# Второе детство (добрый инфантилизм). Часть 9

Eromo.Org

Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Второе детство (добрый инфантилизм). Часть 9

Почувствовав, как одиннадцатиклассница пытается залезть мне между ягодиц, я не выдержал и начал какать в колготки.

– Как-то подозрительно пукнул, – нахмурилась Маша.

Изо всех сил сжав попу, мне удалось остановиться.

– Сейчас посмотрим, – послышался из-за спины Ленин голос, – Ой, и вправду обкакался.

– Ай-яй-яй, – покачала головой стоящая рядом продавщица.

Оглянувшись по сторонам, я заметил, что вокруг нас уже успела собраться небольшая толпа. Мне хотелось провалиться под землю от смущения.

– Ты почему не попросился по-большому? – накинулась на меня Лена, – Почему не сказал, что хочешь какать, когда я тебя об этом спрашивала?

Я смущенно опустил взгляд и, окончательно сдавшись, громко наложил в колготки большую кучу.

– Ничего себе! – изумленно посмотрела на меня Маша, – Значит это было не все.

Со всех сторон послышалось сдержанное хихиканье.

– Это ж надо было так обкакаться! – возмущенно сказала Лена, заглянув мне за спину.

Одиннадцатиклассница отпустила мою руку и я плюхнулся в коляску, усевшись на кучу у себя в колготках. Противная теплая масса сразу расползлась во все стороны, заполнив свободное пространство у меня между ног. Вдобавок неожиданно появилось знакомое ощущение теплоты спереди.

– Смотри! – дернула Лену за рукав продавщица.

– Так ты еще и в штаны решил надуть? – с возмущением обратилась ко мне одиннадцатиклассница.

Я продолжал писать в колготки, не зная куда деться от стыда.

– И что мне с тобой сейчас делать? – задумалась Лена, – Ничего с собой не взяла: ни запасных штанишек, ни тряпочки, чтобы вытереть попу.

– Не переживай, – сказала продавщица, – У нас в детском отделе все есть: и одежда, и детские салфетки.

– Детский этаж – третий? – уточнила у продавщицы Лена, – Пошли, Машка.

Быстро развернув мою коляску, Лена покатила ее к лифту. Поднявшись на нём на третий этаж, мы сразу направились в отдел для малышей.

– Что, описался? – участливо спросила Лену молоденькая продавщица за прилавком.

– Если бы только описался, – вздохнула Лена, – Наложил такую кучу в колготки.

Заметив любопытный взгляд продавщицы, я густо покраснел.

– У вас есть небольшая упаковка детских салфеток? – спросила Лена, разглядывая содержимое прилавка, – Или только такие большие коробки?

– Возьми вот эти, – посоветовала продавщица, протянув одиннадцатикласснице яркую пачку, – Очень хорошие: без спирта и не сушат кожу.

– Давайте, – кивнула Лена, – И еще вон тот крем от опрелостей.

Одиннадцатиклассница на мгновение о чем-то задумалась.

– А какой-нибудь клеенки у вас не найдется? – спросила она продавщицу.

– Пожалуйста, – протянула та Лене аккуратный сверток.

Расплатившись, Лена покатила мою коляску в отдел одежды. Там они с Машей долго выбирали для меня колготки. Мне было ужасно неприятно сидеть с кучей в колготках, не говоря уже о стыде перед проходившими мимо посетителями детского этажа – в-основном молодыми мамами с колясками. Почти у всех была одинаковая реакция – подозрительно втягивали носом воздух и бросив на меня оценивающий взгляд, понимающе улыбались. Наконец Лена остановила свой выбор на салатовых колготках с забавным рисунком.

– Мне тоже эти понравились, – кивнула Маша, – Особенно рисунок: белочки с орешками.

– Берем! – решила Лена и покатила мою коляску к кассе.

Там мне пришлось терпеливо ждать, пока одиннадцатиклассница отсчитывает мелочь.

– Всё, что надо, купили, – сказала она, выходя в просторный холл универмага, – Только где б заняться мальчишкой? Не в туалет же с ним идти.

– В женский? – улыбнулась Маша, – Тоже скажешь.

– Найти бы какой-нибудь столик, – оглянулась по сторонам Лена, – Или хотя бы полочку.

– Можно вон на той скамейке, – показала рукой Маша в дальний угол холла, – Пошли быстрее, пока никто ее не занял.

Лена быстро покатила мою коляску к единственной свободной скамейке. Впрочем, когда мы к ней подошли, туда уже успела усесться одна из прогуливающихся по холлу мам с колясками. Вскоре к скамейке подошла еще одна молодая женщина – тоже с большой детской коляской.

– Не возражаете, если я займусь тут своим карапузом? – с виноватым видом спросила Лена у сидевшей на скамейке женщины.

– Ой, конечно, – засуетилась та, – Сейчас я встану.

– Сидите, сидите, – улыбнулась Лена, расстилая на скамейке голубую клеенку, – Мне совсем немного места надо.

– Собираешься подмывать? – поинтересовалась незнакомая мама, бросив на меня оценивающий взгляд, – Как он у тебя описался.

– Судя по запаху, еще и обкакался, – с улыбкой добавила вторая женщина.

– Что покраснел? – повернулась ко мне Лена, – Стыдно за свои грязные колготки?

Одиннадцатиклассница быстро вынула меня из коляски и, поставив на скамейку, сразу начала раздевать.

– Ничего себе обкакался! – неодобрительно покачала головой сидящая на скамейке женщина.

– Бывает и хуже, – заметила вторая, – Мой на прошлой неделе такое устроил.

– Ничего страшного, – улыбнулась Лена, – Мне не впервой мыть грязные попы. Только сначала мы ее вытрем колготками.

Лена принялась старательно вытирать мне попу. Стесняясь стоять голышом, я, как обычно прикрылся между ног.

– Такой маленький, а уже прикрывается, – засмеялась сидящая на скамейке мама, – Он что, нас стесняется?

Все засмеялись.

– Как будто я не видела маленьких мальчиков голышом, – сказала сидящая мама, продолжая смеяться, – И у вас тоже мальчишка? – обратилась она ко второй женщине.

– Два, – ответила та, – Старший осенью пойдет в школу, а младшенькому, – женщина показала на свою коляску, – пять месяцев.

– Какой ты, Саша, стеснительный, – улыбнулась Лена, разнимая мои руки, – Давай, ложись на спинку. Вот сюда.

Одиннадцатиклассница уложила меня на клеенку.

– Ножки вверх! – сказала она и сильным рывком задрала мне ноги, прижав колени к груди.

Вздрогнув от неожиданного холодного прикосновения между ягодиц, я догадался, что это была мокрая салфетка.

– Неплохие салфетки, – заметила Лена, принявшись быстро вытирать мне попу.

– Ловко ты с ним, – похвалила одиннадцатиклассницу сидящая на скамейке женщина, – Наверное уже давно помогаешь маме с маленьким братиком.

– Интересно, почему все называют Сашу моим братиком? – улыбнулась Лена, – Неужели мы с ним так похожи?

Обе мамы непонимающе уставились на одиннадцатиклассницу.

– Просто присматриваю за карапузом, – объяснила им Лена.

– И давно ты так подрабатываешь? – поинтересовалась та, что стояла.

– Няней? – уточнила одиннадцатиклассница, продолжая вытирать мне попу мокрой салфеткой, – Около года.

– Сразу заметно, что есть опыт, – улыбнулась сидящая на скамейке мама, – Так быстро и ловко подмывает карапуза.

Вытащив из пачки новую салфетку, одиннадцатиклассница принялась протирать мне мошонку.

– Чей это маленький мешочек? – ласково улыбнулась она, – Сейчас мы хорошенько его помоем.

– Ага, как следует помой там своему карапузу, – заметила стоящая у скамейки женщина, внимательно наблюдая за Леной, – Особенно за яичками. У моего там обычно самое грязное место после того, как сходил в подгузник по-большому.

– И у моего, когда покакает, там всегда так грязно, – добавила другая мама.

Холодная салфетка снова коснулась моей мошонки, заставив меня поежиться от неприятной щекотки.

– Какая аккуратненькая мошонка, – улыбнулась сидящая женщина, – У моего она тоже так съеживается, когда я его подмываю.

– Главное, чтобы яички оставались на месте, – заметила вторая, – У старшего всё было нормально, а у младшенького проблема: одно яичко сразу прячется вовнутрь, стоит только до мошонки дотронуться.

– Наверное не полностью опустилось, – сказала первая мама, – Вы показывали ребенка врачу?

– Врач пощупала и сказала, что оба яичка опустились, – сообщила другая женщина, – А то, что одно блуждает, с возрастом само пройдет.

Женщина что-то поправила в детской коляске.

– И на интернете то же самое прочитала, – продолжила она, – До четырех лет всё должно полностью придти в норму. Кстати, судя по родительским форумам довольно распространенная проблема.

– Не знаю, – пожала плечами первая мама, – У моего с яичками с рождения все в порядке. А вот за Витин писюнчик я недавно получила в детской поликлинике выговор.

– И чем он, интересно, врачу не понравился? – спросила вторая.

– Сказала, что надо мыть под кожицей во время купания, – объяснила первая, – Только как там помоешь, если эта кожица никак не оттягивается? Собрана в довольно плотный хоботок.

– Как у этого карапуза? – спросила вторая мама, кивнув на меня.

– Ага, – улыбнулась первая женщина, – Точно такой же писюнчик, как у моего.

– У всех мальчишек такой хоботок, – присоединилась к разговору Лена и, бесцеремонно приподняв мне письку, потрогала самый кончик.

Заметив, как все уставились мне между ног, я густо покраснел, не зная куда деться от смущения.

– Сколько Вашему? Шесть месяцев? – улыбнулась стоящая женщина, заглянув к другой в коляску.

– Семь, – ответила та, продолжая наблюдать, как Лена протирает мне салфеткой письку, – Врач в поликлинике сказала, что уже пора открывать писюнчик.

– Сколько врачей, столько и мнений, – усмехнулась стоящая мама, – Как-то спросила нашу о Сережином писюнчике – так она только засмеялась в ответ. Сказала, что до пяти лет рано о таких вещах беспокоиться.

– А наша просто настаивала, чтобы я сводила ребенка к хирургу, – сказала первая мама.

– Неужели всё так серьезно? – нахмурилась вторая, – Настоящий фимоз, который мешает ребенку писать? Тогда конечно нужно вмешательство хирурга.

– Писает вроде нормально, – улыбнулась первая женщина, – Вы бы видели, какой фонтан он мне после завтрака устроил.

– Чего тогда беспокоиться? – сказала вторая мама, – Если писюнчик исправно работает, значит всё в порядке.

– "Исправно работает"? – засмеялась сидящая женщина, – В смысле позволяет ребенку писать?

– А что Вам еще от детского писюнчика надо? – засмеялась вторая, – Малышам он нужен только для одного – писать.

Все громко расхохотались.

– Писает Сережа у меня хорошо, – сказала первая, – Только в последнее время взял моду делать это не в памперс, а на пеленальном столе, когда я его подмываю.

– Мой тоже любит пускать фонтаны, лёжа голышом, – улыбнулась вторая, – Поэтому у меня всегда стоит наготове горшок – словить струйку.

– А я сразу накидываю между ножек марлечку, – сказала первая мама, – Правда раньше не успевала быстро среагировать. Он у меня такой вредный. Всегда пускает струйку в самый неподходящий момент.

– Первый Сережин фонтанчик между ножек тоже застиг меня врасплох, – усмехнулась стоящая женщина – Но я быстро научилась определять, что малыш собирается пописать.

– Мне тоже недавно наша врач рассказала, как это определить, – с улыбкой сказала сидящая, – Хорошо, что у мальчишек все сразу видно.

Обе мамы понимающе переглянулись.

– У моего обычно напрягается писюнчик, – сказала та, что стояла.

– Слегка набухает, да? – спросила женщина, сидящая на скамейке.

– Ага, – подтвердила стоящая, – Как только вижу, что набухает и начинает шевелиться, сразу тянусь за горшком.

– Буквально час назад разговаривала на эту тему с медсестрой-массажисткой в детской поликлинике, – присоединилась к разговору Лена, – Когда водила к ней Сашу.

– Чего это вы во время массажа об этом разговорились? – улыбнулась стоящая мама, – Твой карапуз, что, пустил у нее струйку? Я раньше приглашала на дом массажистку, так Сережа пару раз так ее обрызгал. Ужас как было неудобно.

– У нас массаж обошелся без фонтана, – улыбнулась Лена, – А вот предыдущий малыш действительно пустил струйку. Поэтому медсестра решила подстраховаться и заставила Сашу перед массажем сходить на горшок по-маленькому.

– Неужели боялась, что тоже пустит струйку? – с улыбкой спросила сидящая мама, – Сколько ему? Два?

– Почти два, – ответила Лена.

– Мой старший чуть ли не до трех лет устраивал фонтаны во время гигиенических процедур, – сказала стоящая женщина, – А в ванну во время купания даже сейчас, в шестилетнем возрасте, писает. Просто не знаю, как с этим бороться.

– Мальчишки… – вздохнула сидящая мама.

Лена снова задрала мне ноги. Заметив у нее вруках тюбик с детским кремом, я неприятно поморщился.

– Сначала помажем попу, – улыбнулась девушка, щекотно водя пальцами между моих половинок, – Вот тут, между ягодичками. И дырочку тоже.

– Как сразу испугался, – засмеялась сидящая мама.

– А что, надо обязательно засовывать туда палец? – спросила хихикающая Маша.

– Я же легонечко, мизинцем, – улыбнулась Лена, снова ткнув пальцем в мою чувствительную дырочку.

– Я тоже своему всегда там мажу, – сказала сидящая женщина, – Чтобы лучше какал.

– Куда уж лучше, – со смехом заметила Маша, – Наложил такую кучу в колготки.

Все дружно засмеялись.

– Попу помазали, – объявила Лена, – Сейчас займемся вот этим кругленьким розовым мешочком.

Набрав на пальцы щедрую порцию крема, Лена принялась нестерпимо щекотно мазать мне мошонку. Извиваясь на клеенке, я пытался увернуться от ее пальцев, но у меня ничего не получалось.

– Мой тоже ерзает и дрыгает ножками, когда я мажу ему эти места детским кремом, – сказала стоящая мама.

– И мой точно так же себя ведет, – добавила вторая, – Ерзает, дрыгает ножками, вырывается… Хотя в последнее время мне с ним стало легче. Наверное потихоньку привык к моим рукам. Зато у младшей сестры такое вытворяет…

– Все мальчишки так боятся щекотки, – заметила Лена, – Смотрите. Вообще нельзя к яичкам притронуться.

Холодные чужие пальцы быстро скользнули мне за мошонку, заставив меня отчаянно задрыгать ногами от нестерпимой щекотки.

– Вот тут у нас самое щекотное место, – улыбнулась Лена.

– За яичками? – спросила Маша, тихонько хихикая.

– Ага, – подтвердила одиннадцатиклассница, – Видишь, как мальчишка сразу начинает нервничать, когда я перебираю там пальцами.

Наблюдающие за Леной мамы сдержанно засмеялись.

– Теперь спереди, – объявила одиннадцатиклассница опустив мои ноги вниз.

Мне снова пришлось терпеть мучительную щекотку, пока Лена старательно мазала мне детским кремом лобок.

– Хорошенечко помажем складочки, – приговаривала она, – И писюнчик тоже. Вот так, со всех сторон.

– А я своему писюнчик никогда не мажу, – улыбнулась стоящая мама, – Наша врач-педиатр сказала, что необязательно.

– Я тоже раньше не мазала, – сказала вторая женщина, – Пока месяц назад у Сережи не появились там опрелости.

– Где? Прямо на писюнчике? – удивилась первая, – Наверно памперс натёр.

– Я так сначала и подумала, – сказала вторая мама, – Перепробовала несколько подгузников. И что Вы думаете – во всех писюнчик краснеет. Просто не знала, как от этого раздражения избавиться, пока соседка не порекомендовала один крем.

– И что, вылечили? – поинтересовалась сидящая женщина.

– На третий день не осталось и следа, – гордо сказала стоящая.

– Мне всё-таки кажется, что это от подгузников, – заметила первая мама, – У моего тоже однажды покраснел писюнчик. Перешла на другие подгузники и всё сразу как рукой сняло.

– И какими Вы подгузниками сейчас пользуетесь? – спросила вторая.

– Памперсами, – сказала первая, – Они выпускают специальные подгузники для мальчиков.

– А я Хаггисами, – сообщила стоящая мама, – Обычными, универсальными.

Быстро закрутив белый колпачок, Лена положила тюбик с детским кремом к себе в сумку.

– Вставай, – сказала она, потянув меня за руку. – Сейчас одену тебе новые колготки.

– А грязные как ты домой понесешь? – поинтерсовалась Маша.

– Вот еще! – фыркнула Лена, – Никуда я их не понесу. Сейчас вон в ту урну кину.

Подождав, пока я встану, Лена принялась натягивать на меня колготки.

– Какая прелесть! – улыбнулась Маша, – Такие классные колготки.

– Значит подгузники ты ему уже не одеваешь? – спросила сидящая на скамейке женщина.

– Сашина мама сказала не одевать, – объяснила Лена.

– Приучает карапуза к горшку? – усмехнулась стоящая мама, – У мальчиков это обычно занимает не меньше двух месяцев. Я со своим старшим так намучалась.

– Ничего, я Сашу быстро приучу вовремя ходить на горшок, – уверенно сказала одиннадцатиклассница, усаживая меня в коляску, – Только попробуй мне написать в эти колготки!

Попрощавшись с двумя мамами, Лена покатила мою коляску к лифту. Я ожидал, что, спустившись на первый этаж, мы сразу направимся к выходу из магазина, но одиннадцатиклассница решила зайти в канцелярский отдел, где молча купила коричневую общую тетрадь.

Выйдя из универмага, Лена сразу же отправилась домой. Маша тоже почему-то увязалась за нами, хотя еще недавно планировала посвятить полдня хождению по магазинам. Я думал, она просто проводит нас до дома. Сидя у подъезда в коляске и слушая болтовню девушек, не мог дождаться, когда Маша наконец попрощается с Леной и мы пойдем домой.

– Такой славный карапуз, – улыбнулась Маша, – Просто не могу на него налюбоваться в этих колготках и маечке.

Обе девушки принялись с улыбками меня разглядывать.

– Так люблю маленьких деток, – призналась Маша, – Может и мне попробовать подрабатывать няней?

– Ты в каком ты классе? Перешла в седьмой? – оценивающе посмотрела на младшую подругу Лена, – С грудными малышами, думаю, справишься. А с двухлетними, как этот, не знаю.

– А что с ним справляться, – улыбнулась Маша, – Конечно мыть грязную попу – не самое приятное занятие, но как-нибудь пережить можно.

– Значит не испугалась Сашиной кучи в колготках? – ехидно спросила Лена.

– Неа, – засмеялась Маша, – Грязными штанишками меня не испугаешь.

Девушки беззаботно болтали еще несколько минут.

– Ну что, Машка, – сказала Лена, посмотрев на часы, – Мы пошли обедать. А ты наверное снова по магазинам?

– Чёт расхотелось, – ответила Маша, – Даже не знаю, чем сейчас заняться, – девушка о чем-то задумалась, – Слушай, а можно у тебя посидеть? Так нравится наблюдать, как ты возишься с карапузом.

– Конечно можно, – улыбнулась Лена, – Поможешь мне с ребенком.

– Серьезно хочешь, чтоб я тебе помогла? – недоверчиво спросила Маша.

– Лишняя пара рук никогда не помешает, – усмехнулась Лена, покатив мою коляску к поъезду, – Пошли, будущая няня. Буду тебя учить уходу за ребенком.

Едва мы зашли в квартиру, Лена сразу же вытащила из сумки коричневую тетрадь и, присев на диван, принялась там что-то писать.

– Что это ты чертишь? – поинтересовалась Маша, присев рядом с Леной.

– Горшочное расписание, – объяснила Лена, – Если ребенка отучают от подгузников, я всегда завожу для него специальный журнал-расписание.

Маша с любопытством уставилась в Ленину тетрадь.

– Первая графа – время, – начала объяснять Лена, – Во второй отмечаем, что сделал. Одной буквой: "П", "К" или "Е".

– Ну с "П" и "К" всё понятно, – улыбнулась Маша, – Писал или какал. А "Е" что означает?

– Еду, – объяснила Лена, – Ее тоже включают в такой журнал, чтобы знать, как быстро у малыша после еды появляется позыв по-большому.

– Понятно, – протянула Маша.

– В третьей графе отмечаем, как малыш сходил по-маленькому или по-большому, – продолжила Лена, – В горшок, в штанишки, пустил струйку во время купания и т. д. В следующей графе ставим галочку, если просился. И наконец, в последней разные комментарии: как себя вел, как подмывала и т. п.

Лена посмотрела на часы.