире? –Привет, невеста! – я похлопал дочурку по гладкой подтянутой попке. – Чё, Павлунчик дрыхнет ещё? –Не знаю… Я заглянул за шторку, и уставился на лежавшего под одеялом своего любимого сынульку… Несмотря на то, что он был младше Оли всего на несколько минут, выглядел Пашка, наверно, моложе года на три-четыре. Стройный, с круглой попкой, но худенький – он скорее напоминал школьника. Впрочем, Олька, как я уже вскользь упомянул, тоже не отличалась особенно эффектными формами. Но это, наоборот, мне даже нравилось. К тому же, на лицо мои детишки были очень даже приятными, если не сказать – красивыми… –Пах, вставай! – я присел рядом с сынишкой на край кровати, и взъерошил пятернёй его курчавые волосы. – Прибраться надо в комнате, после дня рождения вашего. Мать прибрала уже немножко, но на рынок поехала – это надолго теперь. –Я не могу, – грустно ответил Паша, – переел вчера. Парнишка слегка стянул с себя одеяло, и продемонстрировал мне своё вздувшееся пузо. Я потрогал живот пальцами: –А ну-ка, пониже заголи, я там посмотрю. –Неее… – смущённо буркнул сын. –Чё, эрекция у тебя там? Павлик, ну сколько говорить можно, что нормально это, что не надо стесняться этого? –Где, где эрекция? – дурачась, подбежала к нам в туфлях на высоких каблуках Олька, и пристально уставилась на своего краснеющего уже братца. –Да ладно, Павлик, хватит стесняться-то уже! – я потрепал сына за щёчку. – Покажи, правда. Ты ж большой уже, какой он у тебя там, интересно? –Не, не покажу, – заупрямился парень. –Да ладно, я ж видела всё равно уже! – озорно сверкнула глазёнками Ольга. –Когда?? – испугался Паша. –Тогда! Дрочил ты когда. –Ты чё, подглядывала чтоль??? –Ой, какие ж вы глупенькие ещё… – улыбнулся я, и не в первый раз уже прочитал ребятам лекцию о том, чего надо, а чего не надо стесняться. Под конец, ласково обозвав сына «маленькой сопливой стеснюшкой», я склонил его всё-таки к тому, чтобы показать член. Явно с неохотой, Паша вытащил из трусов своё «сокровище». Я отметил с удовольствием, что пенис у него немаленький, ровный и красивый. Из-за смущения Павлик никак на это не отреагировал, но я заметил всё же, что мой комплимент ему понравился. Дочка смотрела на брата с интересом… –Ну ладно, такой живот промывать надо, к клизме готовься! – похлопав юношу по пузу, скомандовал я. Доча тоже ощупала свой животик: –Да, мне тоже, наверно, клизму надо сделать. Не болит, но… лишнего я себе вчера позволила, конечно. Из еды, в смысле. Мама придёт – я попрошу её… –Блин, ну ты чё не поняла ничего, что я говорил щас? – с улыбкой повернулся я к ней. – Почему мама-то? Она с рынка придёт, усталая… Давай я сделаю лучше! –Ой, ну я не знаю даже… – задумалась Оля. –Я тоже, пап… Не надо, может? Может, само пройдёт? – засомневался Павлик. –Вот вы странные, а? – я посмотрел в глаза Паше, а потом Ольке. – Одна с лишним весом борется, хоть и нет его, другой – с прыщами… хоть и не видно их вообще. А зачем диетами-то себя мучить, и деньги на лосьоны изводить на эти? Если проще и эффективней можно?.. Я объяснил ребятам, что клизма способна и улучшить фигуру, и очистить кожу – конечно, при правильном её применении. –Ну ладно… –Давай, наверно… – согласились двойняшки. Довольно улыбнувшись, я предложил им устроиться на одной кровати. Детишки завозражали. –Да ну чё вы, ладно, я вас положу так, что вы не будете видеть друг друга почти! Давайте! Олька и Павлик нехотя подчинились… –Туфли одень обратно, в туалет бежать потом… – посоветовал я дочке, когда она сняла чулки и стринги. –А тапки где мои? – спросила девушка, оглядев комнату. – А, я ж вчера из клуба пришла, и в туфлях прям… А тапки в прихожей остались… –Да мать подметала, засунула наверно куда-то. – предположил я. – Ладно, в туфлях оставайся, какая разница… На самом деле, дело было совсем не в тапках, и не в «бежать». Просто все без исключения девушки всегда казались мне гораздо более привлекательными в туфлях с высоким каблуком. И я хотел, чтобы дочка приняла клизму сейчас именно в таком виде. Попросив Оленьку лечь на кровать на спину, я предложил ей раздвинуть и согнуть в коленях ножки. –Ой, пап, ну я не могу так! Пашка смотрит вон! –Да ладно, чё ты. Перед Стасиком перед своим ножки не раздвигала, что ли?… (Стасиком звали дочкиного друга; у Павлика же девчонок, по-моему, не было) …Ты сдвинь вместе пока, а Павлунчик встанет в ногах у тебя… поперёк кровати, вот так, да… (Паша встал) …На колени, правильно. Павлуш, и головой упрись в кровать… Во, чтоб попка у тебя задралась, повыше… И стой так, расслабляйся, привыкай пока… А теперь раздвигай, Оль… ножки. Вот тааак… Умничка… А ты не подглядывай, проказник! – я шлёпнул сына по голой попке… …Принеся из ванной спринцовку, тазик и грелку с мыльным раствором, я выдавил себе на пальцы крем из тюбика, и аккуратно смазал им дырочку своей дочурке. Девушка слегка напрягла живот, и нервно повела своими красивыми ножками. Вставив ей в попу наконечник от грелки, я пустил воду: –Дыши животиком глубоко, зайка… через ротик, ротик открой… – я погладил дочу по животу. – …вот так. Я тебе помассирую животик немножко, ножки раздвинь пошире… Сев между Павликом и Олей, я протянул руку между ногами дочки, и стал разминать, массировать ей живот, в котором уже начинало урчать от клизмы. Девушка прерывисто задышала… Массируя, я несколько раз задел её подбритый лобок ладонью, а убирая под конец руку – на секунду, как бы случайно, затронул пальцами и «киску». Дочка вздрогнула, и резко всплеснула ручёнками от неожиданности. –Лежи-лежи, киска, я нечаянно… Девушка закрыла глаза, и тихо засопела… Пересев на стул, я повернулся к Павлику. Сынишка теперь стоял попой прямо ко мне, и его опрятная маленькая дырочка весело смотрела на меня, как бы предлагая – «Давай, задвинь в меня что-нибудь!». Я смазал отверстие кремом, и, наполнив водой спринцовку, попытался просунуть её в девственный сынулькин анус… Но у меня ничего не получилось. Войдя внутрь на несколько сантиметров, наконечник упёрся во что-то вязко-твёрдое, и застрял там. Я надавил на клизму. Вода не пошла. Похоже, у Павлуши давно уже был запор, и вся прямая кишка паренька была забита каловыми массами… –Ну что ж ты сразу-то не сказал мне! – я с досадой вытянул клизму обратно. – Вот говоришь тебе, а толку… …Я вспомнил, что аналогичный случай произошёл когда-то и со мной. Было мне тогда девятнадцать лет, но я, в отличие от моих близнецов, был гораздо более сильно закомплексован. Однако комплексы – комплексами, а когда на меня «напал» очередной запор – нужно было что-то делать. К родителям я обратиться стеснялся, но мысль о том, чтобы пойти в поликлинику, приводила меня в ещё больший ужас! И тогда я попытался проклизмить себя сам. Но вода из спринцовки в мою попу почему-то почти не поступала – так же, как и у моего сынишки. А если и поступала – то по большей части выливалась наружу. И что было делать? Испугавшись за своё здоровье, я обратился к отцу… В небольшой хате, в которой мы тогда жили, гостили родственники из деревни, и поэтому папа повёл меня в сарай. Там, среди инструментов, банок с огурцами и бутылей с самогоном, он велел мне раздеться догола, и встать на локти и колени на верстак. Задвинув мне в очко спринцовку, папа надавил на грушу, но вода, как и следовало ожидать, сначала не полилась, а потом полилась наружу из попы… «Дааа, видать, задница у тебя говном забита!» – сказал отец. Он попытался ввести наконечник чуть левее, видимо полагая, что там дерьма окажется поменьше. Но наконечник опять забуксовал, и вода снова не пошла. Тогда папа надавил на спринцовку изо всей силы, и нечаянно уколол мне наконечником там, внутри, попу. Я сильно дёрнулся и вскрикнул от боли… «Б…, клизма лопнула!.. И чё делать теперь?.. Да, видно, тут по-другому надо. – подумав, объяснил папа. – А то я так тыкать буду, и жопу проткну насквозь тебе! Да и чем тыкать-то? Порвалась же, резина старая уже, б…»… С этими словами отец взял огромную воронку, через которую он разливал обычно по бутылям самогон (диаметр выходного отверстия у неё был, наверное, около трёх сантиметров). Смазав конец воронки вазелином, папа не без труда задвинул её мне глубоко в зад, и, взяв в руку длиннющий узкий нож, принялся осторожно шуровать им в моей попе. Лезвие дробило и разрезало кал как бы внутри забившегося дерьмом носика воронки, так что моя бедная попка была вроде бы в полной безопасности. Залив в воронку воду, отец вытащил её, и приказал мне просраться в подставленное им ведро. Потом сказал, что держать воронку и лить воду одновременно ему неудобно, и позвал мать… Мама сразу же взялась не за верх воронки (как было бы удобней), а за основание носика, положив руку на мою попу. Свободной рукой она то и дело подтирала с промежности, мошонки, и других частей моего тела сочившуюся у меня из дырки воду… Помню, вода с калом вскоре пошла у меня обратно прямо через воронку, я бурно кончил на верстак, и даже разрыдался от стыда и унижения… …Но я подумал что Павлушка, в отличие от меня тогдашнего – юноша современный. Ну покряхтит немножко, покомплексует, посопит носопыркой. И ничего ему не сделается! Вот только воронки – такой, как у отца – у меня не было. И как же мне тогда действовать?.. Я вспомнил, что видел когда-то в коробке с пылесосом (которым обычно пользовались только жена и дочка) какие-то насадки… –Ща, Павлуш, погоди… Через некоторое время я вернулся в комнату, торжественно неся перед собой объёмную, чёрную пластиковую насадку. Пощупав её, и убедившись, что края у трубки не острые, я густо намазал её кремом: –Малыш, попка забита у тебя совсем, так что… потерпи. Больно немножко будет, ты расслабься главное, и не трепыхайся сильно… –Ауч! – почувствовав, как я запихиваю в его маленькую дырочку толстый предмет, вскрикнул Павлик. –Тихо-тихо-тихо, зайка, потерпи. Так надо. Расслабь попку… Насадка долго не хотела засовываться, попочка паренька всё время норовила вытолкнуть её обратно. Но я проявил настойчивость и терпение, и вскоре всё-таки задвинул её сантиметров на 10-12, пробурив каловые массы. Потом взял в руку принесённую с собою заодно длинную отвёртку… А может, достаточно будет просто вытянуть трубку, и нечистоты выйдут вместе с нею?.. Нет. Вдруг не выйдут, или выйдут не до конца? Что мне тогда – снова мучить своего любимого, засовывая ему эту здоровенную деталь повторно?!.. Я прицелился отвёрткой, и, прикинув допустимую глубину погружения, ввёл её в попу через насадку: –Сейчас я тебе разрыхлю дерьмо там внутри, чтоб вышло оно… Зай, ты не дёргайся, не больно же?.. Ну вот, а чё ж ты… Щас, я закончил уже почти… …Вода в грелке у Оленьки, тем временем, почти уже закончилась. –Пап, можно я в туалет пойду? – спросила дочка. –Полежи немножко, красавица моя, подождать надо, – я поправил под попой дочурки промокшее уже от просочившейся на него из дырки воды полотенце. И заметил краем глаза, что сосочки у моей девочки немного набухли… …Павлик поёжился, и недовольно замычал: –Па, ну скоро уже? –Скоро-скоро, любовь моя. –Ну не называй меня так, я ж просил! –Ну а что мне делать, если я правда… Ладно, стой спокойно. Дыши глубже – животиком… Вытащив отвёртку и насадку из попки юноши, я залил туда несколько спринцовок, и отправил сына просираться… …Через несколько минут он вернулся, и на его место, в туалет, поспешила дочка. –Ну всё уже? – поглаживая живот руками, спросил у меня сынишка. –Нет, ты что! Это я тебе кишку только прямую прочистил, она забита у тебя вся была. А щас кишечник промывать будем. На живот ложись… Уложив обиженно посапывающего Пашку попой кверху, я попросил его вытянуть правую ножку вдоль кровати, а левую – отвести в сторону, и максимально согнуть в колене. Потом нашёл на его письменном столе авторучку, и подсунул её под живот сынульке. Тупым концом я уткнул ручку в постель, а острым (стержнем) – в лобок юноше: –Держи попку вот так вот, в приподнятом положении – чтоб ручка не выпала. Пресс не напрягай только сильно… Это чтоб вода лучше заливалась, – пояснил я. Из туалета вернулась Олька. Я снова наполнил грелку, и, промазав анус сына кремом, вдруг задумался… –Слушайте, а вы ж взрослые уже, давайте… Если я в командировку уеду, например, а мать – к бабушке там… Кто вам клизму-то ставить будет, а? Давайте, вы друг другу ставить поучитесь? –А что? Я б поучилась! – Оля с любопытством наклонилась над подрагивающей попкой братика. –Ну бери наконечник тогда. Засовывай… –Э, а меня спросили вы?! – Пашка обернулся через плечё, и возмущённо вытаращил на нас глаза. –Да не ссы ты, потом ты ТОЖЕ её… –Аааа… Ну ладно!.. Я с наслаждением пронаблюдал, как дочка засунула в анус брата длинный наконечник, подвигала им там немного, и погладила юношу по попке. Павлик ничего не сказал, только передёрнул ягодичками… …Минут через пятнадцать он уже запросился на унитаз. –Щас, малыш. Ещё минутки две-три, потерпи, пожалуйста… Олька! А ты готовься теперь, твоя очередь! –Я? – Олечка слегка растерялась. Видимо, до неё только теперь окончательно дошло, что ей сейчас должен будет поставить клизму младший братишка! – Я… щас… Ой, что-то я не всё выкакала, по-моему… Щас я… Дочка сорвалась с места, и, быстро застучав каблучками, скрылась в туалете… –Па, я не могу больше! – простонал Павлик. –Ну щас, ты ж видишь – туалет занят, – ответил я. Мы подождали минутку… потом ещё минутку… потом ещё – три минутки… Я прислушался. Доченька, кажется, пописала (на клизму, по звуку, это было не похоже). Потом мне показалось, что сквозь шум заполнявшегося водой сливного бачка я услышал негромкое пыхтение. –Оль, ты что, дрочишь там? – улыбнувшись, крикнул я. Девушка не ответила. Пашка, между тем, заёрзал по кровати, и сдавленно заскулил: –Па!.. я всё… всё… –Ну ладно, пошли… Я приобнял голого сынишку за плечи, и помог ему подняться на ноги. Потом, придерживая его за талию, повёл парнишу к туалету. –Оль! Ну скоро ты там?! –Я… прокакаться не могу никак… я попозже… выйду… – проговорила из-за двери дочка. –Да когда блин попозже! – испуганно выкрикнул сын, и тут же, согнувшись, застонал, и схватился за живот руками. Писюн его, до того немного обмякший, снова вытянулся, как струнка. – Ай! Пап! Аааааа! Я обосрусь щас!!! –Тихо! Держись! – я развернул сынишку попкой к себе, и, прицелившись, резко заткнул ему дырочку пальцем. –Ай! Ааааааааа!!! –Тихо-тихо-тихо, зайка, пойдём, – я потянул паренька в ванную, – повернись попой к ванне. Во, ага. Нагнись чуть-чуть, коленки согни… –Я не хочу в ванну срать, – процедил сквозь зубы Павлунчик. –Ну и не надо пока! Ты посиди просто так, на всякий случай… Паренек, с моим пальцем в попе, присел на край ванны. Но не до конца – ноги его были напряжены, и слегка расставлены, спинка прямая – парень явно готовился в любой момент сорваться, и броситься к туалету… –Блин, ну скоро она там?! –Да она дрочит, наверно. Попка твоя завела её. Возбуждённо сопя, Паша посмотрел на мой, вздыбивший штаны, член. Но ничего не сказал – только смущённо отвернулся. –Пап, я не могу… – зашипел где-то через пол-минуты он. – я… Меня распирает изнутри всё… –Ну какай в ванну прям. –В ванну? –Да, я смою всё потом. Не бойся… Я вынул палец, и мой любимый зайка, задрыгавшись, начал с хлюпаньем выпускать из себя клизму в ванну… Глаза его были зажмурены – видимо, от стыда. Член стоял, и сотрясался в такт сокращениям кишечника… …Когда Павлик закончил, я смыл душем клизму, подмыл юноше с мылом попку, и опрыскал ванную дезодорантом. –Подрочишь, может? А то писюн у тебя долго стоит уже… – предложил я. –Неее, – сынуля, смущаясь, замотал головой… –Ну ладно, – не желая сильно пугать его, я не стал настаивать. Но тут мне в голову пришла одна интересная идея… …Случилось это давно – когда моей старшей сестре было ещё двадцать два года (мне в ту пору было двадцать). В то время она лежала на обследовании в больнице. Сразу скажу, что в конце-концов с сеструхой всё обошлось – но помучиться ей пришлось капитально…Однажды я заехал в больницу её проведать. Наташка забрала привезённые мною продукты, и сразу куда-то заторопилась. Я стал расспрашивать, куда, но она как-то засмущалась… Однако я всё-таки вытащил из неё «секретную информацию» – и оказалось, что спешит она на процедуру колонотерапии. Не напроситься с ней я просто не мог… Медсестра сначала не хотела пускать меня в кабинет – «Не положено!». Но я, оправдывая себя тем, что «я спешу, а мне очень нужно срочно поговорить с сестрой», решил вопрос при помощи небольшой суммы денег… Мою красивую сестрёнку положили на кушетку на спину, и велели ей раздвинуть ножки (из одежды на девушке в тот момент остался один только лифчик). Затем – подложили под неё судно, и начали вводить в попку длинный кишечный зонд, подсоединённый через шланг к огромному баку… «Ну раз уж вы всё равно здесь сидите, давайте я отлучусь ненадолго, – сказала медсестра, – а вы…» Она объяснила мне, что надо делать. И я минут тридцать-сорок продвигал зонд внутрь сеструхиной попы, периодически меняя под ней судно, которое заполнялось водой с калом, свободно вытекавшей из вставленного в дырочку сестры специального расширителя. За это время через девушку прошло, наверно, литров двадцать или тридцать… Через несколько дней я повторил эту процедуру со своей молодой тогда женой – уже дома, в ванной, при помощи подручных приспособлений… А потом супруга проделала то же самое со мной, и я бурно кончил в ванне, прямо во время калоизвержения… –…Павлик, слушай, – я любя потрепал сына за красивое, маленькое оттопыренное ушко, – а… живот не болит у тебя уже? Павлушка прощупал свой уже сильно уменьшившийся в размерах животик: –Болит ещё немножко. –А может, мы тебя по-настоящему промоем теперь, по-взрослому? –А как это? –Давай, ложись на спину, в ванну… Я принёс из своей комнаты длинный гибкий шланг со специальным веретенообразным наконечником, который мы с супругой приобрели когда-то для «взрослого» колоно-промывания. Вот только расширительная трубка для задницы у нас куда-то подевалась… Но теперь у меня была насадка от пылесоса! Старательно промазав анус юноши снаружи и изнутри, и выдавив на насадку чуть ли ни пол-тюбика крема, я снова засунул объёмистую трубку в задок Павлунчику. –Пап, а может не надо, хватит? – постонав немного, поморщился он. –Надо, зайка. Терпи, ты ж взрослый уже пацанчик! Просунув «зонд» со смазанным наконечником через насадку в попу сыну, я подсоединил шланг к водопроводному крану, и несильно пустил тёплую воду. Пашка заворочался в ванне, опираясь на её края сжатыми кулачками и пятками. Я стал потихоньку продвигать «зонд» вглубь кишечника. Мальчишка запыхтел и закрыл глаза. –Молодец, сына, держись. Не ноешь уже? Правильно! Мне показалось, что мой зайчонок хотя и краснеет от стыда, и испытывает некоторое неудобство – но всё же хочет испытать новые, необычные ощущения… Вливаясь в маленький животик, вода стекала вниз вместе с калом, прямо в ванну, и тут же снова устремлялась вверх – на штурм «новых горизонтов». Я продвигал шланг всё глубже и глубже, и вскоре он вошёл в попку сына где-то уже на пол-метра. Поинтересовавшись самочувствием моего «пациента», я узнал, что у него всё нормально, и продолжил промывание: –Щас мы попробуем тебе… ещё поглубже чуть-чуть… немножко… –Ай, пап! Не надо! А!.. –Вот так. Полежи спокойно, не надо губки себе покусывать… … Вода из попы Павлика вытекала уже почти чистая, когда мой зайчик вдруг сжал зубы, и застонал. –Что такое? –Па, я щас… я щас кончу, кажется… Чё это, пап? А? –Это нормально, зайка, бывает такое. Это поллюция обычная, они не только во сне бывают. –Ааааааа! – Павлушка застонал ещё громче, и, выпуская из себя воду, задёргался, стуча по ванне пяточками… …Примерно через час мы с сынишкой вышли из ванной. Дочка, уже одетая, сидела на кровати, скромно выпрямив спинку и сведя вместе ножки, и читала какой-то учебник. Щёчки у неё были покрыты румянцем. –Ну что, кончила? – улыбнулся я. –Ты чё, пап? Ты о чём?! – округлила глаза девочка. –Ну понятно всё с тобой… Ладно, не смущайся!.. Сынуля оделся, и, довольно поглаживая себя по животу, повернулся к Ольке: –Не захотела, чтоб я клизмил тебя, да? Ну ничего, ладно… Завтра я тебя проклизмю всё равно! –Ну да, конечно! – возмущённо проговорила Ольга. Но тут же, уже более скромно, добавила. – Это мы посмотрим ещё… –Посмотрим! – весело ответил сынишка. Я подумал, что к завтрашнему клизмированию Оленьки обязательно нужно будет привлечь и нашу маму – чтобы дополнить процедуру, помимо всего прочего, ещё и безобидными лесбийскими ласками…