# Второе детство (добрый инфантилизм). Часть 10

Eromo.Org

Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Второе детство (добрый инфантилизм). Часть 10

– Начнем с самого утра, – решила она, – Поэтому первая запись будет о том, что проснулся мокрым. Точное время неизвестно, "П", в подгузник, разумеется не просился, а в комментариях напишем: описался во сне. Следующая запись… приблизительно в 8: 30: "П", пустил струйку во время подмывания, не просился, и подробнее, как все случилось: начал писать, когда мазала между ножек детским кремом.

– Потом в детской поликлинике? – продолжила Маша.

– Подожди, – улыбнулась Лена, – Сначала завтрак: где-то в 9. Теперь переходим к поликлинике. 9: 45, "П", в горшок, не просился. И комментарий: медсестра заставила пописать перед тем, как делать массаж.

Лена снова посмотрела на часы.

– Не помнишь. когда мальчишка обкакался в универмаге? – спросила она у Маши, – Где-то минут 40 назад, да?

– Примерно так, – кивнула Маша.

– Запишем 10: 30, – решила Лена, – "ПК", в колготки, не просился. А в "Комментариях" напишем следующее: подмыла детскими салфетками, помазала кремом от опрелостей, купила новые колготки и выбросила грязные.

– Ты для Сашиной мамы эти подробности записываешь? – спросила Маша.

– Конечно ей будет интересно вечером почитать, – сказала Лена, – Но вообще-то я веду этот журнал с другой целью – чтобы установить для ребенка график хождения на горшок.

Маша растерянно взглянула на Лену. Мне тоже было непонятно, что одиннадцатиклассница имела ввиду.

– Сейчас я тебе всё объясню, – улыбнулась Лена, – Открываем журнал и смотрим последнюю запись. 10: 30 – ПК. Значит ребенку положено снова сходить по-маленькому через два часа – в 12: 30.

– Так часто? – удивилась Маша.

– Когда начинаешь приучать ребенка к горшку, надо заставлять почаще им пользоваться – объяснила Лена, – Чтобы малыш быстрее к нему привык.

Одиннадцатиклассница закрыла свою тетрадь.

– Особенно это касается мальчиков, – продолжила она, – Их я заставляю писать каждые два часа. Согласна, немножко чаще, чем нужно, но ничего, быстро привыкают.

– А по-большому? – поинтересовалась Маша.

– По-большому у меня все ходят после еды, – сообщила Лена, – Минут через 15-20. Получается четыре раза в день – после завтрака, обеда, полдника и ужина.

– И что? Каждый раз удается заставить покакать? – скептически улыбнулась Маша.

– Первые пару дней приходится конечно воевать, – ответила Лена, – А потом у ребенка вырабатывается режим.

– Значит за два дня привыкают к твоему расписанию? – улыбнулась Маша.

– Максимум – за неделю, – гордо сказала Лена.

Пообсуждав с Машей еще пару минут свой метод приучения к горшку, Лена неожиданно спохватилась, что надо греть обед.

– Возьмешь ребенка на кухню? – спросила Маша, кивнув на меня.

– Нечего мальчишке там делать, – сказала Лена, – Уже большой. Ничего с ним тут в наше отсутствие не случится.

Лена повернулась ко мне.

– Правда, Саша? – строго спросила она, – Обещаешь хорошо себя вести?

Я быстро кивнул.

– И если захочешь на горшок, сразу громко мне кричи, – добавила Лена, – Обещаешь?

Я снова кивнул.

– Не слышу! – повысила голос Лена.

– Обесаю, – смущенно выдавил я.

– Ну вот и молодец, – улыбнулась Лена и отправилась с Машей на кухню.

Минут через 20 Лена громко позвала меня обедать. Как и в прошлый раз, она не доверила мне есть самостоятельно, а сразу принялась кормить с ложечки. Обед прошел в относительном молчании – очевидно девушки уже успели наболтаться и исчерпали все темы для разговоров.

После обеда мы вернулись в зал – я к своим игрушкам на ковре, а девушки сели на диван и принялись листать мамины журналы по уходу за детьми. Пару минут в комнате стояло молчание.

– Смотри, Ленка, какая прелесть! – неожиданно засмеялась Маша, показывая Лене свой журнал, – Такой смешной голенький мальчуган. Правда чем-то похож на твоего Сашу?

– Ага, такие забавные фотки, – с улыбкой согласилась Лена, – Как медсестра меняет малышу подгузник.

– Они в этой статье шаг за шагом объясняют, как это нужно делать, – пояснила Маша, – Еще и с иллюстрациями.

Девушки снова уткнулись в свои журналы. Минут десять опять царила тишина.

– Пора укладывать спать, – нарушила молчание Лена, быстро взглянув на часы, – Только сначала мальчишка у меня сходит на горшок по-большому.

– Я не хочу! – запротестовал я, обиженный, что взрослые сегодня весь день решают, когда мне ходить на горшок.

Лена только улыбнулась в ответ и, не говоря ни слова, поставила меня на ноги и принялась быстро раздевать. Не прошло и полминуты, как я стоял посередине комнаты голышом, смущенно прикрываясь между ног.

– Одену пижаму только после того, как покакаешь, – сказала мне Лена.

Поставив передо мной детский горшок, одиннадцатиклассница выжидающе на меня уставилась, скрестив на груди руки.

– Ну что стоишь? – строго спросила она, – Быстро садись на горшок и какай!

Я послушно плюхнулся на холодный горшок.

– Даю тебе пять минут, – сказала Лена и, вернувшись на диван, снова уткнулась в журнал.

Я обиженно хмыкнул. Мало того, что мне абсолютно не хотелось по-большому, единственным человеком, при котором я не стеснялся ходить на горшок, была мама. От обиды, что в ее отсутствие позволяет себе наглая девчонка-одиннадцатиклассница, на глаза навернулись слезы.

– Что-то я ничего не слышу! – прикрикнула на меня Лена через пару минут, – Забыл, как надо тужиться?

Лена встала с дивана и подошла ко мне.

– Чувствую, по-хорошему мы сейчас от тебя ничего не добьемся, – угрожающим тоном сказала она, заглянув ко мне в горшок.

Подождав еще несколько минут, Лена снова подошла ко мне.

– Ну что? – спросила Маша, тоже встав с дивана, – Покакал?

– Только если он это сделал абсолютно бесшумно, – улыбнулась Лена, поднимая меня с горшка, – А поскольку бесшумно никто из малышей какать не умеет, это означает только одно… – Лена подняла с пола мой горшок и продемомнтрировала его Маше, – Абсолютно пустой горшок.

– Даже не пописал, – сказала Маша.

Вернув мой горшок на пол, Лена быстро вышла из комнаты. Я растерянно стоял перед Машей голышом, гадая, куда отправилась одиннадцатиклассница.

– Сейчас ты у меня быстренько покакаешь! – заявила Лена, вернувшись через пару минут в комнату.

Девушка хитро подмигнула младшей подруге, демонстрируя ей маленькую белую палочку.

– Решила поставить мальчишке слабительную свечку? – улыбнулась Маша.

– Это обыкновенное мыло, – пояснила Лена, – Лучше всяких свечек.

Лена быстро подошла ко мне и положив тяжелую руку на плечо, заставила нагнуться. Догадавшись, что она собирается сделать, я изо всех сил сжал попу.

– Что, сжал ягодички? – со смехом спросила Маша Лену после ее нескольких безуспешных попыток залезть между моих половинок.

Девятиклассница бросила на меня насмешливый взгляд.

– Неужели ты думаешь, что сможешь мне помешать? – улыбнулась она и взяв меня подмышки, отнесла на пеленальный стол.

Разумеется любопытная Маша тоже отправилась к столу.

– Укладываем на спинку, – пояснила Лена Маше, осторожно уложив меня на спину, и тут же задрала мне вверх ноги, – Видишь, как я подняла карапузу ножки? Вот так, до упора. Чтобы заставить полностью разжать ягодички.

В следующую секунду мне в попу быстро скользнул посторонний предмет, от которого сразу же начало сильно щипать внутри. Ощущение было таким неприятным, что я не выдержал и громко заревел.

– Запихнем поглубже, – улыбнулась Лена, совершенно не обращая внимания на мои протесты, – Вот так. Ой, чуть не забыла. Надо подложить под попу марлечку.

Я напрягся, пытаясь избавиться от постороннего предмета в попе.

– Интересно, почему ты на горшке так не тужился, – усмехнулась Лена и я почувствовал, как она запихнула кусочек мыла еще глубже, – Поздно стараться, моё солнце. Не хотел какать, когда тебя об этом просили – придется сейчас терпеть. Полежишь с мылом в попе две минуты и только потом получишь свой горшок. Надеюсь в этот раз ты у нас сразу покакаешь.

Лена опустила мои ноги вниз. Неприятное жжение в попе сменилось таким сильным позывом по-большому, что я едва мог его терпеть.

– И будем повторять эту процедуру, пока сам не начнешь какать в горшок, когда положено, – продолжила Лена, – Я тебя быстро приучу вовремя ходить на горшок. И по маленькому, и по большому.

Заметив, что Маша пристально рассматривает меня между ног, я густо покраснел.

– Те мамы в универмаге вот об этой кожице говорили? – неожиданно спросила она Лену, бесцеремонно потрогав мне письку.

– Ты их больше слушай! – засмеялась Лена, – Тоже мне эксперты по мальчикам.

Маша снова принялась щекотно щупать меня между ног.

– У мальчиков все так интересно устроено, – улыбнулась семиклассница, – Тоненький писюнчик с хоботком. А в этом мешочке два яичка. Какое всё маленькое и нежное.

Прикосновения чужих пальцев были такими щекотными, что я не выдержал и начал какать.

– Ой! – всполошилась Маша, отдернув руку, – Ты что, какаешь?

Лена резким рывком задрала мне вверх ноги. В этой позе просто невозможно было терпеть позыв по-большому и я мгновенно наложил большую кучу.

– Ничего себе! – удивилась Маша.

– Сейчас еще и струйку пустит, – с улыбкой заявила Лена и в следующее мгновение я, словно подтверждая ее слова, начал писать.

– Действительно пустил фонтан, – захихикала Маша.

Слушая, как девушки со смехом комментируют мою струйу, мне хотелось провалиться под землю от смущения.

– Ну вот, – улыбнулась Лена, когда я прекратил писать, – А 5 минут назад так кричал, что не хочет на горшок. Сходил и по-большому, и по-маленькому.

Лена осторожно вытащила из-под меня мокрую марлю.

– Сначала вытрем попу вот этой марлей, – пояснила она Маше, – А теперь надо хорошенько помыть ее с мылом. Сейчас я схожу за водой.

Одиннадцатиклассница опустила мои ноги вниз и, оставив меня под присмотром Маши, вышла из комнаты.

– Ну что, Машка, – обратилась Лена к подруге, вернувшись с наполненной водой миской, – Ты кажется хотела мне помочь с малышом. Помоешь ему попу?

– Что, сейчас? – брезгливо поморщилась Маша.

– Кто-то недавно заявлял, что не боится грязных поп, – со смехом напомнила Маше Лена, задирая мне вверх ноги, – Давай. Я подскажу тебе, что надо делать.

Маша неуверенно вынула из миски с водой маленькую тряпочку.

– Немного отожми и хорошенько намыль, – попросила Лена, – А теперь начинай вытирать карапузу попу.

– А чё вода такая холодная? – удивилась Маша, щекотно скользя тряпочкой у меня между ягодиц.

– Устала ждать, пока пойдет горячая, – объяснила Лена, – Ничего с таким большим от холодной воды не случится.

– Такая смешная дырочка, – захихикала Маша, продолжая мыть мне попу.

– Хорошенько ее помой, – улыбнулась Лена, – Ага, вот так. Запихни туда тряпочку.

Полминуты одиннадцатиклассница молча наблюдала за Машей.

– А теперь возьми из миски чистую тряпочку и просто везде протри, чтобы смыть мыло, – сказала Лена подруге.

Маша снова принялась старательно тереть мне тряпочкой попу.

– Всё! – сказала она через минуту.

– Молодец, – похвалила подругу Лена, – Теперь нужно помазать малыша детским кремом. Везде, где ты ему мыла.

– Между ягодичками? – уточнила Маша, откручивая колпачок голубого тюбика.

Чужой палец быстро прошелся вверх-вниз между моих половинок.

– Теперь помажь за яичками, – подсказала Лена.

– Действительно так боится щекотки, – захихикала семиклассница, нестерпимо щекотно трогая мне мошонку, – Смотри, как сразу задрыгал ножками.

Щекотка была такой острой, что я начал покрываться гусиной кожей.

– Хватит! – с улыбкой сказала Лена, прекратив мои мучения, – Как будто я не вижу, чем ты занимаешься – просто дразнишь мальчишку.

Лена опустила мне ноги и, сходив за пижамой, принялась меня одевать – лежа, как грудного. Было очень обидно, но я промолчал – лишь бы девушки поскорее от меня отстали.

– Ну вот, теперь можно баиньки! – улыбнулась Лена.

Одиннадцатиклассница отнесла меня в кроватку и накрыла одеялом.

– Спи! – сказала она и вышла вместе с Машей из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Пару раз зевнув, я почувствовал, что засыпаю.

Проснулся я от сильного позыва писать. Надо было срочно бежать на горшок. С обидой вспомнив, что мама сегодня на целый день оставила меня с девчонкой-одиннадцатиклассницей, я представил, что мне сейчас придется проситься у нее на горшок и густо покраснел.

– А мы оказывается уже проснулись, – улыбнулась Лена, появившись на пороге комнаты.

Лена была одна, без Маши. "Хорошо, что хоть та ушла" – подумал я.

– Почти два часа спал, – сказала Лена, посмотрев на часы.

Откинув мое одеяло, одиннадцатиклассница бесцеремонно пощупала меня между ног.

– Сухой, – хмыкнула она, – Ну что, подъем?

Лена вынула меня из кроватки и поставив на пол, быстро раздела догола.

– Подними ручки, – попросила девушка и дождавшись, когда я это сделаю, принялась одевать мне через голову майку.

Я ожидал, что вслед за майкой Лена оденет мне колготки, но она почему-то не торопилась это делать.

– Сейчас проверим, чему тебя мама научила, – улыбнулась Лена, потянувшись за горшком, – Что каждому маленькому мальчику полагается сделать после сна?

Я промолчал, смущенно опустив взгляд.

– Неужели не знаешь? – шутливо удивилась Лена, поставив у моих ног горшок, – После сна нужно сразу же сходить на горшок. Хотя бы по-маленькому.

Из последних сил сдерживая нестерпимый позыв писать, я по-прежнему не мог пересилить свою стеснительность.

– Быстренько писай в горшок! – приказала Лена.

– Я не хочу, – смущенно соврал я.

– Никаких "не хочу"! – отрезала Лена, – Всем детям положено после сна сходить по-маленькому

Я продолжал стоять, уставившись в пол – на стоящий у моих ног горшок.

– Знаешь, что? – обратилась ко мне Лена после минутной паузы, – Я не собираюсь полчаса ждать, пока ты соизволишь пустить струйку. Поступим, как медсестра в поликлинике.

Лена начала массировать мне низ живота, резко усилив мучительный позыв по-маленькому.

– Сейчас ты у меня быстренько пустишь струйку, – уверенно сказала она.

Помассировав мне полминуты живот, Лена хитро улыбнулась и легонько пощекотала мой лобок. Но в отличие от медсестры-массажистки, в этот раз щекотка не застала меня врасплох.

– Давай, писай! – приказала Лена, приподняв мне пальцами письку, и снова принялась меня щекотать.

Лена мучила меня щекоткой чуть ли не две минуты, но так ничего и не добилась.

– Интересно, почему у медсестры в поликлинике все так быстро получилось? – вздохнула она, – А у меня никак.

Неожиданно послышался щелчок ключа в замочной скважине и вслед за ним скрип входной двери. Как я и ожидал, это была мама.

– А вот и я! – объявила она, войдя через пару секунд в комнату, – Пришла пораньше, как и обещала.

Мама подошла ко мне и с улыбкой заглянула в стоящий у моих ног горшок.

– От какого важного занятия я тебя оторвала, – засмеялась она и повернулась к Лене, – Сам попросился на горшок? .

– Какой там сам, – вздохнула Лена, – Целый день сегодня с Сашей из-за горшка воюю.

Лена принялась жаловаться маме на мое упрямство.

– Как нехорошо, – укоризненно покачала головой мама, – Ты почему няню не слушаешься?

– Минут пять сейчас уговаривала, – сказала одиннадцатиклассница. – Отказывается писать в горшок и всё.

– Не надо терпеть, зайчонок, – ласково сказала мама, присев рядом со мной на корточки, – Давай пописаем в горшочек. Пись-пись-пись…

Понимая, что взрослые от меня не отстанут, я сдался и начал писать.

– Ну вот, – улыбнулась мама, – У мамы сразу пописал.

Заметив, что Лена с ехидной ухмылкой наблюдает, как я писаю, я густо покраснел.

– Ну что, – обернулась на девушку мама, – Рассказывай, как вы провели день.

Лена принялась рассказывать маме о событиях за день.

– Как не стыдно! – сказала мне мама, услышав про то, что я обкакался, – Почему не попросился по-большому?

– Ничего страшного, – улыбнулась Лена, – Я его там, в универмаге, как следует подмыла. Пришлось всё на месте купить: и колготки, и детские салфетки, и…

– Постой, ты что одноразовыми салфетками Сашу вытирала? – перебила Лену мама

– Ой, я забыла, что малыша нельзя вытирать салфетками, – спохватилась Лена, – У Вашего карапуза от них раздражение. Извините пожалуйста.

– Ничего страшного, – мягко сказала мама, – От одного раза ничего не случится. Но больше пожалуйста салфетками его не вытирай. Только тряпочкой.

– Хорошо, – кивнула Лена.

– И постарайся не ходить с ребенком так далеко, – добавила мама, – Кстати, сколько ты там на Сашу потратила?

– В универмаге? – уточнила Лена, – Вот чек.

Девушка протянула маме маленькую бумажку.

– Так ты еще и детский крем там купила? – удивилась мама.

– Ага, – кивнула Лена, – Вы же сказали каждый раз мазать между ножек кремом, когда подмываешь.

– Молодец, – похвалила одиннадцатиклассницу мама, – Извини, что я на тебя из-за салфеток накинулась.

Мама вытащила из кошелька несколько купюр и протянула их Лене.

– Сдачи не надо, – сказала она.

– Спасибо, – довольно улыбнулась Лена, – Ну что, я Вам сегодня больше не нужна?

– Ага, можешь идти, – сказала мама, – А вот завтра наверное не получится так рано придти. Так что придется тебе посидеть с Сашей до 7-ми. Сможешь?

– Не вопрос, – ответила Лена, – Приходить как сегодня, в 8?

– Где-то так, – кивнула мама, – В 8-8: 15.

Мама взяла меня на руки и вышла с Леной в прихожую.

– До завтра, чудо с голой попой! – шутливо попрощалась со мной Лена.

Вспомнив, что на мне по-прежнему нет штанов, я густо покраснел.

– Он у Вас такой стеснительный, – улыбнулась Лена, – Смотрите, как покраснел.

– Я знаю, – сказала мама, – Сама поражаюсь, как ребенок в этом возрасте может стесняться. Не говоря уже, что мог бы за день к тебе привыкнуть.

Попрощавшись с Леной, мама закрыла за ней дверь.

– Давай-ка я тебя сейчас искупаю, – решила мама и отправилась в ванную.

Я довольно улыбнулся, представив себя в ванне. Не прошло и двух минут, как я там сидел – в теплой воде с плавающими в ней игрушками. Я любил купаться. Наверное из-за ощущения обволакивающей все тело теплоты. И конечно потому, что рядом всегда сидела мама. Я украдкой взглянул на маму – она, как обычно сидела на уголке ванны, наблюдая за мной с ласковой улыбкой. От этой улыбки мгновенно улетучились все мои сегодняшие неприятности и обиды. Их просто заменило тепло и спокойствие. Потому что со мной рядом снова была мама.

Удивительно – прошло всего две недели, но я так привязался к своей новой маме, что просто не представлял без нее жизнь. Но самое главное, я забыл свое настоящее детство. Наверное потому, что оно прошло без родителей – в детдоме. Сейчас же у меня была настоящая мама. Высокая, красивая… Я подумал, женился ли бы я на ней, если бы не случилось этого превращения в ребенка, и понял, что не знаю ответа. Я не представлял ее ни в какой другой роли, кроме мамы.

КараПуз

Ноябрь 2008