Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Русская любовь (записки отечественной проститутки). Часть 7

Фантазия разыгрывается у тех, кто в легальных сексуальных отношениях не получает реального воплощения своих сокровенных желаний. Потому-то, собственно, и тянется к общению с нами, если в условиях своих "законных" официальных контактов он не имеет возможности раскрыться полностью. А запросы мужчины в его сексуальных фантазиях поистине безграничны. Встречаются такие, которые не придумает самое пылкое художническое воображение писателя. К другим женщинам влечет чувственность, желание новых ощущений.

В грубом, скотском тоже есть своя непреодолимая привлекательность. Потому вроде бы респектабельные мужья и вступают в связь с плебейками или пользуются услугами проституток. Достаточно ознакомиться с дневниками Льва Толстого, чтобы удостовериться в том, что даже он, граф, аристократ и писатель, так проникновенно и деликатно изображавший чувства своих героинь, не гнушался простыми крестьянками. Это ему принадлежат красноречивые слова о том, что жена в постели должна быть блядью. Он и!

мел в виду ее полную раскованность, что ей надлежит раскрываться в постели во всем своем плотском естестве, забыв о скромности и стеснительности. В этом он видел залог прочности брака. Видимо, Софья Андреевна, будучи чопорной, воспитанной в строгих правилах, не отвечала сексуальным идеалам и запросам великого писателя, ставшего, по словам Ленина, зеркалом русской революции и, как бы теперь сказали, одним из зачинателей революции сексуальной в России.

В общении с той же супругой или возлюбленной мужчина не решается обнаруживать своих сокровенных истинных желаний и пристрастий. Посвящать в них ту, которую, может быть, наверняка любит и уважает: жену или невесту.

Не без основания полагая, что это может вызвать с ее "непросвещенной" стороны возмущение и протест. Ведь они больше всего боятся выглядеть развратными. Строят из себя "порядочных" , а попросту говоря, "целок - невидимок". Но это целомудрие притворное. Втайне каждая из них мечтает именно о таком сексе и тоже не отказалась бы попробовать еще и так, но только на стороне, чтобы никто не проведал. Если подворачивается случай, не упускают такую возможность. Клиенты мои, имевшие любовницами замужних женщин, мне об этом говорили, и я им верю. Такие женщины, дорвавшись, оказываются совершенно необузданными и сами требуют черт-те что...

Скрипач из оркестра Большого театра, которого зовут Борис, рассказал, например, о своем романе с молодой замужней женщиной. Из всего набора она предпочитала оральный секс и получала при этом огромное наслаждение. Скрипачу скромница призналась, что делать минет мужу стесняется, хотя он просит ее об этом. "Он будет считать меня развратной женщиной" , -объяснила она.

Едва переступала порог моей квартиры, как тут же принималась лихорадочно раздевать меня, - рассказывал Борис. - Потом просила закрыть глаза и шептала: "Я хочу быть наедине с моим любимым, ненаглядным, моим кормильцем". Ее руки блуждали по моему телу, бедрам, животу, ногам, а член она ни на секунду не выпускала изо рта, сосала, грызла его и облизывала неутомимым языком, вызывая своими ласками все новые и новые приливы горячей крови. Она доводила меня до такого возбуждения, что я начинал с си¬лой нажимать руками на ее голову, и наступал момент, когда весь член оказывался в ней.

Я боялся, что она задохнется, но руки ее

выразительными жестами подбадривали и одобряли меня в таком порыве сладострастия. Если в этот момент я кончал, это было для нее самым большим счастьем и, переполненная им не знала как выразить мне свою благодарность. "Только, пожалуйста, не ревнуй, что люблю твой член больше, чем тебя, - сказала она однажды. - Следующий раз я сначала посижу на тебе, а сосать буду уже потом".

- Ну и ты старался, конечно, тоже быть на высоте! заметила я с ревнивым укором, имея в виду техническую подготовку Бориса в куннилингусе. Он исполнял его с мастерским совершенством. Судя по всему, говоря словами В. Солоухина, "Сладость вкушал чутким человечьим ртом". Его жадные губы одаряли меня властными и нежными поцелуями по всему телу, а язык приводил в неистовство. Каждый раз после его ухода, вспоминая о них, я еще долго вспыхивала от волнения и спеши¬ла найти "огнетушитель" , хотя взяла за правило сама никому первая не навязываться. В этом для меня состояло неудобство Бориса при всех его достоинствах.

Он владел искусством бесконечной игры с клитором. Его чуткий и ловкий язык словно разговаривал с ним, понимая при этом с полуслова. А когда наконец добирался до влагалища, замирал перед ним в оцепенении очарования. Потом как бы вслепую начинал нерешительно ощупывать кругом по краю. Это доставляет невообразимое наслаждение. Только потом, освоившись, смело проталкивал язык в глубину. "В этот миг, - сказал Борис, - та женщина испытывала, по ее словам, то же чувство, что и от члена, когда ощущала его в своем горле".

В ту пору Борис был моим клиентом, и я на всякий случай спросила:

- А где она теперь? Ты по-прежнему посещаешь ее? Он вспоминал о ней с такой заинтересованностью, что у меня возникло такое подозрение, что они продолжают встречаться. Не только любовнице, но и проститутке не очень приятно делить с кем-то партнера и клиента, тем более если он стационарный.

- При своих прежних интересах, -ответил Борис. -Но я с ней не вижусь. Хорошего понемножку. Теперь она перешла уже на дуэт. Я познакомил ее с двумя моими приятелями, и они теперь регулярно вместе встречаются в ней. Утверждают, что она остается ими довольна.

Я про себя улыбнулась, вспомнив остроумно переиначенные некрасовские строки: "Есть женщины в русских селеньях- мало таким одного".

Мое тщеславие было удовлетворено, и я успокоилась, но в то же время про себя размышляла: "Есть же дурочки. Мы за это деньги берем, а она так дает. Повезло ребятам. После такой дармовщинки эти уже не пойдут к проститутке. Не станут на нас тратиться, примутся искать, как бы где еще снова потрахаться на халяву".

Конечно, при такой бескорыстной, со стороны этой замужней дамы, форме одновременного общения втроем она имеет определенную выгоду. Возможность удовлетворять свою сексуальную и физиологическую неуемную и ненасытную потребность.

И при этом может ставить партнерам любые условия и требовать от них максимальной отдачи, давая понять, что в противном случае даст отставку, и они ее, такую удобную потеряют. Только надолго ли их хватит? Мужчины сексуального насилия не выносят, хотя поначалу азарт и ненасытность женщины их увлекает и завораживает. Но это быстро проходит. Клиент предпочитает сам регулировать свои возможности и задавать тон, а не играть под чужую дудку. У него есть собственная, которая, как он считает, многое умеет.

Хотя я внутренне презирала любительницу-бессребреницу, тем не менее, когда теперь принимала Бориса, невольно ловила себя на непроизвольном желании быть тоже на высоте, чтобы он, сравнивая нас в минете, считал мою технику исполнения ничуть не хуже, чем у моей предшественницы. Тоже старалась вовеки Что и говорить, а конкуренция - великая движущая сила реальных рыночных отношении. В проституции в том числе. О том, как шла к постижению этой мысли, и о тех, кто мне практически содействовал в этом, сам, может быть, того не созна¬вая, пойдет речь дальше.

Не умеешь - не берись

Последние годы только и слышно: минет, минет, минет. Встречается это слово частенько и в иных газетах: минета, минету, минетом. Что значит это слово, ставшее столь популярным, знает теперь, пожалуй, каждая школьница и любой подросток. Если пока что не на практике, то теоретически, во всяком случае.

По моим личным наблюдениям оральный секс особенно широко распространен среди такой социальной категории, как творческая интеллигенция. В частности, у артистов и тех, кто к ним так или иначе примыкает. У тех же поклонниц, которых в свое время называли лемешистками. Эти знают о пристрастии своих кумиров и вовсю стараются привлечь к себе внимание именно инициативой в охотном исполнении минета.

Рассказывают, что известный оперный певец однажды попал на такую девицу, по уши влюбившуюся в него. Она довела его своими стараниями до такого состояния, что однажды, когда впилась в него словно пиявка, он не смог воспротивиться ее энтузиазму и напору. В экстазе и азарте страсти она так глубоко, делая вздох, втянула член в горло вместе с воздухом, что задохнулась.

Был большой скандал, но его, благодаря вмешательству архивысокого покровителя, замяли. Певец остался на свободе и продолжал петь, а отцу девицы, ставшей жертвой минета, резонно заметили: "Нечего было браться, если не умеешь". Мысль глубокая, но не новая. Еще Лев Толстой назидательно говорил: "Если что-нибудь делаешь, делай это хорошо. Если же ты не можешь или не хочешь делать хорошо, лучше совсем не делай".

В этом действительно есть свой резон, не случайно говорят, что любовь требует жертв. Возможно, и таких тоже. Со своей стороны могу заметить, что минет надо умело сочетать с ритмом дыхания. Не втягивать член глубоко одновременно с вдохом. Забирать его в себя следует лишь тогда, когда глубокий вдох уже сделан, когда легкие заполнены воздухом. Тогда в случае чего, легче вытолкнуть его обратно, иначе можно задохнуться.

А вообще-то минет, сложное и тонкое искусство. Я долго осваивала его, руководствуясь пожеланиями клиентов, учитывала советы, которые они дают, исходя из своих ощущений. Не это ли имеет в виду А. Блок:

"Младая дева красоты,

Ее язык-твои призывы".

Таким образом, мне постепенно стала ясна топография наиболее чувствительных мест на члене, степень восприимчивости ими тех или иных прикосновений, движений и стремительно-размеренного ритма, вовлекающего в себя.

Некоторые женщины в силу своей сексуальной неграмотности и примитивности понимают под минетом лишь способ, помогающий мужчине быстрее кончить. Действительно, воздействие на член и прежде всего-головку, самую его чувстви¬тельную часть, энергично и своеобразно движущегося языка и губ, плотно облегающих и то усиливающих, то ослабляю¬щих давление, должно вызывать острейшее, ни с чем не сравни¬мое наслаждение. Такое же, какое испытываем и мы, когда мужчина делает минет нам, играет языком и губами с клитором. Влагалище даже самой энергичной женщины, по словам мужчин, не может идти в сравнение со ртом. Уступает ему по плотности прилегания, даже если отличается сравнительной узостью и теснотой. Стенки его пассивны.

Так, насколько мне известно, обстоит дело у большинства женщин. Успешно восполнить у нас эту природную "слабину" можно с успехом неутомимой подвижностью рта и послушной исполнительностью анала, который я бы назвала чутким сейсмографом мысли и волнения, владеющего женщиной. Если у иных влагалище и реагирует на фрикции, то непроизвольно и довольно слабо, потому что мышцы, облегающие его, не поперечны, а продольны. Потому-то оно, кстати, и обладает способностью сильно расширяться при родах, а во время сношения пропускать в себя толстый член без всякой натуги со стороны женщины. Исправить этот "недостаток" , мешающий в сексе, можно в какой-то мере специальной тренировкой мышц.

Мне со своим влагалищем этого достичь удалось, я научила его подчиняться моей воле. Оно сжимается и трепещет, когда я этого хочу, в нужный мне момент. Теперь оно, как я понимаю, стало для клиентов более привлекательным своей непривычностью и пылкой отзывчивостью на их "работу" в нем. Нашла я и другой способ!

компенсировать недостаток влагалища. В число моих клиентов однажды попал баритон из театра Станиславского. Крепкий мужчина средних лет, сильный по всем показателям. А вот кончать он, как вскоре выяснилось, мог только в рот. И то, если я энергично ворочала языком вокруг головки и в финале создавала во рту резко отрицательное давление, а хлынувшую сперму тут же жадно заглатывала. Кайф от такого минета артист, судя по его реакции, испытывал необыкновенный и потом не знал" как отблагодарить за такую сообразительность и старательность.

Мне все же хотелось, из озорства, заставить его пользоваться и влагалищем. Женщине всегда обидно, когда партнер им пренебрегает. Однако ни одна попытка задействовать мое главное достоинство так ни разу и не привела к положительному результату. Баритон обливался потом от старания и меня натирал так, что вульва пылала, хотя со смазкой у меня вообще-то все обстоит благополучно, но она, разумеется, тоже не неистощима и непрерывно поступать не может. Правда, О. Мандельштам почему-то авторитетно утверждает, используя метафору, что "Божественный сосуд неисчерпаемым веселием струится".

Член, если я переводила его изо рта во влагалище, постепенно опадал, и начатую "партию" артист закончить так и не мог. Чтобы положить конец сухостою, мучительному для него и меня тоже, приходилось снова брать, говоря словами Пушкина, "головку томную" в рот и отсасывать.

Видя такое дело, я как-то осторожно завела с артистом разговор, чтобы выяснить причину такого странного для его возраста предпочтения минета. Оказалось, что он долгое время был женат на танцовщице из кордебалета. Его Наталья безумно боялась забеременеть, считая, что роды испортят фигуру и она утратит квалификацию. Выяснилось и другое, что она получает удовлетворение только тогда, когда лижет и сосет член. Она призналась мужу, что такое пристрастие у нее возникло с тех пор, как, будучи еще девочкой, случайно увидела старшую сестру за этим занятием с мальчиком, с которым училась в школе.

С тех пор грезы о пиписке постоянно преследовали Наташу. Повзрослев, она при первой возможности стала воплощать их в жизнь, но оставалась по-прежнему девушкой. "Туда" не давала. Такой вариант сверстников и мужчин тоже устраивал. И даже очень. Все другие хотя и давали им, но далеко не все столь охотно по собственной инициативе делали минет.

"Самое удивительное, -рассказывал артист, -что, когда я взял ее первый раз, она все еще была целкой. Это было, конечно, очень приятно. Тогда я был этим искренне удивлен, а потом понял, каким образом она уцелела - только благодаря оральному сексу. Однако все мои старания разбудить Наталью как женщину так и не увенчались успехом.

Я кончал преимущественно в рот. Она при этом по-настоящему наслаждалась, получала свое. Привык к такому сексу и я, тем более, что не нужно было предохраняться. В этом тоже есть своя прелесть. Постепенно это стало привычкой, и потом она повернулась против меня. Понял я это, когда мы разошлись. С другими женщинами, которые мне очень нравились, которых я страстно желал и на которых у меня стоял, у меня уже ничего не получалось. Кончать в них обычным способом не мог. Вот видишь, как и с тобой".

Слышать о женщинах, называемых вафлистками, мне приходилось. У них стремление к интимной близости с мужчиной выражается в непреодолимой болезненной страсти к лизанию члена, и больше им от него уже ничего не надо. Они делают это не для того, чтобы подготовить партнера к сношению, как это вообще принято, а прежде всего потому, что только так получают наслаждение сами. Возможность полизать мужской орган для них - настоящий праздник. Одна такая любительница есть и в нашем НИИ. Она призналась мне, что ничто так ее не возбуждает, как ощущение губами и языком пульсации жилок на члене. Это действует на нее как зрительный и осязательный наркотик, от которого она кончает.

Выслушав исповедь баритона, я подумала: "А сама-то я женщина или не женщина?". Еще Борис Пастернак сказал: "Быть женщиной - великий шаг". "Дело моей чести служить мужчине, которого принимаю, именно в таком качестве, а не каким-то там искусственным способом удовлетворять его. Та¬кой способ хорош как дополнение, но не как основа. Если же он привык ко рту, в котором головка получает допинг в виде массажа языком, то надо и во влагалище создать иллюзию рта" , - размышляла я. И наконец придумала, как этого достичь, "стереть случайные черты".

Когда артист пришел очередной раз и мы легли, я подняла член обычным минетом, но в рот, как всегда, брать не стала. Только старательно лизала, как бы оставляя сосание на потом. Почувствовав, что баритону становится уже невмоготу и пора кончать, я "взмолилась" : "Возьми меня сначала сзади, а потом я, как всегда, буду сосать". Ему ничего не оставалось, как удовлетворить слезную просьбу и пойти мне навстречу. Я легла на правый бок, повернувшись к нему спиной. Он всунул в меня член и принялся энергично двигать им взад-вперед, поддаваясь природному инстинкту.

И вот тут-то я применила свое изобретение. Указательный палец правой руки тоже всунула к себе во влагалище и стала им поглаживать член. Палец как бы играл роль языка, ласкающего головку во рту. Результат такой рационализации превзошел все мои ожидания. Артист буквально взвился от неожиданности и наслаждения, которое стал испытывать. Я почувствовала, что его член наливается новой силой, твердеет прямо "на глазах" и уже не хочет расставаться с влагалищем. Подтвержде¬нием тому служили и слова, которые вырывались изо рта партнера, одобряющие мой неожиданный подарок. На этот раз досасывать мне уже не пришлось. Артист самостоятельно успешно и бурно кончил во влагалище, о котором забыл и думать...