# Обожаю отдающуюся Ольгу!

Eromo.Org

Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: Обожаю отдающуюся Ольгу!

— Оль, — Андрей робко коснулся моей руки, — можно тебя проводить?

Честно говоря, это предложение меня удивило, поскольку Андрей был женат, свято хранил супружескую верность и боялся женщин как черт ладана. Конечно, меня не проведешь: я вижу, к чему дело клонится, и поэтому с нетерпением жду продолжения. И вот наконец-то уже на остановке троллейбуса Андрей вдруг выдавил:

— 3наешь, мне хочется пригласить тебя к себе домой…

Это было настолько забавно, что я не смогла удержаться от улыбки.

— Ты действительно этого хочешь? Прямо сейчас?

— Да.

— А…

— У Ларисы дежурство до утра, поэтому… Так ты не против?

Нет, я была совершенно не против, тем более что мои предки смотались на дачу и перспектива возвращения ночью в пустую квартиру с холодной постелью меня совсем не прельщала. Куда интереснее — поехать к Андрюше, посмотреть, как живет этот преданный муж, а заодно и испытать прочность его ископаемой верности.

Хотя странно, почему Андрей выбрал именно меня? Может, действительно нравлюсь ему? Или просто наслышан о моем темпераменте. Не знаю, но раньше он никак не проявлял своих чувств. Нравится ли Андрей мне? Ну вообще-то весьма симпатичен, однако эта скованность очень его портит, Ничего, подумалось, попробую растормошить, И вообще, почему бы не устроить себе маленькое приключение? Тем более впереди два выходных.

Когда приехали к нему домой, было уже за полночь. Его квартира мне понравилась: чистота, книги, картины, изящные деревянные статуэтки. Андрей достал из бара бутылку вина и предложил немного выпить. Я знала наверняка, что ему требуется спиртное исключительно для храбрости, и невольно подумала, что лучше бы отправились ко мне, тогда он не боялся бы, кроме всего прочего, еще и неожиданного прихода супруги. Кроме того, я быстро поняла, что надо брать инициативу в свои руки, и постепенно увлекла Андрея в спальню.

Похоже, что от волнения у него ничего не вставало. Я отошла к окну, включила проигрыватель и начала импровизированный стриптиз. Под плавную чарующую музыку покачивала бедрами, неторопливо приподняла блузку, под которой ничего не было. Потом обнажила соски и вдруг одним резким движением сбросила блузку, при этом нагнувшись так, чтобы Андрей смог увидеть мои груди. По учащенному дыханию догадалась, что спектакль имеет успех. Я посадила Андрея на кровать. Пока стояла перед ним, слегка расставив ноги, он стащил с меня юбку и трусики, а я освободила его от рубашки и опрокинула навзничь. Под плавками у него уже вполне явственно обозначился упругий холмик. Выпустив член из плена, взяла в рот, чтобы придать еще большую уверенность этому птенчику. Под моими ритмичными всасывающими движениями наш орелик быстро рос и вскоре превратился в огромную птицу.

Тем временем и сама я возбуждалась сильнее и сильнее, чувствуя, что вагина стала совсем сырая. Тогда я отправила член в законное место. Андрей настолько обалдел от всего этого, что почти сразу же кончил. Я сползла с него и лежала, слушая музыку и наслаждаясь покоем.

Внезапно из прихожей послышался звон ключей, Меня подбросило словно пружиной. Я лихорадочна соображала, куда спрятаться, поскольку встреча с женой Андрея не сулила абсолютно ничего приятного. Увы, мышеловка захлопнулась. Оставалось одно — балкон. Еще мгновение — и я уже там. Только здесь сообразила, что с испугу выскочила в чем мать родила. Заглянула в комнату: Андрей сидел на постели с квадратными глазами, уже одетый, но готовый упасть в обморок. Из прихожей доносилось:

— Андрюша, где ты? Почему музыка в такое время? Ты не один?

— Нет-нет, Ларисонька, один. Это так, бессонница…

Андрей затолкал ногой под кровать мою юбку с трусиками (дубина стоеросовая!) и выскочил из комнаты. Я пулей проскользнула в спальню, схватила сумочку, блузку с туфлями (они стояли около балконной двери), но нервный перестук шпилек и приближающиеся голоса помешали мне добраться до юбки, и я снова спряталась на балконе.

— Андрей, откуда это дует? Почему открыта балконная дверь?

Дальнейшего разговора я уже не слышала, поскольку спрыгнула на землю. Куда теперь? В таком виде, как у меня (в одной блузке, с туфлями и сумочкой в руках), вряд ли можно добраться до дома. Тем более что и транспорт не ходит. Ловить такси? Мама родная, сама же понимаю, чем платить придется! Вот влипла так влипла. Но хорошенько подумать, как выйти из этой ситуации, мне не дали. Наверное, мой голый зад светофорил за километр, так как из темноты донеслись взрывы хохота и голоса:

— Ой, гляньте, какая телка! — Ничего кобылка, просто обожаю таких! — Где же ты юбку-то, сука, потеряла? — А зачем юбка? Так же удобнее! — Да, нам сейчас будет очень, очень удобно! — Чур, я первый! — Да нет, сегодня ты у нее будешь не первый, не обольщайся.

— Ну-ка, подойди поближе, цыпочка, нам плохо виден твой клитор!

Боже мой, какой ужас! Из тени деревьев появилась кучка парней — человек десять. Мое оцепенение мгновенно улетучилось, и я помчалась от них бегом. Хорошо еще, что балкон Андрея выходил во двор, иначе вся улица со смеху укатывалась бы. Я обернулась и удивилась: они и не думали меня догонять. Мне это показалось странным, но вот двор перегородил второй дом, плотно примыкающий к первому. Дверей я не увидела, а справа был огромный забор — там стройка. Я оказалась в тупике. Издалека неспешно и неотвратимо приближались знакомые голоса:

— Ах, какие у нас ножки! Ах, как они хорошо бегают!

— Ну давай, теперь беги обратно!

— Беги сюда, крошка, я поцелую тебя в попку!

— Ну как, ты уже успела выбрать хорошее местечко?

Мое сердце бешено колотилось. Выхода не было, и тут я вдруг с удивлением почувствовала, что зверски возбуждена, что смазка уже начинает стекать по ногам, и если бы не серьезность ситуации, наверняка бы сейчас кончила!

Вот тут-то я и увидела этот зарешеченный балкон на втором этаже. Ах, если бы залезть туда, тогда, может быть, удалось бы как-нибудь отбиться от нахалов. Я ухватилась руками за решетку и попыталась подтянуться. Это оказалось непросто, но от ужаса при мысли, что меня ожидает внизу, я совершила невозможное и вскоре встала на перила ногами.

Парни прибавили ходу, по пути комментируя мои действия:

— Смотрите, она нас ждет на балконе! — Давай, давай, сука, все равно никуда не денешься! — Только ножки повыше задирай, не видно же! — Мужики, подождите меня здесь, я пошел к ней! — Так я же первый занял! — Тебе уже сказали, первый был гораздо раньше. — Давайте по очереди, только соседей не разбудите!

— Если проснутся, будут за нами.

Два парня полезли за мной, причем один из них умудрился еще трогать меня за самые интересные места, отчего я чуть не падала с решетки, поскольку лазать по балконам и кончать одновременно весьма неудобно. Но у меня не было возможности даже отбиваться, и поэтому я только ругалась, а этот мерзавец хохотал:

— Да она уже вся готова, парни, только бери! Какая славная идея — трахаться в подвешенной позиции.

Наконец мне удалось перевалиться через перила, и тут, когда я обессилено рухнула голой задницей на холодную плитку балкона, а надо мной зависла счастливая физиономия моего первого преследователя, в квартире зажегся свет.

— Мужики, шухер! — закричали внизу, и парни с решетки попрыгали вниз.

Из квартиры вышел человек лет тридцати или чуть больше, в тренировочных штанах и футболке, под которой весьма внушительно бугрилась упругая масса мышц. Таких мужчин я видела только в кино — спокойно-мощных, уверенных, гладко выбритых и оставляющих впечатление не только сокрушительной силы, но и недюжинного ума. Моих преследователей при его появлении и вовсе след простыл. — Так вот какие кошечки бродят по балконам, — весьма доброжелательно пророкотал незнакомец. — Ну что же, котенок, тебе повезло — попала как раз куда надо.

Сидя на полу, я пыталась прикрыть коленками свои голые прелести и сообразить, что конкретно подразумевалось под фразой «попала куда надо».

Мой спаситель в это время наклонился, сгреб меня в охапку и понес в квартиру.

Мельком успела заметить: квартира обставлена весьма и весьма шикарно. Ковры на полу и стенах, хрусталь, фарфор и мягкая мебель. Однако ослепительный незнакомец нес меня мимо всего этого роскошества неизвестно куда. Видимо, я очень испуганно смотрела, так как он спросил:

— Разве что-то не так, крошка? Неужели тебе не хочется искупаться?

Удивительно, но мне больше всего сейчас хотелось именно отогреться в ванной. Только я ведь я совсем не знаю этого мужчину! С другой стороны, я все равно целиком и полностью в его власти, так что тут стесняйся, не стесняйся — все равно быть мне у него в постели, В конце концов лучше один партнер в хорошей квартире, чем десяток тех ублюдков под забором.

Ванная комната поразила меня еще больше — она вся была выложена зеркальной плиткой, потолок — зеркальный полностью, а сама ванна черная. Мой спаситель бросил туда такую же черную махровую простыню, положил меня на нее и включил душ. Он собственноручно, ни слова не говоря, вымыл меня всю, словно я была ребенком, и налил потом чистой воды. Пока она набиралась, незнакомец сделал душ сильнее, чем обычно, и начал щекотать колкими струйками мне лицо, шею, руки, подмышки, грудь, живот… Мои сосочки быстро затвердели, а я лежала с закрытыми глазами, расслабленно закинув руки за голову, и чувствовала себя словно в волшебном сне.

Когда вода покрыла мой лобок, он опустил душ под воду и направил струю прямо в клитор. Я содрогнулась всем телом и кончила. Мужчина улыбнулся и начал раздеваться, а шланг душа по-прежнему лежал у меня между ног, так как н зажала его бедрами, и его мощные ласковые струи заставляли меня стонать и сползать еще ниже в ванну. Она была достаточно большая, и мой спаситель свободно смог встать на колени, положив мои ноги себе на бедра.

И тут он занялся мной вплотную: продолжал ласкать клитор душем, одновременно исследуя пальцами другой руки влагалище и анус, отчего я приходила в неописуемое возбуждение. А когда незнакомец ввел большой палец в пещеру любви и сомкнул его с остальными, придерживающими попку (причем один из них попадал в самую ложбинку!), я оказалась просто на седьмом небе от восторга, Он тут же взял меня, я вопила и содрогалась так, что вода выплескивалась из ванны на зеркальную плитку пола.

Кончив, он содрогнулся и уткнулся лицом в мое плечо. Тут я открыла глаза и вдруг увидела нас двоих в зеркальном потолке, Я рассматривала волнующее отражение и думала, что ведь мне даже неизвестно имя этого красавца, а отдалась ему как возлюбленному, которого знаю целую вечность.

Потом он встал, поднял меня из ванны, растер махровым полотенцем, одел в огромный мягкий халат и отнес в кровать.

— Кофе хочешь?
— На ночь?
— Ну, что-нибудь выпить?
— Пожалуй, нет.
— Тогда ляжем?
— Ляжем.

Учитывая, что было три часа ночи, больше ничего и не оставалось.

— Как тебя зовут, киска?

— Ольга.
— А меня Кирилл.
— Очень приятно.
— Тебе это понравилось?
— О, да.
— Тогда спокойной ночи?

— Спокойной ночи, Кирилл.

Он выключил свет и лег. Я сняла халат и утонула в горячем море нежных рук Кирилла.

Остаток ночи пролетел как мгновение.

— Очнись, о, Ольга! — приветствовал Кирилл меня утром, откидывая одеяло.

Когда я наконец протерла глаза, он уже стоял посреди комнаты в одних плавках, бодрый, подтянутый, и с улыбкой выжимал гантели.

— Надеюсь, моя кошечка хорошо выспалась»?

— Просто замечательно.

— Тогда беги умойся и присоединяйся ко мне.

— Что, прямо так? — втайне надеясь, что Кирилл даст мне что-нибудь, чем можно прикрыть наготу.

— Неужели ты здесь кого-нибудь стесняешься? Хотя, если хочешь, можешь взять мою футболку.

Я нырнула в футболку и отправилась в ванную. Когда вернулась, Кирилл уже убрал постель. Я слегка размяла свои косточки легкой зарядкой, и тут он спросил:

— Кстати, тебя дома не хватятся? Может, надо позвонить?

— Дома никого нет, все на даче.

— И надолго?

— До воскресенья.

— Так, так, то есть до завтра. Тогда могу предложить одну вещь.

— Какую? — Ну, видишь ли, я, конечно, пустил тебя переночевать… А теперь, собственно, настало время тебя проводить… обратно на балкон.

— На балкон?! — Во мне все закипело: вот уж чего-чего, а такого я от него не ожидала.

— Ну да, ты ведь именно оттуда пришла. Но мне не хотелось бы тебя отпускать в том же виде, в каком ты была.

— И что же?

— Могу предложить тебе кое-какую одежду и подбросить до дома на машине, но…

— Что «но»? — я начала догадываться, что это какой-то шантаж.

— Но за все надо платить, крошка.
— А разве я не заплатила тебе этой ночью?
— Нет, ты только получила удовольствие.
— И какие же твои условия?
— Ты будешь моей рабыней. Всего до воскресенья.
— Рабыней?! Что это еще за фокусы?

— Ну, если ты отказываешься, тогда прошу на балкон. Твою блузку я постирал, но она скоро высохнет.

— Но я не хочу на балкон! Не хочу!!! — в бессильной ярости я сползла на ковер.

— Тогда, — Кирилл присел рядом и обнял меня за плечи, — принимай мои условия. Ведь все не так страшно, как ты думаешь. Тебе же не придется вкалывать, как неграм на плантации. Просто станешь делать все, что прикажу. А будешь умницей — еще и удовольствие получишь.

— А ты действительно отпустишь меня завтра?

— Да, обещаю тебе. Только часа в четыре, не раньше.

Каким же Кирилл оказался подонком! А был так ласков со мной, никогда и ни с кем не чувствовала себя так чудесно, как с ним. И что же? Теперь, оказывается, я ему что-то должна! Но почему тогда я верю ему? А ведь я верю ему. Почему? Может быть, потому, что он мне нравится? Я совершенно запуталась.

— Так что же, Ольга, ты согласна?

— Да, но…

— Нет, теперь уже никаких «но».

Кирилл отдернул тяжелую портьеру в глубине комнаты, и я увидела за ней прекрасный домашний спорткомплекс. Теплый цвет дерева шведской стенки, блеск металлических частей и аккуратное, обтянутое светлой кожей сиденье так и притягивали меня к себе.

— Что, нравится? Тогда раздевайся, — приказал Кирилл. Странно, но он считал, что я одета,

Я скинула футболку.

— Ложись, сейчас проверим, насколько ты поняла условия договора.

От вчерашней нежности Кирилла не осталось и следа. Он был так же спокоен, но тверд и властен.

— Ложись лицом вверх, головой к шведской стенке.

Все еще недоумевая, я легла на узкую доску сиденья, как приказал Кирилл. Он подошел, взял мои руки, завел их за голову, крепко связал и притянул к шведской стенке. От сознания, что меня связывают, внутри все сжалось.

— Что ты делаешь? — закричала я.

Но Кирилл не реагировал и развел как можно шире мои ноги, после чего привязал их к металлическим стойкам. Теперь я лежала совершенно распростертая и открытая. Мышцы живота нервно сжимались, но вместе с волной все возрастающего стыда и ужаса меня вдруг обожгло неслыханное возбуждение. Кирилл достал откуда-то две шпаги. Они были спортивные, с тупыми гильзообразными наконечниками, но тем не менее при виде этого оружия все волосы на моем теле встали дыбом. Я закричала, чтобы он отпустил меня. Кирилл снова проигнорировал мою просьбу и продолжал приближаться, поигрывая стальными клинками.

Когда он слегка дотронулся шпагой до ляжек, я взвилась от страха, а он водил наконечниками по бедрам, животу, груди, щекам, векам, повсюду. Я перестала рваться и только внутренне содрогалась при каждом прикосновении.

Надо признать, что клинками Кирилл владел мастерски. Все его движения были абсолютно точны, продуманны и напоминали нежность ядовитых змей, кусающих вдруг в самом неожиданном месте.

И в то же время я просто истекала смазкой. Когда же Кирилл повел клинки по складкам между ногами и животом, я совсем расслабилась и подала таз вперед, И тут он неожиданно поймал наконечником клитор. От боли, смешанной со сладострастием, я не знала куда деваться, а Господин разводил шпагами мои срамные губы, входил внутрь, растягивал вагину, проникал в анус.

И вдруг я почувствовала, что оба клинка покинули мою пещеру и устремились к груди, потом к рукам… И в этот момент Кирилл, видимо, совсем распалившись, вошел в меня. Ощутив в себе наконец-то живое тело, я впала в бешеный экстаз, а мой Повелитель, быстро отвязав меня, увлек в постель.

Там он лег под меня, я же села и начала скользить по его члену вверх-вниз так, что тот едва не выскакивал из меня. Кирилл расслабился и стонал от наслаждения.

— Теперь повернись задом.

Я осторожно развернулась, не выпуская член из влагалища, что доставило нам обоим еще больше удовольствия. Когда я встала на колени, Кирилл наклонил меня лицом к своим ногам так, что его пенис оказался до упора оттянутым вниз, и начал ласкать руками мои бедра и ягодицы, после чего поднял меня и положил спиной к себе на грудь. Я уже почти не контролировала себя и только хаотически содрогалась в экстазе. Потом Кирилл крепко обхватил меня за талию, и я оказалась под ним, лежа на животе. Он раздвинул мои ноги и приподнял попку. Темп фрикций бешено участился, и я почувствовала, как член, пульсируя внутри меня, все растет, доставляя мне просто непередаваемое словами наслаждение. И вот Кирилл застонал, движения стали медленнее, но мощнее, и поток горячей спермы устремился в меня.

Мне казалось, что прошло уже довольно много времени, но выяснилось, что еще только десять часов утра. Мы встали, попили кофе с бутербродами, и тут Кирилл объявил:

— А сейчас поедем купаться.

— Купаться? — От неожиданности я чуть не поперхнулась кофе.

— Ну да. Купаться, играть, загорать, еще что-нибудь.

Собственно, это было неплохо, но меня смущала мысль о том, что Кирилл может выкинуть какой-нибудь номер при посторонних. Я ведь еще оставалась «рабыней», однако переубедить его было невозможно, и я только спросила:

— И куда поедем?

— Куда-нибудь подальше, чтобы ты не сбежала ненароком. Надо только сообразить, что же тебе надеть, Твоя блузка еще не высохла. А что, если поедешь в моей футболке?

— Только в одной футболке?! Но я не могу так, там же люди!

— Значит, отказываешься?

— Да, отказываюсь!

Тут в воздухе раздался короткий свист и меня что-то обожгло — Кирилл хлестнул меня шпагой по ягодицам, потом еще и еще. От боли я завизжала и попыталась увернуться, но он настиг меня, повалил и спросил:

— Так ты поедешь?

Я молчала. Он схватил меня и потащил на балкон. Внизу ходили люди, на скамейке сидели старушки, мальчишки гоняли по асфальту консервную банку.

— О нет, только не это! — взмолилась я, цепляясь за косяк балконной двери.

— Так, может быть, ты наденешь футболку?

— Угу… — Я чуть не плакала.

— Вот и замечательно.

Кирилл не разрешил надеть даже туфли. По счастью, его машина была запаркована совсем недалеко, но и тех нескольких метров, что пришлось пройти, было достаточно, чтобы меня осмотрела с головы до ног уйма зевак. Я сгорала со стыда и была счастлива, когда наконец юркнула на переднее сиденье.

Мы проехали всего несколько кварталов, когда Кирилл вдруг остановил машину.

— Подожди меня здесь, — сказал он и, заперев салон, скрылся в подъезде.

Минут через десять Кирилл вернулся и, к моему ужасу, не один. С ним шел парень, по виду чуть моложе, но немного ниже его и плотнее.

— Знакомьтесь — это Вадим, мой лучший друг, а это Ольга, моя рабыня.

— Да? — Вадим, по-моему, не очень удивился. — Ты купил себе рабыню?

— Не совсем. Это она кое-что у меня покупает, а точнее, отрабатывает.

Ах, подлый циник, можно подумать, что весь этот спектакль нужен мне! Я с негодованием посмотрела на Кирилла.

— И что, она действительно делает все, что ты прикажешь? — поинтересовался Вадим.

— Разумеется. Хочешь убедиться? Пожалуйста. Ольга, раздевайся!

От неожиданности я даже не нашла что сказать.

— Ну? — спросил Кирилл. — Или ты хочешь выйти из машины прямо здесь?

Я посмотрела на Вадима, надеясь, что тот остановит своего разыгравшегося приятеля, но он был, видимо заинтересован не менее Кирилла. Я медленно стащила с себя футболку (в принципе мы ехали достаточно быстро, и прохожие не успевали как следует рассмотреть меня, а машин было мало).

— А теперь встань! — приказал Кирилл. — Давай, давай, не стесняйся, сука, выпрями ноги!

Я сидела на корточках в кресле и чуть не плакала от обиды. Как он может так со мной обращаться? Внезапно жгучая боль от клинка заставила меня еще больше сжаться. Слезы потекли рекой.

— А ну встань! — Кирилл еще раз хлестнул меня по спине. — И наклонись назад.

Я выпрямила ноги и встала в кресле, как он просил, задом к лобовому стеклу, перегнувшись через спинку кресла назад, к Вадиму.

— Разведи ноги!

Когда я представляла себе, как выгляжу со стороны, тело мое содрогалось от стыда. Тут Кирилл вдруг резко затормозил, я чуть не слетела с кресла, но в это время Вадим, уже вовсю занявшийся моей грудью, удержал меня. Мы стояли на светофоре перед выездом на большую дорогу. Из соседних машин начали пялиться на меня, я извивалась, силясь вырваться из объятий Вадима и сесть, но тот не отпускал и только посмеивался:

— Стой, стой, шлюха, я же знаю, как тебе это нравится.

— А ну, не смей сжимать колени, сука! — раздался голос Кирилла, и боль от жесткого наконечника шпаги с внутренней стороны бедра была более чем убедительна,

Внезапно прямо у щели я ощутила какой-то жесткий предмет, который начал медленно входить в маю вагину. Я не видела, что это, но знала точно — не мужской член. Может, огурец? Видимо, Кирилл давал спектакль для окружающих.

Предмет энергично двигается внутри меня, вызывая, как ни странно, наслаждение. Вадим в это время впивается губами в мой сосок, сжимая грудь обеими руками, и я (вот крутой темперамент) стала возбуждаться под его ласками даже и при таком скоплении зрителей. Я еще больше приподняла зад, и тут громкий рев восторга заставил меня открыть глаза и осмотреться. Вокруг нас, оказывается, уже образовалась пробка, издалека сигналили машины, прохожие стояли как вкопанные, спешащий к нам молодой гаишник замер с отпавшей челюстью.

В общем, немая сцена. Мне стало совершенно наплевать, что обо мне думают, и тут в мой задний проход вошло что-го похожее на маленький гладкий орешек, вроде арахиса. Я энергично сжала ягодичные мышцы. и этот орешек довел меня до заключительного экстаза. Хор мужских глоток подхватил мой визг, и в этот момент я почувствовала, что молча тронулась. Это Кирилл выехал из пробки через тротуар. Кирилл разрешил мне опуститься в кресло, но Вадим позвал меня к себе, и мой Повелитель приказал подчиниться. Вадим пригнул мою голову к своему набухшему члену и заставил взять его в рот. Это было совсем не долго, поскольку буквально через несколько фрикций он кончил.

К этому времени мы уже выезжали за черту города и приближались к реке. Машина остановилась в тени огромной плакучей березы. Немного поодаль был очень удобный спуск к воде. Вероятно, мои спутники уже бывали здесь.

В этом чудном уголке природы, собственно, нам и пришлось провести весь день, На обед сделали шашлык и перекусили. С Кириллом вновь произошла странная метаморфоза: он был удивительно нежен, предупредителен и ласков. В Вадиме также не осталось и тени агрессии. Честно говоря, мне очень даже нравились эти ребята. Особенно Кирилл.

Обратно машину вел Вадим, Кирилл сидел на заднем сиденье, а я дремала, свернувшись калачиком рядом и уткнувшись головой ему в колени.

В квартире я проснулась окончательно. Кирилл отправился готовить ужин, а меня мягко выпроводил в ванную. Освежившись и приведя себя в порядок, я закуталась в огромный махровый халат и появилась в гостиной. Кирилл еще возился на кухне, где что-то шкворчало, шипело и слышался стук ножа.

Вадим включил магнитофон и играл сам с собой в шахматы. Заметив меня, предложил составить партию.

— Спасибо, но я очень плохо играю.
— Как фигуры ходят, знаешь?
— Ну, это-то я знаю.
— Тогда все в порядке.

Правда, потом, обыграв меня раза три или четыре, Вадим потерял интерес к легким победам и начал учить меня играть, скрупулезно разбирая ходы. 3а этим занятием и застал нас Кирилл, когда явился накрывать стол. Он выдвинул на середину комнаты пальмой стол, накрыл его ослепительно белой скатертью. Потом вдруг посмотрел на меня:

— Ольга! Довольно отдыхать! Я надеюсь, ты развлечешь нас еще раз?

— Ну… — у меня было игривое настроение, — смотря чем. Скажи, чего ты хочешь, мой Повелитель?

— О, это мне уже нравится, но именно сейчас я хотел спросить тебя, что ты можешь предложить нам с Вадимом, пока мы будем ужинать.

— Ну, раз ч нас романтический ужин, тогда я могу подержать свечи. — Мне все же хотелось отделаться меньшими жертвами.

— Эта идея мне нравится, — задумчиво произнес Кирилл, — но может быть, лучше ты будешь лежать?

— Очень хорошо, могу и лежать.

— В таком случае ложись прямо сейчас, но только на стол.

— На стол?

— Ну конечно. Вадим, помоги даме раздеться.

Я понимала, что снова начинается спектакль одного актера, и у меня опять главная роль. Я должна признаться, что за последнее время у меня, похоже, выработался вкус к этой роли. Я хотела играть для этих мужчин жертву, мучиться и наслаждаться одновременно, я просто не могла отказаться от этого удовольствия.

В конце концов, интересно, что еще они придумают? Вадим подхватил халат, соскользнувший с моего тела, а Кирилл взял меня, покорную и обнаженную, на руки и возложил на девственно чистую скатерть. Потом завел мои руки за голову, связал их, а концы веревки укрепил на ножках стола. Ноги он почему-то оставил в покое.

— Кстати, — вдруг сказал Кирилл, — ты ведь хотела держать свечи?

— Вообще-то да, но…

— Достаточно одной свечи, я думаю, — произнес он и зажег большую свечку.

После этого Кирилл развел мои согнутые в коленях ноги чуть шире и вставил горящую свечу между губ влагалища (а я-то удивлялась, почему мои ноги ни к чему не привязали!). Теперь стоит мне слегка изменить положение, и свеча в любой момент завалится (и где гарантия, что не на меня?). И тут Кирилл скомандовал:

— Теперь пора накрывать на стол!

— Два стола! — подхватил Вадим, и они вышли на кухню.

На ужин была вареная картошка, тушеная курица и еще какие-то салаты. Я замерла, когда Кирилл поставил прямо мне на грудь и живот два больших блюда с курицей и картошкой, но через мгновение взвыла — они были ужасно горячими, а я не могла пошевелить ни единым мускулом из опасения, что прольется кипящая подливка или рухнет свеча. Поэтому я только процедила скороговоркой сквозь зубы:

— Кирилл! Убери это, я не могу больше терпеть, убери!

Кирилл подхватил оба блюда.

— Вадим! — попросил он. — Положи полотенце.

Вадим положил два свернутых вчетверо полотенца, и Кирилл водрузил блюда на прежнее место.

— Кирилл, а может, не надо? — Я слабо попыталась протестовать, поскольку все равно было горячо.

— Сама подумай, куда еще их ставить? Ты же заняла весь стол! — укоризненно ответил Кирилл.

Следом за горячим на мне появились салаты, приборы, хлеб и бутылка шампанского.

Пробка от шампанского смачно шлепнулась в потолок, и Кирилл разлил напиток в бокалы, которые эти негодники держали тоже над моим животом. Кирилл налил третий бокал шампанского, поставил около моей головы и вложил мне в рот соломинку.

— Давайте выпьем за нашу встречу! — предложил он.

И мне ничего не оставалось, как присоединиться к тосту. Струйка шампанского пробила внутри меня искрящийся ледяными искрами туннель, и я чувствовала, что очень скоро захмелею. Тем временем мок мучители принялись за еду, не забывая время от времени подкармливать и меня, а также подставлять новую порцию шампанского.

Наконец тарелки опустели, с меня сняли остывшие уже блюда, Кирилл и Вадим убрали со стола (т. е. с меня) приборы и унесли на кухню. От выпитого шампанского во мне все пылало, голова кружилась, а низ живота был до того горячим, словно свеча горела внутри меня. Боже мой, и мне нельзя было пошевелиться! Я только попробовала приподнять попку, как свеча частично вышла из своего необычного подсвечника и накренилась. Капли расплавленного воска сейчас же обожгли кожу. Я позвала на помощь, но ее почему-то не было.

Свеча еще больше накренилась, и воск сплошной струей полился по моему животу, схватывая трепещущую плоть своей мягкой кипящей лапой, тут же застывающей. Но в тот момент, когда свеча падала мне на живот, Вадим подхватил ее. От резкого движения она погасла, и комната погрузилась в темноту. Вадим снова зажег свечу и поставил в подсвечник. Потом подошел с ним ко мне и оглядел живот.

— Сейчас воск немного застынет и мы легко сможем его снять. Ожога, я думаю, не будет, — невозмутимо сказал он в чисто кирилловой манере. — Однако в любом случае мы ожог залечим.

— Интересно, каким это образом? — я приподняла голову. Теперь, когда свечи не было, я могла вытянуть ноги, что с удовольствием и сделала.

— Ожоги обычно смазывают жиром, а у нас как раз найдется нечто подобное, — заявил Вадим и начал осторожно снимать с моего живота застывший воск. — Кир, налей Ольге еще шампанского.

После шампанского у меня снова закружилась голова, и тут Вадим принес поднос с огромным тортом.

— Только умоляю, не ставь это на меня! — заорала я и поджала ноги к подбородку.

— Ну что ты, кошечка. — В голосе Кирилла появились ласковые интонации. — Сейчас будем тебя лечить.

Вадим поставил торт рядом со мной.

Кирилл ласково взял мои ноги за щиколотки и осторожно вытянул их, потом слегка раздвинул, полюбовался открывшейся перспективой и продекламировал:

— Обожаю обнаженную Ольгу! Обожаю опрокинутую, опустошенную, отдающуюся Ольгу!

Тем временем Вадим снял с торта самую большую розочку и размазал по тем местам, которые залил сок. Кирилл присоединился к нему, и они вдвоем начали покрывать кремом мое тело. Каждый сосок украсили кремовой розочкой, а мой пушистый треугольничек — вообще целым букетом, в щелочку же вложили дольку цуката.

Оглядев свое творение, мои палачи отхлебнули кофе и принялись за торт, который теперь можно было бы назвать моим именем. Они начали слизывать с пальцев ног и поднимались все выше. Их языки работали весьма энергично. Этим аттракционом они вполне вознаградили меня за все свои трюки со свечами и тарелками. Я извивалась и стонала от сладострастия. Когда же Кирилл окунул свою голову между моими коленями и его изумительный язык съездил в мою вагину за цукатом, мне пришлось пережить нечто сверхъестественное. Все мое тело было тщательно вылизано, каждая ямочка проверена, каждая складочка раздвинута. Я видела, что Кирилл и Вадим находятся уже в крайней степени возбуждения. Они развязали мне руки, и Кирилл легко, словно пушинку, отнес меня в зеркальную ванную.

Он включил воду и лег, а я уселась на него верхом, но Вадим встал позади, и мне пришлось развернуться, чтобы иметь возможность взять в рот его член. И тут начался такой дикий танец, что наши стоны заглушали шум воды, льющейся в ванну.

Вадим ласкал и пощипывал мои груди, а я обхватила руками его палку и отчаянно массировала ее, от чего он блаженно постанывал. В это время Кирилл атаковал меня сзади, с силой пронзая влагалище пенисом. В результате общих усилий все втроем мощно и почти одновременно кончили и повалились друг на друга в ванну.

Утром я почувствовала, что рядом со мной лишь один мужчина. Не в силах открыть глаза я некоторое время соображала, кто же это ушел и кто остался, но, не справившись со столь сложной задачей, снова уснула.

Разбудило меня шипение сбежавшего кофе, и я, открыв глаза, успела заметить Кирилла, летящего на кухню. Я хотела встать, но рука спящего Вадима крепко обхватывала меня за талию. Я осторожно высвободилась и накинула футболку. Кирилл готовил бутерброды.

— С добрым утром, Ольга! — приветствовал он меня, не поворачивая головы. — Не спится?

— А тебе?

— Я мало сплю. К тому же сегодня я должен отвезти тебя домой, а мне жаль терять драгоценные минуты, когда я с тобой.

Кирилл приблизился ко мне вплотную, положил руки на плечи и заглянул в глаза.

— Обожаю обворожительную Ольгу.
— Перестань. Что за мода все говорить на «о»?
— Обожаю откровенную Ольгу.
— Как только у тебя это получается?

— Обожаю отдающуюся Ольгу! — Он подхватил меня на руки. — О, Ольга! Обними одинокого отшельника»

— Ой, уж и одинокого.

— Очень, очень одинокого!

— Перестань, поставь меня.

— Ни за что! — Он посадил меня к себе на колени.

Под его тренировочными брюками чувствовался член. О, это было божественно! Слава моему темпераменту! Я снова его хотела. И когда Кирилл просунул руку к моей щели, она прямо-таки источала влагу. Он взял и понес меня на балкон.

— Кирилл, ну зачем? Разве нельзя заняться этим здесь?

— Можно, но ведь так интереснее!

Собственно, я была уже в такой стадии возбуждения, что мне было плевать на прохожих. Кирилл положил меня на большой комод, накрытый мягким ковром. Высота комода была немного больше высоты балконного бортика, значит, нас будет видеть весь двор… Это меня еще больше возбудило.

Кирилл возбудился не меньше меня и одним махом вошел в меня, но вдруг, перекатившись, оказался подо мной и мощным толчком рук заставил меня сесть вертикально. Сделав несколько фрикций, он вывел член из влагалища и начал осторожно протискивать его между ягодиц в анальное отверстие. Это мне понравилось. Я заставила Кирилла лежать смирно, сама же стала потихоньку насаживаться на пенис.

Результат превзошел все ожидания. Не успел член войти в меня полностью, как я испытала оргазм и уже в этом состоянии приняла его до упора, от чего Кирилл тут же кончил, и наши стоны слились воедино.

Из состояния нирваны нас вывел стук по стеклу. Это Вадим стоял за дверью и подавал знаки, чтобы мы убирались с балкона.

— Вы с ума сошли! Они же милицию вызовут!

Мы скатились с комода и юркнули на кухню. Завтрак был уже готов, и мы принялись с аппетитом поглощать горячие бутерброды и кофе, а Вадим тем временем рассказывал нам, что произошло:

— Когда я заметил, что вас обоих нет, то так и подумал, что вы милуетесь на кухне, и решил не мешать. Беру гантели, подхожу к окну, а внизу стоит толпа народа и пялится на наш балкон. Тишина мертвая, мужики слюнки сглатывают, бабы злые, а все равно смотрят как завороженные. Ну, я на балкон, а у вас уже финал, последние аккорды. Я решил, что пора давать занавес и объявлять антракт. Разве я не прав?

— Ольга сегодня уезжает, — вдруг сказал Кирилл.

— Жаль. Увы, все прекрасное всегда быстротечно, — вздохнул Вадим.

— Но у нас есть еще время. Может, поедем покатаемся? К тому же я Ольге кое-что обещал.

— Что ж, поехали, — сказала я, — но что мне надеть, чтобы выйти на улицу?

— Ну, пока можешь надеть мои шорты, а там осмотрим.

И мы втроем поехали по магазинам, чтобы купить мне платье. Кирилл решил сам его выбрать, и мы долго путались по торговым точкам, пока он нашел, что хотел.

Это было легкое золотисто-желтого цвета платье с облегающим верхом и юбкой полусолнцем Каково же было мое удивление, когда Вадим отвел меня в обновке в отдел ювелирных украшений и купил набор, так называемый тигровый глаз, состоящий из кулона, сережек и перстня, которые велико чеши гармонировали с новым платьем.

Кстати, трусиков эти разбойники мне так и не купили, и широкая юбка постоянно норовила взлететь на ветру и обнажить все мои прелести.

— Все, — сказал Кирилл, — тебе пора домой.

Я кивнула.

— Я отвезу тебя.

Я снова кивнула.

— Ольга, — он помолчал, — ты придешь еще когда-нибудь?

Я улыбнулась и опять кивнула.

Мы подъехали к моему дому. Я прощалась с ними, испытывая сложное чувство. С одной стороны, мой темперамент наконец-то был ублажен, а с другой — какой ценой!

Когда я уже входила в свой подъезд, сзади раздалось оглушительное, шокирующее прохожих:

— Обожаю обнаженную Ольгу!!!

«Очень оригинально», — подумала я и вызвала лифт.