Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Староверы. Часть 2

Вдруг она напряглась, как-то взвизгнула и затихла. Её тело полностью расслабилось. Леха так и не кончил. Он лежал на сестре не шевелясь. Постепенно Танюха стала приходить в себя. Она открыла глаза и улыбнулась брату. Парень понял это, как приглашение к продолжению. Он вновь задвигал тазом. Теперь девочку бил оргазм каждую минуту, пока брат не излился ей на живот. Они лежали полностью изможденные.

-Леха, я такого ещё в жизни не испытывала. Давай этим почаще заниматься!

-А как же мамка. Ей же тоже охота.

-Ну и чо, будем по очереди или вместе.

Когда Таисия вернулась домой, дети сидели за столом и Алексей что-то читал сестре.

-Мама, мама, Танюха, тут такое!

-Что, что случилось? Всполошилась Таисия.

-Танюха пришла в себя!

-Слава тебе, Господи, услышал мои молитвы!

Мать долго обнимала, целовала дочь. Татьяна тоже плакала от радости. Они долго обсуж-дали, что придётся сделать: съездить в райцентр к врачам, решить проблемы с паспортом, школой и т. д.

-Танюшка, что же все-таки произошло? Ты можешь вспомнить?

-Теперь могу. Помните, папка собирался уезжать. Ты, мама, пошла на работу, Леха был в школе. Я тогда осталась дома. Мы с папкой баловались, он меня щекотал, дурачились.

Потом он усадил меня на колени, стал гладить, говорить какая я красивая, целовал. Говорит: "Хочешь, сделаю тебе приятно? Только ты должна снять платье". Я разделась. Он стал целовать мои сосочки, трогать везде. Залез в трусики, засунул палец мне в писю. Я испугалась, а он говорит: "Не бойся. Трусики тоже снимай". Я не хотела, но он настаивал. Положил меня на кровать и стал целовать. Поцеловал даже писю и немного полизал ее.

Пальчиком тер какое-то место внутри так, что мне становилось действительно очень приятно. Вдруг у меня разлилось какое-то тепло внизу живота, пися задергалась, я как бы провалилась в яму. Когда я пришла в себя, папка лежал рядом уже голый и улыбался.

-Вот видишь! Я же говорил, что тебе будет хорошо. Теперь сделай и ты мне приятно.

Он взял мою руку и положил на свой торчащий, как палка писюн. Показал, как надо двигать рукой.

-Наклонись к нему, понюхай, как он пахнет. Можешь даже полизать его, поцеловать, пососать.

Я так и сделала. Он захотел, чтобы я быстрее двигала рукой. Стал стонать, а потом взял мою голову, приблизил к своему писюну, велел открыть пошире рот. Сказал, что сейчас у него польется мужское молочко, и я должна его выпить. И правда, вскоре мне в рот поли-лась какая-то тягучая жидкость, очень странная на вкус. Ни на коровье, ни на козье молоко она на вкус не походила, но приятная, мне понравилась. Папка велел облизать его писюн. Потом мы лежали голенькие на кровати. Он меня опять начал ласкать.

Его писюн встал колом. Говорит: "Эх, жалко целку тебе нельзя ломать. Ладно, у тебя есть еще одна дырочка". Смотрю приносит банку со сметаной. Мажет свой писюн, а потом мне попу, даже не саму попу, а дырочку в ней. Стал запихивать туда палец. Мне это не понравилось. Велел мне встать на четвереньки, сам встал сзади. Чувствую что-то твердое и большое протискивается мне в попу. Мне стало очень больно. Я заплакала, попыталась вырваться, но он крепко меня держал. Я просила его перестать, мне было очень больно. Тут как-будто мне в попу воткнули горящую головешку и все, я больше ничего не помню. А сегодня ночью я услышала стоны. Открыла глаза, смотрю - ты лежишь согнувшись, а Алешка тебя сзади обхаживает. И так ты сладко стонешь! Вдруг у меня в голове что-то щелкнуло.

Я поняла кто я, где нахожусь, что происходит, только никак не могла вспомнить какое сегодня число. Когда вы затихли, я еще долго лежала с открытыми глазами, а потом креп-ко уснула. Проснулась поздно и так захотелось испытать то, что ты испытывала ночью, что уговорила Леху со мной поебаться. Ты ругаться не будешь, что мы это сделали?

Пока Таня рассказывала, по щекам Таисии катились слезы, но после последних слов она смутилась и покраснела, но пересилила себя.

-Вот ведь гад, снасильничать хотел маленькую девочку. Ну, если он появится, он у меня получит. Я ему его писюн отрежу, чтобы не повадно было. Ладно бы со взрослой девкой, а то с дитем неразумным. А насчет того, что у вас было с братом чего бы мне ругаться.

Ведь у меня с Власом тоже было дело. Кстати, это он меня бабой сделал. Мамка была в курсе, что мы иногда милуемся. Она только просила, чтобы он был аккуратным насчет то-го, чтобы я не затяжелела.

-Мам, - спросил Леха, - а ты не знаешь, почему в нашей деревне так просто относятся к тому, что сыновья с мамками ебутся, ой, прости, милуются, братья с сестрами, а отцы с дочерями? Вон, Колька, сын нашего директора, хвастал, что он с мамкой регулярно ебется даже в присутствии отца, а тот его сеструху пользует, хотя той всего n-надцать лет. Зато в школе

Василий Николаевич такой строгий, его все ученики боятся. Да и Петруха тоже говорил, что мамка ему не отказывает и сестра старшая, хотя уже замужем.

- Я точно не знаю, но учительница истории ваша рассказывала, что нашу деревню основа-ли староверы, которые спасались в Сибири от царской опалы. Здесь, на Выселках, жили самые ярые сторонники старой веры. Село процветало. Мужики не пьющие, не курящие, работящие. Но беда пришла, откуда не ждали: случился жуткий пожар. Почти все село сгорело, много народу погибло, особенно мужиков. После похорон и оплакивания погиб-ших, собрались на общий сход. Избрали нового главу общины. Им стала матушка Марфа. Хотя какая она была "матушка" , ей всего было около 40 лет, но очень твердой веры. Через год после пожарища бабы стали жаловаться, что им не хватает мужского семени, хворают они от этого.

Тогда после долгих раздумий матушка в молельном доме на общем сходе объявила, что в старых писаниях сказано: в дни тяжелые грехом не будет считаться прелюбодеяние, если мужики будут иметь по несколько жен сразу, матери будут миловаться с сыновьями, сестры с братьями, а отцы с дочерями. Только молиться надо более истово. Чтобы подать пример односельчанам, она призвала сына своего и на глазах у всей общи-ны стала с ним совокупляться. С тех пор это и повелось. При советской власти, конечно, стала традиция затихать, но совсем не искоренилась. В последние годы, когда мужики стали разъезжаться на заработки, бабы вспомнили старое, вот и милуются потихоньку с сыновьями. Вот такая история. Теперь, что касаемо нас. Вы ребята молодые, вам это дело надо почаще, чем мне. Поэтому никаких споров не будет. Жизнь сама расставит все по своим местам.

Так они и зажили. Алексей теперь почти каждую ночь имел женщину. Иногда и днем.

Через пару недель они перешли на общую кровать - чего теперь друг от друга прятаться. В первую же совместную ночь Татьяна захотела попробовать теперь Лешкиного "мужско-го молочка". Минет она, естественно, делать не умела, поэтому просто держала мужской орган во рту и работала рукой, пока брат не излился ей в рот. Она с удовольствием проглотила сперму брата. Сказала, что очень вкусно и предложила сделать тоже самое матери, но Таисия отказалась. Через день Леха предложил женщинам секс втроем. Они встали ря-дышком на четвереньки, а он поочередно перемещался от одной к другой. Мать очень воз-буждало, когда сын входил в нее сзади. Обычно Танюшка кончала первой. Немного отдо-хнув, она помогала матери достичь пика. Ласкала ее грудь, целовала в губы. Поначалу Та-исия была несколько скованной, но постепенно раскрепостилась, перестала зажиматься и получала удовольствие в полной мере. Их дом почти каждую ночь содрогался от стонов и женских криков. Однажды Алексей поинтересовался у матери: "Мам, вот папка хотел

Танюху в попу, а ты с ним пробовала так?".

- Нет, сынок, ни разу.

- Может попробуем?

- Так Таня говорит, что это больно!

- Ну, она совсем маленькая была, а у тебя попа во какая сочная и аппетитная!

- Не знаю даже. Давай, только осторожно. Если будет больно, то прекратим.

Они тщательно подготовились к этому действу. Татьяна с интересом наблюдала за процессом. Алексей осторожненько стал вводить член в материнскую попу. Неожиданно для всех все прошло быстро и почти безболезненно. Ощущения Таисии были противоречивы-ми. С одной стороны приятно, а с другой - стыдно, что ее имеют в попу. Она даже испытала оргазм.

Как только сошел снег, Таисия с дочерью отправились в райцентр. Там остановились у односельчанки в общаге. Та работала посменно. Поэтому иногда женщины по ночам оста-вались одни. Вот в одну из таких ночей они лежали рядышком и разговаривали.

-Мам, а ты по Лешке не скучаешь?

-Конечно, скучаю.

-Я имею ввиду, как по мужику!

-И по этому делу тоже.

-А я очень, очень. Даже ломит всю. Вот потрогай у меня между ног.

Таисия просунула палец в дочерино лоно. Там было горячо и влажно.

-Бедненькая, дай я тебе помогу.

-Мамочка, давай разденемся. Так будет еще лучше.

Избавившись от одежды, женщины крепко обнялись. Танюша потянулась к губам матери. Та сначала отворачивалась, но потом они слились в жарком поцелуе. Таисия умело ласка-ла клитор дочери. Вскоре Танюху накрыл оргазм.

-Ну, что, доченька, отпустило?

-Да, стало легче.

-А я наоборот - вся дрожу от возбуждения.

Действительно, ее била мелкая дрожь. Видя это, Таня стала целовать мать, ее груди, гладить ее нижние губки. Дочка покрывала поцелуями все тело матери. Немного надавив, она раздвинула ноги Таисии и припала к ее сокровищу. Язык Татьяны скользнул вовнутрь.

Таисия попыталась оторвать дочь от своего лона, но та не поддавалась и продолжала упо-рно орудовать языком.

-Ох, не могу больше, - выдохнула мать и кончила.

Когда Таисия пришла в себя, Танюха смотрела на нее счастливыми глазами.

-Мамуля, правда здорово вышло?

-Ох, доченька, даже не думала, что такое возможно.

Она нежно поцеловала дочь, и умиротворенные женщины уснули. Завершив дела в городе, мать с дочерью заторопились домой. Добравшись на попутке до деревни, поспешили скорее к сыну и брату. Последние пару сотен метров Татьяна уже бежала. Когда Та-исия вошла в дом, дочка с сыном уже предавались любви.

-Вот, неугомонные! - воскликнула мать, ну-ка, сынок оторвись на секунду. Смотри, что мы привезли из города.

Она повозилась в сумочке и достала презерватив. Неумело натянула его на член сына.

-Теперь не надо думать, когда вытаскивать!

Она с умилением посмотрела на детей, поцеловала голую попу сына и пошла мыться.

Скоро будет ее очередь. Ведь она тоже истосковалась по мужику!